На главную сайта   Все о Ружанах

Н. В. Самородов

СТРАТЕГИЧЕСКИЕ РАКЕТЧИКИ НА КОСТРОМСКОЙ ЗЕМЛЕ.

Посвящается 50-летию создания 10-й ракетной дивизии

г. Кострома 2010 г.

При перепечатке ссылка на данную страницу обязательна.
При предъявлении претензий по поводу публикации данная страница будет немедленно удалена.

Наш адрес: ruzhany@narod.ru

Глава III
Формирование и развертывание в боевой порядок
дивизии, вооруженной ракетными комплексами
с отдельными стартами (ОС)
(1966-1983 г.г.)

Вчера продолжается сегодня.

Создание и постановка на боевое дежурство ракетных комплексов межконтинентальных баллистических ракет Р-16У (из них 4-е ракеты 10-й ракетной дивизии), обеспечивающих решение стратегических задач Верховного Главного Командования в удаленных географических районах и на любых театрах военных действий, означало конец неуязвимости заокеанских и других государств, от которых исходила угроза безнаказанного применения ядерного оружия против нашей страны.

В 60-ые годы США сделали новый рывок в наращивании своих стратегических наступательных сил путем масштабного развертывания межконтинентальных баллистических ракет (МБР) «Минитмен», доведя их число до 1000 единиц. В то время Советский Союз уступал Соединенным штатам по числу МБР более чем в 5 раз. Это вызвало необходимость создания ракет второго поколения с одиночными стартами «ОС» УР-100. Отличительными особенностями этого поколения ракетных комплексов явились ампулизация жидкостных ракет, впервые созданная система дистанционного управления и контроля (СДУК) и автоматизированная система управления (АСУ) «Сигнал». В этот технический прорыв, определивший дальнейшее развитие РВСН, внесли неоценимый вклад конструкторские бюро, возглавляемые В.Н. Челомеем, М.К. Янгелем, С.П. Королевым, Н.А. Пилюгиным, Т.Н. Соколовым.

Челомей В.Н.

Новое поколение ракет отличалось высокой боеготовностью, точностью попадания в цель, живучестью, сокращением численности обслуживающего личного состава и практически не уступало по основным тактико-техническим характеристикам ракет «Минитмен».

Для развертывания группировки с ракетными комплексами «ОС» потребовалось формирование и обустройство в короткие сроки новых ракетных соединений, довооружение, а затем и полное перевооружение дивизий, ранее поставленных на боевое дежурство.

Для создания ракетных комплексов второго поколения, строительства одиночных боевых стартовых позиций (БСП «ОС») и других важных объектов были мобилизованы отрасли промышленности, военные и гражданские строительные и монтажные организации. Решающий вклад в оснащение РВСН новым поколением ракетных комплексов внесли коллективы заводов им. Хруничева, Южного машиностроительного завода, Пермского завода «Машиностроитель», приборных заводов Харькова и Киева, Ленинградского завода «Большевик» и многих других предприятий практически всех регионов страны.

Довооружение, а затем и полное перевооружение в полной мере коснулись 10-ую ракетную дивизию. Дивизия постепенно начинает переходить на новую организационно-штатную структуру. Тяжелая ноша ложится на командира дивизии генерал-майора Тарасова Николая Васильевича, и назначенного на его смену в 1967 году полковника (затем генерал-майора) Пылаева Юрия Константиновича.

Заслугу их в этой большой и очень важной работе трудно переоценить. Не снижая уровня боевой готовности ракетных полков, несущих боевое дежурство, необходимо было формировать новые ракетные полки «ОС», выбирать для них места будущих боевых стартовых позиций. Последняя работа всецело легла на плечи заместителя командира дивизии полковника Козьмина А.К. и выделенного ему в помощь офицера оперативного отделения майора Песоцкого Н.В. Эта группа в течение полутора лет в гражданской форме одежды практически не выезжала из районов Костромской области. Привязка будущих БСП осуществлялась сначала вблизи уже существующих позиций и объектов дивизии без конкретного определения принадлежности их тому или иному ракетному полку. После определенной рекогносцировочной работы выбранные места (будущие БСП) майором Песоцким Н.В. в штабе дивизии наносились на рабочие карты, и всё опять повторялось сначала. К этой работе в экспедициях привлекались подполковник Свисленок Н.В., майор Наумов, прапорщик Парфенюк В.А.

Таким образом, были выбраны БСП для первого, второго, третьего и четвертого полков. Затем выбирались места будущих БСП для других полков. Для каждого ракетного полка требовалось выбрать по десять позиций. Основными критериями выбора позиций являлись удаление от центральной (маточной) позиции — позиции командного пункта, невозможности поражения двух ближайших позиций одним ядерным взрывом, исходя из степени защиты пусковой установки это расстояние должно быть 8-12 км, и возможность прокладки к ним подъездных дорог наименьшими усилиями. Выбранные места привязки, после нанесения на карту докладывались командиру дивизии и после его утверждения докладывались командиру корпуса и в Главный штаб Ракетных войск для рассмотрения, утверждения и определения принадлежности тому или иному ракетному полку. Затруднения оказались в выборе позиций в Красносельском районе. Они оказались практически на берегу реки Волги напротив н.п. Плёса, но после рассмотрения их в ГШРВ и они были утверждены.

Итак, решением ГШВС и ГКРВСН 10-ой ракетной дивизии предписано было сформировать 10 ракетных полков.

Уже к 1 января 1967 года в дивизии сформирован и полностью укомплектован первый (141-ый рп, в./ч. 46181). Командиром полка был назначен командир дивизиона торпедных катеров капитан второго ранга Ентальцев А.П., начальником штаба полка — майор Андрущенко Б.Г., замполитом — майор Гусев В.И. (участник ВОВ), главным инженером — майор Василенко Ф.Б., заместителям командира полка по боевому управлению — подполковники: Аншаков А.А., Первушин, Соловьев А.А. В последствии полком командовали: Олейник И.И., Шинеленко В.П., Селюков Ю.Н., Матвиенко И.К., Середа Ю.П. Начальниками штаба были: Мельник, Коваленко А.А., Загорнов Н.М., Середа Ю.П. Главными инженерами были: Большаков, Сдобников. Замполитами были: Корзун, Кориненко, Ветрянский В.В.

К этому времени в боевом составе дивизии состояло: 6 ракетных полков с наземными стартами, один полк шахтного варианта. На базе снабжения и войскового ремонта 31.03.1966 года сформирована 2425-ая техническая ракетная база (в./ч. 96780), 529 человек численного состава. Сформированы: отдельный дивизион боевого обеспечения, отдельные эксплуатационно-ремонтная рота, восстановительная рота, железнодорожная эксплуатационная рота, автомобильная рота, эксплуатационно-регламентная группа, база материально-бытового обеспечения, военный госпиталь. В декабре 1967 года сформированы: 31-ая отдельная вертолетная эскадрилья (в./ч. 65526), 27-ая отдельная рота аэродромно-технического обеспечения (в./ч. 44378).

5 мая 1967 года полностью укомплектованный 141-ый рп убыл на трехмесячную переподготовку в ученый центр полигона «Байконур».

Создание ракетных полков «ОС» исходило из глубокого понимания его целей и задач. Предусматривалось, что ракетный полк «ОС» предназначен для поддержания ракетного и специального вооружения в готовности к пуску ракет. Остальные же функции, присущие любому другому полку, предусматривалось выполнять другим частям и подразделениям дивизии. На деле получилось, если не почти, то совсем не так. С этого, так называемого «полчка» (так называли его несведущие люди), требовалось всё и в полном объеме. Практически все виды боевого, специального и тылового обеспечения. И чтобы всё было сделано на должном уровне. Вот так из полка специального предназначения он превратился в полк со всеми полноценными функциями. Именно этим ракетный полк «ОС» стал для их командиров очень тяжелой ношей. Решать задачи личным составом в количестве 240 человек было практически невозможно. А требования со стороны вышестоящих командиров и начальников год от года всё росли. Они требовали: «Не знаю как и чем, но чтобы было всё сделано». Вот один из таких примеров. В зимнее время, при больших снежных заносах смена дежурных смен с боевого дежурства должна проводиться по заранее подготовленным дорогам. Дороги заранее должны быть подготовлены силами и средствами отдельного батальона боевого обеспечения (оббо). Учитывая, что в дивизии было сформировано 9 ракетных полков, да и в каждом по десять БСП, то становится очевидным, что подготовить подъездные дороги к каждой из них просто физически невозможно. Хотя, люди и техника оббо не вылезали из позиционных районов, да и с учетом поломок и отказов техники задача оставалась нерешенной. А смену проводить надо и во что бы то ни стало. И вот это «во что бы то ни стало» ложилось на плечи командиров полков. Со сменой на БСП необходимо было, кроме людей, доставить оружие, боеприпасы, продовольствие.

Решение задачи было, конечно, найдено. Личный состав становился на лыжи, брал на себя всё, что предстояло, и двигался на определенную БСП. После смены возвращался к установленному месту.

Таким образом, смена боевого дежурства в отдаленных полках (пятом, шестом, восьмом, девятом и двенадцатом) проводилась до глубокой ночи. На десятую площадку (место постоянной дислокации — военный городок № 3) люди после смены возвращались глубоко за полночь или под утро. Были случаи, когда из-за плохой подготовленности, вернее из-за неподготовленности дорог, машины с людьми падали в откосы, в ледяную воду.

Из воспоминаний командира полка подполковника Гулидова В.Г.: «Под Новый 1984 год при следовании со смены в сильнейший гололёд машина с личным составом слетела в речку с дорожной насыпи высотой около 6-7 метров, проломила лёд и встала, задравши нос, на половину на берегу, наполовину в воде. Моторная часть на берегу, а кузов в воде. Двери кузова выбило, люди и оружие скатились в ледяную воду. Хорошо, что место оказалось неглубоким — чуть более метра. При падении казалось никто серьезных травм не получил, все выбрались из воды, а вот часть оружия оказалась на дне. Больше часа, одевшись в костюмы Л-1, солдаты с помощью железных прутьев на ощупь отыскивали автоматы и пулемёты, извлекали их из воды. Очень долго не могли найти один пулемёт, но, наконец, и он показался, подцепленный железным крюком. Когда стало спадать нервное напряжение, люди стали чувствовать свои травмы и ушибы. Нескольких человек отправили в госпиталь. Больше всех пострадал капитан Маценов В.В., ему пришлось провести в госпитале около двух недель. Смена с боевого дежурства прибыла в пункт постоянной дислокации только под утро».

Параллельно в дивизии формируются:

— 173-ий рп «ОС» (в./ч. 74834), командиром полка назначен фронтовик — артиллерист подполковник Павленко В.Н., начальником штаба — подполковник Клокатов И.Г., главным инженером — подполковник Пырин В.А. Далее на данном этапе полком командовали полковник: Гайдуков В.Н., Даведенко М.В., Гаврилов А.Г., начальниками штаба назначались майоры: Олейник И.И., Пустовой И.В., Окуловский В.В., Лихоман А.А., главными инженерами назначались подполковники: Чуриков В.Н., Малько, Клеванский;

— 227-ой рп «ОС» (в./ч. 95832), командиром полка назначен фронтовик подполковник Пасечник Р.Н., начальником штаба — подполковник Завацкий П.М. Далее полком командовали: подполковники Шлыков В.М., Золотов А.Н., начальниками штаба назначались: майор Баженов Г.Д., главным инженером назначался подполковник Каженел И.Н.;

— 233-ий рп «ОС» (в./ч. 12467), командиром полка назначен фронтовик подполковник Романов В.И., начальником штаба — подполковник Иванов А.С., главным инженером — подполковник Гейдерман Б.Н. Далее полком командовали полковники: Худяков, Гербов А.М., Крючка И.А., начальниками штаба назначались майоры: Бречалов, Слинько, Дементьев С.В., Пивнов, главными инженерами назначались подполковники: Дедов Б.А., Снаегин В.А.;

— две сборочные бригады (сббр) «ОС», начальники подполковники: Яковлев и Краснюк;

— отдел капитального строительства (в./ч. 97686), начальником отдела назначен майор Романенко.

По прибытии полка после учебы к месту постоянной дислокации офицеры активно включались в строительство боевых стартовых позиций, монтаж и пуско-наладочные работы. Полк приступал к несению опытного дежурства на командном пункте, изучая и осваивая устанавливаемую аппаратуру и оборудование. На БСП офицеры выступали в роли комендантов позиции, осуществляя допуск военных строителей, монтажников, представителей дивизии и военной приемки при проведении автономных и комплексных испытаний. Зачастую приходилось с опытного дежурства ехать на БСП в качестве коменданта и наоборот — с БСП на командный пункт. Офицерский состав не знал тогда ни суббот, ни воскресений, ни праздничных дней.

Жить на БСП приходилось в дощатых караульных помещениях (если их можно так назвать), буржуйки топились в зимнее время круглосуточно. Внизу на уровне коек первого яруса вода в ведрах замерзала, а на втором ярусе спать было невозможно от жары. Порой случалось, что обеспечение работ на большинстве БСП офицеров своего полка не хватало, тогда по решению командира дивизии уже сформированные ракетные полки оказывали помощь. И так было при строительстве каждого последующего полка.

Строительные, пусконаладочные работы, автономные и комплексные испытания длились примерно полтора года. После сдачи зачетов комиссии ГКРВ первый полк «ОС» (141-ый рп) 10-ой дивизии приказом ГКРВ в 14.00 26.06.1968 г. заступил на боевое дежурство. Для несения боевого дежурства в полку было сформировано четыре группы пуска в составе пяти человек (командир группы, два старших оператора и два оператора). На боевое дежурство с группой пуска заступал один из заместителей командира полка в качестве командира дежурных сил. В первые годы боевое дежурство осуществлялось на командном пункте на трёх боевых постах (№ 1 — командир дежурных сил и его заместитель, № 2 — посменно старшие операторы, № 3 — посменно операторы). На дежурство в течение трёх-четырёх суток заступала дежурная боевая смена пуска, состоящая из двух боевых расчетов пуска со сменой через шесть часов. Смена смен производилась по вторникам и пятницам. Такой режим несения боевого дежурства (шесть часов через шесть) офицерами дежурной боевой смены пуска переносился очень тяжело, особенно когда они заступали на четверо суток (с пятницы на вторник) и с 03.00 до 09.00, 15.00 до 21.00 (называли эту смену «собакой»).

Первыми в дивизии на новом комплексе заступила дежурная боевая смена пуска в составе:

— первый расчет: майор Василенко Ф.Б., старший лейтенант Кукеев В.Н., лейтенант Масалов А.Г.;

— второй расчет: капитан Лихопек Э.Н., капитан Михайленко А.Ф., лейтенант Кипнис А.А.

В состав дежурных смен полка включались:

— дежурная смена связи с постоянным несением боевого дежурства на боевом посту № 4 (радиотелеграфист) на командном пункте полка (в главном зале);

— дежурная техническая смена несла боевое дежурство на боевых постах по графику;

— дежурная смена охраны и обороны (ДСОО) на командном пункте полка в сооружении № 6 на боевом посту № 10 — начальником ДСОО и двумя его помощниками непрерывно и десятью дежурными сменами охраны и обороны — караулами (ДСОО-К) непрерывно на двух постах и расчетом усиления.

Из состава дежурной боевой смены командного пункта и расчета усиления назначались два расчета автономного пуска в тридцатиминутной готовности к выезду на пусковую установку для проведения пуска ракеты непосредственно из оголовка пусковой установки. Для чего на командном пункте полка было подготовлено все необходимое. Дежурная смена охраны и обороны назначалась на семь суток.

По такому трудному пути становления прошли все полки дивизии и в очередности ставились на боевое дежурство.

С постановкой на боевое дежурство первого полка «ОС» в дивизии на боевое дежурство заступили:

— дежурная боевая смена командного пункта дивизии (ДБСКП);

— дежурная боевая смена запасного командного пункта дивизии (ДБСЗКП);

— дежурная техническая смена дивизии (ДТС) в составе: начальника дежурной технической смены;

— дежурная смена технического пункта управления (ДСТехПУ);

— дежурная смена технической ракетной базы (ДСтрб);

— дежурная смена ремонтно-технической базы (ДСртб);

— дежурная смена базы регламента средств боевого управления и связи (ДСбрсбус);

— дежурная авиационная смена (ДАС);

— дежурный диспетчер энергоснабжения.

Дежурная смена технической ракетной базы (ДСтрб) состояла: начальник дежурной смены трб, дежурный расчет пусковой установки, дежурный расчет командного пункта (для РК 15ПО15, 15ПО16), дежурный расчет группы энергообеспечения.

Дежурная смена базы регламента средств боевого управления и связи (ДСбрсбус) включала в себя: начальника дежурной смены регламента средств боевого управления и связи, дежурный расчет аварийно-восстановительных работ средств боевого управления и связи (его начальник являлся заместителем НДС), дежурный расчет аварийно-восстановительных работ на кабелях боевого управления и связи.

