На главную сайта   Все о Ружанах

РАКЕТНЫЕ СИСТЕМЫ РВСН. ОТ Р-1 - К ТОПОЛЮ-М

1. ЭТО НАЧИНАЛОСЬ ТАК

Назад.

Оглавление.

Далее.

Боевой ракетный комплекс с межконтинентальный
ракетой Р-9А (8К75) (SS-8, Sasin)

 

Р-9А – двухступенчатая межконтинентальная баллистическая ракета. Разработана в ОКБ-1 под руководством С.П. Королева. Ведущий конструктор – М.С. Хомяков. Проектирование началось 30 мая 1960 года. Первый испытательный пуск с наземного старта на полигоне Байконур состоялся 9 апреля 1961 года. Первый пуск из ШПУ-27 сентября 1963 года (по другим данным – в 1962 году). ЛКИ завершены в феврале 1964 года. Комплекс поставлен на боевое дежурство в декабре 1964 года. Комплекс для наземных и шахтных ПУ принят на вооружение 21 июля 1965 года.
Первая ступень ракеты оснащена маршевым четырехкамерным ЖРД с качающимися камерами РД-111 (8Д716). Двигатель разработан в ОКБ-456 под руководством В.П. Глушко. Вторая ступень ракеты оснащена маршевым четырехкамерным ЖРД РД-0106 (8Д715). Двигатель второй ступени создан в ОКБ-154 под руководством С.А. Косберга. Компоненты топлива – керосин и жидкий кислород.
Стартовый комплекс наземного типа «Ромашка» (или «Десна-Н») и шахтная пусковая установка «Десна-В» спроектированы в ГСКБ Спецмаш под руководством В.П. Бармина. Наземный автоматизированный стартовый комплекс «Долина» разработан в ОКБ-1 С.П. Королева при участии В.П. Глушко. Способ старта – газодинамический. Система управления разработана в НИИ автоматики и приборостроения под руководством Н.А. Пилюгина, в НИИ-885 под руководством М.С. Рязанского и в НИИ-944 под руководством В.И. Кузнецова. Система управления инерциальная с радиокоррекцией траектории полета. Органы управления: на 1 ступени поворотные камеры, приводимые в движение с помощью гидравлического привода, рабочим телом которого является керосин; на второй ступени – поворотные сопла, работающие на отработанном турбогазе. Стабилизаторы 1-й ступени – аэродинамические плоскости, на 2-й ступени – аэродинамические щитки. Разделение ступеней – горячее, за счет включения двигателя 2-й ступени. Отделение головной части с помощью пневмотолкателя.
Ракета имела моноблочную ядерную отделяемую в полете головную часть. Атомный боезаряд создан под руководством С.Г. Кочарянца.
Топливные баки ракеты изготовлены из алюминиево-магниевого сплава. Наддув баков горючего обеспечивался турбогазом, а баков окислителя – кислородом. Применение кислородных двигателей требовало из-за испарения жидкого кислорода постоянной подпитки после прекращения заправки до самого старта.
Серийное производство ракет развернуто на Куйбышевском заводе «Прогресс» (это новое название авиазавод получил в 1961 году).

Тактико-технические характеристики

 

«Десна-В»

«Ромашка»

«Долина»

Дальность стрельбы, км

 

- наибольшая с легкой ГЧ

16000

- наибольшая с тяжелой ГЧ

12500

- наименьшая

3000-3500

Точность стрельбы, км

 

- при радиокоррекции

8-12

- при автономной СУ

10-20

- предельная

5,0

Максимальная скорость, м/сек

7200

Максимальная стартовая масса, т

80,0 (81,0-82,0)

Головная часть, легкая:

 

- мощность заряда, Мт

1,65

3,0

3,0

- масса, кг

1100

1650

1650

Головная часть, тяжелая:

 

- мощность заряда, Мт

5,0

5,0

5,0

- масса, т

1,65-2,0

2,1

2,1

Масса топлива, т

71

Масса незаправленной ракеты, т

9

Длина ракеты, м

 

- с легкой ГЧ

26,5

- с тяжелой ГЧ

24,19

Максимальный диаметр корпуса, м

2,68

Первая ступень

(блок А)

