На главную сайта   Все о Ружанах

Вернуться на главную страницу.

 

Сухина Г.А., Маслий С.Б.

 

 

 

Военный совет Ракетных войск
стратегического назначения.

 

Историко-биографический очерк

 

 

 

© Сухина Г.А., Маслий С.Б., 2007
© ЦИПК РВСН, 2007


Наш адрес: ruzhany@narod.ru

 

Сухина Г.А., Маслий С.Б. Военный совет Ракетных войск стратегического назначения. Историко-биографический очерк / Под редакцией Ивкина В.И. — М.: ЦИПК РВСН, 2007.

В историко-биографическом очерке рассмотрены основные направления деятельности коллегиального органа управления Ракетными войсками стратегического назначения — Военного совета за почти полувековую его историю.

В книге приводятся биографические справки на председателей, членов и секретарей Военного совета РВСН.

Книга предназначена для широкого круга читателей, интересующихся историей ракетно-космической техники, Ракетных войск стратегического назначения, и может быть использована в учебном процессе в военных учебных заведениях.

 

Назад

Оглавление

Далее

СОДЕРЖАНИЕ

 От авторов

 История создания Военных советов

 Военный совет РВСН

 Председатели военного совета РВСН

 НЕДЕЛИН Митрофан Иванович

 МОСКАЛЕНКО Кирилл Семенович

 БИРЮЗОВ Сергей Семенович

 КРЫЛОВ Николай Иванович

 ТОЛУБКО Владимир Федорович

 МАКСИМОВ Юрий Павлович

 СЕРГЕЕВ Игорь Дмитриевич

 ЯКОВЛЕВ Владимир Николаевич

 СОЛОВЦОВ Николай Евгеньевич

 Члены Военного совета РВСН

 АЛЕКСЕЕВ Виктор Петрович

 БОЙЧУК Ефим Васильевич

 БОЛЯТКО Виктор Анисимович

 ВАСЕНИН Вячеслав Александрович

 ВАСИЛЬЕВ Анатолий Алексеевич

 ВИШЕНКОВ Владимир Михайлович

 ВОЛКОВ Александр Петрович

 ГАГАРИН Владимир Григорьевич

 ГЕЛОВАНИ Арчил Викторович

 ГОРЧАКОВ Петр Андреевич

 ГРИГОРЬЕВ Михаил Григорьевич

 ГРИНЬ Валерий Александрович

 ДАНКЕВИЧ Павел Борисович

 ДЕРЕВЯНКИН Михаил Константинович

 ДРЕМОВ Виктор Васильевич

 ЕГОРОВ Никита Васильевич

 ЕГОРОВ Николай Павлович

 ЕСИН Виктор Иванович

 ЕФИМОВ Павел Иванович

 КАЛИНИЧЕНКО Николай Иванович

 КАТЕРУХИН Евгений Иванович

 КИРИЛЛОВ Юрий Федорович

 КЛИМОВ Михаил Петрович

 КОЛЕСНИКОВ Василий Михайлович

 КОЛЕСНИКОВ Геннадий Алексеевич

 КОЧЕМАСОВ Станислав Григорьевич

 КРАСАВЧЕНКО Сергей Николаевич

 ЛАВРЕНОВ Иван Ананьевич

 

 

 

 ЛЕГАВИН Виктор Николаевич

 ЛИННИК Виталий Владимирович

 ЛОВКОВ Михаил Александрович

 ЛЫСЕНКО Александр Николаевич

 МАЛИНОВСКИЙ Георгий Николаевич

 МЕЛЕХИН Алексей Дмитриевич

 МОРОЗ Николай Максимович

 МУРАВЬЕВ Владимир Александрович

 НИКИТИН Владимир Алексеевич

 НИКИТИН Геннадий Павлович

 НИКОЛЬСКИЙ Михаил Александрович

 ПАНИН Ильи Григорьевич

 ПЕРМИНОВ Анатолий Николаевич

 ПИЧУГИН Юрий Александрович

 ПОГОРЕЛОВ Константин Федорович

 РОДИН Виктор Семенович

 РЯЖСКИХ Александр Александрович

 СВОТИН Петр Петрович

 СЕЛЮНИН Анатолий Семенович

 СЕМЕНОВ Анатолий Иванович

 СМИРНИЦКИЙ Николай Николаевич

 СМИРНОВ Виктор Михайлович

 ТОНКИХ Федор Петрович

 ФЕДОРОВ Виталий Владимирович

 ХОМЕНКО Иван Егорович

 ХУТОРЦЕВ Сергей Владимирович

 ЧЕРВЯКОВ Николай Федорович

 ШВАЙЧЕНКО Андрей Анатольевич

 ШЕВЦОВ Александр Григорьевич

 ШИЛОВСКИЙ Владимир Петрович

 ШМЫКОВ Рудольф Романович

 ЯШИН Юрий Алексеевич

 Секретари Военного совета РВСН

 ШИШКОВ Георгий Сергеевич

 БАЕВ Иван Федорович

 ПЕТРОВ Владимир Петрович

 ДОМОЧКИН Николай Афанасьевич

 ПОДОПРИГОРА Дмитрий Семенович

 ЧУМАКОВ Александр Михайлович

 РОМАНОВ Юрий Анатольевич

 КОВТУН Виктор Тимофеевич

 ПЛЕСКАЧ Виктор Петрович

 БУБЛИЙ Валерий Павлович

 ШАБАЛТАС Николай Васильевич

 ЗИМИНОВ Леонид Иванович

* * *

 

ОТ АВТОРОВ

 

В процессе зарождения и развития Вооруженных Сил нашего государства сложилась и действует система командных инстанций, соответствующих различным органам управления. Особую роль в системе военного управления играют органы высшего уровня — центральные органы управления видами и родами войск Вооруженных Сил, объектом руководства для которых являются подчиненные войска в целом. Важное место здесь занимают военные советы.

Создание в современных органах военного управления стратегического, оперативно-стратегического и оперативного звеньев совещательных органов в лице военных советов (коллегий) не является формальным актом. Оно сохраняет сложившиеся за последние столетия подходы при принятии основополагающих решений на этих уровнях.

Развитие средств вооруженной борьбы, возросшие масштабы подготовки и ведения военных (боевых) действий, привлечение многочисленных войск разных видов и родов войск ВС РФ к решению задач, осуществляемых на громадных территориях, и многие другие факторы кардинально изменили подходы командира-единоначальника к принятию решений по важнейшим направлениям военного строительства, подготовке и ведению боевых действий. Новой формой явилось принятие коллегиальных решений: в Министерстве обороны — на Коллегии, в видах, родах войск и других воинских формированиях, включительно до армии — на военных советах. Принятое решение доводится до подчиненных войск в виде приказов или директив, подписанных председателем Коллегии (военного совета), либо соответствующими постановлениями.

Важность и востребованность коллегиальных решений, принимаемых на военном совете, особенно ярко подтверждается историей становления и развития Ракетных войск стратегического назначения — нового вида (впоследствии рода войск) Вооруженных Сил нашей страны.

За последние годы издано немало различных трудов по истории Ракетных войск стратегического назначения — истории ракетных объединений и соединений, полигонов, училищ, Главного штаба, управлений и служб РВСН.

Во многих изданиях существуют разночтения в названии нашего рода войск (до 2001 года — вида Вооруженных Сил). Исследование этого вопроса показывает, что с момента образования войск (17 декабря 1959 года) в постановлениях ЦК КПСС, Совета Министров СССР, приказах министра обороны СССР наш вид войск именовался — Ракетные войска. 15 января 1960 года утвержден первый штат Управления Главнокомандующего Ракетными войсками. И лишь только директивой Генерального штаба от 1 ноября 1980 года штат Управления ГК РВ переименован в штат Управления Главнокомандующего Ракетными войсками стратегического назначения (ГК РВСН). Большой ошибки в разночтениях названия войск нет, так как они всегда были и остаются стратегическими.

Все управления и службы РВСН занимались конкретной работой по решению задач, возникавших в ходе строительства и развития войск. Но порой возникали проблемы, требующие комплексного подхода, объединения усилий всех управлений и служб, подключения к их решению руководителей конструкторских бюро, различных структур военно-промышленного комплекса. Мало того, по некоторым вопросам необходимо было выходить непосредственно на Совет Министров СССР или же Центральный Комитет КПСС. И здесь неоценимую роль играл Военный совет РВСН.

Вместе с тем достойного освещения истории Военного совета Ракетных войск стратегического назначения, который на всех этапах становления и развития РВСН рассматривал и вырабатывал решения по важнейшим вопросам жизни и деятельности войск, до сих пор не существовало. К сожалению, и в мемуарной литературе можно найти только некоторые упоминания о Военном совете РВСН, что, на наш взгляд, несправедливо. Мы попытались восполнить этот пробел.

В основу очерка положены материалы протоколов заседаний и постановлений Военного совета РВСН. При этом основное внимание уделено 60-70-м годам прошлого столетия, что имеет свое обоснование — именно в этот период закладывалась методология подходов к решению тех или иных жизненно важных для РВСН проблем, разрабатывались наиболее эффективные формы работы командования РВСН в войсках.

Авторский коллектив выражает глубокую благодарность и признательность генерал-полковнику в отставке Есину В.И., генерал-майору в отставке Малашенкову В.И., сотрудникам Центрального архива Ракетных и Космических войск, в первую очередь Архипову Н.Н., секретарям Военного совета РВСН Плескачу В.П., Зиминову Л.И., работникам Управления кадров РВСН, майору Губину А.Н., сотруднице Музея РВСН Кравцовой О.И. за помощь в работе над книгой.

 

ИСТОРИЯ СОЗДАНИЯ ВОЕННЫХ СОВЕТОВ

 

Военный совет — это постоянно действующий коллегиальный, обычно совещательный орган при военном министре, главнокомандующем всеми вооруженными силами государства, видами войск, при командующих войсками рода войск, округов, фронтов, армий для обсуждения, а иногда и выработки коллективного решения по вопросам военного руководства и военного строительства. Еще в древности полководцы выносили на совет со своими военачальниками замыслы предстоящих битв и сражений. Военные советы носили постоянный или временный характер, когда военачальники собирались для обсуждения отдельных военных вопросов.

Как временный совещательный орган военный совет в русской армии впервые создан в ходе Семилетней войны 1756-1763 гг.

В 1812 году М.И. Кутузов обсуждал на всемирно известном (во многом благодаря картине русского художника А.Д. Кившенко) военном совете в Филях план действий русских войск против французских интервентов.

Первый постоянный военный совет в России образован в 1832 года при военном министре. С учреждением военных округов были созданы военно-окружные советы, просуществовавшие до января 1918 года. Военные советы создавались также при флагманах флотов, комендантах крупных военных крепостей.

В настоящее время военные советы с совещательными функциями существуют в высших военных инстанциях почти всех государств. В Великобритании, например, при министре обороны действует Совет обороны, а при департаментах видов вооруженных сил соответственно комитеты Совета обороны: армейский, военно-воздушный, адмиралтейства. Близкая по структуре система военных советов существует в Германии, Франции и других странах.

В СССР военные советы возникли вместе с созданием Красной Армии и Флота. Для руководства военными операциями в марте 1918 года был учрежден Высший военный совет. 2 сентября 1918 вместо него учрежден Революционный военный совет Республики (РВСР), который распространил систему реввоенсоветов на все фронты и армии. В своем составе реввоенсоветы имели не менее трех человек (как правило, командующий и два военных комиссара). Председателем РВСР являлся народный комиссар по военным и морским делам, назначавшийся ВЦИК. Члены РВСР назначались Советом Народных Комиссаров.

28 августа 1923 года РВСР переименован в Революционный военный совет СССР. В 1924 году созданы реввоенсоветы округов. 2 июня 1934 года РВС СССР упразднен, но уже 19 ноября 1934 года образован Военный совет при народном комиссаре обороны СССР. В том же 1934 году упразднены, а затем в мае 1937 года восстановлены военные советы в военных округах, армиях, флотах и флотилиях. В марте 1938 года создан Главный военный совет Рабоче-Крестьянской Красной Армии (РККА), в состав которого вошел И.В. Сталин, а в апреле Главный военный совет Военно-Морского Флота, в состав которого вошел А.А. Жданов. Наряду с этим при народном комиссаре обороны продолжал оставаться в качестве совещательного органа свой Военный совет, обсуждавший вопросы, выдвигаемые народным комиссаром обороны или членами Военного совета. Решения этого совета утверждались народным комиссаром обороны.

