На главную сайта   Все о Ружанах

 

Владимир Платонов

 

ИЗБРАННЫЕ
СТАТЬИ

Герман Титов: первопроходец и «пахарь» космической целины

 

© «Зеркало недели. Украина»
Публикуется с разрешения редакции Zn.ua

 

Наш адрес: ruzhany@narod.ru

 

ГЕРМАН ТИТОВ:
ПЕРВОПРОХОДЕЦ И «ПАХАРЬ»
КОСМИЧЕСКОЙ ЦЕЛИНЫ

«ZN.UA». Зеркало недели. Украина. 2005 г. №35

 

11 сентября 2005 года космонавту Герману Титову исполнилось бы 70 лет… Он был дублером Юрия Гагарина и первым, кто в космическом пространстве провел больше суток (6 — 7 августа 1961 года), доказав, что человек может жить и работать в космосе. В истории пилотируемой космонавтики Г. Титов известен и как самый молодой летчик-космонавт.

О первых космических свершениях Герман Титов написал несколько книг: «Первый космонавт планеты», «700 тысяч километров в космосе», «Семнадцать космических зорь», «Голубая моя планета» и другие. В 1970 году, не пожелав быть «свадебным генералом», ушел из отряда космонавтов и занялся созданием и развитием космических средств военного назначения.

 

Известно: в первый отряд космонавтов отбирали лучших летчиков реактивной авиации. Из трех тысяч кандидатов отобрали всего двадцать человек. Летом 1960 года из этой группы выделили еще шесть человек (Валентин Варламов, Юрий Гагарин, Анатолий Карташов, Андриян Николаев, Павел Попович, Герман Титов) и ускоренными темпами начали готовить их к первому полету. Торопились в Советском Союзе, торопились и американцы: всем хотелось быть первыми в космосе.

Подготовку к полету в космическое пространство держали в тайне: выпускались совершенно секретные постановления, принимались особой важности решения. Лишь после распада СССР стали известны некоторые подробности гонки за космические приоритеты. Этих сведений нет ни в истории космонавтики, ни в космических энциклопедиях, ни в воспоминаниях первых землян, шагнувших в небо. Старт первого советского космонавта намечался на декабрь 1960 года.

Обеспечением полета занималась группа главных конструкторов во главе с Сергеем Королевым, ее поддерживали крупнейшие чины оборонных ведомств, среди которых были Дмитрий Устинов, главком ракетных войск маршал артиллерии Митрофан Неделин, ряд министров СССР — вместе они и вышли с предложением о полете человека в космическое пространство.

11 октября 1960 года вышло совместное постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «…принять предложение… о подготовке и запуске космического корабля (объект «Восток- 3А») с человеком в декабре 1960 года, считая его задачей особого значения…».

К этому времени уже стартовало несколько «семерок» (ракета Р-7), но не все пуски оказались удачными. Лишь 19 августа 1960 года впервые удалось возвратить из космоса живыми собачек Белку и Стрелку. Готовившиеся к полету в космос летчики поняли: приближается и их старт, но за августовским успехом последовала череда неудачных пусков. Через тринадцать дней после подписания постановления о полете человека в космос, 24 октября 1960 года, на площадке №41 ракетного полигона произошла страшная катастрофа. Во время подготовки к первому пуску межконтинентальной ракеты Янгеля Р-16 на старте произошел взрыв ракеты — чудовищный пожар унес жизни 92 ракетчиков. Погиб и главком ракетных войск главный маршал артиллерии Митрофан Неделин. Взорвавшаяся ракета не предназначалась для космических полетов, она создавалась как боевое оружие стратегического назначения, но эхо страшной трагедии отодвинуло и сроки первого космического полета. При всем нетерпении Хрущев уже не решился приказать Королеву запустить в космос человека в указанные им сроки. Катастрофа с ракетой Янгеля охладила пыл неугомонного партийного вождя, но, как оказалось, не надолго…