Дежурная авиационная смена дивизии включала в себя: начальника дежурной авиационной смены, один основной и один резервный дежурные экипажи, дежурного по приему и выпуску вертолетов, дежурного инженера и дежурного по аэродромно-техническому обеспечению.

Все дежурные смены дивизии призваны решать главнейшую задачу — обеспечить постоянную боевую готовность ракет, специального вооружения (головных частей), технологического оборудования, технических систем и средств боевого управления к нанесению ракетно-ядерных ударов по запланированным объектам вероятных противников.

Для решения этой главнейшей задачи дежурная боевая смена командного пункта полка постоянно контролировала более сорока параметров ракеты, головной части, всех технических и технологических систем пусковой установки, кабелей боевого управления. Около двадцати параметров, контролируемых ДБСКПрп непосредственно влияли на боевую готовность и при их отклонении от нормы, возникала экстренная необходимость устранения этих отклонений. Устранение осуществлялось ДСтрб, ДСртб (в случае её необходимости), ДСбрсбус, ДАС.

При отклонении от нормы того или иного параметра из указанных двадцати ДБСКП полка докладывала на командный пункт дивизии и в ДТС, где возникшее отклонение (неисправность) анализировалось и вырабатывались решения на её устранение. С КПрп выдавалось донесение на вышестоящие командные пункты о задержке ракеты к пуску первой, второй или третей степени.

Независимо от времени суток, любых проводимых в дивизии работ и мероприятий эти неисправности устранялись выездными расчетами трб, ртб, брсбус немедленно. Другие же неисправности, относящиеся к другой категории (более двадцати оставшихся) устранялись теми же силами, но уже в плановом порядке.

После устранения неисправностей с КПрп на вышестоящие командные пункты представлялись донесения о снятии соответствующей задержки ракеты к пуску. Состояние боевой готовности каждой пусковой установки к пуску тщательно отслеживались на всех командных пунктах всех звеньев управления с ежедневным докладом соответствующему командиру.

20 августа 1968 года 173-ий рп «ОС» (второй) с ракетами УР-100 приказом ГКРВ заступил на боевой дежурство.

5 ноября 1968 года 227-ой рп «ОС» (третий) с ракетами УР-100 приказом ГКРВ заступил на боевой дежурство.

17 декабря 1968 года 233-ий рп «ОС» (четвертый) с ракетами УР-100 приказом ГКРВ заступил на боевой дежурство.

В течение 1967-69 г.г. идёт формирование и переподготовка в учебном центре «Тюра-Там» ещё шести ракетных полков:

105-ый ракетный полк «ОС» (в./ч. 07386), командиром полка назначен подполковник Казаков А.Д., начальником штаба — подполковник Федоренко А., главным инженером — подполковник Голубов Ю.А. Далее полком командовали подполковники: Шептуха А.В., Новгородов С.М., начальниками штаба назначались майоры: Шептуха А.В., Тельной В.И., главными инженерами назначались подполковники: Воскобойников Г., Ксанф А.Н.;

575-ый ракетный полк «ОС» (в./ч. 54044), командиром полка назначен подполковник Гуров И.И., начальником штаба — подполковник Непомнящий Г.Д., главным инженером — подполковник Ласкин А.

Далее полком командовали подполковники: Пудышев Г.И., Лукьяненко А.С., начальниками штаба назначались майоры: Белявцев А.Е., Шендриков А., Лукьяненко А.С., Смирнов В., главными инженерами назначались подполковники: Петрушкевич Н.С., Соколов А.Я., Безруков Г.В.;

314-ый ракетный полк «ОС» (в./ч. 68534), командиром полка назначен подполковник Свисленок Н.В., начальником штаба — подполковник Прорубщиков М.П., главным инженером — подполковник Лысаков И.Ф. Далее полком командовал полковники Строчков В.В., начальниками штаба назначались майоры: Шмонов В.М., Гудков В.П., Строчков В.В., Самородов Н.В., Чернышов А.П., главными инженерами назначались подполковники: Потанин А.А., Дедушкин А.Т.;

489-ый ракетный полк «ОС» (в./ч. 74207), командиром полка назначен подполковник Линтварев В.К., начальником штаба — подполковник Шурыгин Н.М., главным инженером — подполковник Захаров А.К. Далее полком командовали подполковники: Гудков В.П., Коростелев М.И., Новгородов С.М., начальниками штаба назначались майоры: Гулидов В.Г., Гальцов Н.М., Мачигин В.В., Золотов А.Н., главными инженерами назначались подполковники: Корбаков В.Н., Габидуллин Р.Г.;

131-ый ракетный полк «ОС» (в./ч. 26161), командиром полка назначен подполковник Петрунин. В 1970 году директивой ГКРВ полк передан в состав 62-ой рд;

143-ий ракетный полк «ОС» (в./ч. 21423), командиром первоначально был переведен из 131-го рп подполковник Петрунин, затем назначен фронтовик подполковник Сидоров А.Д., начальником штаба — подполковник Ляпин, главным инженером — подполковник Сочнев Н.В. Далее полком командовали подполковники: Шматов Э.П., Гулидов В.Г., начальниками штаба назначались майоры: Молчанов, Савенко, Гаврилов, Дорошин, Колобынин А.Д., главными инженерами назначались подполковники: Андрианов А.П., Гавриш И.Г.

Каждому полку были выбраны и определены боевые стартовые позиции и позиции командных пунктов.

Командный пункт

Боевая стартовая позиция (БСП) представляет собой охраняемый участок местности с периметром 1000-1200 м и размещенным на нем: сооружением № 1 (непосредственно пусковая установка в бетонированной шахте высокозащищённой до 10 кг/см избыточного давления) караульным сооружением, внутри площадочными бетонными подъездными путями и различными системами охраны, в том числе и электрическими с рабочим напряжением 1630 В, которые не оставляют в живых при касании к ним как животного, так и человека.

Позиция командного пункта совмещалась с БСП и представляла собой также охраняемый участок местности и разделённый как бы на две зоны: зона боевая (это непосредственно БСП с пусковой установкой и командным пунктом) и зона жилая с техническими сооружениями. Командный пункт был выполнен в виде бетонного сооружения № 2, заглубленного на 3/4 и обвалованного с защитой до 2 кг/см и бетонного обвалованного сооружения №2АР с техническими системами, большим дизелем, обеспечивающим электропитание всех десяти БСП в случае пропадания внешнего источника, элементами связи и шифроргана.

Ключ «Пуск»

Боевой расчет, аппаратура боевого управления, системы дистанционного управления и контроля, связи, автономных источников электроснабжения размещались на платформах, имеющих возможность перемещаться в горизонтальной и вертикальной плоскостях.

Таким образом, появляются военные термины: позиционный район ракетного полка (ПРрп) и позиционный район ракетной дивизии (ПРрд). А в позиционных районах ракетные полки выстраиваются в боевой порядок, строятся и оборудуются боевые стартовые позиции, внутри позиционного района — позиция командного пункта. Между командным пунктом и каждой БСП прокладываются силовые кабели энергоснабжения, связи и кабели системы дистанционного управления и контроля (СДУК) оружием, техническим и технологическим оборудованием. Позиционный район полка определялся крайне расположенными БСП и составлял 600-800 кв.км. Позиционные районы ракетных полков составляли позиционный район дивизии, который занимал около 8000 кв.км.

В своих позиционных районах ракетные полки несли боевое дежурство, отрабатывали вопросы боевого, инженерного и тылового обеспечения по подготовке и ведению боевых действий как обычным, так и ядерным оружием.

В позиционном районе дивизии кроме ПРрп оборудовались позиции:

— командного и запасного командного пунктов, технической ракетной и ремонтно-технической баз, места размещения частей специальных войск и тыла с необходимой инфраструктур2ой жизнеобеспечения;

— позиция отдельной вертолетной эскадрильи с необходимыми сооружениями для размещения вертолетов и их обслуживания и для несения боевого дежурства;

— позиции передающего (ПДРЦ) и приемного (ПРЦ) радиоцентров.

Перечисленные выше позиции оборудовались необходимым количеством связных кабелей с оборудованием обслуживаемых (ОУП) и необслуживаемых (НУП) пунктов, подъездными автомобильными и железнодорожными путями. В общем, хозяйство достаточно большое и в вопросах его содержания достаточно хлопотное и трудное. Всё это в начальный период становления «осовской» дивизии легло на плечи военных строителей и их военно-строительного комплекса.

Необходимость защиты ракетных комплексов от различных средств поражения и в первую очередь ядерных, поставила перед конструкторами наземного оборудования и строителями крайне сложную фортификационную задачу — строительство высокозащищенных шахтных пусковых установок, командных пунктов и всей системы боевого управления.

Требовалось также создать необходимую строительную и инженерную инфраструктуру, которая должна была обеспечить боевую эксплуатацию сложной ракетной техники и требуемые условия для боевой подготовки, быта и отдыха личного состава офицеров-ракетчиков и их семей, а так же участников строительства. Именно такая задача была поставлена правительством перед командованием в/ч 34029 и вновь сформированного 279 Управления инженерных работ (в/ч 93304) в начале 1966 года. На объекте 890 предстояло развернуть девять позиционных районов нового поколения ракет, укрытых в шахтных пусковых установках, со всей необходимой инженерной и социальной инфраструктурой, как для ракетчиков, так и для самих военных строителей и субподрядных организаций.

Войсковая часть 93304 (279 УИР) была сформирована в январе-феврале 1966 года. Первым командиром её был назначен полковник Грозубинский Абдель Хакимберович. 279 УИР формировался по «литеру А» в составе:

— заместителя командира — главного инженера, в подчинении которого находились отделы: производственный, технический, механизации, автотранспортный, монтажный, труда и заработной платы. Уже по названию отделов понятны задачи, которые ими выполнялись: производственный отдел отвечал за организацию производственного процесса на всех объектах и во всех строительных организациях и производствах, за расчет потребности в материально-технических ресурсах (строительные материалы, средства механизации и автотранспорт), подготовка инженерно-технического персонала. В разное время производственным отделом УИР руководили майор Резников Я.Х., подполковник Курчевский В.В., в отделе проходили службу капитан Синочкин В.Н., старший лейтенант Кривоногов В.И. Технический отдел принимал техническую документацию на все стройки и объекты от заказчиков, разрабатывал документацию на строительство временных сооружений для нужд стройорганов, военно-строительных организаций, производственных баз и субподрядных организаций. В его же обязанности входило внедрение новых технологий, новой техники, рационализация и изобретательство. Техническим отделом руководили подполковник Лиманский, подполковник Цейтлин Н.Д., майор Синочкин В.Н. Монтажный отдел отвечал за организацию работ всех субподрядных организаций, их стыковку со строителями, обеспечение их ресурсами: материалами, оборудованием, кабельной продукцией, организацию автономных испытаний всех систем и увязку всей этой работы со всеми инженерными службами в/ч 34029 и военной приемкой. В должности начальника монтажного отдела проходили службу подполковники Игнатьев А.Г., Архангельский В.Г., Володин В.И.. Длительное время в отделе работала служащая СА Бочарова С.Ф. Отдел механизации или, как его называли, отдел главного механика отвечал за обеспечение строительства механизмами, за их правильное использование и ремонт, за обеспечение запасными частями и своевременное выполнение технического обслуживания, текущего и капитального ремонтов. В распоряжении главного механика находились передвижные ремонтно-механические мастерские со всем необходимым оборудованием. Руководили этим отделом полковник Янчук П.Я., подполковник Прохоров Г.А., майоры Эрдек, Фоменко. Автотранспортный отдел обеспечивал перевозки строительных материалов и конструкций как для нужд строительных так и субподрядных организаций. Кроме того автотранспорт осуществлял перевозки личного состава военных строителей в ходе работ на боевых ракетных комплексах как на сами стартовые позиции, так и в места прокладки многокилометровых кабельных трасс. Практически ежедневно один военно-строительный отряд 6-ти ротного состава (примерно 800 человек) выезжал на отрывку траншей для прокладки кабелей. Для осуществления руководства строительством БРК на местах работ в составе автотранспортного подразделения имелся и многочисленный легковой транспорт. Возглавлял автотранспортный отдел подполковник Саврасов Рудольф Михайлович, опытный, рассудительный, вместе с тем требовательный инженер и офицер, пользовавшийся большим авторитетом у подчиненных и уважением руководства УИР (в/ч 93304). Впоследствии его заменили подполковники Горинятенко В.В. и Бахвалов А.Л., Малишевский Н.И. И при них автотранспорт справлялся огромными многокилометровыми перевозками грузов всех типов — от тюбингов и оголовков до цемента и продовольствия для личного состава;

— заместителя командира по строевым частям и режиму. Ему подчинялся строевой отдел. Заместителем командира были полковники Брехов Борис Николаевич, Кулаков Федор Александрович, подполковники Полторацкий Г.П. и Соколюк В.Ф. Количество личного состава (ВСО) и офицеров было достаточно большим. Объекты строились практически один год, поэтому передислокации, перевозка и обустройство войск на местах работ усложняли работу строевых офицеров. Все это происходило при ответственных государственных задачах и высоких требованиях по дисциплине и порядку. Надо отметить, что усилиями личного состава офицеров и прапорщиков все поставленные задачи были выполнены в срок или досрочно;

— заместителя командира по материально-техническому снабжению, в ведении которого находились отделы МТО, база продовольствия и отдел тыла. Из названия отделов вытекают их задачи по обеспечению: первым — строительными материалами, конструкциями и изделиями; вторым — продовольствием; третьим — вещевым довольствием военно-строительных частей и офицеров всех строительных подразделений. Первым заместителем командира в/ч 93304 по МТО был подполковник Родюков. После его скоропостижной смерти его сменили полковники Матвеев Л.В. и Синочкин В.Н. Начальниками отдела материально-технического снабжения руководили подполковник Галиновский Ярослав Теодорович, майор Закациоло А.И., Начальниками отдела тыла — подполковники Казаков, Капинос И.П., Казанцев А.Ф.

Непосредственно начальнику 279 Управления инженерных работ были подчинены планово-экономический отдел, отдел кадров, секретная часть и начальник режимной службы. Воспитательной и политмассовой работой в частях руководил и организовывал политический отдел, во главе которого был заместитель командира по политической работе. Политотделу подчинялись партийная комиссия и партийные комитеты в стройорганах. Одновременно с формированием Управления инженерных работ (в/ч 93304) прибывали и строительные подразделения, которые разворачивали работы на новых боевых ракетных комплексах.

В апреле 1966 года на строительную площадку № 6 была передислоцирована в/ч 93308, командиром части был назначен майор Сухих Юрий Андреевич. Коллективу этой части была поставлена задача по строительству объектов 1-го позиционного района и строительству всех необходимых сооружений ТРБ на площадках 6, 6д, 6у и 30. УНР был укомплектован опытными руководителями, грамотными инженерами.

Главным инженером был назначен майор Тихомиров A.M., заместителем по стройчастям и режиму майор Черноус Н.П., заместителем по материально-техническому снабжению подполковник Сова Н. _. Начальниками отделов УНР назначены: планового — майор Сидоров В.В., производственно-технического — майор Клименков П.Е., главного механика — майор Цейтлин А.Л. и главным бухгалтером майор — Перышкин, которого вскоре сменил майор Матысик К.Н., ставший впоследствии главным бухгалтером 279 УИР (в/ч 93304). Инженерно-техническим составом непосредственно на производстве руководили начальники строительно-монтажных участков — капитан Морозов Арнольд Николаевич, майоры Назаров Федор Иванович и Степаненко Эдуард Иванович. Укомплектованию в/ч 93308 инженерно-техническим, личным составом и необходимой техникой придавалось исключительное значение, так как ей было поручено строительство и ввод объектов 1-го позиционного района и строительство необходимых сооружений на площадках технической ракетной базы 6, 6д, 6у, 30 для приема, хранения, обслуживания, передвижения ракетной техники на технологические регламенты при строительстве стартовых площадок, испытаниях и постановке на боевое дежурство. В/ч 93308 успешно справился с поставленными ему задачами и объекты 1-го позиционного района были сданы в эксплуатацию в апреле 1968 года и встал на боевое дежурство 25 июня 1968 года. В течении 1966 и 1967 года все необходимые объекты для обслуживания и хранения ракетной техники, сооружения на площадках 6 и 30 также были введены в строй. Они-то и обеспечили ввод БРК в установленные сроки. Подразделения трб успешно овладели новой для них техникой и оборудованием, слаженно и ответственно работали со строителями и смежниками, что и обеспечило общий успех.

В феврале-марте 1966 года прибыла в/ч 93307 (УНР), которой, было поручено строительство объектов 2-го позиционного района, который географически располагался вблизи н.п. Сусанино. Видимо поэтому УНР был дислоцирован в п. Сусанино, на площадке № 10А, где имелась необходимая строительная база, обустроен городок для ВСО субподрядных организаций, полным ходом шло строительство жилого городка для в/ч 34029, части которой размещались на площадках №№ 23, 22, 33.