В предвоенные годы военные советы провели большую работу в области строительства Вооруженных Сил СССР, повышения боеспособности войск, подготовки их к боевым действиям.

В начале Великой Отечественной войны с образованием Ставки Верховного Главнокомандующего главные военные советы РККА и ВМФ были упразднены и учреждены военные советы фронтов, в состав которых наряду с командованием фронтов входили командующие воздушными армиями и командующие артиллерией. 9 июля 1941 года Государственный Комитет Обороны принял постановление «О членах военных советов армий».

В июне 1941 года создан военный совет Военно-воздушных Сил, в ноябре — военный совет войск ПВО, в декабре — военный совет бронетанковых и механизированных войск, а в апреле 1943 года —военный совет при командующем артиллерией Красной Армии а тогда же военный совет Главного управления формирования и укомплектования Красной Армии.

В местностях, объявленных на военном положении, военным советам принадлежали все функции органов государственной власти в области обороны, обеспечения общественного порядка и государственной безопасности. Военные советы принимали непосредственное участие в разработке планов операций, их всестороннем обеспечении и осуществлении, содействовали развитию партизанского движения на временно оккупированных врагом территориях, руководили работой по патриотическому и воинскому воспитанию личного состава.

В послевоенные годы структура и функции военных советов претерпели ряд изменений. В сентябре 1945 года Ставка Верховного Главнокомандования прекратила свою деятельность и при созданном в феврале 1946 года Наркомате (с марта — Министерстве) Вооруженных Сил СССР образован Высший военный совет. В войсках военные советы с января 1947 года преобразованы в совещательные органы, а в июле 1950 года вновь восстановлены как коллективные органы руководства войсками. В 1950 году при разделении Министерства Вооруженных Сил на Военное и Военно-Морское министерства при каждом из них был создан Главный военный совет. В марте 1953 года они были преобразованы в единый Главный военный совет в связи с объединением указанных министерств в Министерство обороны СССР.

17 апреля 1958 года Центральный Комитет КПСС и Совет Министров СССР приняли постановление «О военных советах Сухопутных войск, Военно-Морского Флота. Военно-Воздушных Сил, войск ПВО страны, военных округов, групп войск, округов ПВО, флотов, армий и флотилий».

В этом постановлении отмечалось: «Установить, что военные советы располагают правами рассмотрения и решения всех важнейших вопросов жизни и деятельности Армии и Флота и несут ответственность перед ЦК КПСС, Правительством и министром обороны СССР за состояние и боевую готовность войск». И далее: «Решения военных советов обязательны для всех членов военного совета и проводятся в жизнь приказами главнокомандующего, командующего. Все члены военного совета обязаны активно осуществлять принятые военным советом решения. В случае несогласия с принятым решением член военного совета имеет право доложить свое мнение ЦК КПСС, Правительству и министру обороны СССР...

Состав военных советов утверждается ЦК КПСС по представлению министра обороны СССР и Главного политического управления Советской Армии и Военно-Морского Флота.

В состав военного совета округа, флота, армии и флотилии входит секретарь обкома, крайкома КПСС или ЦК компартии союзной республики».

Этим же постановлением утверждено положение о военных советах. В положении отмечалось, что «военные советы располагают правами рассмотрения и решения всех важнейших вопросов жизни и деятельности Армии и Флота и несут ответственность перед Центральным Комитетом КПСС, Правительством и Министерством обороны:

— за исполнение постановлений партии и Правительства в Армии и на Флоте, а также приказов министра обороны СССР;

— за постоянную боевую и мобилизационную готовность, боевую и политическую подготовку, воинскую дисциплину, укрепление единоначалия и политико-моральное состояние личного состава; за внедрение и освоение в войсках нового вооружения и боевой техники, умелое их боевое применение, а также за содержание вооружения и военной техники в должном порядке;

— за подготовку, изучение, подбор и расстановку офицерских кадров;

— за политическую работу в войсках; за военно-научную работу;

— за устройство войск, их материально-техническое обеспечение, своевременное удовлетворение личного состава частей и соединений положенным им от государства питанием и обмундированием;

— за военное обучение граждан допризывных возрастов, военнообязанных запаса и студентов гражданских высших учебных заведений; за проведение призывов граждан СССР на действительную военную службу и учебные сборы;

— за оборонительное и необоронительное строительство».

Положением также регламентировалась деятельность военных советов.

Военные советы в Вооруженных Силах СССР строились и действовали как органы военно-политического руководства. С учетом этого определялись их состав, функции и содержание работы. Они находились под политическим контролем ЦК КПСС, несли ответственность за исполнение партийных постановлений в Армии и на Флоте. Наряду с решением собственно военных задач они несли ответственность за организацию и проведение политический работы в войсках.

После распада Советского Союза, департизации и деполитизации Вооруженных Сил военные советы освободились от партийной опеки и полностью сосредоточились па проведении в жизни государственной военной политики Российской Федерации.

Указом Президента Российской Федерации от 1 сентября 1993 года утверждено Положение о военных советах в Вооруженных Силах Российской Федерации. Они возглавили работу по реформированию войск, обеспечению их развития, подготовки, жизнедеятельности, боевой и мобилизационной готовности, выполнения боевых задач. Под руководством военных советов вырабатываются и осуществляются меры по внедрению и дальнейшему развитию демократических начал в жизни Вооруженных Сил, усилению патриотического воспитания личного состава, укреплению воинской дисциплины, созданию действенного механизма социальной и правовой защиты военнослужащих и членов их семей, улучшению работы по подбору, расстановке и воспитанию военных кадров.

Возросла роль военных советов в обеспечении стабильности общественно-политической обстановки в различных регионах страны, предотвращении и урегулировании военных конфликтов.

 

ВОЕННЫЙ СОВЕТ РВСН

 

17 декабря 1959 года было принято решение о создании нового вида Вооруженных Сил СССР — Ракетных войск стратегического назначения. В связи с многообразием задач, которые необходимо было решать при строительстве РВСН, а также с учетом деятельности военных советов других видов Вооруженных Сил возникла необходимость создания коллегиального органа управления и в этом виде Вооруженных Сил.

27 мая 1960 года Министерство обороны СССР и Главное политическое управление Советской Армии и Военно-Морского Флота внесли предложение в ЦК КПСС и Совет Министров СССР о создании Военного совета РВСН.

Отдел административных органов ЦК КПСС счел это предложение целесообразным, и 22 июня 1960 года ЦК КПСС и Совет Министров СССР приняли соответствующее постановление:

«1. Принять предложение Министерства обороны СССР и Главного политического управления Советской Армии и Военно-Морского Флота о создании Военного совета Ракетных войск.

2. Распространить на Военный совет Ракетных войск действие постановления ЦК КПСС и Совета Министров от 17 апреля 1958 года №443-210 «О военных советах Сухопутных войск, Военно-Морского Флота, Военно-воздушных Сил, войск ПВО страны, военных округов, групп войск, округов ПВО, флотов, армий и флотилий».

Первым председателем Военного совета Ракетных войск был назначен заместитель министра обороны — главнокомандующий войсками главный маршал артиллерии Неделин Митрофан Иванович. Членами Военного совета в 1960 году стали:

— начальник 12-го Главного управления Министерства обороны генерал-полковник Болятко В.А.;

— начальник Управления политических органов Ракетных войск Главного политического управления СА и ВМФ генерал-полковник Ефимов П.И.;

— начальник Главного штаба — первый заместитель главнокомандующего РВ генерал-лейтенант Никольский М.А.;

— начальник Главного управления ракетного вооружения — заместитель главнокомандующего РВ по вооружению генерал-лейтенант Семенов А.И.;

— первый заместитель главнокомандующего РВ генерал-лейтенант Толубко В.Ф.

Состав Военного совета в целом зависел от структуры войск, которая на протяжении времени менялась. Так. первоначально в состав РВ входило 12 Главное управление Министерства обороны 12 ГУ МО), начальники которого на этом временном отрезке входили в состав Военного совета.

С 1 октября 1997 по апрель 2001 года в состав РВСН входили Военно-Космические силы (ВКС) и Войска ракетно-космической обороны (РКО). Соответственно командующие этими родами войск являлись членами Военного совета Ракетных войск стратегического назначения.

 

* * *

 

Первое заседание Военного совета войск состоялось 6 августа 1960 года, а первым вопросом повестки дня был доклад первого заместителя главнокомандующего генерал-полковника Толубко В.Ф. «О состоянии работы по сохранению государственной и военной тайны в Ракетных войсках и необходимых мероприятиях по дальнейшему повышению политической бдительности».

Здесь необходимо отметить, что вопросы политической бдительности. сохранения военной и государственной тайны в последующем постоянно находились в центре внимания Военного совета. Ракетные войска стратегического назначения создавались в обстановке строжайшей секретности, и долгие годы их деятельность была, что называется, тайной «за семью печатями», поэтому вопросы бдительности первоначально обсуждались на Военном совете не менее двух ми в год. За время существования Военного совета на повестку дня Опросы сохранения военной и государственной тайны, политической бдительности выносились более 50 раз. Причем эти вопросы Усматривались как в прямой постановке, так и в форме заслушивания командиров различного ранга, начальников штабов и политических отделов объединений и соединений по состоянию дел с режимом секретности. Основания для этого были.

Так, 1 сентября 1962 года на заседании обсуждалось состояние работы по сохранению секретности в воинских частях 12 ГУ МО. Члены Военного совета пришли к мнению, что командиры, политические органы, партийные и комсомольские организации воинских частей 12 ГУ МО добились некоторого усиления режима секретности, но коренного улучшения в этой сфере достигнуто не было. Военный совет потребовал принять самые решительные меры по устранению выявленных недостатков. В 1963 году главнокомандующим РВ было издано по вопросам повышения бдительности и усилению режима секретности 11 приказов и одна директива, наказано за упущения в организации работы по сохранению режима секретности 24 офицера и генерала; в 1964 году — 13 приказов, наказано — 33 генерала и офицера. Результаты проделанной работы по улучшению дел в войсках были обсуждены на Военном совете 6 февраля 1965 года.

На последующих заседаниях Военного совета РВ вырабатывались дополнительные меры по усилению бдительности и режима секретности в войсках и контролировалось выполнение поставленных задач. Конкретные рекомендации излагались в постановлениях и реализовывались в приказах главнокомандующего. Эти и другие мероприятия, проведенные Военным советом РВ, позволили устранить отмеченные недостатки, повысить роль командиров в усилении бдительности личного состава.

Иногда выявлялись случаи нарушения бдительности отдельными военачальниками. Например, 24 октября 1964 года Военный совет рассмотрел материалы расследования о разглашении военной тайны генералом Агеевым Д.Д. С целью показа своей осведомленности в знании новых образцов боевой техники он выступил перед выпускниками Казанского артиллерийского технического училища с докладом, в котором раскрыл некоторые данные, которые «необязательно было знать курсантам-выпускникам». Военный совет строго предупредил его о необходимости сохранения военной тайны.

Кроме вопросов значимости проявления личным составом высокой бдительности в работе Военного совета РВСН в первые годы становления войск было немало других, имеющих первоочередное значение.

Выделение Ракетных войск стратегического назначения в самодеятельный вид Вооруженных Сил поставило целый ряд сложнейших научных, военно-технических, военно-экономических и организационных задач.

Среди них главными были:

— создание наиболее приемлемой и эффективной системы эксплуатации ракетного вооружения и военной техники и поддержания их в постоянной боевой готовности;

— разработка научно обоснованной организационно-штатной структуры войск, определение штатной численности новых формирований и укомплектование их личным составом;

— выбор, рекогносцировка позиционных районов ракетных объединений и соединений и широкое развертывание строительства ракетных комплексов:

— подготовка высококвалифицированных кадров; создание стройной системы обучения и воспитания личного состава, отвечающей требованиям, предъявляемым к стратегическим ракетчикам.

Решение этих задач потребовало колоссальных усилий генералов и офицеров Главного штаба, управлений и служб, военно-учебных заведений и научно-исследовательских учреждений Ракетных войск. Оно было сопряжено с огромными трудностями, вызванными, прежде всего, масштабностью, характером и новизной задач, поставленных перед личным составом, особенностями условий их жизнедеятельности, а также недостаточным опытом строительства ракетных комплексов, организации боевой подготовки личного состава, отсутствием теоретически разработанных основ боевого применения РВСН.

Главнокомандующий Ракетными войсками главный маршал артиллерии Толубко В.Ф. так вспоминал об этом времени: «Ветераны-ракетчики помнят те трудности, с которыми мы встречались на первых порах организации и становления наших войск. Ведь почти всем нам приходилось начинать с азов, переучиваться в процессе работы, осваивать неведомые ранее специальности, изучать сложную технику и одновременно формировать новые части, обучать и воспитывать. личный состав, заниматься строительством стартовых позиций...».