- длина, м

14,79

- диаметр, м

2,68

Двигатель

4-х камерный РД-111 (8Д716)
с ТНА без дожигания

Тяга маршевого двигателя:

 

- у земли, тс

143,0

- в пустоте, тс

166

Удельный импульс тяги

 

- у земли, кгс

270

- в пустоте, кгс

311

Давление в камере сгорания,

 

кгс/см2

80

Время работы двигателя, с

105

Высота, м

2,095

Диаметр, м

2,742

Масса двигателя, кг

1480

Вторая ступень

(блок Б)

- длина с ГЧ, м

9,40

- диаметр, м

2,68

Двигатель

4-х камерный РД-0106 (8Д715) с ТНА

Тяга двигателя, тс

31

Время работы двигателя, с

165

Из истории создания ракетного комплекса

Предложения по созданию новой ракеты на кислородно-керосиновом топливе стартовой массой в 100 т были подготовлены и переданы в Правительство в апреле 1958 года. Существовало два варианта ракеты: Р-9А (8К75) на керосине и кислороде и Р-9В (8К76) на керосине и азотной кислоте. Для Р-9В в ОКБ-2 (главного конструктора А.М. Исаева) создавалась связка из четырех двигателей с тягой по 40 тс каждый. По настоянию ОКБ-1 дальнейшие работы были продолжены по первому варианту. Официально работы заданы Постановлением СМ СССР от 13 мая 1959 года.

Непосредственная разработка двухступенчатой межконтинентальной баллистической ракеты Р-9А на низкокипящих компонентах топлива, унифицированной для наземных и групповых шахтных комплексов, начата в ОКБ-1 под руководством С.П. Королева после выхода постановления правительства от 30 мая 1960 года и приказа Госкомитета по оборонной технике от 22 ноября 1961 года. Большой вклад в разработку ракеты внес заместитель главного конструктора ОКБ-1 В.П. Мишин.

Вспоминает Б.В. Черток: «Мишин первым высказал революционную идею об использовании переохлажденного жидкого кислорода. Если вместо минус 183°С, близких к точке кипения кислорода, понизить его температуру до минус 200°С, а еще лучше – до минус 210°С, то, во-первых, он займет меньший объем и, во-вторых, резко уменьшатся потери на испарение. Если такую температуру удастся поддержать, можно будет осуществить скоростную заправку: кислород, попадая в теплый бак, не будет бурно вскипать, как это происходит во всех наших ракетах от Р-1 до Р-7 включительно». [64]

Мишин предложил также использовать вакуумную изоляцию и целый ряд других оригинальных решений, в результате применения которых потери кислорода при транспортировке, хранении и заправке сократились в 500 раз!

«Для ракеты Р-9А были разработаны три варианта боевых стартовых комплексов: наземный стационарный – «Десна-Н», полуавтоматизированный – «Долина» и шахтный – «Десна-В» (названия «Десна-Н» и «Десна-В» встречаются в литературе, но в данных, приводимых ГСКБ Спецмаш, применяется только название «Десна»), Основной задачей при создании ракетных комплексов на базе МБР Р-9А было возможно большее повышение их боеготовности и для этого было сделано все, что можно было сделать при использовании топлива на основе жидкого кислорода. Наземный полуавтоматизированный стартовый комплекс «Долина» имел в своем составе две пусковые установки (каждая со стационарным установщиком), заглубленный командный пункт управления, обвалованные хранилища горючего и окислителя, хранилища ракет и пристартовый пункт радиоуправления». [65]

Головной организацией по разработке незащищенного наземного стартового комплекса стало ГСКБ Спецмаш, возглавляемое В.П. Барминым.

«На первом этапе работ предложения В.П. Бармина о создании полностью автоматизированного стартового комплекса для этой ракеты приняты не были. Была поставлена задача – создать в кратчайшие сроки экспериментальный стартовый комплекс для обеспечения быстрейшей отработки ракеты с максимально возможным использованием агрегатов из других ракетных комплексов, В сжатые сроки была разработана экспериментальная пусковая установка в составе 28 агрегатов и устройств, которая в конце 1962 года была введена во временную эксплуатацию на космодроме Байконур». [66]

Первый наземный стартовый комплекс «Десна-Н» был построен на площадке № 71 Байконура. В его состав входили две пусковые установки, командный пункт, хранилища ракет и топлива. Вскоре он был разрушен при аварийном пуске ракеты.