Командиром в/ч 93307 был назначен майор Шаронов Б._. В состав части вошли самостоятельные строительно-монтажные участки на площадках 10А, 33 и 23, которыми руководили опытные инженеры Котовой В.Д., Потупин В.Н. Имея строительную базу, обустроенные военно-строительные части на площадках 10А, 23, 33 в/ч 93307, в установленный срок в июле 1968 года сдали стартовые позиции 2-го позиционного района. В составе 2 БРК было предусмотрено наличие запасного командного пункта в/ч 34029, строительство которого продолжалось до конца 1968 года силами в/ч 93307. Завершив строительство объектов 2-го позиционного района, в/ч 93307 развернуло работы на объектах 5-го позиционного района, который размещался вдоль дороги Сусанино — Буй и для его строительства использовалась имеющаяся на 10-ой площадке строительная база, созданная для строительства жилого городка. Накопив достаточный опыт строительства на объектах 2-го позиционного района, в/ч 93307 без задержек и в установленный срок в июне 1969 года сдала все объекты государственной комиссии с хорошим качеством работ. Никаких сложных проблем в ходе строительства объектов 5 БРК не возникло. Трудности вызвало состояние автомобильных дорог, вернее не состояние, а отсутствие таковых от Сусанино до Буя. Существующие были не проходимы для большегрузной техники и это определило решение — продолжить строительство дороги Кострома — Сусанино до г. Буй с обходом села Сусанино. Это решение было принято на уровне Госплана и Министерства Обороны.

В марте 1967 года на объект 890, в, Кострому в соответствии с директивой Министра обороны прибыла воинская часть полковника Кацуба. Ей была поставлена задача по строительству объектов 5-го позиционного района и в последующем — объектов 6-го позиционного района. Главным инженером был подполковник Смирнов В.И. УНР был укомплектован командным и инженерно-техническим составом, ему были приданы два военно-строительных отряда. Все объекты 4-го позиционного района располагались вдоль ранее построенных дорог на площадки №№ 1 и 22, и дороги Кострома — Сусанино. Лишь одна 79 пусковая установка находилась на расстоянии 9 км от существующих дорог. К ней пришлось строить новую автомобильную дорогу. На 4-ом БРК по решению МО были спроектированы мероприятия по маскировке объекта от космических средств наблюдения. Дополнительно ко всем объемам работ по маскировке, выполняемых на всех БРК, предстояло выполнить новые: строить ложные дороги, используя существующие просеки и устраивая новые, на стартовой позиции первой площадки возводились из деревянных конструкций сооружения имитирующие строения туристической базы. На действующих автомобильных дорогах развешивались в определенных местах и в определенном порядке маскировочные сети. Все это контролировалось офицерами проектных институтов и соответствующих служб. Для строителей это были дополнительные заботы и хлопоты. Вся эта имитация снималась с воздуха, корректировалась, вносились изменения и снова выполнялась. Не смотря на эти маскировочные мероприятия, которые выполнялись на заключительном этапе строительства, в целом строительно-монтажные работы велись по графикам, ритмично. Особых отставаний и срывов не было. Сложности создавала погода. 1968 год был дождливым. Но сложности были успешно преодолены строителями и технической ракетной базой в/ч 34029, и в октябре 1968 объекты 4-го позиционного района были приняты Государственной комиссией в эксплуатацию.

Ещё в ходе строительства объектов 4-го БРК строители приступили к подготовке строительства объектов 6-го БРК, который располагался в районе поселка Судиславль. Подготовка заключалась в строительстве жилых городков на каждой площадке общежитий на 1ой стартовой позиции для субподрядчиков, штабов УНР и ВСО, складских и других сооружений, завозились строительные конструкции для горнопроходческих работ, производились отсыпка полотна автомобильных подъездных дорог. Штаб УНР и весь комплекс сооружений для ВСО, субподрядчиков располагался на окраине поселка Судиславль. По мере окончания строительства площадок на 4 БРК, личный состав и техника перебрасывались на 6ой район и без потерь времени и раскачки приступали к выполнению новых задач.

На новом объекте были, конечно, свои сложности. Если на 1, 2, 4 БРК дороги были бетонные и выполненные в основном силами Министерства обороны, то на 6 БРК дороги были областного значения и выполнены в асфальте. Поэтому в апреле — мае по решению Областного Совета, движение по ним ограничивалось по грузоподъемности до 3-х тонн, т.е. практически легковой транспорт.

Все тяжеловесные грузовые автомобили могли передвигаться только по разовым или постоянным пропускам. Пропуска выдавались в малом количестве и за плату. Если учесть, что срок сдачи БРК был установлен в июне 1969 года, то можно понять, что означает потеря из-за ограничения проезда для грузового транспорта двух месяцев перед сдачей объекта.

Командование в/ч 93304 и 34029 было вынуждено обратиться в Областной совет с просьбой разрешить проезд на некоторых участках дорог Кострома-Судиславль, Судиславль-Галич и Судиславль-Островское под гарантии (в случае разрушения) их восстановления силами и за счет Министерства обороны. Такое разрешение было получено, и работы были продолжены без простоев и остановок. Благодаря этому и опыту, полученному ранее при сдаче БРК, воинская часть под командованием подполковника Смирнова В.И, сменившего полковника Коцубу, сдала все объекты 6-го БРК в установленный правительством срок в июне 1966 года. После разборки всех временных сооружений и восстановления разрушенных участков автомобильных дорог в соответствии с выданными гарантиями в/ч решением МО была передислоцирована для выполнения новых задач в Казахстан.

В начале февраля 1967 года на объект 890 прибыла в/ч 83504 (УНР). Ей было поручено строительство 3-го позиционного района, размещенного на территории Красносельского района. Местом дислокации в/ч 83504 была определена I стартовая позиция (по легенде Пионерская) в районе деревни Исаево.

УНР прибыл укомплектованным как командным, так и инженерно-техническим составом: командир части — полковник Половко Николай Федорович, главный инженер — подполковник Любовицкий Ефим Меерович, заместитель по стройчастям и режиму Пикулев М.Н, начальник производственно-технического отдела майор Пономарев Ю.А., заместитель по материально-техническому обеспечению подполковник Дробот И.Ф., начальник планового отдела майор Шашневич Б.Е. В составе планового отдела находилась сметно-договорная группа руководил которой ст. лейтенант Чуприн В.И. и начальник отдела Главного механика подполковник Григорьев Федор Семенович. Район строительства был сложным и по географическим и по геологическим условиям. В районе отсутствовали мосты через реки Покша, Андоба и Стежера, да и сами дороги требовали больших ремонтно-восстановительных работ. Для доставки тяжеловесных грузов были построены броды из железобетонных плит. При проходке стволов шахт применялось замораживание водонасыщенных грунтов, свайные основания под оголовки шахт, имели место выходы плывунов в шахту с последующим увеличением диаметра ствола до 9 м (площадка № 66) и засыпкой пазух между двумя «стаканами» пескоцементом. Кроме того, большинство оголовков шахт были подняты над поверхностью земли на 1,5-2 м, не были обвалованы и утеплены. Отставание в весенний период привело к постоянному изменению высотных отметок закладных деталей оголовка, что задержало почти на месяц сдачу площадок под монтаж технологических систем и «крыши». Для ускорения этих процессов, а вернее для стабилизации отметок, в кратчайшие сроки пришлось устраивать тепляки над оголовками шахт и обогревать их.

Кроме того, трудности в производстве работ всех без исключения участников строительства, как со стороны подрядчика, так и со стороны Заказчика (в/ч 34029) усложнялись погодными условиями: практически со второй половины мая и до конца ноября 1968 года шли проливные дожди. Дороги, которые и так были труднопроходимыми, пришли в непроезжее состояние. Доставка горючего для дизельных станций, продовольствия для личного состава на рядовых площадках, закладных деталей, электродов и других мелких грузов осуществлялось вертолетами. Грузы на головную площадку доставлялись высокопроходимыми автомобилями и тракторами

На 3-ем позиционном районе горнопроходческие работы проводились тремя организациями: «Донецкшахтопроходка», «Московский метрополитен» и Управление Инженерных Работ, руководил которым полковник Новосардов А.Е. Руководителями шахтопроходческими организациями были Замолдинов и Закукянц. Все три организации успешно справились со сдачей под монтаж оборудования стартовых площадок. Этому способствовало то, что все необходимые материалы тюбинги, арматуру, трубы, песок, цемент и др., были завезены в зиму 1967 года.

В январе-феврале 1968 года на 3-й позиционный район прибыли военно-строительный батальон (механизированный) и военно-строительный отряд (автомобильный), которыми командовали подполковник Семак и капитан Черемушкин соответственно. Перед этими подразделениями были поставлены задачи по строительству внутренних (ВАДы) и подъездных (ПАДы) автомобильных дорог. Для строительства межплощадочных дорог решением ГССМО был откомандирован военно-строительный отряд (механизированный) усиленный автотранспортом из 57 Управления Инженерных Работ (57 УИР) г. Плесецк. Командовал этим УИР-ом генерал-майор Престенский П.З. Старшим военным начальником на строительстве межплощадочных дорог был назначен капитан Длот Д.Г. который в последствии руководил строительством автомобильных дорог Судиславль-Галич, Красная Поляна — Островское и другими.

На объекте были сосредоточены такие большие силы в соответствии с требованиями Правительства и Министерства Обороны о сокращении сроков строительства, в связи с чехословацкими событиями весной 1968 года. Кроме того, командованием в/ч 93304 было принято решение освободить шахтопроходческие бригады от работ по покраске пусковых шахт. Была организована строительная мобильная группа обеспеченная транспортом, автокраном, специальными «полками» для работы в шахте, инструментом и средствами защиты личного состава. Последний был отобран из военных строителей по физическим и моральным качествам. Руководил этой мобильной группой капитан Ватулкин Л.Я., группа справилась с поставленной нелегкой технологической задачей успешно и в дальнейшем продолжала выполнять работы на других БРК.

Все предпринятые меры позволили сдать 3-й позиционный район, несмотря на все сложности, в установленный срок — в августе 1968 года с оценкой хорошо. Нельзя не вспомнить ту большую помощь строителям, которую оказала трб и командование в/ч 34029 во главе с командиром — генерал-майором Пылаевым Юрием Константиновичем.

Это так же способствовало успешной и своевременной сдаче стартовых позиций 3-го позиционного района.

Опыт сдачи 1-го и 2-го БРК привел к принятию еще одного, очень важного, решения по строительству подъездных к площадкам автомобильных дорог. Разработчики техники для регламентных работ (установщика, заправщика, специальных кранов и др.) утверждали, что их техника может двигаться и по бездорожью. Поверив им, проектировщики заложили в проектную документацию верхнее покрытие всех дорог из щебня дорожного, т.е. известнякового или гравийного. Дороги с таким верхним покрытием требуют особой технологии устройства насыпи, нижних слоев и хорошего водоотведения, что требует много времени на их возведение. Конечно, в условиях Костромской области, с её глинистыми грунтами и дождливой погодой эти дороги были мало проходимыми и задерживали как строителей, так и монтажников. Предложения о применении покрытия в виде колей из сборных дорожных железобетонных плит с устройством щебеночных обочин и засыпкой межплитного пространства тем же щебнем, отвергалось и проектировщиками и заказчиками всех уровней. Решение было принято лишь после посещения объекта 890 генерал-полковником Геловани Арчил Викторовичем весной 1968 года. То ли специально, то ли по его распоряжению вся начальствующая колонна машин после посещения площадок 6, 6у, 6д, 30 и 4-го района направилась на 3-й позиционный район по автодороге, соединяющей Судиславское шоссе и дорогу на Кинешму (Кострома-Карабаново-Красное), которую пытались выполнить с покрытием в проектном варианте из щебня. И надо же было так случиться, что именно машина заместителя министра обороны забуксовала в одном из топких мест и погрузилась по оси в трясину. При помощи резиновых сапог, пересадив заместителя министра в другую, менее комфортабельную, но более проходимую машину, колонна двинулась дальше. Но начальство успело увидеть, как попытка вытащить автомобиль из трясины бульдозером закончилась плачевно: колесные оси остались в болоте, а оторванный кузов пополз за трактором. После этого происшествия, вечером на совещании было всеми подписано решение о строительстве дорог с верхним покрытием в виде колеи из железобетонных дорожных плит. Справедливости ради надо отметить, что и 1-ый, и 2-ой БРК были привязаны к существующим дорогам на боевые стартовые позиции полков с грунтовыми пусковыми установками 6, 13, 1, 22, 11 и др. Только короткие участки подъездных дорог строились вновь, да геологические и погодные условия 1966-1967 годов способствовали строительству дорог.

Такое решение по изменению верхнего покрытия автомобильных дорог позволило намного сократить сроки их строительства, способствовало ускорению темпов строительства БРК.

Сложности и опыт строительства 1-го и 2-го БРК вызвали тревогу у руководства ГУССМО и в аппарате заместителя министра по строительству и расквартированию войск. Ими были приняты дополнительные меры по наращиванию сил и средств на объекте 890, с целью безусловного выполнения сроков сдачи всех 12 БРК. Строительство стартовых позиций 8 района было передано 384 Управлению Инженерных Работ г. Мирный (Плесецк). Начальником этого УИРа на объект было откомандировано Управление Начальника Работ, дорожный и автомобильные отряды, два военно-строительных отряда. Созданной оперативной группой руководил лично начальник 57 УИР генерал-майор Престенский П.З. — Герой Социалистического труда. Работы на стартовых позициях 8 БРК были развернуты весной-летом 1968 года.

Строительство стартовых позиций 9 БРК было передано 130 УИP г. Байконур. Командир генерал-майор Гурович И.М. 130 УИР так же создал на объекте 890 свою оперативную группу, обеспечив её инженерно-техническим составом, необходимой техникой и личным составом, строительство было начато зимой 1968 года.

Имея опыт работ в нечерноземной северной части страны 384 УИР, без шума и суеты, спокойно развернул подготовительные работы зимой, а с наступлением весны начал практически одновременно на всех стартовых позициях 8 позиционного района строительно-монтажные работы. Работы велись ритмично, без срыва графиков. Некоторое отставание в начальный период было по горнопроходческим работам. Оно образовалось в связи с задержкой горняков на 3 и 4 районах по причине тяжелых геологических и погодных условий, в которых производились работы по строительству шахт. Однако затем все отставание было ликвидировано, и 8ой позиционный район был сдан в эксплуатацию с хорошей оценкой в установленный срок в июне, 1969 года.

По-другому сложилась обстановка со строительством объектов 9-го позиционного района, которые было поручено строить 130 УИР. 130 УИР силы и средства наращивал постепенно. Работы по подъездным автомобильным дорогам как на Байконуре. Зимой из Ленинска в Кострому были направлены мобильные бетонные заводы, техника и автотранспорт которые усиленно завозили на будущие трассы дорог щебень, песок, цемент, монтировались два полевых бетонных завода. 9-й район географически размещался за городком Красное-на-Волге в районе Плессовского карьера где добывался хорошего качества песок и это способствовало принятию решения о строительстве монолитной подъездной дороги. Очень быстро в апреле-мае были построены первые километры бетонного покрытия. Однако начавшееся дождливое лето опрокинуло все планы байконурцев. Костромская область — это не Казахстанские знойные степи. Это Нечерноземье, с его спецификой, с которой приходится считаться. Сроки подвоза материалов, конструкций в связи с отсутствием подъездов были сорваны. Отставание строительно-монтажных работ от установленных сроков стремительно нарастало. По согласованию с ГУССМО начальник 279 УИР (в/ч 93304) полковник Белинский А.В. вынужден был взять сначала часть объемов работ, а затем и все стартовые позиции были приняты строительными подразделениями в/ч 93304. Сразу после сдачи 3-го БРК в/ч 83504 приняла 4 стартовые позиции. В/ч 93308 также было поручено строительство 3 стартовых позиций. После завершения работ на 6 площадке силы и средства 384 Управления Инженерных Работ возвратились в г. Плесецк. Лишь в/ч 21602, которая была командирована для строительства подъездных дорог на 3 и 8 БРК, была оставлена на объекте 890 и переподчинена 279 УИР. Ей так же было поручено строительство двух стартовых позиций и подъездных дорог ко всем позициям. Лишь одна стартовая позиция, 91 площадка, была оставлена за 130 УИР. К работам на БРК был привлечен и УНР, занимавшийся жилищным строительством в Костроме — ему были поручены отделочные работы на 4 караульных помещениях. Работы велись круглосуточно, контроль был жесткий, работы были развернуты в сентябре и 30 декабря 1969 акт государственной комиссии был подписан и объект был сдан в срок. Учитывая, что объект был сдан в зимний период, работы по благоустройству — дерновке, посеву трав, устройство кюветов на дорогах были перенесены на май-июнь 1970 года. Сдача 9-го позиционного района была «ознаменована» новогодним фейерверком. Так как оборудование монтажников вывезено не было, они остались на новогодние дни на объекте и проживали в общежитии на 91-ой площадке. В ночь с 31 декабря на 1 января 1970 года в общежитии произошел пожар, и оно выгорело полностью. К сожалению, не обошлось без жертв. Остальные общежития и другие деревянные постройки удалось отстоять силами пожарных и личного состава. Конечно были большие разборки, большие неприятности у командования в/ч 93304 и руководства монтажных организаций, чьи работники были признаны виновниками пожара. Пришлось пережить и это. После сдачи 9 БРК и принятого Правительством решения о сокращении боевых ракетных комплексов на объекте 890 до 9 (вместо 12) в стадии строительства был лишь 12 район. Он размещался в Островском районе с головной площадкой вблизи поселка Красная поляна. Его строительство еще ранее было поручено в/ч 93308 имеющей солидный опыт строительства на 1 и 9 районах. В связи с сокращением объемов работ, сил и средств на строительство 12 района было выделено достаточно. Строительство его велось быстрыми темпами. Строительству подъездных дорог способствовали геологические условия — Красная поляна расположена в песчаных грунтах. В спокойной обстановке велись строительно-монтажные работы в строгом соответствии с графиками. Все это позволило в/ч 93308 сдать 12-й боевой ракетный комплекс в ноябре 1970 года с хорошей оценкой. В/ч 93308, разобрав временные городки, возвратилась к месту своей постоянной дислокации на площадку № 6.