Все эти сложные задачи решались в исключительно сжатые и строго установленные планами сроки.

Нет необходимости вновь и вновь излагать историю создания и развития Ракетных войск стратегического назначения, но на ряде важнейших направлений в деятельности Военного совета РВСН следует остановиться.

 

* * *

 

Развертывание наземной группировки межконтинентальных баллистических ракет в различных районах страны представляло собой принципиально новую, огромную по своим масштабам инженерно-строительную проблему.

В центре внимания Военного совета РВ наряду с процессами создания ракетной техники и постановки ее на боевое дежурство постоянно находились вопросы создания инфраструктуры позиционных районов ракетных соединений. Так, с 1960 года по 1967 год на заседаниях Военного совета в той или иной постановке вопросы капитального строительства рассматривались 24 раза. С чем что было связано?

Характерными особенностями развертывания боевых ракетных комплексов (БРК) было то, что строительство объектов осуществлялось вдали от населенных пунктов, исходя из требований режима секретности и маскировки. Несмотря на усилия строителей, личного состава воинских частей и центрального аппарата РВ, выполнявших напряженную работу по вводу в эксплуатацию боевой ракетной техники, жесткие временные рамки планов этих мероприятий и экстремальные климатические и бытовые условия зачастую вели к отставанию в сроках строительства БРК. Поэтому Военный совет на своих заседаниях систематически рассматривал проблемы, приводящие к отставанию от намеченных сроков строительства БРК и вырабатывал рекомендации службам и управлениям главнокомандующего войсками, командирам объединений, соединений и воинских частей, направленные на форсирование работ. В целях наведения порядка в строительстве и обеспечении своевременного ввода в эксплуатацию пусковых установок и других важнейших объектов Военный совет уделял внимание всем аспектам этого процесса — вопросам планирования и финансирования строительства, ликвидации недоделок и дефектов, повышения качества строительно-монтажных работ, уменьшения их стоимости, при этом не ограничивался только директивными указаниями, но и непосредственно контролировал ход их выполнения.

Впервые вопрос о неудовлетворительных темпах строительства БРК обсуждался на заседании Военного совета 6 июня 1961 года. С докладом выступил начальник Главного инженерного управления (ГИУ РВ) генерал-майор Белотелов И.Е. В материалах этого заседания отмечалось, что годовой план строительства за 5 месяцев был выполнен только на 21,2%, а по отдельным военным округам его выполнение составило менее 20%. Например, в Ленинградском военном округе — 19,9%. Одесском — 15,6%, Киевском — 16,4%.

Военный совет обязал главные управления главнокомандующего и Главный штаб РВ считать первоочередной задачей в своей деятельности обеспечение выполнения плана строительства БРК и других важных объектов. Конкретно указал основные причины неудовлетворительного выполнения плана капитального строительства, низкого качества выполненных работ и срыва установленных сроков ввода в действие пусковых установок и важнейших объектов. По итогам обсуждения было принято постановление, которое впоследствии получило свое развитие в приказе главнокомандующего войсками. После заседания министру обороны СССР, его заместителю по строительству и расквартированию войск, начальникам Главного политического управления Советской Армии и Военно-Морского Флота и Генерального штаба Вооруженных Сил СССР были представлены доклады о неудовлетворительном состоянии строительства объектов Ракетных войск. Отмечалось слабое руководство строительством со стороны начальников строительных организаций, недостаточное внимание некоторых командующих войсками военных округов к строительству объектов Ракетных войск. Были высказаны просьбы о проведении ряда мероприятий, направленных на исправление ситуации.

Несмотря на принятые во исполнение решения Военного совета РВ меры, значительное отставание строительства за последующие полтора месяца не только не сократилось, но еще больше увеличилось. Об этом красноречиво свидетельствует донесение Главного инженерного управления войск, представленное в июле 1961 года Главнокомандующему. В нем отмечалось, что установленный объем строительно-монтажных работ по пусковым установкам в сумме 102,8 млн. рублей по состоянию на 20 августа 1961 года был выполнен на 44,5% против предусмотренных планом 60%.

Руководствуясь указаниями принятого 28 июля 1961 года постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР, где указывалось на неудовлетворительное выполнение установленных сроков окончания строительства объектов Ракетных войск, Военный совет РВ 26 августа 1961 года обсудил результаты строительства наземных и шахтных боевых стартовых позиций. Было указано на основные упущения в деятельности командиров воинских частей и соединений, начальников отделов капитального строительства, главных управлений и служб главнокомандующего войсками. Военный совет обязал командующих объединениями, командиров соединений и воинских частей повысить личную ответственность за состояние строительства объектов, считая главной задачей обеспечение своевременного и качественного ввода их в эксплуатацию. Было также направлено обращение к заместителю министра обороны СССР по строительству и расквартированию войск с просьбой обеспечить строящиеся объекты Ракетных войск недостающей рабочей силой, автотранспортом, строительными механизмами и материалами в полной потребности. По итогам обсуждения было принято постановление, в развитие которого главнокомандующий войсками на следующий же день издал приказ.

Принятые во исполнение данного постановления меры в значительной степени улучшили ход строительства боевых стартовых и технических позиций, однако его темпы еще не обеспечивали ввода пусковых установок в эксплуатацию в установленные сроки. Их затягивание на объектах МКР составляло к концу 1961 года до 26,4%, а на объектах РСД — от 28,8 до 36,5%.

Это отставание в капитальном строительстве вновь обсуждалось 10 ноября 1961 года на заседании Военного совета РВ. Присутствующие на нем сошлись во мнении, что Министерство обороны СССР не уделяет должного внимания вопросам строительства объектов РВ. Например, первый заместитель начальника Главного управления ракетного вооружения генерал-лейтенант Мрыкин А.Г. так охарактеризовал причины отставания в строительстве БРК: «примитивная организация работ, плохое материальное снабжение, отсутствие собственной материальной базы в строительстве», как следствие «плохого руководства со стороны Министерства обороны».

На заседании была признана недостаточность принятых усилий, несмотря на выезд в войска групп представителей Главного штаба РВ и других управлений. Особенно острой критике была подвергнута деятельность ГИУ РВСН и подчиненных ему отделов капитального строительства в соединениях. Председатель Военного совета Маршал Советского Союза Москаленко К.С. отмстил, что это управление «находится в сложном положении — оно только планирует, но не строит, и строители ему не подчинены. Но многое зависит и от него: умелое планирование строительства, доведение технической документации до исполнителей, контроль за сроками и качеством работ».

Военный совет обязал командующих объединениями, командиром соединений и воинских частей, политические органы объединений и соединений, главные управления и службы главнокомандующего Ракетными войсками провести мероприятия, направленные на ликвидацию отставания строительства объектов. По итогам заседания были представлены доклады министру обороны СССР и его заместителю по строительству и расквартированию войск. В докладе содержалась просьба — выдать указания подчиненным им структурам о принятии срочных мер к выполнению установленного плана строительных работ на объектах РВ и проведению мероприятий по подготовке к выполнению плана работ следующего года. Основные положения решения Военного совета по этому вопросу были конкретизированы в приказе главнокомандующего. За последующие полгода во исполнение этих документов была проделана значительная работа по строительству боевых стартовых и технических позиций.

К вопросу выполнения плана капитального строительства и ввода в эксплуатацию объектов Военный совет вновь обратился 25 мая 1962 года. В материалах проведенного заседания указывалось, что план по вводу в боевой состав РВСН пусковых установок не был выполнен. Фактически закончено строительством и сдано в эксплуатацию только 83% основных фондов. Построенные пусковые установки вводились в эксплуатацию только в объеме пускового минимума, вследствие чего обеспечение большинства этих установок электроэнергией, связью, водой и теплом осуществлялось по временным схемам. Кроме того, здания и сооружения были приняты с недоделками и дефектами. Например, на день заседания Военного совета до 60% объектов обеспечивались водой по временным схемам, а количество существенных недоделок, в частности на пусковых установках РСД в Смоленском и Винницком ракетных объединениях. составило 2277. На заседании также отмечались неудовлетворительные темпы проведения работ по пусковым установкам, подлежащим вводу во II—IV кварталах текущего года, их техническая готовность составила всего 40-78%. Более того, строительство пусковых установок, подлежащих вводу в следующем году, по большинству объектов было еще не развернуто и не обеспечено необходимыми людскими и материальными ресурсами, а также положенной технической документацией.

Архивные материалы свидетельствуют, что, выполняя принятое в ноябре 1961 года на заседании Военного совета решение, управлениями и службами главнокомандующего РВ, командующими объединениями, командирами и политическими органами соединений и воинских частей были предприняты определенные меры по строительству БРК и других важных объектов, но степень влияния на положение дел оказалась недостаточной.

Военный совет Ракетных войск уделял внимание всем аспектам строительства БРК, в том числе вопросам его планирования и финансирования. Так, 7 июля 1962 года на заседании был заслушан доклад на эту тему начальника ГИУ РВ генерал-майора Белотелова И.Е. Обсудив представленные материалы, члены Военного совета пришли к выводу, что работа указанного управления по планированию строительства объектов войск проводится неудовлетворительно, с грубыми нарушениями соответствующих требований руководящих документов.

Вопросы финансирования строительства объектов вновь стали предметом внимания Военного совета РВ 3 ноября 1962 года. Согласно директиве министра обороны СССР от 8 сентября 1962 года на капитальное строительство объектов РВСН в 1963 году было выделено 690 млн. рублей, что составило 60% от реальной потребности средств. Отметив недостаточность финансирования. Военный совет одобрил направления распределения выделенных ассигнований, а именно: на строительство стартовых комплексов — 82%; на полигоны — 9%; на объекты 4 НИИ МО — 2,5%; на арсеналы, базы и другое — 6,5%. В соответствии с принятым на заседании решением начальник ГИУ РВ обратился в Министерство обороны СССР с просьбой об увеличении ассигнований или соответствующем сокращении плана строительства.

В первой половине 60-х годов Военный совет и командование Ракетных войск в своей работе особое внимание уделяли качеству строительно-монтажных работ на возводимых объектах. Это было обусловлено прежде всего наличием большого количества разного рода недоделок и дефектов на строящихся и уже построенных пусковых установках и других элементах инфраструктуры ракетных соединений, что значительно снижало надежность их эксплуатации и боеготовность воинских частей. Доклады из войск свидетельствовали, что построенные в 1963 году объекты были приняты госкомиссиями в эксплуатацию при наличии 1850 недоделок, что повлекло за собой значительное снижение боеготовности целого ряда пусковых установок.

Выражая озабоченность за состояние пусковых установок и, особенно, за строительство перспективных объектов ОС, Военный совет РВ направил доклады в ЦК КПСС и Министерство обороны СССР. Руководящий состав частей и соединений был предупрежден о том, что малейшее отступление от требований, обеспечивающих высокое качество строительных и монтажных работ, и прием объектов в эксплуатацию с недоделками и недоработками будут рассматриваться как антигосударственный поступок, наносящий прямой ущерб боевой готовности войск. Были определены меры по улучшению качества разработки и строительства боевых стартовых позиции, которые конкретизировались в приказе главнокомандующего РВ.

Известно, что основными критериями при выборе районов дислокации ракетных частей являлись обеспечение секретности и скрытности, а экономические, энергетические, геологические и другие условия учитывались во вторую очередь. Строительство объектов РВ велось в необжитых районах, на значительном удалении от промышленных центров, при отсутствии постоянных источников энерго-, вод- и теплоснабжения и подъездных путей. Это приводило к большим затратам на возведение временных сооружений (временных городков для строителей, временных баз приемки материалов, деталей и механизмов и других) для обеспечения строительства в начальном периоде жилищно-казарменным фондом для строителей и временными источниками тепло-, водо- и энергоснабжения.

Вопрос о необходимости снижения стоимости строительства объектов был остро поставлен на заседании Военного совета 2 августа 1965 года. Обсудив представленные материалы, члены Военного совета пришли к выводу о необходимости уменьшения стоимости за счет снижения затрат на временные сооружения, которые составляли до 10-15% от общей стоимости строительства (при нормах Госстроя для промышленного строительства в пределах 3-8%). Итогом обсуждения явилось постановление, реализуя которое начальники управлений и служб главнокомандующего РВ провели комплекс практических мероприятий по снижению затрат на временные сооружения. Военный совет РВ провел большую работу по мобилизации всего личного состава на оказание помощи строителям в выполнении плана строительно-монтажных работ, в борьбе за высокое качество строительства и экономию государственных средств. Только в 1965-1966 гг. вопросы, связанные со строительством БРК 8К84 и 8К67, в различной постановке обсуждались на его заседаниях 14 раз.