Следует отметить, что разработчиками стартовых комплексов Р-9А предлагались самые различные варианты. В частности, рассматривались укрепленный наземный, траншейный, мобильный на морской барже, контейнерный и другие варианты.

В соответствии с приказом ГКОТ от 14 июня 1960 года о разработке шахтных пусковых установок для ракет Р-12, Р-14, Р-16 и Р-9 коллектив ГСКБ Спецмаш под руководством В.П. Бармина приступил к созданию ШПУ «Десна».

После конструкторских проработок и расчетов, а также с учетом результатов, проведенных в НИИ-88 холодных и горячих продувок газодинамических моделей шахт, В.П. Барминым в качестве основного для дальнейших работ был принят для всех ракет вариант шахты с кольцевым газоходом и стартом ракет из шахты без направляющих... Исходя из того, что ракеты Р-12, Р-14 и Р-9А, созданные для запуска их с наземных стартовых комплексов, не могли храниться в шахтах в заправленном виде, а также, учитывая на том этапе достигнутые боевые возможности ракетно-ядерного оружия вероятного противника по поражению незащищенных комплексов, заказчиком было принято решение о создании и строительстве групповых стартовых комплексов для этих ракет с защищенностью от воздействия ядерного взрыва в несколько кг/см2». [67]

Групповой шахтный стартовый комплекс «Десна» состоял из трех ШПУ, размещенных в линию. Глубина шахты 36,0 м и диаметр 7,8-8,0 м; размеры стального стакана – 25 м, диаметр 5,5 м. Пусковой стол был расположен на глубине 25 м. Наведение по азимуту осуществлялось поворотом пускового стола. Командный пункт, хранилища окислителя, горючего и сжатого газа, блок электроснабжения размещались в двух сооружениях технологического блока. Все сооружения были заглублены и сообщались ходами. Автономное питание осуществлялось от дизель-электростанций. Время приведения Р-9А в ШПУ «Десна» в состояние боевой готовности доведено до двух часов. Первый шахтный комплекс был построен на площадке № 70 Байконура.

Параллельно в ОКБ-1 С.П. Королева при участии ГСКБ Спецмаш В.П. Бармина разрабатывался наземный автоматизированный стартовый комплекс «Долина». Комплекс «Долина» был построен па площадке № 75 полигона Байконур.

«В результате проведенных работ был разработан и предложен для серийного производства автоматизированный стартовый комплекс, предназначенный для длительного содержания 8 ракет Р-9А в состоянии боевой готовности, подготовки ракет к пуску и их последовательного пуска с двух пусковых установок. В этом предложении предусматривалось, что ракеты на таком стартовом комплексе хранились на самоходных подъемно-транспортных тележках в хранилищах при каждой пусковой установке. При подготовке ракеты к пуску она дистанционно, с управлением из командного пункта, транспортировалась на этой тележке к пусковому устройству. Тележка при наезде на установщик автоматически стыковалась с ним. Производились подъем ракеты в вертикальное положение, установка ее на пусковое устройство с автоматической стыковкой заправочных коммуникаций, подстыковка кабелей и прицеливание. После заправки ракеты компонентами топлива и сжатыми газами в автоматическом режиме дистанционно производились предпусковые операции и пуск ракеты». [68]

Эффективное устройство разработали конструкторы ЦКБ тяжелого машиностроения для установки Р-9А на пусковой стол за тридцать секунд. Вот как происходила установка ракеты Р-9А на наземное стартовое сооружение:

«На стрелу по рельсовым путям наезжает тележка с ракетой и фиксируется на стреле. Стрела поднимается в вертикальное положение вместе с тележкой и ракетой. Ракета вместе с тележкой опускается вертикально вниз с помощью гидрофицированного привода, и ракета устанавливается на стартовый стол. Стрела с тележкой перед стартом отсоединяется от ракеты и опускается в горизонтальное положение, после чего тележка убирается со стартовой позиции, а установщик приводится в состояние хранения». [69]

Было значительно снижено время предстартовой подготовки.

