 |
|
 |
|
|
|
|
||
Под общ. ред. Ю.С. Алексеева
(Сборник воспоминаний
© ЮМЗ им. А.М. Макаровая, 2016
|
МАКАРОВ ПАТРИАРХ РАКЕТОСТРОЕНИЯ КРАТКОЕ ОГЛАВЛЕНИЕ (Полное оглавление сборника см. здесь)
|
| ||
| Александр Максимович Макаров (12.09.1906 – 09.10.1999) |
 |
А.М. Макаров – личность мирового масштаба
Перед Вами – сборник воспоминаний, подготовленный к 110-летию со дня рождения легендарного руководителя Южмаша Александра Максимовича Макарова. Почти сорок лет он отдал становлению и развитию ЮМЗ, который стал флагманом отечественной ракетно-космической отрасли, хотя задумывался и создавался как крупнейший автомобильный завод страны.
|
|||
У днепровских автозаводчан были грандиозные планы – довести выпуск грузовых автомобилей до 75 тысяч в год – по меркам послевоенного времени это выглядело фантастикой. Днепропетровский автозавод (ДАЗ) еще достраивался, но уже начал выпускать серийную продукцию: автокраны, автопогрузчики, самосвалы, грузовые автомобили, прицепы. Особые надежды возлагались на выпуск созданного на ДАЗе плавающего автомобиля – амфибии, отмеченного в 1951 году государственной премией страны. На заводской площади в торжественной обстановке состоялся митинг – чествовали первых на ДАЗе лауреатов, а через несколько дней вышло секретное постановление правительства о передаче ДАЗа Министерству вооружения СССР Стало ясно, днепровский автозавод переходит на выпуск военной техники. Какой – никто толком не знал. Лишь спустя месяцы под величайшим секретом те, кто успешно прошел строжайшую службу режима, узнали – речь идет о ракетах.
Это было совсем новое направление, основы которого составляла реактивная техника, созданная в годы войны в Германии. Первые ракеты Сергея Королева Р-1 и Р-2, которые предстояло выпускать, фактически были копией немецкой ракеты Фау-2. Стреляли они недалеко и неточно. Их приняли на вооружение с одной целью – приобрести опыт в эксплуатации ракетной техники. Параллельно решались и вопросы освоения серийного производства нового вида оружия, подготовки специалистов ракетостроения.
Судьба Макарова тогда повисла на волоске: он имел судимость – одного этого было вполне достаточно, чтобы не допустить к секретному производству. По обстоятельствам, известным лишь Богу и чекистам, Александра Макарова признали благонадежным и допустили к государственным секретам: он стал ракетостроителем, повторив судьбу Сергея Королева, Валентина Глушко, Николая Шнякина и многих других, отсидевших срок «за вредительство». Теперь их объединило одно дело – предстояло в чрезвычайно сжатые сроки организовать на бывшем днепровском автозаводе серийное производство ракет.
В памяти горожан так и осталось прежнее название секретного предприятия – АВТОЗАВОД. Долгие годы ракетный завод так и называли, а на вопрос: «Какие автомобили он выпускает теперь?» – с юмором отвечали: «Автомобили вертикального взлета!».
По сути, с мая 1951 года началась вторая половина трудовой деятельности Александра Макарова. В сентябре ему исполнилось сорок пять, позади остались годы становления, подъемов и падений, годы неимоверного напряжения.
В ракетную технику Александр Максимович Макаров пришел не имея специального образования по летательным аппаратам, но он уже был признанным организатором производства, весьма одаренным инженером, и неудивительно, что его сразу назначили начальником основного (ракетного) производства Государственного союзного завода №586. Министр вооружения Устинов сразу понял, что такие специалисты, как Макаров, обладают бесценной способностью: знают ЧТО делать и КАК делать.
Первую ракету Р-1 заводчане назвали «единичкой», она имела низкие тактико-технические характеристики, технологию ее серийного производства предстояло еще разработать, многие узлы и агрегаты оказались технически несовершенными и просто малопригодными для серийного производства. В этих невероятно сложных условиях в недрах небольшого СКБ – серийного конструкторского бюро завода №586 – родилась идея новой ракеты, по своей конструкции и эффективности принципиально отличавшейся от немецких аналогов и ракет Королева.