При общих удовлетворительных результатах выполнения плана строительства объектов в 1967 году в целом не был выполнен план ввода в эксплуатацию ряда зданий и сооружений. И в 1968 году имелись отставание в строительстве, а также серьезные недостатки и нерешенные вопросы. Обеспокоенный этим, Военный совет РВ 20 мая 1968 года заслушал и обсудил доклад заместителя главнокомандующего по строительству генерал-лейтенанта Геловани А.В. о выполнении плана капитального строительства. По мнению Военного совета, основными причинами отставания в строительстве ряда зданий и сооружений явились недостаток рабочей силы, автотранспорта и строительных механизмов, а также серьезные просчеты в организации строительных и монтажных работ и недостаточный контроль со стороны командиров соединений и воинских частей, отделов капитального строительства и ГИУ РВ. По итогам заседания было принято постановление, основные положения которого были развиты в приказах главнокомандующего, один из которых предназначался управлениям и службам главнокомандующего, другой — военным советам объединений, командирам и начальникам политических органов соединений и воинских частей.

Во второй половине 60-х годов первоочередной задачей для командования Ракетных войск стало строительство БРК с пусковыми установками ОС. Ее выполнение было обусловлено множеством трудностей — большая часть БРК строилась на значительном удалении от обжитых районов и дорог, работы проводились в сложных климатических и гидрологических условиях. Итоги работы по возведению объектов ОС обсуждались на Военном совете 26 ноября 1965 года. Были заслушаны доклады начальников ГИУ РВ генерал-майора Деревянкина М.К. и Главкомплекта РВ генерал-лейтенанта Смирнова С.В. На заседании отмечалось, что план ввода в эксплуатацию пусковых установок находится под угрозой срыва. Утвержденный годовой план ввода в действие основных фондов в объеме 609,1 млн. рублей был освоен на 249,5 млн. рублей, т.е. на 41%. Основными причинами такого положения дел, по мнению Военного совета, явилась слабая работа Министерства среднего машиностроения СССР (привлечение которого к возведению объектов было вызвано перебоями в строительстве из-за отсутствия своевременного качественного обеспечения людскими и материально-техническими ресурсами), а также несвоевременность поставок необходимого оборудования в ряде случаев со стороны ведущих строительных организаций Министерства обороны СССР.

Военный совет РВ систематически рассматривал проблемы отставания от намеченных сроков строительства БРК и их инфраструктуры, вырабатывал рекомендации службам и управлениям главнокомандующего войсками, командирам соединений и воинских частей, направленные на форсирование работ. При этом уделялось внимание всем аспектам этого процесса — вопросам планирования и финансирования строительства, ликвидации недоделок и дефектов, качества строительно-монтажных работ, уменьшения их стоимости.

Накопленный опыт, система работы Военного совета, жесткий контроль с его стороны за ходом строительства стартовых позиций, других объектов позиционных районов ракетных полков и дивизий позволили существенно влиять на темпы, качество и своевременный ввод в эксплуатацию всех объектов капитального строительства РВСН, осуществляемого практически одновременно во многих регионах страны с различными природными, климатическими условиями и особенностями развития местной инфраструктуры.

Так, в 1967 году работы по выполнению плана строительства были начаты более организованно, строительство большинства объектов осуществлялось по утвержденному графику. За пять месяцев этого года улучшилось качество проектных, строительных, монтажных и особенно гидроизоляционных работ, отработки титульных списков и проверки технической документации перед ее утверждением. Однако выполнение основных показателей плана капитального строительства вызывало тревогу — годовой план ввода основных фондов и план строительно-монтажных работ были недовыполнены.

Этот вопрос Военный совет обсудил 5 июня 1967 года и наметил комплекс практических мероприятий, направленных на ликвидацию отставания в выполнении планов. По итогам заседания было принято соответствующее постановление. Военный совет обратился с письмами к министрам общего машиностроения, монтажных и специальных строительных работ СССР, заместителю министра обороны СССР по строительству и расквартированию войск, в которых просил выполнить возложенные на них обязательства. Для ликвидации отставания в строительстве объектов Ракетных войск был проведен ряд мероприятий по обеспечению строек недостающей рабочей силой, механизмами и средствами автотранспорта. Для этого промышленностью было выделено строительным организациям 4300 бортовых автомашин, 480 тракторов, 296 экскаваторов, 4650 самосвалов, 150 автокранов, 76 катков, другая техника. В результате принятых мер задание ЦК КПСС и Совета Министров СССР по вводу в эксплуатации комплексов ОС в 1967 году было выполнено полностью.

К августу 1967 года для соединении МКР и РСД было построено по постоянному варианту 60% командных пунктов и 78% приемных и передающих радиоцентров, а для всех соединений ОС — построены штабы с узлами связи по временному варианту. Было налажено серийное производство и внедрение в войска и на ЦКП РВ аппаратуры автоматизированной системы боевого управления «Сигнал». Однако план строительства пунктов управления и сооружений связи из года в год не выполнялся. Одной из основных причин такого состояния дел была систематическая несвоевременная поставка оборудования и аппаратуры на строящиеся пункты управления.

17 августа 1967 года Военный совет обсудил итоги строительства объектов связи. Были заслушаны доклады заместителя главнокомандующего по строительству генерал-лейтенанта Геловани А.В. и начальника Главного штаба генерал-лейтенанта Шевцова А.Г. О важности обсуждаемой проблемы свидетельствует тот факт, что на заседание были приглашены член Коллегии Министерства радиопромышленности СССР Мишутин И.В., управляющий Всесоюзным проектно-монтажным трестом Первышин Э.К., главный инженер 11 Главного управления Министерства оборонной промышленности СССР Жуковский И.Ф. и представители строительной промышленности. Совместно с ними был определен круг практических мероприятий, направленных на совершенствование системы боевого управления войсками.

Другим важным направлением в работе Военного совета РВ являлось руководство совершенствованием системы поддержания технической готовности ракетного и специального вооружения, а также организацией непрерывной, эффективной работы системы снабжения войск элементами ракетного вооружения и прочими необходимыми материально-техническими средствами на всех этапах эксплуатации БРК и других важных объектов.

Важность проблемы обусловливалась необходимостью обеспечения боеготовности ракетного вооружения и военной техники не только на период гарантийных сроков их эксплуатации, но и создание условий для сохранения их в боевом составе за пределами этих сроков. Уже в то время Военным советом эта задача рассматривалась как задача государственной важности. Позже, в начале 90-х годов этот подход окупил себя сторицей, когда понадобилось продление сроков эксплуатации целого ряда ракетных комплексов.

Первая половина 60-х годов отличалась высокой напряженностью работ, вызванных отработкой организационной структуры войск и органов управления, а также непрерывным поступлением на вооружение первого поколения стратегических ракет Р-12, Р-14, Р-16, Р-7А, Р-9А наземного шахтного группового базирования, а также их модификаций. В этот период перед командованием войск остро встала проблема хранения ракет, головных частей и компонентов топлива.

Условия и состояние хранения специальных боеприпасов стали предметом обсуждения Военного совета 28 декабря 1960 года. С докладом выступил член Военного совета РВ. начальник 12 ГУ МО генерал-полковник Болятко В.А. Было отмечено, что темпы и качество строительных работ отстают от требований, которые предъявляются к хранению и сбережению специальных боеприпасов. Военный совет обязал ГУРВО и 12 ГУ МО в сроки закончить строительные работы, а также наметил комплекс практических мероприятий, направленных на своевременное окончание строительства хранилищ, сооружений и ремонтно-технических баз. Решение Военного совета нашло свое развитие в приказе главнокомандующего РВ. В целях реализации требований этих документов управления и службы главнокомандующего РВ провели определенную работу, однако положение со строительством специальных сооружений коренным образом не улучшилось.

Этот вопрос вновь обсуждался на заседании Военного совета 9 февраля 1961 года. Материалы доклада начальника Главного штаба генерал-лейтенанта Никольского М.А позволили сделать вывод о том, что темпы и качество строительства специальных хранилищ, их отопительных сооружений и теплотрасс серьезно отставали от предъявляемых требований и сроков. Военный совет РВ указал на основные причины, задерживающие строительство специальных сооружений. Учитывая, что боеготовность ракетных частей в значительной мере зависит от условий хранения ракет, головных частей и компонентов ракетного топлива. Военный совет обязал командующих ракетными объединениями и командиров соединений принять меры через руководство строительными организациями на местах к обеспечению ввода в эксплуатацию в срок хранилищ на объектах. Одновременно Военный совет обратился к заместителю министра обороны СССР по строительству и расквартированию войск с просьбой обязать подчиненные ему строительные управления закончить строительство, монтаж оборудования и сдать в эксплуатацию специальные сооружения, срок ввода которых истек еще в предыдущем году. В соответствии с решением Военного совета РВ и изданным на его основе приказом главнокомандующего войсками были созданы комиссии, которые в течение следующего месяца на местах проверили выполнение плана строительства и ввода специальных сооружений в эксплуатацию.

В начале 60-х годов интенсивно велись проектирование и реализации комплекса мероприятий по сбережению ракетного вооружения (РВО). О важности решения задач сбережения боевой ракетной техники свидетельствует тот факт, что 27 сентября 1961 года в ГУРВО была создана комиссия по определению наиболее рациональных методов хранения ракетного вооружения. Основными направлениями работы комиссии стали оценка возможностей имеющейся базы хранения, а также выработка оптимальных способов размещения элементов ракетного вооружения, норм ухода за хранящейся техникой, периодичность и глубина контроля ее состояния.

Результаты деятельности комиссии нашли свое освещение на заседании Военного совета, проходившем 10 ноября 1961 года. В соответствии с его решением были подготовлены предложения о мерах по обеспечению хранения и ремонта РВО. которые были доложены начальником Главного штаба генерал-полковником Никольским М.А. на следующем заседании 8 февраля 1962 года. Было признано несоответствие между существующей системой хранения и ремонта ракетного вооружения и организационной структурой вида войск, а также задачами, стоящими перед ним. Материалы этого заседания свидетельствуют, что в тот период ракетные армии и корпуса своих баз для хранения и ремонта вооружения не имели, а центральные органы ремонта и хранения не могли обеспечить постоянную боевую готовность вооружения. Накопления ракет, предусмотренные установленными Советом обороны СССР нормами не обеспечивались существующими емкостями арсеналов. В Сибири и на Дальнем Востоке арсеналы для хранения ракет вообще отсутствовали. На тот период для проведения ремонта ракетного вооружения имелись три ремонтных завода ГУРВО, цехи ремонта на двух из семи арсеналов Вооруженных Сил и подвижные полковые ремонтные мастерские в частях РСД. Кроме этого, в штатах ракетных дивизий МКР и ракетных полков РСД предусматривались стационарные ремонтные мастерские, которые еще не были построены. Понятно, что потребность в капитальном, среднем и войсковом ремонте ракетного вооружения имеющимися тремя ремонтными заводами не обеспечивалась. Средства для войскового и среднего ремонта вооружения и армиях и корпусах вообще отсутствовали.

Для решения данной проблемы Военный совет признал необходимым приступить в 1963 году к строительству четырех арсеналов емкостью 250 ракет каждый, а в ракетных армиях иметь по 2-3 базы хранения ракетного вооружения емкостью 100-250 ракет. Главному штабу РВ совместно с ГУРВО было поручено направить предложения Министру обороны СССР о передаче ракетчикам из других видов Вооруженных Сил 2-3 ремонтных завода для централизованного капитального ремонта и 5-6 ремонтных баз для организации ремонта вооружения в ракетных армиях и корпусах.

В первой половине 60-х годов командование РВ столкнулось с проблемой организации правильной эксплуатации зданий и специальных сооружений стартовых комплексов. К началу 1963 года в позиционных районах Ракетных войск было введено в действие и эксплуатировалось большое количество боевых объектов РСД и МКР с комплексом специальных сооружений и сложным энергетическим тепло- и сантехническим оборудованием, непосредственно обеспечивающим хранение и боевые пуски ракет, а также жилых зданий для боевых расчетов.