«...Удалось довести время готовности Р-9 к пуску, считая от горизонтального положения, до 20 минут. Неожиданно оказалось, что дальнейшее сокращение цикла готовности определяет не процесс заправки, а время раскрутки гироприборов до номинального числа оборотов – 60000 в минуту. На этот процесс требовалось 15 минут. Как же американцы ухитряются доводить готовность до двух-трех минут? Вскоре мы получили информацию, что на американских ракетах роторы гироприборов вращаются непрерывно в течение всего дежурства». [70]

Стартовые комплексы «Долина» (наземный) и «Десна-В» (шахтный) были приняты на вооружение, комплекс «Десна-Н» (наземный) на вооружение не принимался.

«Комплекс «Долина» был первым в СССР полуавтоматизированным боевым стартовым комплексом. Он имел в своем составе две пусковые установки со стационарными установщиками ракет (8У249) разработки ЦКБТМ, заглубленный командный пункт, обвалованные наземные хранилища горючего и окислителя, наземные хранилища ракет и пристартовый пункт радиоуправления. Ракеты хранились на специальных самоходных тележках. Заправка ракет топливом производилась перед стартом при дистанционном контроле с командного пункта с максимально возможной скоростью перекачки компонентов топлива. Интервал между пусками ракет с одной ПУ составлял 2,5 часа, с двух соседних НУ 9 минут». [71]

Первоначально разработкой маршевого кислородно-керосинового двигателя первой ступени НК-9 (8Д717) для Р-9А занималось Куйбышевское ОКБ-276, возглавляемое Н.Д. Кузнецовым (затем предприятие стал возглавлять Е. Гриценко). Его конструкторское бюро специализировалось на разработке мощных турбовинтовых двигателей. В частности, здесь был разработан двигатель НК-12 для стратегического бомбардировщика ТУ-95.

Для второй ступени предполагалось использовать связку из четырех двигателей, созданных в ОКБ-1 для блока «Л» ракеты-носителя «Молния». При этом дальность стрельбы могла увеличиться на 2700 км. Ракета получала индекс Р-9М, ее макет был создан в 1960 году.

Позже к работе был подключен коллектив ОКБ-456, возглавляемый В.П. Глушко. В его конструкторском бюро был создан маршевый четырехкамерный ЖРД РД-111, который и был установлен на первой ступени ракеты.

«По сравнению с двигателями комплекса Р-7 были приняты следующие решения:

отказаться от перекиси водорода как источника рабочего тела для турбины, обеспечив нужные параметры газа за счет сжигания в газогенераторе части основных компонентов топлива с избытком горючего; [72]

отказаться от наддува баков азотом и, следовательно, от азотной системы на борту ракеты. Наддув баков обеспечивать нагретыми газами: бак окислителя – кислородом, отбираемым после насоса, испаряемым и подогреваемым в теплообменнике; бак горючего – газами, отбираемыми за газогенератором и охлаждаемыми до нужного уровня в том же теплообменнике. Теплообменник – агрегат двигателя;

отказаться от рулевых камер и соответствующих агрегатов, впервые разработать компоновку мощного двигателя с качающимися четырьмя основными камерами при неподвижном относительно ракеты ТНА».

Маршевый двигатель второй ступени РД-0106 и рулевой двигатель второй ступени РД-461 разработаны в КБ химавтоматики (ОКБ-154) под руководством С.А. Косберга.

Совместная деятельность двух выдающихся конструкторов – С.П. Королева и С.А. Косберга началась в 1958 году. Первая работа была выполнена в невероятно короткий срок. За девять месяцев для третьей ступени космической ракеты, созданной на основе Р-7, был разработан кислородно-керосиновый ЖРД РД-0105. Позже был разработан кислородно-керосиновый ЖРД РД-0109 для третьей ступени РН «Восток».

В 1959 году КБ приступило к разработке более мощного четырехкамерного кислородно-керосинового ЖРД РД-0106 для второй ступени межконтинентальной баллистической ракеты Р-9А. Двигатель выполнен по открытой схеме с одним турбонасосным агрегатом. Камеры сгорания двигателя второй ступени установлены неподвижно, роль рулевых двигателей выполняли поворотные сопла, работавшие на отработанном турбогазе. На базе этого двигателя разработаны модификации РД-0107 и РД-0108 для третьих ступеней космических ракет-носителей «Молния», «Восход», а также РД-0110 для третьей ступени РН «Союз».