Идея днепровских ракетостроителей получила «высочайшее благословение», и на базе первого в стране серийного ракетного завода в 1954 году было создано Особое конструкторское бюро (ОКБ-586) по разработке боевых межконтинентальных ракет. Уже первая ракета Р-12 (8К63) стала по-настоящему первой отечественной и самой массовой стратегической ракетой – ее серийно выпускали четыре ракетных завода в СССР Р-12 поступили на вооружение нового вида Вооруженных Сил – Ракетных войск стратегического назначения. По сути, днепровская ракета стала тем драгоценным «зернышком», из которого «проросли» практически все жидкостные межконтинентальные ракетные комплексы СССР
Сегодня мы с гордостью называем имя Главного конструктора ОКБ-586 Михаила Янгеля, имя которого в 1950-1960-х годах было засекречено еще больше, чем созданные под его руководством ракеты. Рядом с Янгелем были яркие и талантливые личности, среди них, в первую очередь, Александр Макаров.
М.К. Янгель и А.М. Макаров воистину первопроходцы, корифеи отечественного ракетостроения. Именно они осуществили техническую революцию в организации опытного и серийного изготовления ракетных комплексов, которая позволила сократить сроки и удешевить стоимость производства ракет.
Я был свидетелем и участником того, как КБ «Южное» и Южный машиностроительный завод стали головными предприятиями СССР по созданию ракетных комплексов. На этом пути было пройдено несколько выдающихся вех, покорен целый ряд научных, конструкторских, инженерных и технологических вершин.
Комплексы шахтного базирования (первые в стране) существенно повысили защищенность и неуязвимость ракетного оружия. На базе мощнейшей боевой ракеты Р-36 (8К67) были созданы ракетные комплексы с орбитальными головными частями (впервые в мире), которые всем доказали: в ракетноядерной войне победителей не будет.
«Холодный», так называемый минометный, старт межконтинентальной ракеты массой 200 тонн из транспортно-пускового контейнера произвел настоящую революцию в ракетной технике, определив на долгие годы генеральную линию развития стратегического оружия.
Начиная с 1970-х годов южмашевцы вместе с Павлоградским механическим заводом стали разрабатывать твердотопливные двигатели и ракеты. Здесь также были достигнуты выдающиеся результаты – создана трехступенчатая ракета SS-24 шахтного и железнодорожного базирования (впервые в мире).
Именно появление этих ракет и ракетных комплексов в период холодной войны поставило обе тогдашние сверхдержавы перед категорической неизбежностью ограничения, а затем и сокращения своих стратегических ядерных арсеналов.
В этом контексте Александр Максимович Макаров – директор крупнейшего в мире ракетного гиганта, влиявшего на ход мировых событий, безусловно был личностью мирового масштаба.
Следует заметить, что люди, которые создавали ракетно-ядерный щит государства, не принадлежали себе. С позиции сегодняшнего дня Макаров и его единомышленники были пленниками. Они не были закованы в кандалы, но это дела не меняло. У них были ограничения в передвижении. Их разум, мысли и речь тоже были в плену. В семьях росли дети, которые в редкие часы виделись с родителями, работавшими на засекреченных предприятиях. Даже мое поколение, пришедшее в ракетостроение вторым эшелоном, еще застало тот режим. Мы тоже месяцами безвылазно трудились на дальних полигонах, отрабатывая новые ракетные комплексы. Сколько было пережито мучительных минут, часов, дней, когда готовилась очередная ракета к испытанию. Такие минуты, как принято говорить, сжигали людей как фитиль свечу. Из-за ракет изводились лучшие часы жизни. А после каждой удачи – словно тяжелая ноша сваливалась с плеч. Но это уже было тогда, когда завод сумел поставить на поток выпуск боевой ракетной техники.