Здания и сооружения многих стартовых комплексов, построенных до 1962 года, уже требовали серьезного ремонта. Плановый капитальный и средний ремонт общепромышленного оборудования на стартовых комплексах до 1963 года не проводился из-за отсутствия в войсках соответствующих ремонтных мастерских и предприятий. Кроме того, организацию четкой эксплуатации сооружений и оборудования стартовых комплексов затрудняла несогласованность в работе между инженерно-ракетной, эксплуатационно-технической, инженерной службами и тылом. Все это свидетельствовало о том, что в Ракетных войсках требуется системный подход к решению задач, обеспечивающих их постоянную боевую готовность, четкое и взаимосогласованное взаимодействие не только в разных видах обеспечения, но и между видами обеспечения.

Начало 80-х годов для РВСН ознаменовано новым этапом их развития — разработкой подвижного варианта базирования боевых ракетных комплексов и постановкой их на боевое дежурство.

При оборудовании позиционных районов и маршрутов движения подвижных ракетных комплексов РСД-10 необходимо было построить сотни километров дорог, десятки новых мостов, способных выдерживать огромные нагрузки.

Одновременно строилось и сдавалось в эксплуатацию множество объектов боевого управления и связи, которые в значительной степени определяли уровень боевой готовности. Продолжались работы по совершенствованию систем энергоснабжения объектов, строились дизельные электростанции, прокладывались кабельные линии электропередачи, дооборудовались базы заправки компонентов ракетного топлива, технические ракетные базы и т.д. Вопросы строительства этих объектов находились постоянно в центре внимания Военного совета РВ, на его заседаниях вопросы своевременной и качественной постановки на боевой дежурство частей и соединений РСД-10 рассматривались практически ежемесячно. Кроме того, члены Военного совета систематически выезжали непосредственно в места дислокации соединений и ракетных полков, где оперативно решали возникавшие проблемы.

В последующем вопросы капитального строительства также не снимались с повестки дня. Например, с введением в группировку РВСН ракетных комплексов железнодорожного базирования (БЖРК) встал ряд новых проблем. связанных с оборудованием позиционных районов и маршрутов движения, существующей сети железнодорожных путей. Для обеспечения прохождения БЖРК по маршрутам патрулирования требовалось выполнить работы по оборудованию и усилению более 1000 километров железных дорог. Эти вопросы неоднократно рассматривались на заседаниях Военного совета, где шел поиск наиболее оптимальных путей решения поставленных задач.

С начала 90-х годов акценты в строительстве немного сместились.

Так, в 1992—1999 гг. резко сократилось финансирование капитального строительства объектов коммунального назначения. В этот период в условиях крайне ограниченного финансирования усилия командования РВСН, Военного совета, Главного инженерного управления войск были направлены на завершение начатых строительством объектов в ряде полигонов и ракетных соединений.

В связи с сокращением боевого состава РВСН, выводом целого ряда соединений и воинских частей с Прибалтики. Украины, Казахстана. Белоруссии основные усилия были направлены на обустройство выводимых войск, реконструкцию баз ликвидации ракетного оружия, строительство жилья для семей военнослужащих, изъявивших желание продолжить службу в рядах Вооруженных Сил Российской Федерации.

Все эти вопросы постоянно находились в центре внимания Военного совета РВСН.

Вместе с тем такие проблемы, как использование созданной инфраструктуры позиционных районов ракетных частей, соединений не были детально разработаны. Тому было много причин. Из-за обвального сокращения РВСН, ликвидации ракетных военных городков Вооруженные Силы, да и государство в целом, понесли большие убытки в экономическом, финансовом и социальном плане.

 

* * *

 

В центре внимания Военного совета РВСН постоянно находились весь процесс создания ракетной техники и постановка ее на вооружение. В частности — это разработки в промышленности, выполнение громадного объема мероприятий по строительству сооружений, коммуникаций стартовых позиций, монтажу наземного технологического оборудования и технических систем, проведению автономных и комплексных испытаний боевых объектов и приведению ракетного вооружения в готовность к выполнению боевых задач.

Это требовало от Военного совета принятия соответствующих решений, направленных на организацию взаимодействия между командованием войск и промышленными организациями и ведомствами, участвующими в создании новых ракетных комплексов, своевременное и полное обеспечение испытаний БРК. На заседаниях Военного совета систематически рассматриваюсь вопросы, связанные с разработкой, испытанием и принятием на вооружение этих комплексов, в том числе результаты работы государственных комиссий по испытаниям. Присутствие на заседаниях Военного совета РВ и активное участие в них членов государственных комиссий и представителей министерств и ведомств страны позволяло оперативно решать вопросы взаимодействия промышленности и войск, обеспечивало ввод БРК в эксплуатацию в установленные сроки.

Только за 1960-1973 гг. вопросы постановки новых БРК на боевое дежурство выносились на обсуждение Военного совета около 40[10?] раз. Половина таких обсуждений прошла с участием руководителей и представителей военно-промышленного комплекса (конструкторских бюро, заводов и т.д.).

В первой половине 60-х годов командование РВ сосредоточило свое внимание на процессах разработки и испытаний БРК с ракетами Р-12, Р-14, Р-16 и их модификаций. Особое внимание при этом уделялось созданию ракет средней дальности Р-12 и Р-14 наземного группового базирования. Так, летная отработка ракеты средней дальности Р-14 проводилась на Государственном центральном полигоне Министерства обороны СССР Капустин Яр в период с июня 1960 по февраль 1961 года. Руководство испытаниями было возложено на государственную комиссию под председательством первого заместителя начальника ГУРВО генерал-майора Мрыкина Л.Г. Его доклад о результатах совместных летных испытаний изделия 8К65 в комплексе с передвижным наземным оборудованием обсуждался 1[4?] марта 1961 года на заседании Военного совета. Члены совета рассмотрели представленные государственной комиссией материалы и согласились с ее выводами по результатам совместных летных испытаний и заключением о возможности принятия на вооружение Советской Армии ракеты Р-14 с боевой частью АА-14 в комплексе с передвижными агрегатами наземного оборудования, необходимыми для ее войсковой эксплуатации. По итогам заседания было принято постановление, в развитие которого 6 марта 1961 года главнокомандующий РВ издал приказ «О результатах совместных летных испытаний изделий 8К65 в комплексе с передвижным наземным оборудованием».

Реализуя требования принятых Военным советом документов, ГУРВО принимались меры по устранению недостатков и выполнению рекомендаций, изложенных в отчете государственной комиссии.

Одним из немаловажных направлений в деятельности Военного совета РВ в деле повышения готовности ракетного вооружения к боевому применению стало сокращение времени подготовки ракет к пуску. Проблемы совершенствования боевых возможностей ракетного оружия, сокращения сроков подготовки ракет к пуску Военным советом рассматривались с учетом уже достигнутого уровня готовности в стратегических наступательных силах в США, НАТО и других ядерных государств. Качественные характеристики ракетного вооружения в большей степени стали влиять на эффективность боевого применения в любых формах и способах боевых действий, а значит и на результаты стратегического сдерживания.

В начале 60-х годов командование и личный состав Ракетных войск сосредоточились на отработке сокращенных готовностей к пуску ракет Р-12. ГУРВО совместно с другими управлениями и службами в 1960-1961 гг. проводило работы по сокращению времени готовностей, отработке новых сокращенных технологических графиков пуска ракет из готовностей и практической проверке и пусками ракет на полигоне Капустин Яр. Отработка готовностей проверялась межведомственными комиссиями, которые подтвердили возможность подготовки ракеты к пуску из состояния различных готовностей по сокращенным технологическим графикам.

Доклад представителя ГУРВО полковника Мирзаяна З.А. о результатах проделанной работы Военный совет рассмотрел в июле 1961 года. Он согласился с предложениями, составленными на основе представленных рекомендаций межведомственной комиссии об установлении новых времен готовностей: № 1 — 20 минут, № 2 — 40 минут. № 3 — 110 минут. Признал необходимость проведения практических мероприятий, обеспечивающих сокращение готовностей, а именно: введение главными конструкторами в эксплуатационно-техническую документацию отработанных комиссией инструкций и технологических графиков на сокращенные готовности, изготовление и поставку промышленными организациями материальной части, необходимой для реализации сокращенных готовностей в войсках, и других. Решение Военного совета по этому вопросу нашло свое развитие в приказе главнокомандующего от 10 июня [июля?] 1961 года «О мероприятиях по отработке сокращенных готовностей № 1, 2 и 3 изделия 8К63».

Бурное развитие ракетной техники, возрастающее ее значение в повышении боевой мощи Вооруженных Сил обусловили возросшие требования к качеству и надежности создаваемой техники. В целом для решения этой насущной проблемы органами государственного и военного управления в первой половине 60-х годов принимались соответствующие меры. Так, в своем постановлении от 16 февраля 1961 года ЦК КПСС и правительство СССР потребовали от партийных и хозяйственных организаций, государственных комитетов и оборонным отраслям промышленности усиления внимания к качеству выпускаемой ракетной техники, подчеркнув при этом, что выпуск высококачественной военной техники и повышение ее надежности являются первостепенной важнейшей государственной задачей. Постановление обязывало командование РВ улучшить связь с промышленными организациями и ведомствами, участвующими в создании новых ракетных комплексов, с целью совершенствования ракетной техники и создания в короткие сроки новых, более совершенных образцов на основе опыта войсковой эксплуатации.

 


Главнокомандующий Ракетными войсками
Маршал Советского Союза Н.И. Крылов
с офицерами военных представительств на НПОМаш. 1968 г.

 


На возложении венков к могиле Н.И. Крылова
у Кремлевской стены, апрель 2003 г.

 


Прием Военным советом участников
1-го Всеармейского совещания молодых офицеров, 2003 г.

 


Связь поколений, май 2005 г.

 


Встреча членов Военного совета
с ветеранским активом РВСН, март 2007 г.

 


Выездное заседание Клуба военачальников
России в Командовании РВСН. 2008[?] г.

Требования данного постановления в промышленности выполнялись недостаточно настойчиво. Продолжали иметь место случаи поставок ракет и агрегатов наземного оборудования с дефектами и недостатками, приводящими к отказам в эксплуатации, что отрицательно сказывалось на боеготовности войск. Обеспокоенный сложившейся ситуацией, Военный совет РВ на заседании 8 февраля 1962 года обсудил вопрос о качестве серийного изготовления и техническом состоянии ракетного вооружения. С докладом на эту тему выступил начальник ГУРВО генерал-лейтенант Семенов А.И. В его докладе и выступлениях отмечалось, что качество серийного производства ракет Р-12, Р-14, Р-16, Р-7А и специального технологического оборудования к ним в ряде случаев не отвечало предъявляемым требованиям. Военный совет признал необоснованной практику проведения совместных летных испытаний новых образцов ракетного вооружения в один этап, минуя летно-конструкторскую отработку, так как при этом затруднялись возможности проверки и отработка эксплуатационных характеристик и вопросов боеготовности вооружения. Во исполнение решения Военного совета, которое было развито в приказе главнокомандующего войсками, в течение апреля-июня 1962 года проверялось техническое состояние ракетного вооружения в войсках, организация эксплуатации, ухода и сбережения его, а также работа инженерно-ракетной службы. Проверка проводилась комиссиями ГУРВО с участием представителей арсеналов и инженерно-ракетных служб армий и корпусов. По результатам проверки в каждой воинской части составлялся акт с конкретными предложениями и сроками устранения выявленных недостатков, проводился подробный разбор с офицерами воинских частей, ответственными за эксплуатацию техники. Результаты работы комиссий в войсках в начале июня 1962 года обсуждались на совещаниях с участием главных инженеров армий, корпусов и отдельных дивизий. На специальном совещании у главного инженера ГУРВО были подробно рассмотрены работа инженерно-ракетной службы, состояние техники, проанализированы имеющиеся недостатки и намечены конкретные пути их устранения.

Военный совет выявил в деятельности ГУРВО и военных представительств ряд упущений, а именно: недостаточное внимание к вопросам отработки технической документации и качеству контроля технологии изготовления агрегатов и приборов; отсутствие должного анализа причин брака; недостаточная принципиальность при приеме вооружения; неглубокий анализ производственными управлениями ГУРВО сигналов о низком качестве продукции от военных представителей, из воинских частей и др. Принятое на заседании Военного совета решение послужило основой для соответствующего приказа главнокомандующего войсками. Во исполнение этих документов главные управления РВ осуществили ряд мероприятий по повышению качества серийного изготовления ракетного вооружения.

Неоднократно Военный совет вопреки решениям государственных комиссий воздерживался от рекомендаций о принятии на вооружение или серийном производстве новых ракетных комплексов мотивируя это их несовершенством.

