На главную сайта   Все о Ружанах

Владимир Платонов

ИЗБРАННЫЕ СТАТЬИ

Планета Ковтуненко

 

© «Зеркало недели. Украина»
Публикуется с разрешения редакции Zn.ua

Наш адрес: ruzhany@narod.ru

Собрав под свое крыло лучшие кадры ОКБ, профессор Ковтуненко начал строить планы создания Днепровского космического центра страны, и никто не сомневался, что он это претворит в жизнь. У него была масса новых идей, невероятные организаторские способности, непререкаемый авторитет ученого и блестящего практика, он подготовил много специалистов высшего класса — все складывалось в массу плюсов, но главный конструктор ОКБ усмотрел в этом попытку ущемить высшие интересы обороноспособности страны.

В свое время Янгель передал функции головного разработчика космических аппаратов «Метеор» Андронику Иосифьяну, спутников связи — Михаилу Решетневу, освобождая силы для решения главных задач ОКБ — создания ракетных комплексов стратегического назначения. Разработку разведывательной космической фотосистемы «Янтарь» он передал в Самару, руководствуясь все теми же соображениями высшей государственной важности. «Вот станешь главным конструктором, тогда и будешь принимать окончательные решения», — отвечал Янгель на все доводы Ковтуненко о перспективности данных разработок. Естественно, Вячеслав Михайлович очень болезненно переживал такой поворот событий, но не терял силы духа и всю свою неукротимую энергию направлял на реализацию новых идей.

Занимаясь космическими исследованиями Земли, Солнца, Галактики, Ковтуненко понимал: это задача не одного КБ, не одной страны — это проблемы всего человечества, требующие глобального изучения явлений и комплексных методов исследований. Именно на этом направлении необходимо концентрировать усилия ученых всех стран. Космос должен не разъединять, а объединять людей. К таким важным выводам пришли ученые, когда в 1966 году при Академии наук СССР был создан Совет по международному сотрудничеству в области исследования и использования космического пространства, сокращенно — «Интеркосмос». Его председателем был утвержден член президиума АН СССР академик Борис Петров, членом Совета и первым генеральным директором международной программы «Интеркосмос» стал профессор Вячеслав Ковтуненко.

14 октября 1969 года на космодроме Капустин Яр в присутствии ученых девяти зарубежных стран днепровский носитель «Космос-1» (11К63) вывел на орбиту космический аппарат ДС-У3-ИК-1, в открытой печати получивший наименование «Интеркосмос-1». Забегая вперед, отметим: из 25 автоматических спутников серии «Интеркосмос» 22 разработаны, изготовлены и запущены днепровцами! Международное сотрудничество, инициатором которого был В. Ковтуненко, с каждым годом расширялось — среди наших «космических партнеров» появились французы, шведы, индийцы…

Никто из них, естественно, не знал о существовании космического КБ в Днепропетровске, а сам город почти тридцать лет был закрыт для иностранцев. Все контакты с зарубежными учеными проходили «под крышей» Академии наук СССР. Любая поездка наших специалистов за рубеж проходила с разрешения спецслужб, они же контролировали и действия всех командированных. Причем под «недремлющим оком» спецслужб находились все: от рядовых сотрудников до главного конструктора космического КБ, ему также приходилось писать объяснительные записки…

— По программе «Интеркосмос» мы сотрудничали с учеными многих стран, — говорит Анатолий Попель, заместитель Главного конструктора КБ космических аппаратов. — Особо плодотворной оказалась работа с индийскими учеными и специалистами. Под руководством профессора Ковтуненко и индийского профессора Рао проходили все этапы создания первого индийского спутника «АРИАБХАТА» — от его замысла до запуска на орбиту 19 апреля 1975 г. и приема информации из Космоса. Нам посчастливилось познакомиться со Святославом Рерихом, который жил и работал в Индии. Встречал он нас приветливо, хотя и не был сторонником исследований Космоса. Всегда расспрашивал о родине, знакомил со своим творчеством и работами отца — знаменитого художника и мыслителя Николая Рериха.

В рамках советско-французского проекта «Аркад» была запущена серия космических аппаратов «Ореол» (1971 г., 1973 г., 1981 г.) для исследования физических явлений в верхней атмосфере Земли и изучения природы полярных сияний. Ковтуненко интересовало все, что имело большой практический интерес: изучение солнечной активности, метеоритных потоков, радиационной обстановки и радиационных поясов Земли, магнитного поля и исследование атмосферы…

В последние годы все проекты, имевшие научно-исследовательский характер и реализованные под руководством Вячеслава Ковтуненко, осуществлялись в рамках международного сотрудничества. Признанием его заслуг в развитии отечественной и мировой космонавтики стало избрание В. Ковтуненко членом-корреспондентом Академии наук Украинской ССР.