Сдачей 12 БРК завершилось создание ракетных полков, на вооружении которых были ракеты II поколения, более мощные, более мобильные, укрытые в шахтах. В 10 ракетной дивизии в связи с тем, что боевое дежурство несли на стартовых позициях 1, 12, 13, 11, 22, 23 и 33 и на 9-ти полках шахтного типа, количество офицеров и прапорщиков резко увеличилось. Это потребовало создания нормальной социальной сферы, нормальных жилищных условий. Строительство социальной сферы на 10 площадке велось ускоренными темпами, однако явно отставало от потребностей в связи с вводом 9-ти боевых ракетных комплексов.

Для читателя, не обладающего военными знаниями, будет целесообразным понятия позиционный район полка и дивизии привязать непосредственно к местности Костромской области с тем, чтобы он мог представить, как они расположены географически и какую занимают площадь. Читателю, представляющему границы Костромской области и населенные пункты, входящие в её структуру, будет достаточно отыскать указанные деревни и сёла на карте области, соединить их между собой прямыми линиями, и он получит представление о ПРрп и ПРрд и их зависимости и влияния на структуру области. Сделаем это.

Позиционный район первого полка охватывал населённые пункты: Кирово, Раслово, Кузьмищи, Володино, Лазарево, Дровинки.

Позиционный район второго полка: Ченцово, Сусанино, Кукино, Медведки, Раслово, Афанасово.

Позиционный район третьего полка: Гридино, Иконниково, Карабаново, Семенково, Боровиково, Харитоново, Красное-на-Волге, Лопаткино.

Позиционный район четвертого полка: Василёво, Бычиха, Будихино, Афанасово.

Позиционный район пятого полка: Сусанино, Борок, Головинское, Деленино, Часовня Ив. Сусанина, Сумароково.

Позиционный район шестого полка: Грудки, Шахово, Фадеево, Студенец, Кульпино, Ясьнево, Залужье, Болотово, Игумново.

Позиционный район восьмого полка: Завражье, Воротимово, Федиково, Филимоново, Федино, Митино.

Позиционный район девятого полка: Прискоково, Захарово, Веселово, Киселево, Гравийный карьер, Матушкино, Борисково, Сенцово, Серково.

Позиционный район двенадцатого полка: Гармониха, Гуляевка, Петухово, Хомутово, Климово, Лом, Михайлово, Островское.

Итак, в течение 1968 года четыре ракетных полка были поставлены на боевое дежурство. Архиважной и не менее сложной перед командирами полков встала задача подготовки дежурных смен к несению боевого дежурства. К этому времени на 10-ой площадке был построен четырехэтажный учебный корпус. А вот никакой тренажной аппаратуры промышленного изготовления для подготовки боевых расчетов пуска не было. Рационализаторы и изобретатели всех полков просиживали ночами в учебном корпусе, разрабатывая схемы, чертежи, макеты учебной аппаратуры. Дух состязательности и даже «секретности» витал тогда по всем этажам учебного корпуса. «Кто лучше, максимально приближенно к боевой аппаратуре и быстрее создаст тренажную аппаратуру» — было девизом офицеров-рационализаторов всех полков.

Конечно, и вполне естественно, соперничать с целыми институтами и конструкторскими бюро они не могли, тем более, не имея достаточной материальной базы. И, тем не менее, тренажеры аппаратуры АСУ «Сигнал», «Вьюга», стойки технологического управления и контроля, пульт руководителя в кратчайшие сроки были созданы.

Таким образом, в течение 1968-72 г.г. боевые расчеты тренировались, отрабатывая различные ситуации, связанные с поддержанием в боеготовности вооружения и техники, осуществляя подготовку и пуск ракет из различных вводных, готовились к заступлению на боевое дежурство на своей, собственноручно изготовленной, тренажной аппаратуре. Практически пять лет понадобилось институтам и конструкторским бюро, чтобы разработать, а промышленности освоить, выпуск в необходимых количествах всего комплекса тренажной аппаратуры.

С формированием пяти новых «осовских» полков, групповые полки начинают укрупняться, возвращаясь к структуре 1964 года. В ракетной дивизии остаются три ракетных полка (590 и 592 рп с наземными пусковыми установками и 681 рп — шахтного варианта).

26 декабря 1967 года 590-й ракетный полк (командир — полковник Трошкин, Костромской полк) несёт боевое дежурство на боевых позициях №№ 1, 12, 13; 592-й ракетный полк (командир полковник Кубякин, Сусанинский полк) — на боевых позициях №№ 22, 23, 33; 681-й ракетный полк (командир полковник Ерастов) — на своей отдельной боевой позиции № 11.

Так эти ракетные полки несли боевое дежурство вплоть до своего расформирования по программе «Акация»: 592-й ракетный полк выведен их боевого состава и расформирован 13 февраля 1975 года, 590-й ракетный полк выведен их боевого состава и расформирован 14 января 1977 год, 681-й ракетный полк выведен их боевого состава и расформирован 10 марта 1976 года.

В течение 1968 года 173, 227 и 233 рп поставлены на боевое дежурство. В 1969 году на боевое дежурство ставятся 575 и 105 рп. В 1970 году на боевое дежурство поставлены 314, 489 и 143 рп. С этого года в дивизии несут боевое дежурство три ракетных полка, вооруженные ракетами 8К64У и девять ракетных полков с ракетами 8К84.

На каждом командном пункте ракетного полка в сейф командира дежурных сил были заложены ключи на пуск ракет и боевые пакеты с соответствующими боевыми приказами (сигналами) на их вскрытие. После вскрытия пакетов КДС (ЗКДС) на их обратной стороне делали запись, на основании чего вскрыты пакеты, время вскрытия с точностью до секунд и ставили свою роспись. Эти сигналы все КДС (ЗКДС) должны были знать на память, и они не подлежали разглашению. Пуск ракет проводился одновременным поворотом КДС (ЗКДС) и старшим оператором ключей на пуск и нажатием кнопки «ПУСК».

Вплоть до 1974 года, до тех пор пока аппаратура АСБУ «Сигнал А» не была поставлена на боевое дежурство на боевом посту № 1 в ракетных полках был планшет с Боевой задачей, подписанной лично Главнокомандующим РВСН маршалом Советского Союза Крыловым Н. И., которую каждый КДС (ЗКДС) должен был знать наизусть.

26 октября 1967 года Постановлением Военного Совета РВСН за заслуги в деле защиты Советской Родины, высокие показатели в боевой и политической подготовке, укреплении воинской дисциплины и успешное освоение новой боевой техники в честь 50-летия Великой Октябрьской социалистической революции 10-ая гвардейская ракетная дивизия награждена Памятным знаменем Военного Совета РВСН. Знамя вручил командиру дивизии командир корпуса генерал-лейтенант Мелёхин А. Д. Знамя Военного Совета РВСН передавалось соединению на вечное хранение как символ воинской доблести.

22 февраля 1968 года Указом Президиума Верховного Совета СССР за большой вклад в дело укрепления оборонной мощи Советского государства, успехи в боевой и политической подготовке, освоение новой сложной боевой техники и в связи с 50-летием Советской Армии и Военно-Морского Флота дивизия награждена орденом Боевого Красного Знамени.

11 марта 1968 года на боевой позиции 681 рп орден от имени Президиума Верховного Совета СССР вручил член Военного Совета — начальник Политуправления РВСН генерал-полковник Егоров Н.В.

Так высоко Родина оценила титанический ратный труд воинов-ракетчиков, военных строителей. Но эта высокая награда Родины обязывала воинов-ракетчиков, не останавливаясь на достигнутом, добиваться большего, идти дальше в совершенствовании боевого мастерства, в поддержании вооружения и техники, средств боевого управления и связи в готовности к боевому применению, в укреплении воинской дисциплины и порядка в частях и подразделениях, в совершенствовании и улучшении боевого, специального, технического и тылового обеспечения.

В решении этих задач в дивизии разворачиваются состязания на лучшего номера расчета, лучший боевой расчет пуска, лучшую группу пуска. Соревнования разворачиваются в полку, дивизии, армии.

В 1969 году лучшей в армии была признана группа пуска, возглавляемая капитаном Строчковым В. В. (в дальнейшем командир полка «ОС»), в 1970 году — группа пуска, возглавляемая капитаном Пустовым И. В. (с 1983 по 1987 г.г. — командир дивизии). В 1977 году на звание лучшего расчета пуска в армии отличился 8-ой расчет 173-ий рп (начальник расчета — командир группы пуска капитан Баженов Г. Д., с 1998 года — командир дивизии). Лучшей ротой (рэзм) в дивизии в течение трёх лет признавалась рота, которой командовал капитан Яквашев Х. А. (314-й рп).

В ракетных полках полковников Казакова А.Д., Пудышева Г.И, Строчкова В.В. были группы подготовки и пуска, в которых сами командиры групп, их старшие инженеры и инженеры имели высшую классную квалификацию «Мастер».

Для решения задач поддержания ракетного вооружения и техники 31 марта 1966 года 2425-ая база снабжения и войскового ремонта переформируется в 2425-ую техническую ракетную базу (трб). Первым командиром базы был назначен полковник Кочергин В. П. В последствии на данном этапе базой командовали подполковники: Островский В. М., Мышкин В. М., Савченко И. Л., Рыжов Г.А., Железняков В. П. Начальниками штаба были подполковники: Лосев В. Е., Белявцев А. Е., Гладышев С., Саленко Ю.М. Заместителями командира базы были подполковники: Савченко И. Л., Фрыкин П.И., Иванов К.И., Нечепурович Н., Алешин Е.Н. Главными инженерами были подполковники: Земсков Р.А., Савенко В.П., Волохин Г.Г. Заместителями по политической части были подполковники: Булкин И.А., Рыбак, Глушко А.Т., Махонов А.Н., Якименко Ф.Г., Нынык И.М. Заместителями по тылу были подполковники: Стрепков М.В., Сухарев, Бугаев В.И.

Разговор об этой части особый. Это очень многофункциональная, разноплановая, очень сложная и трудная часть. Самая крупная по численности личного состава (на момент формирования в части насчитывалось: 107 офицеров, 109 сержантов и 313 солдат, всего 529 человек, а уже к 1983 году — 144 офицера, 138 прапорщиков и сверхсрочнослужащих и 907 сержантов и солдат, всего 1189 человек), количеству подразделений и техники в дивизии. В её функции входило практически всё, что имеет отношение к ракетному вооружению и технике, от установки и проверки самого простейшего прибора до приведения и дальнейшего поддержания боевой готовности ракет. В арсенале подразделений этой части — множество военных специальностей, все их невозможно перечислить, в инструментальном отношении — от гаечного ключа, молотка до ракеты.

Большой разброс людей и техники по позиционному району дивизии: одни проводят регламент в каком-то ракетном полку, другие устраняют неисправности, повлекшие за собой задержки ракет к пуску, или просто неисправности на вооружении и технике. Всё это составляло большие трудности в работе командования части.

Из сказанного выше видно, что база — тяжелая и очень динамично развиваемая часть. Да и не каждому командиру она оказалась по плечу.

Много серьёзнейших и труднейших задач решали командование и основные подразделения трб: группа испытания и регламента командного пункта (ГИРКП), группы испытания и регламента пусковой установки (ГИРПУ), группа заправки, группа транспортировки, группа энергообеспечения и другие подразделения. Первым командирам ГИРКП был подполковник Петрушкевич Н.С. Первыми командирами ГИРПУ были подполковники: Карпов Н.Г., Карбаков В.П., Стаценко В.Н., Дармодехин Ю.И. Командиром группы заправки был майор Раевский В.Р. Командиром группы транспортировки был майор Мартьянов А.И. Командиром группы энергообеспечения был капитан Коротков.

Первоочередная задача заключалась в создании технического пункта управления (ТехПУ) для организации и несения боевого дежурства. Второй более трудной и сложной задачей явилась организация подготовки и проведения годовых регламентов на командных пунктах и пусковых установках ракетных полков.

В завершении годового регламента в 141 рп ГКРВСН было принято решение о проверке качества проведённых регламентных работ и соответствии гарантий генерального конструктора ракетного комплекса, на данный комплекс.

Так, 24 июля 1969 года впервые в РВСН боевой расчёт 141-го ракетного полка в составе подполковника Соловьёва А.А., капитана Гусарова А.С. и старшего лейтенанта Самородова Н.В. произвёл пуск штатной ракеты УР-100 (8К84) с 33-й БСП с оценкой «отлично». По истечении трёх суток (как это определялось генеральным конструктором ракетного комплекса) после замены разовых узлов и деталей пусковой установки расчётами ГИРПУ, загрузки, заправки и пристыковки грузомакета головной части расчётом ртб и ввода полётного задания боевой расчёт в составе подполковника Андрущенко Б.Г., капитана Куксева В.Н. и ст. лейтенанта Потапова В.Н. произвёл повторный пуск ракеты и также с оценкой «отлично». Тем самым были практически проверены гарантии генерального конструктора РК о возможности неоднократного использования пусковых установок для подготовки и проведения повторных и последующих пусков ракет.

Расчёты ГИРПУ приобрели практический опыт в этой очень важной практической деятельности технической ракетной базы.

Если говорить о повседневной деятельности подразделений трб и проводить ее сравнительную оценку, то ее можно характеризовать как «таборную» жизнь. Нет, не цыганскую, но близкую к ней.

Представим начало годового регламента в 143 рп, до центральной позиции (КПрп около 110 км, до дальней БСП и все 130 км.

«Таборная» жизнь

По дороге совершают марш ГИРПУ и ГИРКП — колонна в не один десяток машин с вагончиками для офицерского, солдатского состава, столовая и ленинская комната и целым рядом специальных и транспортных машин. Следуют медленно, не больше 40 км/час (быстрее не поедешь, да и запрещено). Ну не табор ли это?

Прибыв в назначенное место, разбивают полевой лагерь с автопарком, организуют в соответствии с Уставом внутренней службы всю внутреннюю и парковую службу и приступают к выполнению целого цикла регламентных работ. Регламентные работы длятся 7-10 суток в зависимости от количества доработок.

Солдаты и сержанты в лагере находятся постоянно, офицеры и прапорщики — в зависимости от проводимых работ и по решению командира группы могли кратковременно убывать к своим семьям.

И вот так круглый год — зимой и летом, осенью и весной, в любую погоду, днем и ночью в соответствии с разработанными графиками.

В году получалось 8-10 месяцев ГИРПУ находились в отрыве от пункта постоянной дислокации, в поле. Да, труд адский.

Редко, но иногда замечали этот труд, иногда даже его по достоинству оценивали. Так, командир ГИРПУ подполковник Беспалов В.А. прошедший в трб от инженера расчёта до командира группы был награжден двумя орденами: «За службу Родине» III-й степени и «Трудового Красного Знамени».

Полевая кухня

Одной из важнейших частей специальных войск, тесно взаимодействующей с ракетной технической базой (трб) является ремонтно-техническая база (1530 ртб в/ч 44061).

В дивизии среди других баз ртб как и трб (аббревиатуры схожи, только буквы переставлены) по штатной категории — полковничьи, имели статус полка.

Первым командиром ртб со дня ее основания был назначен фронтовик, орденоносец полковник Лиференко В.Я., прокомандовавший частью до 1971 года. С 1971 года по 1977 год частью командовал также фронтовик полковник Волков Ю.Н. Далее частью командовал полковник Костерин А.В.