Наличие ракетно-ядерного оружия у вероятного противника и превращение его в главное средство достижения победы в ракетно-ядерной войне вызвали необходимость повышения защиты существующих БРК Р-12 и Р-14 от поражающих факторов ядерного оружия. После соответствующей доработки новые комплексы получили шифры Р-12У («Двина») и Р-14У («Чусовая») и по результатам государственных испытаний были рекомендованы к принятию на вооружение Советской Армии.

Результаты работы государственной комиссии по системам «Двина» и «Чусовая» обсуждались на заседаниях Военного совета РВ 11 мая и 13 августа 1963 года. Было указано на наличие ряда конструкторских, производственных и эксплуатационных недостатков в специальном технологическом и общепромышленном оборудовании комплексов. Например, при подготовке к пуску на технической позиции (ТП) и стартовой позиции (СП), а также в процессе приемке ракет представителями войск имели место случаи выхода из строя значительного количества отдельных приборов систем управления и отказов в работе наземного оборудования. Вследствие этого пуск ракет в установленное технологическими графиками время обеспечивался не всегда. Об этом свидетельствуют факты: за 1-е полугодие 1963 года 50% ракет Р-12У и 43% ракет Р-14У были отстреляны на полигоне с существенной задержкой по времени из-за различных неисправностей. Кроме того, войска, эксплуатирующие эти комплексы, были обеспечены недостаточно качественной эксплуатационной технической документацией.

Военный совет вопреки заключению государственной комиссии воздержался от рекомендаций о принятии на вооружение БРК «Двина» и «Чусовая» и наметил комплекс практических мероприятий, направленных на ликвидацию отмеченных недостатков.

На одном из заседаний, 13 августа, обсуждались пути модернизации еще одного представителя стратегических ракет первого поколения — межконтинентальной ракеты Р-16У. Архивные материалы свидетельствуют, что совершенствование могло быть осуществлено либо за счет коренной переделки конструкции приборов и системы ракеты, либо без такой переделки — путем реализации мероприятий по улучшению характеристик ракеты. Реализация первого варианта требовала больших затрат времени (около 2 лет) и последующей доработки шахтной пусковой установки (ШПУ) для обеспечения эксплуатации модернизированной ракеты. Второй вариант модернизации мог быть осуществлен в более сжатые сроки и не требовал доработки пусковых установок. Внимательно изучив обстоятельства, члены Военного совета высказались за второй вариант. Выполняя принятое Военным советом решение по этому вопросу, главные и центральные управления, службы главнокомандующего РВ провели определенные мероприятия по улучшению боевых и эксплуатационных качеств ракеты Р-16, предусматривающее повышение точности стрельбы, сокращение времени подготовки ракеты к пуску и повышение надежности систем, агрегатов и ракеты в целом, без коренных изменений их конструкции.

В 1965 году началось развертывание группировки межконтинентальных комплексов ОС с ракетами, оснащенными моноблочными головными частями, которое закончилось в 1973 году.

В начале этого периода командование РВСН сосредоточило свое внимание на испытании БРК с ракетами УР-100 и Р-36. Следует отметить, что летно-конструкторские испытания ракет этих комплексов начали проводиться в 1965 году, причем к концу года они не завершились, целый ряд вопросов по обеспечению высокой надежности БРК и их боеготовности решен не был. В то же время с целью оперативного наращивания ракетно-ядерной мощи страны Министерство обороны СССР внесло предложение о постановке этих БРК на боевое дежурство до завершения летно-конструкторских испытаний в полном объеме.

Это предложение обсуждалось на Военном совете 10 ноября 1965 года. На заседании присутствовали заместитель председателя комиссии Президиума Совета Министров СССР по военно-промышленным вопросам Пашков Г.Н. и заместитель министра общего машиностроения Тюлин Г.А. Были заслушаны доклады начальника 5 НИИП Министерства обороны СССР генерал-майора Курушина А.А. и содоклады председателя государственной комиссии генерал-лейтенанта Григорьева М.Г., заместителей председателя государственной комиссии генерал-майора Морозова В.П. и генерал-майора Васендина Н.С. Подчеркивая необходимость принципиального отношения к работе главных конструкторов и представителей промышленности, председатель Военного совета Маршал Советского Союза Крылов Н.И. отметил: «... боевую задачу по введению в строй новых боевых комплексов придется выполнять нам, поэтому мы ответственны и за свои действия, и за дела конструкторов. В этом смысле мы должны тянуть за уши и конструкторов, и конструкторские бюро, и промышленность». В результате рассмотрения представленных материалов Военный совет РВ выявил ряд серьезных недостатков в этих комплексах и унифицированной системы дистанционного управления, значительное количество нерешенных принципиальных вопросов. Было предложено продолжить отработать БРК.

Результаты испытаний боевого ракетного комплекса с ракетой Р-36 и проведенных доработок по ракете вновь обсуждались Военным советом 27 декабря 1966 года. С докладом выступил генерал-майор Смирницкий Н.Н. Между командованием РВ и главными конструкторами ракетного комплекса возникли существенные противоречия по вопросу о сроках принятия комплекса на вооружение. На этом заседании член Военного совета генерал-полковник Толубко В.Ф. заявил: «...полет вражеской ракеты до границ Советского Союза составляет 28 минут, а обнаружить ее мы сможем за 12-14 минут, и нам остается всего ничего времени для ответного залпа. В эти 14 минут правительству надо принять решение, передать сигнал Ракетным войскам, а нам довести этот сигнал до каждого старта и произвести пуск, именно поэтому нам необходимо представить веские доказательства причин, не позволяющих принять Р-36 в серийное производство сейчас. Вполне определенно, что Янгель и другие конструкторы будут доказывать ЦК КПСС и правительству хорошие стороны ракеты и полную возможность ее принятия на вооружение. Этим предложениям мы должны противопоставить наши убедительные доводы».

Военный совет РВСН в связи с наличием крупных недочетов, обнаруженных в ходе летных испытаний и необходимостью проведения доработок ракету Р-36 к серийному производству не рекомендовал. О необходимости продолжения работы по доведению ракеты «до ума» были проинформированы министр обороны СССР и ЦК КПСС.

Во второй половине 60-х годов наряду с разработкой и принятием на вооружение БРК с ракетами на жидком топливе в нашей стране активизировались научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы по созданию ракетных комплексов с ракетами на твердом топливе.

Ход разработки этих БРК обсуждался на Военном совете 14 февраля 1966 года. С основным докладом выступил начальник ГУРВ генерал-лейтенант Васильев А.А. Военный совет отметил низкую организацию работ над завершением отработки комплексов, а также указал на недостатки в деятельности управлений и служб главкомата, военно-промышленного комплекса, министерств общего машиностроения и оборонной промышленности, тормозящие работы созданию БРК. Был одобрен план дальнейшего развертывания работ по ускорению отработки комплексов с ракетами на твердом топливе, которым руководствовались главные управления главнокомандующего Ракетными войсками в своей работе.

Впоследствии Военный совет не раз возвращался к этому вопросу. Так, результаты пусков твердотопливных ракет РТ-2 на втором этапе совместных летных испытаний комплекса, состояние подготовки к проведению летных испытаний третьего этапа и серийного производства обсуждались на Военном совете РВ с участием руководящих работников министерств общего машиностроения и оборонной промышленности, главных конструкторов 21 июля 1966 года.

Большой шаг в области ракетостроения был сделан в СССР в 1967 году, когда началась разработка стратегических ракет третьего поколения, проводимая как альтернатива научно-техническим достижениям США. Эти ракеты оснащались разделяющимися головными частями с боевыми блоками индивидуального наведения, бортовыми цифровыми вычислительными комплексами, средствами преодоления ПРО противника. Новое поколение БРК ОС было представлено тремя разработками — МР-УР-100, УР-100Н (легкий класс) и Р-16М (тяжелый класс).

Предложенный ГУРВО план проведения модернизации комплексов с ракетами УР-100, Р-36, РТ-2 и проекты тактико-технических требований на разработку ракет УР-100Н и Р-36М обсуждались ?? ноября 1967 года на Военном совете. После корректировки члены Военного совета одобрили предложенный начальником ГУРВО генерал-лейтенантом Смирницким Н.Н. план и проекты. По итогам заседания было принято постановление, которым соответствующие управления и службы главнокомандующего обязывались провести согласование проектов тактико-технических требований на эти ракетные комплексы с Министерством общего машиностроения. Министерством радиопромышленности и Министерством среднего машиностроения, после чего представить их на утверждение министру Обороны СССР. Одновременно Военный совет обратился к председателю Комиссии Президиума Совета Министров СССР по военно-промышленным вопросам с просьбой срочно рассмотреть предложения Ракетных войск по разработке БРК с усовершенствованной ракетой РТ-2М и принять соответствующее решение.

Перспективы развития ракетного вооружения вновь обсуждались Военным советом 28 марта 1969 года. Были заслушаны и обсуждены доклады заместителя главнокомандующего по вооружению генерал-лейтенанта Смирницкого Н.Н., его первого заместителя генерал-майора Малахова И.Л., заместителя главнокомандующего по строительству генерал-лейтенанта Геловани А.В., начальника ГУЭРВ генерал-полковника Червякова Н.Ф., председателя НТК генерал-лейтенанта Васильева А.А. По результатам докладов был сделан вывод — проводить дальнейшее развитие и совершенствование стационарных БРК с легкими ракетами типа УР-100 в двух направлениях. Первое направление предполагало создание в течение 1969-1973 гг. нового перспективного комплекса с ракетой легкого типа и стартами высокой защищенности на базе аванпроекта УР-100Н (легкого класса). Второе направление — модернизацию в течение 1969-1970 гг. комплекса УР-100 на базе аванпроекта УР-100К с целью повышения боевых и эксплуатационных характеристик ракеты с использованием построенных ШПУ и других сооружений позиционных районов УР-100, а также для обеспечения своевременной замены БРК Р-12, Р-14, Р-16 и Р-9А, гарантийные сроки эксплуатации которых истекали в ближайшие годы.

При этом разработку пусковых установок УР-100Н предполагалось проводить с опережением по сравнению с разработкой и испытанием комплекса УР-100Н в целом, с тем, чтобы обеспечить, начиная с 1971 года, ввод в эксплуатацию высокозащищенных одиночных стартов с установкой в них ракет УР-100К с перспективой последующей их замены ракетами УР-100Н. По мнению Военного Совета, развитие и совершенствование стационарных комплексов с легкими ракетами в указанных двух направлениях должно было обеспечить превосходство основных БРК над аналогичными средствами вооружения вероятного противника с учетом возможных перспектив их развития. На заседании был сделан вывод о нецелесообразности проведения работ по БРК с ракетой МР-УР-100, так как он существенно уступал комплексу УР-100Н по боевой эффективности при одинаковых сроках их создания. Однако следует отметить, что впоследствии обе ракеты (УР-100Н и МР-УР-100) были приняты на вооружение с целью разрешения возникших разногласий в руководстве военно-промышленного комплекса.

Дальнейшее развитие и совершенствование стационарных БРК с тяжелыми ракетами Р-36, предназначенных для поражения ограниченного количества высокозащищенных малоразмерных целей предполагалось проводить в направлении обеспечения боевых и эксплуатационных характеристик БРК с ракетой Р-36М, предусмотренных в проекте постановления ЦК КПСС, советского правительства о разработке этого комплекса. Эти и другие предложения Военного совета РВ были представлены на рассмотрение правительству СССР, ЦК КПСС, Министерству обороны.

Деятельность командования РВСН в области совершенствования РВО осложняли проблемы не только технического, но и другого рода. На заседании Военного совета 28 марта 1969 года первый заместитель главнокомандующего генерал-полковник Григорьев М.Г. подчеркнул: «...необходимо отметить неправильное поведение отдельных членов научно-технического совета военно-промышленного комплекса, методы передержек, подтасовывание цифр и фактов, угрозы в адрес военных членов научно-технического совета, которые допускались в ходе работы...». Главнокомандующий РВСН Маршал Советского Союза Крылов Н.И. поддержал Григорьева. Он сказал: «... весь продолжительный период заседаний научно-технический совет был организован так, что каждое заявление военных членов научно-технического совета откладывалось, не обсуждалось, любое мнение и предложение саботировалось. Всеми силами и средствами (используется все и вся) делается попытка отстоять неправильную позицию по межконтинентальным ракетам и опорочить УР-100К и УР-100Н, даже ценой забвения государственных интересов».