— Нас, молодых, профессор Ковтуненко учил: максимально упрощая технику, неизменно поднимайте ее коэффициент полезного действия, — рассказывает Владимир Драновский, главный конструктор КБ космических аппаратов, член-корреспондент НАН Украины. — Такой подход к разработкам привел к блестящим результатам. Самое малочисленное в стране КБ космических аппаратов задавало тон в оригинальности разработок. Вспомним пример «Космической стрелы» с аэрогироскопической стабилизацией. Этой разработкой, не имеющей аналогов в мире, до сих пор восхищается инженерный мир.

С целью комплексного изучения космического пространства, физической природы солнечной активности и геофизических явлений, проведения экспериментов в интересах народного хозяйства были созданы две модификации Автоматических универсальных орбитальных станций с ориентированием на Землю (АУОС-З) и на Солнце (АУОС-С) — это был громадный шаг в фундаментальных исследованиях космического пространства, практически все эксперименты на АУОСах стали уникальными и отмечены присуждением группе разработчиков во главе с В. Ковтуненко Государственной премии СССР.

Неожиданно для всех, в том числе и для В. Уткина, в декабре 1977 года профессора Вячеслава Ковтуненко назначили сначала главным, а затем и генеральным конструктором ОКБ научно-производственного объединения имени Лавочкина (г. Москва). Смысл перевода очевидно заключался в надежде, что Ковтуненко, с присущей ему способностью добиваться реализации самых смелых идей, найдет способы и возможности «вытащить» талантливый коллектив лавочкинцев из сложнейшей ситуации, а фактически из тупика.

Ковтуненко не сразу и не под аплодисменты вжился в коллектив лавочкинцев, становление главного проходило достаточно тяжело, с элементами определенного недоверия и в самом коллективе, и у отдельных чиновников высшего аппарата. Это была уже не просто борьба за реализацию собственных проектов и идей, которая продолжалась постоянно (здесь Ковтуненко был признанным бойцом,) а нечто большее — генеральное сражение за формирование долгосрочной программы исследований дальнего и ближнего Космоса с помощью межпланетных космических станций.

Благодаря усилиям Ковтуненко одно из массы закрытых предприятий страны открыло двери для международного сотрудничества и широкой кооперации отечественных ученых — практически все последующие проекты лавочкинцев получили статус международных. Ковтуненко был не только одним из инициаторов международного сотрудничества в космосе, но и первым, кто довольно успешно начал работать на международном рынке космических услуг. Это было именно то, чего так не хватало в тот момент Днепровскому ракетно-космическому центру.

Рассказывает Александр Макаров, генеральный директор ПО ЮМЗ (1961—1986 гг.):

— Ковтуненко всегда выделялся: элегантно одетый— белоснежная рубашка, строгий галстук, идеально отглажены брюки — образец классического профессора. Многим это не нравилось. Появлялся бы на работе в грязных башмаках, мятой рубашке — слыл бы «своим человеком», а так — «барин», «голубая кровь». Даже в ЦК, где обсуждались кандидаты на пост главного конструктора, и там всплыло это пошлое «барин». Никогда Ковтуненко не был барином, это великий труженик. Мыслитель. Смотрите, какие ракеты придумал — лучше чем у Королева! Занялся исследованием Космоса — получил феноменальные результаты. Стал инициатором международного сотрудничества. И это в тот момент, когда шла холодная война! Вячеслав Михайлович всем доказывал: нельзя отдавать на сторону создание спутников связи и метеоспутников — это дело на всю жизнь. Он был прав, тысячу раз прав!

Заключив первые контракты с Индией, где Ковтуненко пользовался глубоким уважением и авторитетом, лавочкинцы содействовали созданию и выводу на орбиты трех индийских спутников с помощью отечественных ракет-носителей. За Индией последовали заказы от Аргентины, Бразилии, Мексики… Это была одна из привлекательных сторон деятельности коллектива, возглавляемого Вячеславом Ковтуненко, успехи которого особо ярко проявились при реализации крупнейших научно-технических проектов «Венера», «Марс», «Астрон», «Фобос», «Интербол», «Прогноз», «Гранат»… Ярчайшим примером тому служит реализация проекта «Венера — комета Галлея» («Вега»), ставшего событием в истории мировой космонавтики.

Признанием выдающихся заслуг конструктора стало избрание Вячеслава Ковтуненко членом-корреспондентом Академии наук СССР и действительным членом Международной академии астронавтики.

Судьба подарила Ковтуненко возможность работать с теми, кого сегодня называют пионерами отечественной космонавтики. Он и сам был первопроходцем: проложил свою собственную дорогу в Космос, создал свою уникальную Планету.

 

 

У каждого человека есть своя Планета. Со своим Домом. Со своим Садом.

В Доме живут те, кто окружал человека всю жизнь: и самые близкие, и те, кто помогал в трудные минуты, с кем занимался главным Делом своей жизни.

Возле Дома — Сад, его мог создать только великий Садовник, ибо все, что он вырастил, плодоносит до сих пор.

Жизнь продолжается. В бесконечных просторах Вселенной, в созвездии больших и малых звезд засветилась еще одна яркая звезда — планета Ковтуненко.

 


Яндекс.Метрика