Главными инженерами части были подполковник Милосердов И.Л., Волков Ю.Н., Батов В.Г., Маркелов К.А., Приходченко С.Ф., Грабовский Б.А.

(Справка: В августе 1949 года на Семипалатинском полигоне был произведен первый ядерный взрыв. Второй атомный заряд был доставлен на полигон и сброшен с самолета-бомбардировщика ИЛ-28. Штурманом этого самолета был старший лейтенант Батов В.Г. Да, да, это тот самый Батов В.Г. — главный инженер в/ч 44061).

Начальниками штаба части были подполковники: Вишневский А.А., Болдырев А.П., Батов В.Г., Коротков В.И., Баранов В.Д., Рыбалкин А.Н., Соколов А.Н.

Заместителями командира по политической части были подполковники: Красильников А.С., Кузмичев Л.В., Рясин Ю.Н., Назаров С.Я., Макаренко В.И., Дмитриенко В.М.

Начальниками сборочных бригад были подполковники: Волков Ю.Н., Уманский А.Х., Матвеев, Громов, Устинов, Чесноков, Лукин, Яковлев, Дуденков, Краснюк.

Обе части (трб и ртб) близки по духу ратного труда.

Первая, как показано выше, занималась ракетой и всем, что было вокруг нее, вторая же занималась непосредственно ядерными зарядами, боевыми блоками, головными частями (ЯЗ, ББ, ГЧ), стыкующимися к ракете.

И труд этот был очень ответственным и очень большой важности, не допускающий ни единой ошибки, и даже предпосылок к ним.

Эта важность и ответственность в работе с ракетой и головной частью предопределили систему в работе, а она заключается в следующем: каждая, казалось бы, самая простая операция на ракете и ГЧ производится в строгой последовательности. Ответственный исполнитель читает инструкцию, непосредственный исполнитель повторяет прочитанное, затем выполняет, а контролирующий осуществляет контроль за прочитанным и непосредственным исполнителем.

Таким образом, осуществляется тройной контроль в выполнении любой операции.

По завершении каждой операции, предусмотренной инструкцией, все трое ставят свои росписи в соответствующих документах с указанием времени выполнения. Таким образом, исключаются любые ошибки и даже предпосылки к ним.

Вся организация работ на ракете, ее вооружении, исходя из вышеописанной системы, потребовала, чтобы в работах участвовали только офицеры.

Созданная в части творческая обстановка, трудолюбие, ревностное отношение всех офицеров к исполнению должностных функциональных обязанностей не могли не сказаться на результатах общего состояния части.

По итогам 1968 года 8-я сборочная бригада признана «Отличной».

За заслуги в деле обеспечения войск, высокие показатели в боевой и политической подготовке, укрепления воинской и трудовой дисциплины, успешное освоение новой техники, в честь 50-летия ВОСР часть в соответствии с Постановлением Военного Совета РВСН в 1976 году награждена Памятным Знаменем Военного Совета РВ. Знамя передано на вечное хранение, как символ воинской доблести.

За успехи в боевой и политической подготовке в честь 50-летия образования СССР Указом Президиума Верховного Совета СССР и Совета Министров СССР в декабре 1972 года часть награждена Почетным Юбилейным знаком.

По итогам 1972 года часть завоевала звание «Отличной». И это высокое звание часть подтверждала вплоть до 1983 года, являясь лучшей ртб во Владимирской армии.

Еще один очень существенный и значимый показатель, говорящий о трудовых и творческих достижениях части: за годы ее существования в части выросло: один доктор технических наук — полковник Моисеенко Л.Г., два кандидата технических наук: полковник Голованов И.Н. и полковник Андрух О.Н.

Все руководители ремонтно-технических баз во Владимирской армии были выходцы из 10-й ракетной дивизии: шесть начальников и четыре главных инженера ртб.

Подводя некоторые итоги деятельности 1530-й ремонтно-технической базы необходимо отметить, что в конце 60-х начале 70-х готов Костромская дивизия достигла максимальной своей мощности. 15 пусковых установок с ракетами Р-16У, 90 ПУ с ракетами УР-100 только в первом пуске в любой точке земного шара могли нанести ракетно-ядерный удар мощностью около 175 миллионов тонн тротила, что соответствует 17,5 миллионам самых мощных авиационных бомб, применяемых во Второй мировой войне.

В мае 1968 года в штат дивизии была введена и приступила к своему формированию 31-ая отдельная вертолетная эскадрилья (в/ч 65526) и отдельная рота аэродромно-технического обеспечения.

Первым командиром эскадрильи был назначен участник ВОВ, орденоносец, летчик 1-го класса подполковник Гулявцев А.И., заместителем по летной подготовке — летчик 1-го класса майор Могутов А.М., замполитом — летчик 1-го класса майор Зайцев П.А., штурманом эскадрильи — летчик 1-го класса майор Граков Г.П., заместителем командира эскадрильи по инженерно-авиационной службе — майор Шепилов В.Д., начальником штаба — майор Ермолаев А.С., начальником связи — капитан Шелупенин В.

Командиром отдельной роты аэродромно-технического обеспечения был назначен участник ВОВ капитан Копнов Н.А.

В дальнейшем эскадрильей командовали летчики 1-го класса подполковники: Баркалов А.А., Могутов А.М., Лохманов Б.Г., Вишневецкий А.И.

Заместителями командира по летной подготовке назначались летчики 1-го класса майоры: Иванов Г.Я., Никифоров В.Г., Абрамов Ю.А. Начальниками штаба назначались майоры: Миссюра А.А., Власенко А.А.

Штурманами эскадрильи назначались летчики 1-го класса майоры: Хребет М.М., Мерзляков В.А., Климов В.В., Иванов Н.И.

Заместителями командира по инженерно-авиационной службы назначались майоры: Карпов Б.В., Пьянков В.В., Пархаев С.В.

Руководство полетами осуществляли: подполковник Илюшин Ю.И. и майор Кульган А.Н.

Отдельной ротой аэродромно-технического обслуживания командовали капитаны: Лифсон Н.А., Кожевников Г.П., Неклюдов А.А., Ваньков Б.И., Васьков А.В.

Лохманов Б.Г.

Вишневецкий А.М.

В процессе своего становления и развития эскадрилья несколько раз меняла свою основную технику, начав с вертолетов Ми-4, затем Ми-4А, Ми-8ТВ, Ми-8Т, Ми-9 и Ми-8МТ.

И каждая новая машина требовала от командира эскадрильи и его заместителей тщательного подхода к подготовке летных экипажей.

Личный состав в начальный период становления эскадрильи поступал из военных и гражданских училищ, ДОСААФ, с других авиационных подразделений.

Командование овэ приступило к формированию летных экипажей, укомплектованию инженерно-авиационной службы. Основными подразделениями эскадрильи были согласно организационно-штатной структуры два звена вертолетов по четыре вертолета в каждом. Звеньями командовали капитаны: Иванов Г.Я. и Глухманюк И.Н.

Выполнив эту задачу, летные экипажи при поступлении вертолетов получили возможность регулярно выполнять полеты на учебно-боевую подготовку и на специальные задания в интересах дивизии.

Параллельно шло строительство и обустройство вертодрома, расположенного на северо-восточной окраине Костромского аэродрома гражданской авиации.

А пока учебно-тренировочные полеты по плану боевой подготовки и на спецзадания проводились с полевой площадки аэродрома.

Инструктаж перед полетом

«Полеты на совершенствование техники пилотирования, вертолетовождения и боевого применения, обучение летчиков полетам в сложных метеорологических условиях и в облаках днем и ночью — вспоминает заместитель командира по летной подготовке летчик 1-го класса майор Абрамов Ю.А. — проводились с использованием взлетно-посадочных полос, светотехнического оборудования, средств радиотехнического обеспечения Костромского аэродрома гражданской авиации. Все это создавало серьезные неудобства в организации, проведении полетов и обеспечении их безопасности».

И только в 1974 году было закончено строительство аэродромно-технического комплекса, включающего в себя: взлетно-посадочную площадку, стоянки для вертолетов с рулевыми дорожками с бетонным покрытием, стартовый командный пункт для управления полетами, светотехническую систему, приводные радиостанции, здание штаба, здание технико-эксплуатационной части инженерно-авиационной службы, караульное помещение, котельную, склад горюче-смазочных материалов. Всё это положительно сказалось на уровне летной подготовки экипажей вертолетов и обеспечении безопасности полетов.

С мая 1972 года эскадрилья приступила к несению боевого дежурства дежурной авиационной сменой в составе дежурных сил дивизии в 40-минутной готовности к вылету в светлое время суток. Кроме этого в эскадрильи содержался один дежурный вертолет для поисково-спасательных полетов воздушных судов, терпящих бедствие в границах сектора, установленного приказом командующего ВВС Московского военного округа.

Высадка десанта

С постановкой эскадрильи на боевое дежурство ей предстояло выполнять целый ряд задач, основными из которых являлись:

— обеспечение поддержания боевой готовности ракетных полков, доставка при экстренной необходимости приборов и агрегатов на боевые стартовые позиции для замены вышедших из строя;

— доставка в позиционные районы ракетных полков дежурных смен при смене боевого дежурства;

— оказание экстренной медицинской помощи личному составу дежурных смен;

— обеспечение жизнедеятельности частей и подразделений дивизии;

— проведение воздушной радиационной разведки.

С поступлением новых вертолетов Ми-8Т и Ми-8ТВ в 1970 году летно-технический состав прошел переподготовку в Липецком центре подготовки ВВС. В процессе освоения новых вертолетов летный состав осваивал новые виды боевого применения:

— прием на борт вертолета людей и грузов в режиме зависания;

— полеты с грузом на внешней подвеске;

— полеты на поисково-спасательное обеспечение как с использованием радиотехнических средств, так и визуальным поиском терпящих бедствие.

На летно-методических сборах, проводимых начальником авиационного отдела армии на базе аэродрома Тейковской ракетной дивизии, летные экипажи успешно освоили практическое бомбометание и пуски неуправляемых ракет по наземным целям, минирование местности с воздуха, ведение огня личным составом десанта с борта вертолета.

Из всех существующих частей специальных войск, которые можно отнести к определению «войсковая часть — нерв армии» являются: 288-ой узел связи (в/ч 03718) и 3853-ая база регламента средств боевого управления и связи (в/ч 26026).

Отчетно-выборное комсомольское
собрание связистов 1983г.

Сформированный в 1960 году 288-ой узел связи (УС) (в/ч 03718) на базе батареи управления и взвода связи, которым командовал старший лейтенант Войнич, затем старший лейтенант Семенюк И.Г., который на узле связи прослужил до 1967 года.

К концу 1961 года в/ч 03718 уже представляла из себя достаточно укомплектованный личным составом и техникой узел связи, способный обеспечить дивизию связью как с подчиненными частями и подразделениями, так и с вышестоящими командирами и штабами.

Организационно узел связи состоял из: начальника узла связи подполковника Фейтельсон Г.В. (позднее — начальник связи дивизии, закончил службу генералом — начальником Войск связи Северного полигона), заместителя по политической части майора Шишкина И.В., начальника отделения строевого и кадров капитана Одинцова Н.Н., инженера УС капитана Завьялова Л.А., помощника по тылу майора Сапатова, четырех дежурных по связи капитанов: Шувалова В.И., Фетисова А.Г., Ефимова А.С., Баринова В.Н., телефонно-телеграфного центра, включающего в себя: телеграфную станцию засекреченной аппаратуры связи (ЗАС), телеграфную аппаратную, телефонную станцию (ЗАС), телефонную станцию открытой связи, автоматическую телефонную станцию (АТС), линейно-аппаратных зал (ЛАЗ), экспедицию, радиомастерскую, кабельный взвод, приемный радиоцентр (ПРЦ), передающий радиоцентр (ПДРЦ), секретную часть, столовую, вещевой склад, склад технического имущества, финансовую службу, медицинский пункт.

Как уже отмечалось, аппаратные узла связи размещались в подвале здания штаба дивизии, телефонно-телеграфный центр, ПРЦ — в деревянных щитовых зданиях за стадионом в районе автопарка.

В начальный период становления УС аппаратуры связи явно не хватало, для телефонной связи ЗАС был всего один комплект Т-217, установленный непосредственно на командном пункте дивизии.

Одновременно с основным узлом связи КП рд формировался и другой узел связи запасного командного пункта дивизии (УС ЗКП), которым командовали майор Пономарев Г.М, затем майор Калашников И.Б. Размещался УС ЗКП на 33-й площадки войсковой части 54172 в наземных щитовых зданиях. Это была самостоятельная войсковая часть 68550, отличающаяся от УС КП только сокращенным составом подразделений, с подчинением непосредственно начальнику связи дивизии. В 1964 году УС ЗКП заступил на боевое дежурство, а в 1967 году произошло объединение с УС КП, и он именовался распределительным узлом связи ЗКП, а подразделения телефонно-телеграфного центра стали подразделениями УС КП, в который дополнительно вошли отделение радиобюро, ПДРЦ, отделение САУ «Сигнал». Командовал объединенным узлом связи подполковник Комиссаров А.С., начальником РУС-1 был назначен майор Ефимов А.С., РУС-2 — капитан Лазарев Н.В., ПРЦ — лейтенант Ведерников (закончил службу генерал-лейтенантом в должности начальника Войск связи Вооруженных сил), затем лейтенант Мешков, который также в дальнейшем получил генеральское звание, став начальником управления в Генеральном Штабе ВС.

В 1963 году на УС КП начался призыв на военную службу женщин на специальности: радиотелеграфистов, телефонистов, механиков дальней связи. С благодарностью вспоминает начальник РУС-1 подполковник Ефимов А.С. таких специалистов как Горохову Т.И., Данилову Г.Г., Соколову Л.А., Кочетову Е.А.

С постановкой в 1965 году ПДРЦ на боевое дежурство качественно улучшилось взаимодействие дивизии с вышестоящими командирами и штабами. В техническом здании были установлены передатчики Р-644, Р-642, Р-102, Р-122, Р-401.

Большую роль в подготовке высококлассных специалистов связи играли соревнования по техническим видам спорта, проводимые как внутри узла связи, армии и Ракетных войсках. Команда радиотелеграфистов узла связи прапорщики: Лебедев В.Н., Ушаков Г.И., Кулиниченко В.Н., Зайцев В.Н., сержант Горохова Т.И. — победитель всех армейских соревнований, в Ракетных войсках, все они мастера и кандидаты в мастера спорта. Это положительно сказывалось на несении боевого дежурства, выполнении функциональных обязанностей.

Из воспоминаний начальника узла связи подполковника Ефимова А.С.: «Много сил и старания в организации связи и поддержании ее в постоянном рабочем состоянии проявил прибывший из 31-го десантного полка старшина Кащеев П.И. А вся проводная связь в военном городке № 3 и телефонных коммутатор дальней связи держались на нем и его подчиненных Соколове В., Хрисанфове Н., Колодникове, которых в шутку называли «Джоулями» за их высокое мастерство».

С перевооружением ракетной дивизии совершенствовался и узел связи, из года в год поступало новая более совершенная техника и аппаратура.

31 декабря 1967 года подписан акт приема в эксплуатацию защищенного командного пункта с узлом связи РУС-1.

С 1 января 1968 года начался перевод связи со старого узла связи на новый. Это был сложный и трудный процесс. Прапорщик Дурягин В.В. хорошо помнит как с прапорщиком Суховым Н.И. 2 февраля переводили телефонную связь ЗАС без перерыва связи: «Аппаратуру переносили на руках, без отключения».

На новом КП было организовано дежурство в радиосетях централизованного боевого управления (ЦБУ) радиотелеграфистами отделения радиобюро (начальник отделения капитан Яковенко А.З.).

В 1967 году закончилось строительство обвалованного сооружения на 30-й площадке для ПРЦ. В 1968 году закончился монтаж аппаратуры и начато несение боевого дежурства в радиосетях ЦБУ на радиоприемниках Р-154, Р-155, Р-250, «Волна-К». В ЛАЗе этого сооружения размещалась уже более совершенная аппаратура уплотнения и радиорелейные станции Р-401 (Р-405).

В конце декабря 1972 года было принято в эксплуатацию защищенное обвалованное сооружение с подвесной платформой ЗКП РУС-2, на которой была размещена вся приемо-передающая аппаратура и телефонно-телеграфная ЗАС (Т-217, Т-204). Командовал узлом связи ЗКП РУС-2 капитан Лазарев Н.В.

В начале 70-х годов началось строительство технического сооружения станции спутниковой связи «Корунд», расположенного на 30-й площадке. В 1973 году личный состав станции приступил к несению опытного дежурства, в июне 1975 года на станции организовано боевое дежурство. Станцией командовал Горовой Г.Д. В техническом здании были установлены 2 комплекта Б-40, дизельная станция, две параболические автоматические антенны. Дежурная смена состояла из двух расчетов, в каждом: дежурный инженер, 2 оператора, 1 дизелист-электрик. Введение спутниковой связи значительно повысило надежность и устойчивость боевого управления и связи.