В декабре Королев возобновил испытания космической «семерки»: провели два пуска и оба — неудачно… Лишь с наступлением 1961 года у Королева и Янгеля прошла пора жуткого невезения. 2 февраля успешно стартовала янгелевская стратегическая ракета Р-16, а 9 марта, после 115-минутного полета, из космоса возвратилась живой собака Чернушка. 25 марта провели контрольный полет уже со Звездочкой и снова — успех! В президиуме Академии наук СССР состоялась пресс-конференция для отечественных и зарубежных СМИ. Все с восхищением и энтузиазмом снимали Чернушку и Звездочку, не обращая внимания на сидевших в зале Гагарина, Титова и других будущих космонавтов. До первого старта человека в космос оставалось полмесяца, но об этом знали единицы…

Все дальнейшее, связанное с первым полетом человека в космическое пространство, начиная от заседания Госкомиссии и до ставшего уже хрестоматийным гагаринского «Поехали!», описано и показано до мельчайших подробностей тысячи раз.

Справедливости ради хотелось бы уточнить отдельные моменты тех исторических событий. Приходилось не раз слышать, что Титов мог полететь первым, но он стал дублером лишь потому, что его имя не понравилось «коммунисту №1» Хрущеву. Говорят, Никита Сергеевич изложил свою оригинальную теорию, согласно которой первый космонавт должен быть символом страны, олицетворением эпохи, а у Титова было имя сомнительного героя «Пиковой дамы». «Поймет ли нас народ, что мы не сумели найти парня с русским именем?» — спрашивал Хрущев. Никто не опроверг, но и не подтвердил достоверность хрущевского вердикта, а те, кто по долгу службы общался с партийным вождем и знал истину, свято берегли тайны кремлевских кабинетов.

Наш легендарный кинооператор Владимир Суворов (он снимал испытания первых советских атомных бомб, старт Гагарина, Титова и других космонавтов) рассказывал мне, как проходило заседание Госкомиссии накануне первого старта. «Обрати внимание на кадры, где Гагарин благодарит за оказанное ему доверие и докладывает о полной готовности к полету, а Титов сидит, опустив голову, — комментирует непростую ситуацию кинооператор. — Можно понять Германа: он в полном объеме прошел предполетную подготовку, как и «основной» космонавт, но тот через два дня полетит в космос, а дублер — останется на Земле… Ситуация не для слабонервных. Быть дублером, оказывается, психологически тяжелее. И после всего верь сочинителям, многократно и взахлеб описывавшим, как радовался Титов за своего друга, которого утвердили пилотом первого «Востока»…

Сам Гагарин после триумфального полета рассказал о своем дублере, имя которого еще было засекречено: «…вместе со мной в комнате — космонавт-два. Уже несколько дней мы жили по одному расписанию и во всем походили на братьев-близнецов. Да мы и были братьями: нас кровно связывала одна великая цель, которой мы отныне посвятили свои жизни… Он был тренирован так же, как и я, и, наверное, способен на большее. Может быть, его не послали в первый полет, приберегая для второго, более сложного…»

Все понимали: второй полет действительно должен быть более сложным и более продолжительным. Медики высказались за три витка, летать дольше — рискованно… Военные и космонавты поддержали врачей. На трехвитковом полете настаивали и баллистики — иначе корабль придется сажать за пределами европейской части страны. Их поддержал вице-президент Академии наук СССР Мстислав Келдыш: потребуется быстро пересчитать новую траекторию полета, но в стране нет ни одной быстродействующей ЭВМ… «Что думает о продолжительности полета первый космонавт?» «Я за три витка!» — Гагарин поддержал медицинских светил и руководство отряда космонавтов. «А каково мнение претендента на полет?» «Лететь надо на сутки!» — без дипломатических уверток ответил Титов.

Возникла прелюбопытная ситуация: идею Королева о суточном полете фактически поддержал один Титов. Окончательное решение оставалось за Государственным комитетом Совмина СССР по оборонной технике.

Королев доложил о преимуществах суточного полета, позволявшего совершить посадку в степных районах Заволжья, то есть там, где в апреле приземлился Гагарин. «Все отработано, не требуется передислокации поисковых групп. А главное, появляется уникальная возможность в течение суток наблюдать человеческий организм в условиях невесомости», — отметил Главный конструктор и подчеркнул: «Если потребуется срочно возвратить корабль на Землю, это можно сделать в любой момент — по трассе полета во всех океанах дежурят корабли космической связи».