«Позднее в ОКБ-456 и в КБ химавтоматики были разработаны классификации индексации двигателей.

Группа РД-100 и далее – кислородные двигатели;

группа РД-200 и далее – азотнокислотные и азотнотетраоксидные двигатели;

группа РД-300 и далее – фторные двигатели;

группа РД-400 и далее – ядерные двигатели (по данным, приведенным в книге «Однажды и навсегда..» – в 1956 году вышло постановление правительства о разработке в СССР ракеты дальнего действия с ядерным двигателем. Главным конструктором ракеты был назначен С.П. Королев, главным конструктором двигателя – В.П. Глушко. научным руководителем работ по созданию реактора для двигателя – Александр Лейпунский – прим. авт.);

группа РД-500 и далее – перекись-водородные двигатели;

группа РД-700 и далее – трехкомпонентные двигатели.

КБХА решило использовать разработанную Глушко классификацию обозначений двигателей..., но в качестве отличительного «фирменного» признака двигателей КБХЛ начинать численное обозначение с цифры «0»... Так появились обозначения двигателей КБХА – РД-0122 и др.». [73]

Фазовая система радиоуправления была создана в НИИ-885 и испытана в 1962 году. Ее применение предполагалось как на ракетах Р-9, так и на ракетах Р-36 и УР-100.

«За несколько десятков секунд до конца активного участка полета бортовая аппаратура системы радиоуправления вступала в связь с наземным пунктом, и начиналось управление полетом ракеты по направлению с помощью радиосистемы». [74]

Управление полетом ракеты на участке работы двигателя первой ступени осуществлялось с помощью качающихся камер сгорания маршевого двигателя. Для ракеты разработаны два типа головных частей, имеющих ядерные заряды с различным тротиловым эквивалентом.

Первый испытательный пуск ракеты с наземной пусковой установки «Десна-Н» состоялся на полигоне Байконур 9 апреля 1961 года. ЛКИ комплекса «Десна» завершены 14 февраля 1963 года. 22 февраля 1963 году проведен первый пуск Р-9А с наземного комплекса «Долина». Первый пуск из шахтного комплекса «Десна» проведен 27 сентября 1963 года (по другим данным, пуск проведен в 1962 году). Всего в рамках летно-конструкторских испытаний проведено 54 пуска ракет. В феврале 1964 года летно-конструкторские испытания были завершены.

ЛКИ ракеты затянулись в силу ряда причин. В частности, потребовалась длительная доработка двигателя коллективом В.Н. Глушко, который столкнулся с труднообъяснимым явлением высокочастотных колебаний в камере сгорания. Проблему удалось решить лишь со временем.

Пишет генерал-полковник А.А. Ряжских: «Летные испытания ракеты Р-9А начались в апреле 1961 года и проходили тяжело, как говорили тогда испытатели, «раз до цели, раз за бугор». Причиной большого количества аварийных пусков были высокочастотные колебания, возникающие при работе двигателей первой ступени и приводящий к ее разрушению. Трижды в результате аварий полностью выводились из строя наземные стартовые позиции. «Главный строитель» полигона генерал Г.М. Шубников, осматривая разрушенные старты и оценивая объем ремонтно-восстановительных работ, говорил с присущим ему юмором: «Да, мужики, с вами не соскучишься».

Надо сказать, что, несмотря на большое количество аварий, в том числе и непосредственно на стартовых позициях, имел место всего лишь один случай гибели номера стартовой команды, задохнувшегося в парах азота из-за неумелого обращения с изолирующим противогазом.

Здесь нужно отдать должное прозорливости С.П. Королева, упорно не желающего переходить на двигатели с низкокипящими компонентами ракетного топлива, которые принесли «большие неприятности», если таковыми можно считать гибель сотен людей при испытаниях ракет Р-11, Р-12, Р-14 на полигонах и в ходе эксплуатации. Да, дорогую цену заплатили ракетчики за применение на ракетах главного конструктора М.К. Янгеля двигателей, работающих на гептиле и четырехокиси азота. Светлая им память.