Для организации связи полевого запасного командного пункта дивизии (ПЗКПрд) в полевом районе узел связи выделял личный состав, аппаратуру и технику, образуя полевой узел связи, размещенный на базе пяти машин: машина радиоприемных устройств, машина радиорелейной связи, машина радиопередающих, командно-штабная машина и подвижная электрическая станция (ПЭС-100). Возглавлял полевой узел связи, как правило, заместитель начальника узла связи РУС-1, в его состав выделялись лучшие специалисты.

В 1974 году бы построен вспомогательный пункт управления (ВПУ) в районе села Сущево. В землю был зарыт контейнер из-под ракеты, в котором были смонтированы радиоприемники Р-250, Р-154, «Волна-К» для дежурства в радиосетях ЦБУ, радиопередатчик Р-102, телефонная станция ЗАС, аппаратная радиорелейных станций, дизельная установка. ВПУ занимался оперативной группой в угрожаемый период, с переводом войск в высшую степень боевой готовности. На поверхности было построено деревянное здание для проживания личного состава оперативной группы, а в мирное время — для прапорщика с семьей, который поддерживал и обслуживал аппаратуру и сам контейнер.

В 1979-80 годах проходила реконструкция командного пункта дивизии и РУС-1. Управление на этот период передавалось на ЗКП РУС-2. Часть связей оставалось на РУС-1. Так вся телефонная (открытая и закрытая) связь, телеграфная связь были размещены в цокольном этаже штаба дивизии. Дежурные по связи дежурили на РУС-2, было увеличено количество радиосетей ЦБУ и дежурили в них лучшие телеграфисты РУС-1, увеличено было количество телефонной и телеграфной связи ЗАС.

Во время реконструкции была заменена дизель-станция на АСДА-200, установлены более совершенные системы жизнеобеспечения — установка гарантированного питания (УГП-50), расширено помещение радиобюро, для установки большего количества радиоаппаратуры: «Брелок», Р-155, Р-160, «Вьюга», антенный коммутатор «Трезубец», расширено помещение ЛАЗа, где смонтировано много новой аппаратуры: П-304., П-158, КВ-12, аппаратуры ЗАС (Т-230 вместо Т-217, Т-206 вместо Т-204).

В обваловке командного пункта была смонтирована автоматическая радиорелейная антенна на базе гидравлического подъемника, которая выдвигалась с пульта в случае вывода из строя штатных антенн. Ей изобретателем был прапорщик Пересыпкин М.И.

В 1980 году принят в эксплуатацию и поставлен на боевое дежурство ПДРЦ РУС-2 в районе Сусанино, на котором были смонтированы мощные радиопередатчики, которые были способны обеспечить устойчивую радиосвязь с вышестоящими штабами.

3853-я база регламента средств боевого управления и связи (БРСБУС) (в./ч. 26026) сформирована в 1977 году на базе 292 отдельной эксплуатационно-регламентной группы, командовал которой майор Жабин М.Н. С введением в боевой состав девяти ракетных полков «ОС» резко возросли объемы работ, связанные с поддержанием средств боевого управления и связи в готовности к боевому использованию, отысканию и устранению неисправностей на кабелях боевого управления и связи.

В позиционном районе дивизии было проложено 2631 км кабелей боевого управлении и 254 км кабелей связи. Кабель боевого управления СМКПВБ (К), поставляемый Куйбышевским и Ташкентским заводами с наполнителем полиэтиленом Уфимского завода не выдерживал условий эксплуатации. Полиэтилен, используемый в качестве наполнителя, растрескивался, образуя микротрещины, куда попадала влага, и сопротивление изоляции кабеля доходило до нуля, при норме 20 ГОм. Кабель приходилось при параметрическом контроле браковать целыми строительными длинами (1000 м).

Как вспоминает первый командир БРСБУС подполковник Захаров Г.М.: «Кабели выходили из строя часто. В среднем в год заменялось до 120 км кабеля, а в отдельные годы до 180 км».

Отклонения параметров кабеля от нормы приводили к снижению боевой готовности пусковых установок. Колоссальная нагрузка ложилась на расчеты параметрического контроля, возглавляемые ст. лейтенантами Ореховым М.М., Артемьевым, прапорщиком Поспеловым И.И., которые практически не вылезали с кабельных трасс позиционных районов полков.

Непосредственный контроль параметров на кабелях осуществляли расчеты параметрического контроля. На все работы, связанные с восстановлением кабелей боевого управления были установлены жесткие нормативы, которые расчет, возглавляемый прапорщиком Янчуком Н.А., перекрывал втрое. Много неисправностей на кабелях боевого управления и связи возникало по причине их порыва гражданскими организациями. Это привело к необходимости проводить предупредительную работу среди строительных организаций, подвижных механизированных колонн с тем, чтобы земляные работы в позиционном районе дивизии проводились только после согласования с БРСБУС. Для чего в подразделениях базы были отработаны схемы прокладки кабелей боевого управления и связи по каждому позиционному району полка и дивизии в целом. Перед проведением земляных работ заинтересованные организации вызывали представителей базы для согласования места и времени планируемых работ.

Для решения задач устранения неисправностей, профилактики обслуживания средств боевого управления и связи в позиционном районе дивизии в базе согласно организационно-штатной структуры состояло три группы и отделение механизации и ремонта:

— группа средств боевого управления и связи, командовал которой капитан Гунбин В.П.;

— группа эксплуатационного прикрытия кабелей боевого управления и связи, командовал которой майор Бабак В.Т.;

— группа аварийно-восстановительных работ, командовал которой майор Симановский В.А.;

— отделение механизации и ремонта, командовал которым ст. лейтенант Хакимов В.Ш.

Кабели боевого управления и связи периодически осматривались силами БРСБУС и полков, чем осуществлялась охрана и эксплуатационное прикрытие. При возникновении неисправности на кабелях боевого управления и связи приказом ГК РВСН были установлены нормативы на их устранение: на одну строительную длину в темное время суток отводилось 48 часов, в холодное время — 120 часов, на ввод в вводную коробку оголовка пусковой установки — 96 часов.

Ремонт и устранение неисправностей на кабелях боевого управления и связи осуществлялись круглосуточно в любую погоду зимой и летом. Для отрывки траншей привлекался практически весь личный состав полков и БРСБУС, свободный от несения боевого дежурства.

Много сил в создании учебно-материальной базы и оборудовании боевого поста дежурной смены БРСБУС вложил заместитель командира базы капитан Волков А.А.

Серьезной задачей БРСБУС явилась организация связи в полевых районах. На каждый полевой район командиром базы подполковником Захаровым Г.М. отрабатывались схемы связи с указанием мест размещения частей и подразделений, необходимых длин кабелей связи с оконечной аппаратурой, прокладкой кабеля и его подключения к кабелю Министерства связи.

Временные нормативы по установлению связи между частями и подразделениями в полевом районе с учетом маскировки значительно перекрывались расчетами эксплуатационного прикрытия кабелей связи.

На субботнике

В 1977-79 г. БРСБУС пришлось принимать непосредственное участие в перевооружении четырех ракетных полков. Участие базы в перевооружении свелось к прокладке новых более качественных кабелей боевого управления марки МПЭВК-О. В целом в позиционных районах четырех ракетных полков базой было проложено около 850 км. Знающие люди представляют себе, какой это труд.

В 1979 году командующий армией подверг дивизию итоговой проверке. По результатам итоговой проверки база регламента средств боевого управления и связи признана «отличной».

В 1981 году базе было вручено переходящее Красное Знамя Военного Совета армии, которое она удерживала вплоть до 1985 года.

В 1981 году за достигнутые высокие результаты боевой готовности, уверенное руководство вверенной частью командир базы подполковник Захаров Г.М. награжден орденом «За службу Родине III степени».

Сформированный в 1964 году на базе роты охраны (командир капитан Тарасов Э.П.) и технической роты (командир капитан Малолин А.Л.) 513-й отдельный батальон боевого обеспечения (оббо) (в./ч. 03546) включил в себя химический взвод и ремонтную мастерскую. Первым командиром батальона был назначен подполковник Садчиков А.М., начальником штаба — майор Леонидов, замполитом — майор Камбаров, помощником по снабжению — майор Алексахин. Батальону было определено место постоянной дислокации на площадке № 6 «Ж». После обустройства на площадке батальон приступил к выполнению многофункциональных задач. Основными подразделениями батальоны были рота охраны и инженерно-саперная рота. На плечах инженерно-саперной роты (командир капитан Григорьев В.Д.) лежало решение задач по ремонту и поддержанию в соответствующем состоянии подъездных дорог в позиционные районы ракетных полков и внутри их до каждой боевой стартовой позиции, водопропускных сооружений. Трудно себе представить тот объем работ, который выполняла эта рота, особенно в зимнее время, когда со снежными заносами подъездных дорог в позиционных районах ракетных полков имеющаяся техника не справлялась, не выдерживала, ломалась. А смену боевого дежурства никто не отменял. Большие артиллерийские тягачи (БАТы), имея годовые нормы моторесурса 20 моточасов, не вылезали из районов, превышая годовые нормы моточасов в 5-6 раз. Механики-водители БАТов и их старшие (офицеры и прапорщики) забывали о времени суток, питались только тем, чем накормят в районах, спали по 2-3 часа в сутки. Таковы были реальные условия стоящих перед ротой задач.

Захаров Г.М.

Надо отдать должное механикам-водителям саперной роты, они с теплотой отзывались об офицерах полков, которые, встречая саперов, не только кормили их, но, давая отдохнуть, ставили технику в боксы, помогали в ее обслуживании и ремонте.

Другим основным подразделением батальона была рота охраны (командир капитан Тарасов Э.П.), которая решала задачи охраны основных объектов дивизии, организации комендантской службы и боевого охранения при транспортировке ракет и головных частей на боевые стартовые позиции ракетных полков, выходе частей и подразделений в полевые районы. Одной из важных задач роты охраны и инженерно-саперной роты было обеспечение подготовки и пуска ракет непосредственно с боевых стартовых позиций ракетных полков.

В 70-х годах в организационно-штатную структуру вводятся геодезический взвод (командир лейтенант Ревков А.В.) и взвод специального контроля для засечки координат ядерных взрывов (командир лейтенант Кавашников).

В повседневной жизни дивизии батальон решал задачи по возведению убежищ для личного состава на площадках № 10, 30, а также принимал активное если не основное участие в подготовке формируемой от дивизии роты по уборке урожая. Кто принимал в этом участие, тот хорошо знает, о чем идет речь.

В этот период батальоном командовали подполковники: Питель П.Е., Загинайко Ф.Г., Наймушин В.Н., начальниками штаба были майоры: Скарлыкин В.Е., Болтенков В.В., заместителями по технической части были майоры: Саченок В., Остапчук Е.В.

Тепло отзывается командир батальона подполковник Загинайко Ф.Г. о службе сверхсрочнослужащих, начинавших службу в батальоне солдатами: старших прапорщиков: Глущенко В.А., Леднего С.Н., Матердей В.А., Горелый И.Г., прапорщика Пирко Н.Я. Их старанием, ответственным отношением к порученному делу в 1972 году при проведении итоговой проверки командующим армии отдельный батальон боевого обеспечения завоевал звание отличного батальона. А это для подобных частей — результат очень редкий.

Многие офицеры инженерно-саперной роты конца 60-х, начала 70-х годов, пройдя закалку в роте, в дальнейшем добились значительных результатов в службе, став командирами батальонов (оббо) (капитан Григорьев), начальниками инженерной службы полков в других дивизиях (капитаны Якунин А.А., Апанович Н.Н., Губанов В.В., а лейтенант Мазур В.В. закончил службу в инженерной службе Ракетных войск). Комсомолец части прапорщик Хаменко И.Г. вырос до генерал-лейтенанта.

Тыловое обеспечение дивизии во второй половине 60-х и начале 70-х годов включало в себя:

— обеспечение продовольствием;

— обеспечение ракетным топливом (РТ) и горюче-смазочными материалами (ГСМ);

— обеспечение вещевым имуществом;

— медицинское обеспечение;

— инженерно-техническое обеспечение;

— автотранспортное обеспечение;

— военно-торговое обеспечение.

Кроме того, оно еще включало в себя: службу военных сообщений (ВОСО), противопожарную службу и ветеринарный контроль.

Даже простое перечисление всех видов и служб тылового обеспечение показывает, насколько широк круг функциональных обязанностей заместителя командира дивизии по тылу и подчиненных ему офицеров частей и подразделений, насколько трудно и сложно охватить в повседневной деятельности все стороны тылового обеспечения.

Девять лет этому посвятил назначенный в 1961 году полковник Крупнов С.С. В последствии назначались: в 1970 году — полковник Сазонтов А.А., в 1976 году — подполковник Медведев В.В., в 1979 году — полковник Петренко В.И.

Для решения задач тылового обеспечения в дивизии были сформированы профильные части и подразделения:

— база материально-бытового обеспечения (бмбо);

— отдельный автомобильный батальон (оаб);

— отдельный эксплуатационно-ремонтный батальон (оэрб);

— военный госпиталь (ВГ);

— военторг № 202, приданный из Московского военного округа. Деятельность этих частей и подразделений, трудности и способы их преодоления будут раскрыты ниже.

В ракетных полках, технической ракетной базе были сформированы хозяйственные взвода.

Наиболее трудной задачей являлось обеспечение развертываемых в позиционном районе дивизии ракетных полков «ОС» ракетным топливом, и в первую очередь не из-за его агрессивности, а из-за его количества. К местам заправки ракет на БСП необходимо было доставить сотни тысяч тонн горючего и окислителя. Всё это легло на плечи начальника службы ГСМ майора Кравченко Н.М. и его продолжателя майора Кукушкина А.Г.

Материальные средства общего назначения по службам тыла доставлялись с баз Московского военного округа централизованно железнодорожным транспортом, частично самовывозом транспортом дивизии. Обеспечение продовольствием, вещевым имуществом, а также созданием запасов, их подвозом и хранением занималась база материально-бытового обеспечения. Кроме того бмбо занималась организацией питания личного состава в местах постоянной дислокации и в местах временного расположения (при проведении регламентных работ, в полевых районах). Интересными будут цифры: в день личному составу дивизии требовалось на пропитание более 25 тонн продовольствия, на год необходимо было заготовить 15 тыс. тонн картофеля, 200 тонн капусты, 50 тонн остальных овощей. Всё это надо было собрать, перевезти, а это более 500 рейсов собственным автотранспортом, заложить на хранение, сохранить и довести до личного состава в приготовленном виде. Труд колоссальный. Капитальные хранилища для овощей имелись только на 10-й площадке и в технической ракетной базе. В ракетных полках на центральных позициях хранилища строились личным составом полков, хозяйственным способом, т.е. из подручных материалов. Они позволяли хранение более 10 тонн овощей, которых хватало до нового урожая и которые заготавливались в колхозах и совхозах, размещенных в своих позиционных районах. Существенным подспорьем в организации питания личного состава стало развернутое в дивизии создание подсобных хозяйств. Подсобные хозяйства давали для дополнительного питания личного состава мясо, молоко и овощи. На подсобных хозяйствах содержалось около 1000 голов свиней, более сотни крупного рогатого скота, более 1000 голов птицы.

Лучших результатов в ведении подсобного хозяйства среди ракетных полков добился полк полковника Строчкова В.В., помощник командира полка по снабжению майоры: Краснов М.С., Пепелин В.Д., командир хозяйственного взвода прапорщик Парфенюк В.А. На подсобном хозяйстве полка было 10 голов крупного рогатого скота, около 80 свиней, около 100 кур.

Личный состав дежурных смен охраны и обороны — караулов питался за счет получаемых на период несения боевого дежурства пайков — сутодач. Из личного состава дежурных смен охраны и обороны — караулов подготавливался один военнослужащий по приготовлению пищи.

Личный состав, участвующий в проведении регламентов в ракетных полках к середине 70-х годов проживал в обустроенных общежитиях ВО-10, питался в вагонах столовых ВС-20, пользовался вагоном душевой ВД-1.

Для обеспечения жизнедеятельности частей и подразделений, выводимых в полевой район, со складов дивизии подлежало вывозу:

— всё продовольствие непосредственного запаса;

— вещевое имущество «НЗ», запас обмундирования на приписной состав и запас специальной защитной и теплой одежды;

— запас ГСМ.

По объему вывозимых запасов материальных средств требовалось 4-5 железнодорожных вагонов и до 30 машино-рейсов автотранспорта, по ГСМ — 4-5 железнодорожных цистерн, 5-6 грузовых автомобилей с запасами масел и оборудования и 5-6 автозаправщиков.

В полевом районе запасы материальных средств размещались в приспособленных зданиях и сооружениях гражданского предназначения или в оборудованных укрытиях, которые возводились силами и средствами отдельного батальона боевого обеспечения.