У директора завода Макарова был большой талант делать ракеты. В многотысячном коллективе Макаров сумел отработать такую безотказную схему, которой могут позавидовать все компьютеры мира. Подбор, расстановка и мобилизация кадров, организованные на Южмаше, не имели аналогов. В цехах и лабораториях завода творили чудеса.
Приход Макарова в тот или иной цех считался дурной приметой для начальства и хорошей для рабочих. Он буквально распалял своих подчиненных руководителей, что в результате способствовало улучшению дел. И все отчетливо понимали – директор не для себя старается...
Можно только представить выражения лиц министров Устинова и Афанасьева, если бы Александр Максимович сказал им, что он устал от ракет, что ракета – не его стихия, что, в конце концов, он – железнодорожных дел мастер, если судить по диплому...
Личность Макарова вызывает восторг своей разносторонностью, неутомимостью и умением в любой ситуации, что называется «бить в десятку». Еще в начале ракетной эпопеи на Южмаше стали выпускать трактора – отчасти для маскировки ракетного производства. Но дело было поставлено так, что со временем на Южмаше стали выпускать до 60 тысяч тракторов в год! И это были не простые трактора, а лучшие в стране, их экспортировали более чем в 40 стран мира!
Прорыв в космос королевской «семерки» определил основные направления развития космонавтики, дал первые научные результаты, но вместе с тем показал – исследование космоса требует космических затрат. Макаров поддержал идею конструкторов удешевить космические программы, сделать исследования космоса более доступными и разнообразными. Южмашевцам практически полностью удалось превратить все боевые ракетные комплексы, отслужившие свой срок, в космические носители. Так появились ракеты-носители «Космос», «Интеркосмос», «Циклон», «Зенит». Даже знаменитая суперракета SS-18 со временем стала космическим носителем «Днепр». Днепровский ракетно-космический центр стал колыбелью и целого ряда уникальных космических аппаратов, положивших начало широкомасштабным космическим программам «Космос», «Интеркосмос», «Метеор», «Океан».
Александр Максимович возглавлял Южмаш 25 лет. Когда я в 1986 году сменил его на посту Генерального директора, Макарову было 80 лет. Тот, кто подумает, что должность была стариковская, сильно ошибется. Гендиректор Южмаша – это работа по 15 часов в сутки и почти без выходных. Подавляющему большинству молодых людей можно от всей души пожелать таких энергии, бодрости, памяти и ясности ума, какие имел Макаров к моменту ухода на пенсию. Он был действующим, ездящим, летающим директором и до последнего дня работы не разъезжал по заводу, а ходил пешком, посещая все цеха и производства. Его вряд ли кто-нибудь мог назвать добреньким – он был очень жестким, но при этом превыше всего ценил человеческие отношения.
| ||
| Награждение патриарха отечественного ракетостроения Александра Максимовича Макарова Орденом Ярослава Мудрого, 12 сентября 1996 года |
Когда в твоей судьбе появляются такие люди, как А.М. Макаров, обретается не только новый опыт и уверенность в своих силах, но и гармонизируются представления о моральных и этических качествах человеческого бытия. Александр Максимович был чрезвычайно требовательным, когда речь шла о производственных проблемах, чрезвычайно добрым в решении насущных житейских задач человека.
Неоднократно в разных ситуациях я обращался к его таланту государственного человека, его житейской мудрости. Чаще всего это случалось, когда я работал Генеральным директором Южмаша, главой правительства. Да и будучи Президентом Украины, приходилось советоваться по тому или иному вопросу. Конечно, Александр Максимович в ряде случаев сам ощущал растерянность в первые годы становления независимого украинского государства. Но между тем находил слова поддержки, а подчас и отцовского утешения. Для меня это было очень важно.
Деятельность Макарова воистину фантастична. К ее философскому осмыслению мы только-только подступаем. Воспоминания соратников и современников этого великого человека тем и ценны, что в них по крупицам восстанавливается эпоха, в которой жил и созидал Александр Максимович Макаров.
Л.Д. Кучма,
Генеральный директор ПО ЮМЗ (1986-1992),
Премьер-министр Украины (1992-1993),
Президент Украины (1994-2004).
|
|
|
|