Между тем летные испытания ракеты Р-9А затягивались. После каждого неудачного пуска требовалось время на выявление причин аварии, проведение соответствующих конструкторских доработок и ремонтно-восстановительных работ на стартовом оборудовании. А вместе с тем полным ходом и с положительными результатами шли летные испытания ракеты Р-14. Вопрос о принятии на вооружение и развертывании боевых ракетных комплексов с ракетой Р-9А становился проблематичным.

И, тем не менее, такое решение было принято, чему был ряд причин, в том числе и технических. С технической точки зрения комплекс с ракетой Р-9А, особенно наземный вариант, обладал рядом неоспоримых преимуществ. Прежде всего, небывало высокой степенью боеготовности. Так, например, для пуска ракеты из состояния постоянной боевой готовности (ракета находится в хранилище с пристыкованной головной частью) требовалось немногим более двадцати минут, из состояния повышенной боевой готовности (ракета находится на стартовом устройстве в вертикальном положении) – не более двенадцати минут. По сравнению с ракетным комплексом Р-7А, где боеготовность измерялась сутками, на наземном комплексе с Р-14 – часами, то надо объективно признать, что данные по боеготовности Р-9А свидетельствовали о значительном техническом прорыве в ракетостроении.

Это было достигнуто главным образом за счет широкой автоматизации многочисленных операций, проводимых в ходе предстартовой подготовки. Была впервые применена автоматизированная система подготовки пуска. Для подъема ракеты в вертикальное положение требовалось менее пяти минут, при этом пристыковка шлангов и пневмосоединений проводилась автоматически. Для заправки ракеты, выполнявшейся параллельно с подготовкой других систем к пуску, требовалось не более восьми минут. При этом на стартовой позиции не было никакого скопления стартовых номеров боевого расчета. Людей можно было буквально пересчитать по пальцам одной руки. Последнее обстоятельство было весьма важным при оценке безопасности ракетного комплекса.

Ну и, наконец, о потерях жидкого кислорода при заправке ракеты. На экспериментальном комплексе он достигали тридцати процентов, что было неприемлемо в условиях боевого дежурства. Однако для штатных боевых ракетных комплексов была разработана система, позволявшая понизить точку кипения окислителя на 10-15 градусов и снизить за счет этого потери жидкого кислорода в сотни раз.

После демонстрации ракеты Р-9А на штатной наземной стартовой позиции маршал А.А. Гречко, бывший тогда министром обороны, сказал: «Нам нужна такая ракета».

В 1965 году ракета Р-9А была принята на вооружение. Но время было упущено. К этому моменту войска интенсивно оснащались комплексами с ракетами Р-14, а с ракетой Р-9А на боевое дежурство было поставлено всего лишь около тридцати комплексов». [75]

Первоначально серийное производство ракет предполагалось развернуть на Красноярском машиностроительном заводе. Позже серийное производство было развернуто на Куйбышевском заводе «Прогресс».

Во время испытаний ракеты Р-9А на полигоне Байконур произошла катастрофа.

«23 октября 1963 г. в шахте «В» произвели заправку учебной ракеты Р-9. В основном она прошла нормально. Однако было неосторожно пролито горючее – керосин. Загазованность шахты была примерно 32% кислорода при норме не более 21%. На следующий день в 11 ч местного времени расчеты стали спускаться в шахту «В» для работы. Они спустились на лифте на восьмой этаж. На отметке тридцать метров при входе в телеметрическую комнату заметили, что перегорела электролампочка. Лейтенант Щербаков стал ввертывать новую. Искра в электропатроне вызвала вспышку, и начался пожар. Щербаков, одежда которого была сильно пропитана кислородом, сгорел дотла; от него остались только каблуки сапог. Лейтенант Соннов и сержант Гудимов лежали на полу задохнувшимися. В соседней комнате погиб представитель промышленности Иван Иванович Кулагин. Узнав о пожаре, начальник группы подполковник Николай Васильевич Жарков, не задумываясь о смертельной опасности и взяв с собой сержанта Соловьева и лифтера рядового Муртазина, захватив огнетушители, сел в лифт и стал спускаться на восьмой этаж для спасения людей. Немного ранее о пожаре узнал инженер-испытатель майор 1-го научно-испытательного управления, который уехал с восьмого этажа, не доложив о случившемся Жаркову, как начальнику объекта, и приказал дежурному электрику снять напряжение с лифта, в котором спускались Жарков, Соловьев и Муртазин. Лифт остановился между третьим и четвертым этажами, где они и погибли, сильно обгорев, из-за чего опознать их было чрезвычайно сложно. Капитан Николай Котов проводил работы на нулевой отметке шахты. Почувствовав запах гари и дыма, он по аварийному выходу, расположенному в коробе, где были проложены кабели, по лестнице-трапу добрался до оголовка шахты. Когда ему помогли подняться, он глотнул свежего воздуха и умер». [76]