Председателем государственной комиссии по запуску «Востока-2» с человеком на борту назначили Леонида Смирнова, бывшего директора ракетного завода №586 в Днепропетровске, с марта 1961 года — заместителя председателя Госкомитета по оборонной технике Константина Руднева. Королев понял: назначая Смирнова председателем госкомиссии, оборонное ведомство готовилось к смене руководства. По сути, в тот момент Смирнов был «дублером», как Титов у Гагарина: его «взлет» целиком зависел от «взлета» Руднева — уходит на повышение председатель Госкомитета, его место занимает Смирнов.

Приступив к обязанностям председателя госкомиссии, Смирнов развил бурную деятельность и настоял, чтобы полет Титова состоялся в первой половине августа.

В срочном порядке отзывались из отпусков специалисты и военные испытатели, готовилась техника, готовились космонавты. Ракетчики привыкли к большим праздникам преподносить Родине «космические подарки», но до праздников было еще далеко, никаких юбилейных официозов не предвиделось. Жара стояла невыносимая, но работа кипела…

То, что подготовка к полету происходила в режиме строжайшей секретности, никого не удивляло — ракетчики привыкли, что все секретилось. Беспокоило иное: чем вызвана такая спешка? Молчал Смирнов, молчал и Королев…

Подготовка космонавта-2 к полету практически повторяла гагаринский ритуал, только теперь основным пилотом корабля уже был Герман Титов, а его дублером — Андриян Николаев. Многих удивляло отсутствие на стартовой площадке первого космонавта планеты — никем не предупрежденный о дате старта (умели мы хранить тайны!), Гагарин отправился в очередное турне по земному шару, на этот раз — по Америке…

Буквально накануне пуска «Востока -2» взорвалась одна из экспериментальных ракет С. Королева. Она значительно отличалась от ракеты
Р-7, на которой должен был лететь Титов, и предназначалась не для космических полетов. И тем не менее, сам факт взрыва накануне старта оказался неприятным и как бы предупреждал — ракетная техника не терпит суеты… Установленные госкомиссией сроки поджимали. Титов и его дублер Николаев вели себя так, будто ничего не произошло. Спустя много лет я спросил Германа Степановича, что это было — мужество, самообладание, смелость? Титов честно признался: «Я был абсолютно уверен, что у нас ничего подобного не случится».

Утром 6 августа 1961 года командир «Востока-2» по всей форме доложил председателю госкомиссии Леониду Смирнову о готовности выполнить программу полета и получил добро на старт. Вскоре весь мир услышал голос диктора Левитана: «…пилотируется гражданином Советского Союза летчиком-космонавтом майором товарищем Титовым Германом Степановичем».

Миг старта «Востока-2» стал главным событием жизни космонавта-2. Герман Титов пробыл в космическом пространстве одни сутки, один час и одиннадцать минут. Эти «единицы» дали человечеству массу новой информации, о которой оно раньше не имело никакого представления. В беседах и выступлениях о полете «Востока-2» свои впечатления Герман Титов излагал так образно и эмоционально, что создавалось впечатление, будто и ты был рядом с ним в Космосе.

Титов первым из землян совершил 17 витков вокруг Земли и увидел 17 космических зорь, впервые пообедал и поужинал в невесомости и даже поспал. Он стал первым космическим фотокинооператором. Я видел эти снимки и кинокадры — они действительно сняты мастерски! Очень сильное впечатление произвели цветные фотографии горизонта. Четко видна не прямая линия, к которой мы все привыкли, — дуга! На той высоте, что летал Титов (около 244 км), он не мог увидеть весь земной шар, но то, что Земля круглая — видно точно. Его снимки и кинокадры обошли весь мир и по нынешним понятиям он мог стать миллионером, но не стал: в то время у нас в стране интересовались не авторскими правами и гонорарами, а идеологией.

 


Яндекс.Метрика