Таким образом, при решении вопроса перспектив дальнейшего развития РВО командование Ракетных войск столкнулось не только с проблемами технического и организационного характера, но и с «подковерной» борьбой в руководстве военно-промышленного комплекса.

В начале 70-х годов командование РВ значительное внимание уделяло процессу разработки БРК с модернизированными ракетами Р-16М и УР-100У. Данное обстоятельство обусловливалось государственной важностью проводимых работ, а также отставанием в конструкторских работах и подготовке производства комплекса Р-36М, которые привели к задержке начала совместных летных испытаний на шесть месяцев. Это явилось следствием задержки выбора основных конструкторских решений по ряду систем комплекса, а также недостаточно интенсивного развертывания конструкторских работ и подготовки производства на начальной стадии. Промышленностью и организациями-разработчиками проводился ряд мероприятий, но отработка комплекса велась со значительным отставанием от установленных сроков. Военным советом принимались меры по обеспечению своевременной доработки БРК через Комиссию Президиума Совета Министров СССР по военно-промышленным вопросам, задействованию министерств промышленности и главных конструкторов. Так, главнокомандующий войсками Маршал Советского Союза Крылов Н И. посетил головные организации (КБ «Южное», Южный машзавод, КБ электроприборостроения, завод «Арсенал»). 9 июля 1971 года ситуация с разработкой комплекса докладывалась министру обороны СССР Гречко А.А. и секретарю ЦК КПСС Устинову Д.Ф. Сложившееся положение дел стало предметом обсуждения на заседании Военного совета РВ 22 июля 1971 года. Были заслушаны доклады заместителя главнокомандующего по ракетному вооружению генерал-лейтенанта Смирницкого Н.Н., заместителя начальника 5 НИИП Министерства обороны СССР генерал-майора Войтенко А.М. По мнению членов Военного совета, неудовлетворительное состояние с выполнением установленных сроков отработки и обеспечением отдельных характеристик БРК Р-36М явилось следствием того, что министерствами общего машиностроения, оборонной промышленности, электротехнической промышленности и химической промышленности своевременно не были приняты меры по установлению эффективного контроля над проведением порученных работ, что отмечалось в решении Комиссии Президиума Совета Министров СССР по военно-промышленным вопросам от 14 апреля 1971 года № 86. По итогам обсуждения были приняты постановления. содержавшие перечень основных задач, на решение которых требовалось направить усилия управлений и служб главнокомандующего РВСН.

Таким образом, во второй половине 60-х — начале 70-х годов в центре внимания Военного совета РВ находились важнейшие вопросы разработки БРК с ракетами УР-100, Р-36, Р-36М, РТ-2, УР-100К, УР-100Н, МР-УР-100, УР-100У в промышленности, подготовки испытательной базы к проведению испытаний, их хода, а также строительства боевых ракетных комплексов и их инфраструктуры.

Предпринятые в 70-е годы усилия по дальнейшему совершенствованию и развитию ракетного оружия в нашей стране сыграли важную роль в обеспечении стратегического паритета между СССР и США. Создаваемые и модернизируемые в этот период ракетные комплексы стратегических ракет РС-16 (SS-17), РС-18 (SS-19), РС-20 (SS-18), оснащенные разделяющимися головными частями и боевыми блоками индивидуального наведения (РГЧ ИИ), составили основу третьего поколения ракетных комплексов.

Принятие на вооружение ракетных комплексов третьего поколения, оснащенных РГЧ ИН и средствами преодоления ПРО, позволило достичь примерного равенства по количеству боевых блоков и МБР СССР и США.

В начале 80-х годов принимается решение о создании ракетных комплексов четвертого поколения — РС-20, РС-22, РС-12М, РС-2? для ШПУ и железнодорожного базирования.

Введение в группировку РВСН принципиально новых мобильных железнодорожных и фунтовых межконтинентальных БРК, обеспечивающих значительное повышение живучести группировки, потребовало решения ряда своеобразных задач организации боевого дежурства и управления войсками. Сложными оказались вопросы, связанные с выбором и обустройством районов дислокации подвижных ракетных комплексов, обеспечением их функционирования, скрытности и защищенности, а также с подготовкой войск.

Разработка и постановка на боевое дежурство каждого нового поколения БРК порой вызывали необходимость изменения всего уклада жизни воинских коллективов.

Как отметил на одном из заседаний член Военного совета, начальник Политического управления РВСН генерал-полковник Горчаков П.А.: «Нам надо четко представлять, что перевооружение на новую технику означает не только появление в ракетных полках новых комплексов. Это неминуемо ведет к необходимости изменения подходов к организации боевого дежурства, изменению психологии ракетчиков, необходимости поиска новых форм и методов организации боевой подготовки, воспитания личного состава. Это должны понимать и командиры, и политработники, и представители всех служб.

Система боевого дежурства в ракетных полках и дивизиях была изменена с учетом специфики боевого применения, базирования и требований живучести подвижных комплексов. Это потребовало нового подхода к комплектованию боевых расчетов и расширения диапазона профессиональной подготовки офицеров-ракетчиков, но изначальные принципы боевого дежурства остались неизменными.

Немало проблем возникло в связи с разработкой, проведением испытаний и принятием на вооружение ракетного комплекса «Тополь-М». По все трудности в ходе работы успешно преодолевались.

Так сложилось, что Военному совету пришлось решать немало вопросов, связанных с сокращением боевого состава РВСН и ликвидацией ракетных комплексов, принятых ранее на вооружение. Серьезное влияние па развитие РВСН оказало заключение и реализация советско-американского Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (РСМД). Договор был подписан в Вашингтоне в ноябре 1987 года, и в соответствии с ним СССР и США должны были в течение трех лет ликвидировать все свои ракеты средней и меньшей дальности. Для РВСН это означало ликвидацию 826 ракет средней дальности (Р-12, Р-14, РСД-10 «Пионер»), 608 пусковых установок для них (в том числе свыше 500 ПУ «Пионер»), 60 ракетных операционных баз и десятки вспомогательных объектов.

С этой целью было создано три базы ликвидации, разработаны специальные технологии уничтожения ракет, с соблюдением экологической безопасности. 72 ракеты РСД-10 были уничтожены методом пуска с полевых БСП в районах Читы и Канска. К июню 1991 года ответственейшая работа по уничтожению РМСД была успешно завершена.

Все эти проблемы решались при активном и непосредственном участии Военного совета РВСН.

 

* * *

 

С созданием Ракетных войск сразу встали две основные проблемы — как в любых условиях обстановки произвести успешный пуск ракет и одновременно обеспечить ядерную безопасность страны и мира. Решение этих проблем было достигнуто введением боевого дежурства, которое стало высшей формой поддержания боевой готовности войск и оружия. Поэтому в деятельности Военного совета РВСН на протяжении всей его истории магистральным направлением являлось руководство работой командиров и начальников всех уровней по поддержанию высокой боеготовности войск. Различные аспекты деятельности воинских частей систематически обсуждались и рассматривались на заседаниях Военного совета исключительно через призму боеготовности, качества несения боевого дежурства.

С момента зарождения РВСН стало прочной традицией — право нести боевое дежурство получали только те расчеты, которые сдали зачеты по специальной подготовке комиссии Главного штаба войск оценкой не ниже «хорошо». Не выполнившим данного требования отводилось дополнительное время на доподготовку и последующую пересдачу зачетов.

Важность поддержания высокого уровня боевой готовности войск и актуальность деятельности военных органов управления в этой сфере на одном из заседаний Военного совета отметил его председатель Маршал Советского Союза Крылов Н.И.: «Высокий уровень боеготовности Ракетных войск определяет победоносный исход войны. Значит, необходимо всю работу подчинить вопросам боеготовности, отличному состоянию боевой техники».

Военный совет РВСН во второй половине 60-х — начале 70-х годов неоднократно обращался к вопросам боеготовности и вырабатывал меры, направленные на ее повышение. Во главу угла были поставлены вопросы технической выучки личного состава, прежде всего, руководящего звена — командиров и политработников.

Военный совет РВСН 18 апреля 1961 года издал директиву № 2X [вторая цифра неразборчиво] в которой потребовал коренным образом улучшить изучение руководящим звеном ракетной техники, добиться, чтобы к концу года каждый командир и политработник хорошо знали эксплуатируемую в подчиненных воинских частях технику. После выхода директивы военно-техническая подготовка руководящего состава значительно активизировалась. Так, в 1961 году со всеми командирами и работниками политических органов дополнительно к командирской подготовке по два-три раза в год проводились 7-15-дневные сборы с привлечением в качестве преподавателей наиболее подготовленных офицеров инженерно-ракетной службы. Эти мероприятия положительно сказались на организации эксплуатации РВО. несении боевого дежурства. Однако эта проблема вновь остро встала через два года. На одном из заседаний Военного совета заместитель главнокомандующего по вооружению главный инженер генерал-лейтенант Червяков Н.Ф. доложил о том, что уровень технической подготовки личного состава воинских частей, прошедших в 1963 году через 4 ГЦМП МО, низок и характеризуется следующими цифрами: из 115 расчетов и смен были допущены к боевой работе после первой проверки только 29 расчетов, а после третьей и даже четвертой проверки — 12 расчетов.

Озабоченный такой ситуацией, Военный совет 22 августа 1963 года обратился ко всем командирам, политическим и инженерно-техническим работникам, офицерам штабов с письмом. В нем подчеркивалось, что непременными условиями поддержания боевой готовности являются глубокие знания, высокая техническая культура каждого воина-ракетчика, неустанная ежедневная работа по изучению техники, грамотное и умелое ее сбережение и эксплуатация. В обращении излагалась программа изжития недостатков, предусматривающая улучшение боевой подготовки, усиление спроса с должностных лиц за ее качество, ужесточение подходов к оценке знаний и навыков личного состава, необходимость дальнейшего совершенствования учебно-материальной базы, усиление борьбы за повышение классной квалификации каждого номера боевого расчета и т.д.

В ходе реализации этой программы в войсках проводился широкий спектр мероприятий. Так, в практику боевой подготовки в воинских частях вводились ежегодные зачетные сессии для личного состава, несущего боевое дежурство. Офицеры получали индивидуальные задания, составляли личные планы технической подготовки и отчитывались за их выполнение. Кроме этого, во всех ракетных соединениях стали ежегодно проводиться научно-технические конференции по вопросам эксплуатации ракетного и специального вооружения, наземного оборудования и стационарных сооружений. Принятыми мерами удалось улучшить боевую выучку личного состава, в первую очередь офицеров. К концу 1963 года количество классных специалистов среди офицеров, несущих боевое дежурство, возросло до 66%, а в следующие два года — до 72%. Вопросы боевой выучки, технической подготовки ракетчиков никогда не снимались с повестки дня. Так, эта тема обсуждалась на Военном совете 30 мая 1966 года. Несмотря на большую работу, проведенную во исполнение требований руководящих документов в соединениях и воинских частях, в некоторых из них состояние боеготовности оставалось низким. На это обстоятельство указал министра обороны СССР 26 апреля 1966 года в своей директиве.

По итогам заседания Военного совета, на котором с докладом, содержащим анализ инспекций и проверок, выступил начальник Главного штаба РВСН генерал-лейтенант Ловков М.А., был одобрен план мероприятий по повышению боеготовности войск.

Ход реализации этого плана стал предметом внимания на заседании Военного совета, состоявшегося 8 августа 1966 года. Этому заседанию предшествовали целенаправленные проверки войск, показавшие, что состояние боевой готовности в некоторых частях не в полной мере отвечало требованиям руководящих документов, и более того, ряд из них оценивался неудовлетворительно. Так. в ходе частной проверки, проведенной по инициативе Военного совета в 1966 году, боевые расчеты двух соединений с поставленной проверяющими задачей не справились. Присутствующие на заседании члены Военного совета признали необходимым провести через 2-3 месяца повторные проверки этих воинских частей, а за слабое руководство частями строго наказать их руководящий состав. Командир одного из ракетных полков подполковник Линьков А.В. был отстранен от занимаемой должности.

К повторному рассмотрению вопросов боевой готовности войск Военный совет возвратился 30 июня 1967 года. С докладом выступил заместитель главнокомандующего, начальник Управления боевой подготовки генерал-лейтенант Данкевич П.Б. Военный совет обязал командующих армиями и командиров корпусов провести анализ состояния боеготовности подчиненных воинских частей, соединений, наметить и провести мероприятия с целью устранения имеющихся недостатков. Обратить особое внимание на улучшение организации и контроля боеготовности, качественное проведение регламентов, технического обслуживания, поддержание техники в исправном состоянии. Был также определен ряд задач управлениям и службам главнокомандующего войсками. В целях реализации выработанных в ходе заседания предложений было принято постановление, основные положения которого использовались главнокомандующим при подготовке соответствующего приказа по войскам.