Трагедия произошла 24 октября 1963 года ровно через три года после катастрофы 24 октября 1960 года при подготовке к пуску ракеты Р-16. Этот день на Байконуре называют «черным днем полигона». На этот день не планируется работ, в этот день не проводятся испытания ракетно-космической техники.

В декабре 1964 года воинские части с наземными и шахтными ракетными комплексами Р-9А заступили на боевое дежурство под Козельском, Омском и Тюменью. Стартовые комплексы боевых Р-9А были также в Плесецке и на Байконуре, 21 июля 1965 года МБР Р-9А в наземном и шахтном вариантах была принята на вооружение. Группировка насчитывала 27 пусковых установок. На вооружении полка с ракетами Р-9А для шахтных стартовых комплексов имелись три пусковые установки.

Вот что пишет о ракете Р-9А бывший начальник Главного управления ракетного вооружения генерал-лейтенант Н.Н. Смирницкий:

«Значительным успехом при проектировании последнего на низкокипящем окислителе ракетного комплекса Р-9А является обеспечение полной автоматизации подготовки к пуску без участия боевых расчетов (включая такие трудоемкие операции, как заправка компонентами топлива). Полная автоматизация указанных процессов и применение в этом комплексе переохлажденного жидкого кислорода и средств поддержания его неснижаемого запаса в постоянной готовности к заправке позволили обеспечить достаточно высокую боевую готовность Р-9А (порядка 10 минут), обусловленную временем заправки ракеты компонентами топлива в форсированном режиме. К сожалению, по разным объективным и субъективным причинам высокосовершенный в конструктивном отношении ракетный комплекс Р-9А не был широко внедрен в войска». [77]

Из книги «Генеральный конструктор, академик Владимир Павлович Бармин»:

«Следует отметить, что в США при создании в это же время шахтных пусковых установок для ракет «Юпитер», «Атлас» и «Титан» не смогли найти решений, обеспечивающих возможность их пуска непосредственно из шахты. Их шахтные стартовые комплексы предусматривали только хранение ракет в шахтах, а для пуска ракеты поднимались лифтовой установкой на поверхность земли». [78]

Из книги «Межконтинентальные баллистические ракеты СССР (РФ) и США»: «МБР Р-9А представляла собой выдающуюся по своему совершенству ракету на низкокипящем окислителе. При создании этой ракеты был использован ряд прогрессивных технических решений, в результате чего она имела довольно высокий для первых МБР показатель энергомассового совершенства». [79]

28 октября 1962 года проводилась операция К-4, в ходе которой в космосе па высоте 150 км был произведен подрыв ядерного заряда, выведенного ракетой Р-12. Планировалось, чтобы две опытные ракеты Р-9 должны были пролететь максимально близко к точке ядерного взрыва через 1 сек после его подрыва. По стечению обстоятельств обе ракеты не оторвались от пусковых столов и взорвались на стартовой позиции.

К 1972 году последние боевые ракетные комплексы Р-9А наземного (открытого) старта были сняты с боевого дежурства. В 1974-1977 годах, в соответствии с договором ОСВ-1, в СССР были сняты с боевого дежурства и ликвидированы 210 пусковых установок МБР Р-16У и Р-9А. Всего по данным, приводимым в печати, отечественной промышленностью было выпущено более 70 ракет Р-9А.

 

* * *

Назад.

Оглавление.

Далее.

 

* * *
Яндекс.Метрика