Для питания личного состава разворачивались пункты хозяйственного довольствия (ПХД) в палатках и временных укрытиях.

2287-ая база материально-бытового обеспечения (бмбо) (в./ч. 77197) была сформирована в 1966 году на базе отдельных подразделений. Первым командиром базы был назначен фронтовик, в прошлом командир артиллерийского дивизиона подполковник Гафт М.М. А дальнейшем базой командовали подполковники: Епихин Н.П., Калашников В.Н., Рубцов А.И., Руднев В.И. Заместителями командира были назначены: майор Ступин В.Е. — начальником продовольственной службы, капитан Марков В.В. — начальником вещевой службы.

Первоначально штатное расписание не определяло точной структуры базы. Были предпосылки, что это будет войсковая часть подобно трб и ртб и будет включать в себя все службы тылового обеспечения, а командир ее будет в штатной категории «полковник». Именно из этих соображение дал свое согласие на занятие этой должности заместитель командира ракетного полка подполковник Гафт М.М. На деле оказалось все не так. Отдельными войсковыми частями были сформированы отдельный автомобильный батальон, эксплуатационно-ремонтный батальон. А база материально-бытового обеспечения на начальном этапе включала в себя два отделения по 100 человек каждое, без четкого их названия. Просто считались они поварскими. Включала в себя также секретную часть, которой в штатном расписании не было, и финансовую службу, которая обеспечивала финансами всю дивизию.

Шло время, развивалась и становилась дивизия, и вместе с ней определялось штатное расписание базы материально-бытового обеспечения. Приходили новые командиры, менялись их заместители. Начальник продовольственной службы, начальник вещевой службы со своими должностями перешли в службу к заместителю командира дивизии по тылу. Финансовая служба стала финансовым отделением дивизии. В штате базы появились должности заместителя командира базы, замполита, секретаря комитета ВЛКСМ. Ими назначались майоры: Назаров В.В., Козлов В.Ф., Неклюдов А.А., Моисеенко Ю.А., Цимболюк Л.А., Гаврилов Е.Б., Пепелин В.Д.

С формированием ракетных полков «ОС», отдельной авиационной эскадрильи в дивизии ускоренными темпами шло строительство тыловых объектов: трех столовых на 10-й площадке, вещевых и продовольственных складов, банно-прачечного комбината, комбината бытового обслуживания, теплицы, подсобного хозяйства.

Даже введенные в эксплуатацию три столовые не обеспечивали приема пищи личным составом частей в одну смену. Первая столовая в первую смену обеспечивала 750 посадочных мест, во вторую — тоже 750, вторая — 500/500, третья — 350/350. Таким образом, на 10-й площадке питалось около 2,5 тыс. человек. Для личного состава эскадрильи была организована летная столовая.

В 1976 году было введено в эксплуатацию сооружение тепличного хозяйства. В теплице выращивалось ежегодно в среднем: 1,5-2 тонны помидор, 5-7 тонн огурцов, около 4-х тонн лука на зелень и небольшой участок цветов. Все выращиваемое шло на дополнительное питание личного состава в столовые и проводящего регламентные работы в позиционных районах полков.

Развивалось подсобное хозяйство. В лучшие годы на подсобном хозяйстве содержалось 300-400 голов свиней, от которых получалось 5-6 тонн мяса, около 30-ти коров, от которых получалось 10-12 литров от каждой в сутки. И опять все это шло на улучшение питания личного состава дивизии.

Во второй половине 70-х годов вводится банно-прачечный комбинат, позволявший стирку около 6 тыс. комплектов нательного и постельного белья, около 3 тыс. комплектов обмундирования и их ремонт.

К 1980 году вводится комбинат бытового обслуживания, включающий в себя: парикмахерскую, вещевую и сапожную мастерские, учебный класс по подготовке поваров.

Из сказанного выше видно, что хозяйство большое, хлопотное, и всё оно лежало на плечах личного состава базы материально-бытового обеспечения, в составе которой насчитывалось всего 230 человек.

Основной транспортной частью в дивизии был 430-й отдельный автомобильный батальон, сформированный в 1966 году (в./ч. 03550) на базе отдельной автомобильной роты (командир роты капитан Теблоев М.Н.).

Первым командиром батальона был назначен майор Жданов Ю.В. В дальнейшем батальоном командовали подполковники: Соколов В.П., Панов В., Кошкин А.П., Фесенко В.Н. Начальниками штаба батальона были майоры: Панов В., Курусь А.М., Григорьев А.В. Заместителями командира батальона по технической части были майоры: Ильченко Г.А., Варивода, Соченок В.П., Молчанов А.

Батальон включал в себя следующие подразделения:

— первая рота предназначалась для перевозки командования дивизии и полков, перевозки личного состава на автобусах, транспортировки горюче-смазочных материалов (бензина, мазута) к местам предназначения. Ротой командовали капитаны: Коржов А., Григорьев А.В. По штату в роте насчитывалось около 80-ти единиц техники;

— вторая рота включала в себя грузовые и специальные машины для перевозки различных грузов, продуктов питания. Ротой командовали капитаны: Бортников П.Я, Марущак Л.П. По штату в роте насчитывалось около 80-ти грузовых и специальных машин;

— третья рота обеспечивала перевозку личного состава дежурных смен ракетных полков, ЗКП, ПДРЦ, ПДРП и личного состава других частей и подразделений. Долгое время ротой командовал капитан Каркашадзе Г.Э. В роте насчитывалось около 70-ти единиц техники;

— батальонная авторемонтная мастерская, начальником которой был прапорщик Андреев.

Таким образом, в батальоне насчитывалось около 230-250-ти единиц различной техники, поэтому очень важной становилась задача подготовки водителей на эту технику. И особенно важным вставал вопрос практических навыков молодых водителей. Организовывалась их доподготовка, в конце которой в масштабе дивизии планировались двухсот и пятисот километровые марши. После чего, приказами водители, успешно завершившие маршевую подготовку, допускались к самостоятельному управлению автомашиной.

При разработке Плана приведения батальона в боевую готовность начальник штаба майор Курусь А.М. тщательно планировал распределение техники по частям и подразделениям. Что же касается водителей этой техники, то их практические навыки приобретались путем практических занятий «пеший по конному», затем «пеший по машинному», маршрутов следования и расстановки машин у соответствующих частей и подразделений. Оставшаяся техника оставалась в распоряжении батальона.

Сформированный в 1968 году 560-й отдельных эксплуатационно-ремонтный батальон (оэрб) (в./ч. 03517) на базе отдельной эксплуатационно-технической роты включал в себя: две группы (эксплуатационно-ремонтную и энергетического обеспечения), ремонтно-восстановительный взвод и два эксплуатационно-ремонтных отделения (в г. Костроме и в п. Сусанино).

Первым командиром батальона был назначен фронтовик подполковник Аносов Н.Д., затем подполковники Назаров А.И. и Лонский Н.А. Заместителями командира были майоры: Ковалев В.А., Дейнега Д.М, Зазимка М.Н., затем подполковник Денисов А.А. и майоры Кутырин В.М., Краснов М.С., Василькин П.С., Борисенко А.А, Волков С.Б., Калистратов В.А., Сушков Г.М., Дождиков Н.А.

В 1969 году из состава батальона выводится в штат трб группа энергетического обеспечения, а включаются железнодорожная и ремонтно-восстановительная роты. Первыми командирами групп и рот были: майор Сухоруков, капитан Клюквин Б.И., капитан Рудинский, старшие лейтенанты Дорчук А. и Станиславский Б.Ф.

Денисов А.А.

Перед батальоном стояли задачи по обеспечению теплом и водой военных городков в г. Костроме, п. Сусанино, вертолетной эскадрильи и площадках №№ 6 и 30, проведению регламентных и ремонтных работ в полках «ОС» на системах водоснабжения и канализации, а также по перевозке железнодорожным транспорта личного состава частей и грузов с выходом на пути МПС.

Нужно отдать должное первому командиру батальона подполковнику Аносову Н.Д., который смог создать сплоченный и дружный коллектив офицеров и прапорщиков, способный долгие годы решать на должном уровне поставленные задачи.

Из года в год часть имела хорошие результаты по боевой и политической подготовке, по содержанию в готовности систем водоснабжения, занимала первое место в объединении. На базе батальона проводились Главнокомандующим РВСН сборы руководящего состава инженерно-технической службы. При их подготовке, рассчитанной на два года, объем запланированных работ на объектах был выполнен за восемь с половиной месяцев. Офицеры капитаны: Гаевый Д.Я., Клюквин Б.И., Гончаренко Н.Ф., Рогов Е.Н. и прапорщики Вышковский Ю.С., Дробинога А.И., Сипягин П.К., Иконников В.Н., Краев А.В. не жалея сил и здоровья успешно выполняли поставленные задачи.

По оценке командира батальона подполковника Лонского Н.А. это были, в основном, думающие, умеющие правильно оценивать обстановку и предложить командиру, а порой и самостоятельно принять грамотное решение в той или иной нестандартной ситуации. Тепло отзывается подполковник Лонский Н.А. об офицерах Денисове А.А, Батурине Ю.Н., Ракитине А.В., Логвиненко С.И., Волкове С.Б., Калистратове В.А., Ерохине В.А., которые были настоящими помощниками командира части при решении задач на перспективу, сплачиванию коллективов подразделений. И самой весомой, пожалуй, была их индивидуальная работа с людьми, которые по специфике исполнения обязанностей находились в отрыве от своих подразделений. На обслуживании этих рот и отдельных взводов было 8 котельных, более 7 км тепловых сетей, 4 водонасосных станции, около 10 км водопроводных сетей, более 20 км железнодорожных путей с необходимым количеством стрелок и переездов. Все это надо было содержать и поддерживать в рабочем состоянии, ликвидировать поломки, неисправности и выходы из строя.

Рядовые батальона по одному дежурили на насосных станциях, на железнодорожных переездах, по двое ходили на осмотр тепловых сетей и т.д. А отказы, поломки, неисправности возникали практически постоянно на железной дороге, системах тепло — и водоснабжения. Рядовым, сержантам, прапорщикам и офицерам младшего звена самостоятельно приходилось принимать неотложные меры по устранению тех или иных поломок или неисправностей.

Были и серьезные аварии, когда приходилось принимать решения на их ликвидацию командиру батальона, выезжать с аварийными группами, запасом арматуры, труб и необходимых материалов. Особенно трудно было с обеспечением теплом и водой 30-й площадки. И так было. Но всегда командир батальона чувствовал помощь и поддержку офицеров и служащих инженерно-технической службы дивизии: подполковников Зимина К.А., Вольтера Ю.Г., майоров: Бахтеева, Дергачева Б.С., Смолонского Н.К., Станиславского Б.Ф., Гришаева В.П., Лещинского М.В., служащего Осетрова Л.Д.

Для решения задач медицинского обеспечения на базе дивизионного лазарета в марте 1968 года был развернут 1933-й военный госпиталь (в./ч. 93763) полного профиля.

Первым начальником госпиталя был назначен участник ВОВ подполковник медицинской службы Кочман Г.Д. В дальнейшем госпиталем руководили подполковники медицинской службы: Иванов Б.Н., Кирсанов Н.И. Начальниками медицинской части были подполковники медицинской службы: Пилипчук Р.А., Фомин В.В.

Госпиталь включал в себя 14 функциональных подразделений:

— хирургическое отделение (начальники отделения подполковники медицинской службы: Щукин В.К., Пазюра А.Т., Киселев Г.Е., Болтыков В.А.);

— терапевтическое отделение (начальники отделения подполковники медицинской службы: Анисин М.Г., Малый Г.О., Муравицкий В.И.);

— анастазионно-реанимационное отделение (начальники отделения подполковники медицинской службы: Нехаев А.С., Вагин В.Т., Бодюл М.Я.);

— неврологическое отделение (начальники отделения подполковники медицинской службы: Нефедов В.И., Гардеев А.И.);

— инфекционное отделение (начальник отделения подполковник медицинской службы Володин В.А.);

— ЛОР отделение (начальники отделения подполковники медицинской службы: Костырко В.П., Вертоголов И.С., Дружняев А.В.);

— гинекологическое отделение (заведующая отделением служащая СА Дружняева Г.Н.);

— стоматологическое отделение (начальники отделения подполковники медицинской службы: Сидоренко В.С., Сдобнов Е.В., Макаров Н.Н.);

— рентгенологическое отделение (начальники отделения подполковники медицинской службы: Рабинович А.Р., Гуменюк В.Е., Стародубцев С.Н.);

— поликлиника (начальники поликлиники подполковники медицинской службы: Шульженко А.И., Андреев Е.Н.);

— санитарно-эпидемиологическое отделение (начальники отделения подполковники медицинской службы: Тарасенко Б.М., Тихенко В.Ф., Гулий А.А.);

— аптека (начальники аптеки: полковник Лупа Н.М.; подполковники медицинской службы: Колодий Э.С., Кудрицкий И.Е.; майор медицинской службы Больбот А.В.);

— физиотерапевтическое отделение (заведующие отделением Копосова Г.И., Выскварко Н.А., Вербицкая Т.С.).

Госпиталь имел все необходимое для автономного функционирования: кухню, прачечную, котельную, продовольственный и вещевой склады, паркохозяйственную зону со специальной техникой, бактериологическую лабораторию, три убежища для укрытия личного состава на 50 человек каждое с системой жизнеобеспечения в экстренных ситуациях.

Убежища позволяли развертывать операционные и делать операции при неотложных заболеваниях.

Из личного состава госпиталя формировалось 6 групп неотложной медицинской помощи, которые круглосуточно оказывали неотложную помощь личному составу дежурных смен, военнослужащим и членам их семей в городках, на площадках и на дому.

Ежегодно госпиталь проводил диспансеризацию офицеров и прапорщиков, а это около полутора тысяч человек, кроме того, каждый понедельник и четверг поликлиника проводила профилактический осмотр личного состава дежурных смен перед заступлением на боевое дежурство.

В целях совершенствования полевой выучки в госпитале была сформирована автоколонна из 25-30 машин с загруженными необходимыми материалами для развертывания госпиталя в полевых районах. Там отрабатывались вопросы приема раненых, пораженных и оказания им необходимой медицинской помощи.

Неоднократно за рассматриваемый период госпиталь на ряду с другими частями дивизии подвергался различного рода проверкам Министра обороны, Главнокомандующего РВСН, командующего армией и всегда добивался высоких результатов своей деятельности. Так при проверке командующим армией в августе 1972 года военный госпиталь в ряду войсковых частей ртб (в./ч. 44061), оббо (в./ч. 03546) завоевал звание «отличного госпиталя».

Самоотверженный труд военных медиков госпиталя не остался незамеченным. Родина высоко оценила этот труд, наградив орденами и медалями военных медиков: подполковника м/с Андреева Е.Н. — орденом «За службу Родине III степени», подполковника м/с Кирсанова Н.И. — орденом «Знак Почета», подполковника м/с Бодюл М.Я. — медалью «За боевые заслуги».

Говорить о сделанном для дивизии военной школой младших специалистов (ВШМС) (в./ч. 34029-Д) можно только со словами глубокой благодарности. Её можно назвать кузницей военных кадров младших специалистов. Первым её командиром был подполковник Трошкин, его заместителем — майор Владыченко Николай Михайлович. Участники войны, они сделали неоценимый вклад в дело становления и развития школы. Майор Владыченко Н.М. — участник парада «Победы» в мае 1945 года — надолго связал свою военную деятельность с ВШМС и в 1964 году за личный вклад в дело подготовки младших специалистов, завоевание в 1962 году звание отличной школы и в последующие годы удержание этого высокого звания, награжден орденом «Красной Звезды».

В последствии школой командовали подполковники: Питель П.Е., Дацук Н.И., Соколов А., Иванов А.С., Герасимчик Н.И. Заместителями их были майоры: Желеховский А.В., Ревука А.М., Дедович М. Необходимо назвать и командиров батарей: майоры Питель П.Е., Нефедов Н.И., Ревука А.М., Новоселов, Желеховский А.В., Ушаков, Цыбин, Либенсу Г.Ф. Именно они под руководством командиров сделали и потом долгое время поддерживали звание отличной школы.

Что же касается подготавливаемых в школе специалистов для частей и подразделений, то вполне естественно, что они предназначались именно для них. Специалистов готовили по девяти специальностям: стартового оборудования, электрооборудования, двигателистов по двигательным установкам, заправщиков, компрессорщиков, специалистов для ртб, радиотелеграфистов, водителей (в том числе и доподготовки) и специалистов (младшие командиры) для подразделений охраны.

Школа готовила и проводила 2 раза в год курс молодого бойца (карантин) около 800 человек ежегодно.

Завоевав звание отличной школы, с 1966 года школа стала образцово показательной. Практически ежегодно на её базе командующий армией проводил показные практические занятия и сборы, ставя школу в пример руководителям школ других дивизий.

Большой вклад в постановку ракетных полков на боевое дежурство и поддержание ракетного вооружения в боевой готовности к немедленному боевому применению внесли назначенные в 1969 году заместители командира дивизии:

— начальник штаба дивизии полковник Рохленко Семен Михайлович. Грамотный, обладающий штабной культурой и профессиональной интуицией, сделал большой вклад в разработку основного боевого документа ракетных полков и дивизии — «Плана боевых действий», основных документов частей и подразделений специальных войск и тыла «Плана приведения в боевую готовность».

Первый цветной телевизор

Заместитель командира дивизии по ракетному вооружению полковник Поршнев Павел Николаевич, хорошо профессионально подготовленный, владеющий глубокими знаниями устройства и эксплуатации ракетного вооружения, сделал достойный вклад в дело поддержания вооружения и техники в готовности к боевому применению. Принимал непосредственное участие в разработке основного документа по поддержанию ракетного вооружения в готовности к боевому применению — «План поддержания вооружения и техники в боевой готовности» дивизии и частей специальных войск. В 1970 году, как было сказано выше, все ракетные полки, находящиеся в боевом составе дивизии, части специальных войск были поставлены на боевое дежурство, все остальные части и подразделения выполняли полный комплекс мероприятий по полному и всестороннему его обеспечению.

Решив эти две важнейшие задачи, командир дивизии генерал-майор Пылаев Юрий Константинович назначается на более вышестоящую должность — заместителя командующего по боевой подготовке 53 ракетной армией. Командиром дивизии был назначен полковник Токарев Борис Павлович. Звание генерал-майора получил в 1971 году.

Зима 1970 г.

Токарев Б.П.

В этом же году заместителем командира дивизии по тылу был назначен полковник Сазонтов Алексей Алексеевич, опытный и глубоко разбирающийся в вопросах тылового обеспечения офицер.

Новому командиру дивизии вместе со своими заместителями, офицерами управления дивизии и подчиненными частями и подразделениями предстояло решать может быть менее сложные и трудные, но очень важные и ответственные задачи, главными из которых были:

— не допустить снижения достигнутого уровня боевой готовности и осуществить дополнительные меры по ее совершенствованию и подъему;

— добиться дальнейшего совершенствования боевой выучки личного состава дежурных смен, слаженности в деятельности частей и подразделений по обеспечению боевой готовности;

— повысить устойчивость боевого управления, живучесть частей и подразделений дивизии в различных условиях ведения боевых действий.

Начиная с 1971 года ужесточаются требования к состоянию боевой готовности ракетных полков, частей и подразделений специальный войск и тыла дивизии, учащаются проверки боевой готовности командирами всех степеней. Проверки носят всеобъемлющий характер, проводятся с обязательной отработкой практических положений «Планов боевых действий» и «Планов приведения в боевую готовность» на тактико-специальных учениях.

Наряду с итоговыми проверками дивизии, полки, части и подразделения подвергались проверкам и по отдельным вопросам, слагаемым боевой готовности: боевому дежурству, состоянию боевой и политической подготовки, состоянию вооружения и техники, состоянию партийно-политической работы и воинской дисциплины, всестороннего обеспечения боевой готовности.

В мае 1971 года Главнокомандующий РВСН проводит итоговую проверку 10-й ракетной дивизии.

Проверке подвергались: 173-й (второй), 227-й (третий), 233-й (четвертый), 314-й (восьмой) и 592-й ракетные полки, управление и части специальных войск и тыла.

И первый серьезный успех: дивизия оценена «хорошо», а 233-й (четвертый) ракетный полк (командир — полковник Романов В.И.) впервые за существование дивизии завоевал звание «Отличного».

В 1971-1972 годах в войска поступают Сборники нормативов, собранные на основе опыта войск различных проверок и обобщенные боевой подготовкой Ракетных войск.

Сборники нормативов представляли собой целый комплекс книг для каждой воинской части, подразделения.

Нормативы определяли деятельность при выполнении функциональных обязанностей боевыми сменами, расчетами, каждым военнослужащим, отдельным расчетом, группой, подразделением, воинской частью. Нормативы были расписаны по каждому предмету боевой подготовки.

Работа по их внедрению в деятельность войск предстояла кропотливая, вдумчивая, требовала от командиров и начальников выдумки, смекалки, находчивости. Ибо от того, каким образом внедрить нормативы в деятельность войск, организовать их планирование и отработку, в конечном итоге зависел успех решения задач и дальнейшего подъема уровня боевой выучки личного состава частей и подразделений.

Несомненно, в целом эта работа легла на ведущее отделение штаба дивизии — оперативное отделение, возглавляемое полковником Варнаковым В.Г. и подчинённых ему офицеров отделения подполковника Черниенко В.А., майоров Александрова А.И., Казанцева В.А., Щетникова В.Н., Ярыгина, Кураленок В.М., Дружининского А.Ф., капитанов Попова А.С., Немцова, Выборнова Е.А. Их продуманная и целенаправленная организаторская и предметная работа с другими отделениями и службами, начальниками штабов полков частей и подразделений дивизии позволила успешно справиться с поставленной задачей.

Решение задачи внедрения нормативов в деятельность частей и подразделений свелось в результате организаторской продуманной работы оперативного отделения по привязке каждого норматива к тематике боевой подготовки. Каждой теме предмета боевой подготовки приписывается тот или иной норматив и в соответствующих Планах боевой подготовки офицеров, прапорщиков, сержантов и солдат осуществлялось планирование нормативов. Затем при составлении расписаний занятий к соответствующей теме занятия указывались номера нормативов, которые необходимо было отрабатывать.

При планировании отработки нормативов предусматривалось около 30% учебного времени, отведённого на то или иное занятие.

При проверке хода боевой и политической подготовки офицерами Боевой подготовки РВ был изучен положительный опыт в освоении нормативов, обобщён и распространён в других армиях и дивизиях РВСН. О положительных результатах внедрения и освоения нормативов была выпущена в войска директива ГКРВСН, где распространялся положительный опыт 10-й дивизии и поощрялись отдельные командиры и начальники.

С 1970 года продолжается целенаправленная работа по созданию и совершенствованию учебно-материальной базы дивизии.

К 1972 году в дивизии построено и введено в учебный процесс 4-х этажный учебный корпус на 10 площадке, учебная боевая стартовая позиция (УБСП) на 30 площадке, шесть учебных корпусов на 10-й площадке (учебные корпуса по подготовке водителей, комплекс учебных корпусов военной школы младших специалистов, два учебных корпуса для подготовки личного состава рот электротехнических заграждений и минирования (рэзм) и расчётов боевого обеспечения (рбо) ракетных полков).

В августе 1972 года командующий армией проводит итоговую проверку дивизии. Проверке подвергаются: управление, 233-й (четвёртый), 575-й (шестой), 143-й (двенадцатый) и 590-й ракетные полки, части и подразделения специальных войск и тыла.

По результатам проверки дивизия оценивается «хорошо», ракетные полки — «хорошо», а 1530-я ремонтно-техническая база (в/ч 44061), командир — полковник Волков Ю.Н., 513 отдельный батальон боевого обеспечения (в/ч 03546) командир — подполковник Питель П.Е. и 1933-й военный госпиталь (в/ч 93763) начальник госпиталя — подполковник м/с Кочман Г.Д. оценены «отлично». Что несомненно является очень высоким результатом.

Добившись хороших результатов в укреплении боевой готовности, внедрении и освоении нормативов, в 1972 году командир дивизии генерал-майор Токарев Б.П. назначен на должность заместителя начальника управления кадров Ракетных войск. Новым командиром дивизии был назначен полковник Бойцов Игорь Георгиевич.

Воинское звание генерал-майор полковнику Бойцову И.Г. было присвоено в 1975 году.

Начальником политического отдела был назначен подполковник Скиданенко Николай Яковлевич.

В мае 1972 года было подписано Временное соглашением между СССР и США об ограничении стратегических наступательных вооружений (СНВ) «ОСВ-1» со сроком действия 5 лет, вступившее в силу 3 октября, которое ограничивало количество стратегического оружия — ракеты и заряды к ним.

Бойцов И.Г.

РВСН приступили к уничтожению (в 1974-1976 гг.) 210 ПУ МБР Р-16У и Р-9А и созданию такого же количества пусковых установок боевых ракет подводных лодок (БРПЛ).

Требования «ОСВ-1» всецело коснулись 10-ую ракетную дивизию. Эту серьёзную задачу предстояло решить вновь назначенному командиру дивизии.

При этом необходимо отметить, что вновь сформированные и поставленные на боевое дежурство девять «осовских» ракетных полков, требовали к себе всё большего и большего внимания. Тем более, что в этот период деятельности дивизии в войска вышло много очень серьезных документов, которые требовали новых подходов в вопросах подготовки дивизии к боевым действиям, взглядов на начальный период ведения боевых действий.

Если до этого периода времени начало боевых действий рассматривалось как обмен ракетно-ядерными ударами, то в 1973-1974 годах доктринальные положения изменились.

Начальный период боевых действий рассматривался как длительный, с применением высокоточных средств поражения, действий диверсионно-разведывательных формирований. Главной целью этого периода боевых действий становилось снижение боевой готовности ракетных дивизий и полков, вывода из строя пусковых установок и тем самым снизить эффективность воздействия по объектам вероятного противника ядерным оружием. Учитывая, что координаты пусковых установок, командных пунктов ракетных полков вероятному противнику были досконально известны в результате засечки спутниками-разведчиками с точностью до секунд, руководству РВСН пришлось выработать целый комплекс мероприятий, направленных на снижение воздействия вероятного противника и особенно в начальный период ведения боевых действий.

Проводимые в войсках исследования дали возможность выработать необходимый комплекс мероприятий.

Всё выработанное легло основными положениями и требованиями в «Указания по повышению живучести и восстановлению боеготовности войск» (в дальнейшем читать — «Указания»).

Этот документ изменил многое в деятельности частей и подразделений дивизии, ставил совершенно новые задачи, определял пути решения этих задач. Требования данного документа необходимо было глубоко изучить, уяснить методы и способы решения поставленных задач, довести их до подчинённых частей и подразделений и организовать их практическую отработку, сделать их нормой повседневной деятельности.

Основными требованиями данного документа были:

— снизить эффективность воздействия средств высокоточного оружия вероятного противника по объектам позиционного района ракетной дивизии;

— не допустить вывода из строя пусковых установок и командных пунктов действиями диверсионно-разведывательных формирований противника;

— разработать комплекс мероприятий, направленных на поддержание живучести ракетной дивизии, её способности восстановления в кратчайшие сроки в случаях её понижения, поддержания боевой готовности пусковых установок и командных пунктов к немедленному нанесению ответных ракетно-ядерных ударов по объектам вероятного противника силами и средствами, сохранившимися после воздействия противника, как высокоточными средствами поражения, так и ядерным оружием.

Для выполнения поставленных требований управлению дивизии, в первую очередь, необходимо было выбрать учебный и три секретных полевых района (ПлР).

Исходя из требований, полевые районы должны быть выбраны исходя из розы ветров позиционного района дивизии (роза ветров — это среднегодовое направление ветра). По Костромской области оно составляло 278 градусов (откуда дует ветер).

Вторым требованием выбора ПлР являлось:

— учебный полевой район должен располагаться внутри позиционного района дивизии в направлении выхода сил и средств в секретные полевые районы;

— первый секретный полевой район должен располагаться за границами позиционного района дивизии, на удалении 20-30 км от него, во встречном направлении розы ветров и недалеко от населённых пунктов;

— второй секретный полевой район должен располагаться в том же направлении на удалении 40-60 км от позиционного района с возможностью привязки к существующей системе связи Министерства связи.

— третий секретный полевой район должен располагаться в том же направлении на удалении 60-80 км от позиционного района с соблюдением всех требований, предъявляемых к второму полевому району (ПлР-2).

Полевой районы занимали площадь 10X15 км каждый, и предусматривал размещение в нём сил и средств частей и подразделений, выводимых из мест постоянной дислокации.

Полевые районы должны обеспечить образование четырёх зон: зоны подвижного запасного командного пункта (ПЗКП); зону технической ракетной базы, ремонтно-технической базы с полевым техническим пунктом управления; тыловую зону и зону приёма личного состава и техники, поступающих по планами мобилизационного развёртывания.

Расстояния между зонами, а также между элементами их составляющими, между агрегатами и техникой, были также установлены.

Первоначально необходимо было выбрать сами районы, нанести их на рабочие карты, согласовать их с местными органами власти.

Эта трудная работа легла на плечи заместителя командира дивизии полковника Козьмина А.К. и начальника оперативного отделения полковника Варнакова В.Г.

В результате их кропотливого труда, полевые районы были выбраны. Учебный полевой район располагался в междуречье рек Андоба и Меза, ограничивались Сущёвским и Сусанинским трактами.

Первый секретный полевой район располагался в районе города Галич.

Второй секретный полевой район располагался в районе города Чухлома.

Третий секретный полевой район располагался в районе города Кадый.

Следующим этапом этой работы стало размещение в них частей и подразделений, выводимых в полевой район. А надлежало выводить практически все части, подразделения дивизии, кроме ракетных полков и личного состава, обеспечивающего несение боевого дежурства. В местах постоянной дислокации оставался и личный состав, обеспечивающих жизнедеятельность городков и мест постоянной дислокации и их охрану.

На этом этапе командиры частей специальных войск и тыла вывозились последовательно в каждый полевой район для определения зон размещения, что опять наносилось на рабочие карты. Затем командиры частей самостоятельно вывозили командиров подразделений в закреплённые зоны для определения, исходя из требований, мест расстановки техники и агрегатов. Каждый командир подразделения и части составлял схемы расстановки техники, выделяя кроки привязки по местности. Все разработанное наносилось на карты, схемы и утверждалось старшими командирами.

В соответствии с данными Указаниями, учебный полевой район занимался на всех тренировках, учениях и проверках.

Секретные полевые районы в повседневной деятельности войск занятию не подлежали. Их занятие предусматривалось с переводом войск в высшие степени боевой готовности или началом боевых действий.

Указания предписывали два раза в год (в зимне-весенний и летне-осенний периоды) проводить сверку карт и схем занятия и расстановки техники в соответствующих зонах реальным условиям обстановки местности, исходя из которых вносились необходимые уточнения и изменения в разработанные документы.

Кроме вышеописанных работ, обустройство в полевом районе требовало много и других не менее сложных и важных работ. К ним, в первую очередь, следует отнести организацию связи, боевого и сторожевого охранения, наземной и воздушной разведки и выполнение задач по восстановлению боеготовности, подготовке последующих пусков ракет.

Очень важным для каждого командира стало доскональное, до человека, каждой единицы техники, провести расчёт сил и средств: кого, сколько, чем и как выводить в полевой район, как построить походную колонну, как организовать управление на марше, походное и сторожевое охранение.

Задачи, возникшие перед командирами, оказались совершенно новыми, их надо было теоретически и практически решить и в достаточно короткие сроки. Трудные задачи? Ну, бесспорно трудные, но для военных командиров, на наш взгляд, нет непреодолимых задач. Тем более, что успешное их решение на практике определяло их зрелость и в конечном итоге определяло уровень боевой готовности вверенной части.

Для командира дивизии, его заместителей и главным образом для начальника оперативного отделения стояла серьёзная задача — организация вывода частей и подразделений в полевой район: построить колонны техники, вытянуть их на маршруты движения, увязать колонны частей по маршрутам, организовать комендантскую службы на маршрутах, определить порядок втягивания колонн в полевой район, организацию технического замыкания, ликвидацию заторов колонн, в результате поломок и выхода из строя транспортных и специальных машин.

Да, многие дни и ночи понадобились начальнику оперативного отделения полковнику Варнакову В.Г., чтобы расставить все точки над решением всех вышеперечисленных задач. Кроме того, задачи усложнялись тем, что с переводом страны на военное положение (перевод войск в высшие степени боевой готовности) военные части Костромского гарнизона также как и мы — ракетчики, имели свои задачи и также как и мы выводили свои силы и средства согласно поставленным боевым задачам. И это опять надо было согласовать по маршрутам и времени. С этой целью в дивизии был разработан План взаимодействия с химическим училищем, десантным полком, управлением внутренних дел и комитетом государственной безопасности, который был подписан и утвержден соответствующими должностными лицами.

Заключительным в деле вывода частей и подразделений в полевой район был итоговый расчёт сил и средств дивизии на ведение боевых действий. Этот расчёт сводился в развёрнутую таблицу Плана боевых действий.

На каждой тренировке, учении, проверке, этот расчёт уточнялся, исходя из реального состояния частей, подразделений и постоянно отслеживался на командном пункте дивизии.

И при несоответствии поступающих и докладываемых данных при реальных выводах проверяющим и старшим командирам, приводило к снижению общих оценок маршевой подготовки и в целом уровня боевой готовности.

 

Вернуться к оглавлению.

Яндекс.Метрика