Следует отметить, что положение дел в этой ключевой сфере деятельности ракетных частей проверялось лично председателями Военного совета — главнокомандующими Ракетными войсками. Так, например, в 1967 году Маршал Советского Союза Крылов Н.И. внезапно проверил боеготовность одной из пусковых установок соединения, которым командовал генерал Уваров П.П. Сообщение главнокомандующего об итогах этой проверки было представлено «на суд» Военного совета 21 августа 1967 года. В целях реализации принятого на заседании решения в августе из офицеров центрального аппарата были сформированы группы контроля и в сентябре направлены в войска для проверки воинских частей, ведущих регламентные работы и заступающих на боевое дежурство.

Принимаемые Военным советом меры, несомненно, оказывали положительное влияние на боеготовность войск, о чем свидетельствуют результаты инспекций и поверок ее состояния. В 1967 году, например, комиссиями главнокомандующего РВ проводились инспектирования и итоговые проверки в шести соединениях, а в четырех дивизиях — проверки по отдельным вопросам. За этот же период командующие армиями и командиры корпусов провели итоговые проверки в семи соединениях.

Военный совет РВСН всегда уделял повышенное внимание результатам таких проверок. Например, состоянию боевой готовности Смоленской ракетной армии было посвящено заседание, прошедшее 15 июня 1962 года. На нем отмечалось, что руководящий состав в целом обеспечивал своевременное выполнение поставленных задач. Боевое дежурство в объединении было организовано и выполнялось в соответствии с требованиями руководящих документов. Однако имелись и недостатки, а именно: несвоевременная и некачественная подготовка некоторых боевых расчетов, несоответствие между количеством боевых расчетов и количеством расчетов сборки ртб и другие. Решение Военного совета по этому вопросу получило свое отражение 21 июня 1962 года в директиве главнокомандующего войсками.

Что касается состояния боевого дежурства в войсках, то впервые этот вопрос обсуждался Военным советом 15 декабря 1962 года. Его решение обязало командиров соединений и воинских частей обеспечить строгое выполнение всем личным составом требований воинских уставов и Положения о боевом дежурстве, улучшить политико-воспитательную работу с личным составом дежурных смен, проводить индивидуальную работу с каждым военнослужащим. Военный совет потребовал разработать и провести мероприятия по улучшению культурно-просветительной работы и спортивно-массовой работы с личным составом подразделений, несущих боевое дежурство в основных позиционных районах: создать на боевых стартовых позициях полноценную учебно-материальную базу, разработать предложения по улучшению организации службы войск в основных позиционных районах; принять меры по улучшению материально-бытовых условий личного состава.

В ходе становления и развития войск деятельность всех звеньев системы управления, и прежде всего Военного совета, по поддержанию высокого уровня боевого дежурства приобретала особую важность. На заседаниях Военного совета систематически обсуждались результаты инспекций и поверок состояния боевой готовности и боевого дежурства в войсках и принимались меры, направленные на устранение выявленных недостатков и совершенствование подготовки войск.

Важным этапом в деятельности Военного совета по повышению ответственности командиров и политических органов за решение задач боевого дежурства стала директива министра обороны СССР — начальника Главного политического управления Советской Армии и Военно-Морского Флота от 18 сентября 1967 года «О мерах улучшения партийно-политической работы по дальнейшему повышению бдительности и боевой готовности войск». С выходом в свет этой директивы были разработаны планы по выполнению ее требований, определены конкретные меры по дальнейшему повышению бдительности и боевой готовности, особенно в ракетных полках, имеющих на вооружении ракетные комплексы ОС.

Состояние работы по выполнению в войсках требований этого важного документа обсуждалось на заседании Военного совета 15 мая 1968 года. Заседанию предшествовала проведенная офицерами центрального аппарата в период с 8 по 20 апреля 1968 года проверка соединений и воинских частей 9-го отдельного ракетного корпуса. Проверялась работа командиров, штабов, политических органов по выполнению указанной директивы, ряда приказов министра обороны СССР и организационных указаний главнокомандующего на 1968 учебный год. Члены Военного совета обсудили результаты проверки, а также доклады командира корпуса генерал-лейтенанта Шевцова И.А. и начальника политического отдела полковника Абрамова А.А. Итогом обсуждения явилось постановление, которое обязывало руководящий состав корпуса тщательно проанализировать состояние дел и принять неотложные меры к полному и качественному выполнению требований руководящих документов, обеспечить поддержание высокой постоянной боеготовности каждой пусковой установки и бдительное несение боевого дежурства личным составом боевых расчетов.

Деятельность Военного совета РВ в вопросах боевого дежурства сказалась позитивно на состоянии этого весьма важного элемента боевой готовности войск.

 

* * *

 

Процесс эксплуатации ракетно-ядерного оружия требовал от стратегических ракетчиков высокого уровня их профессиональной подготовки, моральных качеств, исполнительности и дисциплины. Поэтому в деятельности Военного совета наряду с другими вопросами постоянное внимание уделялось работе с офицерскими кадрами. Об этом свидетельствует тот факт, что кадровые вопросы выносились в той или иной постановке на заседания Военного совета более 450 раз.

Формирование новых ракетных частей и соединений потребовало от Военного совета Ракетных войск проведения в сравнительно короткие строки огромной организаторской работы по укомплектованию их личным составом, в первую очередь офицерами, способными обеспечить качественную эксплуатацию поступающей на вооружение ракетной техники, строительство и ввод в строй БРК, подготовку и постановку воинских частей на боевое дежурство.

Поступление в Ракетные войска из других видов Вооруженных Сил большого количества офицеров, не знакомых с ракетной техникой и не имеющих опыта ее эксплуатации, выдвинуло на первый план задачу организации переподготовки этих офицеров. Их количество в каждом ракетном полку составляло от 78 до 88%. За 1960-1965 гг. пришлось переподготовить на ракетную специальность 16 тысяч офицеров других специальностей.

Это потребовало от командования большой организаторской и идейно-воспитательной работы по быстрейшему переучиванию и вводу в строй офицерского состава. Система подготовки и переподготовки кадров в высших и средних военных учебных заведениях Ракетных войск обсуждалась уже на втором заседании Военного совета 19 сентября 1960 года. В соответствии с его решением была пересмотрена система отбора кандидатов для переподготовки на краткосрочных курсах в вузах Ракетных войск. В последующем подбор кандидатов производился со строгим учетом уровня подготовки и должностных категорий офицеров. Управление вузов РВСН повысило требовательность к качеству подготовки специалистов, обратив особое внимание на привитие выпускникам твердых практических навыков в эксплуатации и сбережении ракетной техники в войсковых условиях. Одновременно высшие и средние учебные заведения Ракетных войск улучшили подготовку слушателей и курсантов по обучению и воспитанию подчиненных.

В начале 60-х годов Военный совет осуществлял руководство приемом некоторых учебных заведений в Ракетные войска. Сеть военно-учебных заведений для подготовки офицеров-ракетчиков была создана в кратчайшие сроки. До 1959 года подготовка специалистов велась в Военной инженерно-артиллерийской академии имени Ф.Э. Дзержинского, Ростовском и Рижском ВАИУ. Камышинском артиллерийском техническом училище. С 1959 года Ракетным войскам последовательно передаются: Харьковское высшее авиационное инженерное училище. Саратовское танково-техническое, Хабаровское артиллерийское, Киевское танковое, Серпуховское, Казанское и Пермское военные авиационные училища. В 1962 году сформировано Ставропольское военное училище связи. В 1960 году в состав Ракетных войск передана Ленинградская Краснознаменная Военно-воздушная академия имени А.Ф. Можайского.

Состояние работы с офицерскими кадрами Ракетных войск стало предметом обсуждения на заседании Военного совета 28 декабря 1960 года. С основным докладом выступил начальник отдела кадров войск полковник Попов А.И. По итогам заседания было принято постановление, которым военные советы армий, начальники управлений, служб, отделов, командиры соединений и воинских частей, начальники политических органов и штабов обязывались коренным образом улучшить работу с офицерскими кадрами. Военным советам ракетных армий, начальникам ГУРВО, 12 ГУ МО, военных академий и училищ, полигонов, командирам соединений предписывалось обсудить вопрос о работе с офицерскими кадрами, принять ряд мер по ее улучшению.

В первой половине 1961 года Военный совет совместно с Управлением кадров провел большую работу по изучению, подбору и расстановке офицеров, в том числе генералов и офицеров на основные командные, штабные и инженерные должности управлений ракетных дивизий межконтинентальных ракет. На эти должности были назначены генералы и офицеры, уже имевшие опыт практической работы на должностях в ракетных частях и необходимые теоретические знания по устройству и эксплуатации ракетной техники. В их числе были генералы и офицеры: Тюрин И.Г., Глушич К.Ф.. Стаценко И.Д., Дряхлых Н.И., Горбунов И.П., Тучков В.И., Ладилов А.Н., Иванов З.Т., Артюх М.Е., Уваров П.П., Бровцин А.Н., Иванов Г.А., Майский О.И., Чаплыгин Д.Х., Ермаченко М.Н., Токарев Б.П. и другие. На должности начальников политотделов ракетных армий, корпусов, дивизий и бригад были назначены опытные политические работники: Дубровин Л.А., Петренко М.П.. Киянов А.П., Зверев В.П., Абрамов А. А., ?алов Г.Т.[фамилие неразборчиво], Михайлов В.М., Орлов В.С. и другие.

В результате этих и других мер, предпринятых Военным советом и командованием РРСН, на 1 июля 1901 года офицерские должности были укомплектованы на 79,2%, в том числе инженерами — на 84,1%, техниками — на 65,1%. Работа Военного совета, командиров и кадровых органов по отбору офицеров из других видов Вооруженных Сил, подготовка офицерских кадров в военно-учебных заведениях и призыв офицеров запас позволили уже в 1963 году довести укомплектованность Ракетных войск офицерами до 95,5%.

Решениями Военного совета командующие, военные советы объединений, начальники управлений, командиры соединений и воинских частей, начальники вузов и полигонов, политотделы обязывались, строго руководствуясь требованиями ЦК КПСС и советского правительства, настойчиво улучшать и совершенствовать работу с офицерскими кадрами, подбирать кадры по политическим и деловым качествам, строго выполнять приказы и директивы министра обороны СССР по заботе с кадрами; принять меры по улучшению качественного состава всех звеньев офицеров и особенно таких категорий, как командиры батарей, дивизионов и полков, решительно добиваясь замещения этих должностей подготовленными в военном и техническом отношениях офицерами, запретить назначение на инженерные должности офицеров, не имеющих технической подготовки, обстоятельно изучить звено заместителей командиров частей и объединений, а также принять меры к замене бесперспективных офицеров этих категорий подготовленными молодыми перспективными офицерами: добиться коренного улучшения командирской подготовки офицерского состава и принять меры для того, чтобы к концу года весь имеющийся офицерский состав, в основном, изучил штатную ракетную технику и мог выполнять свои функциональные обязанности при работе с агрегатами и оборудованием. Военный совет руководил подготовкой высококвалифицированных командных, инженерных и технических кадров постоянно. Например, итоги выпуска в высших учебных заведениях обсуждались на его заседании 29 сентября 1962 года. Военный совет отметил ряд недостатков в состоянии политико-воспитательной и индивидуальной воспитательной работы, качестве подготовки выпускников, научно-исследовательской работе, состоянии учебно-материальной базы, укомплектованности вузов постоянным и переменным составом. Материалы этого заседания свидетельствуют, что на тот момент подготовка инженерных кадров в средних училищах проводилась по трем специальностям. В высших учебных заведениях Ракетных войск готовились инженерные кадры по 34 специальностям, и с развитием ракетной техники число специальностей росло с каждым годом.

Наличие на вооружении ракетных полков ОС сложной ракетной техники, новейших средств боевого управления и связи, необходимость длительного поддержания ракетного вооружения в высокой готовности к боевому применению, сложность организации и проведения регламентных работ — все это повысило роль и значение инженерных кадров, потребовало укомплектования дежурных смен и боевых расчетов инженерами. Если удельный вес инженерных должностей в полках, вооруженных РСД, первоначально составлял 23%, то в полках ОС он возрос до 61%, а в технических ракетных базах — до 89,5%. Вопрос дальнейшего укомплектования ОС инженерами приобрел важное значение для Военного совета и командования Ракетных войск.

Большое значение для дальнейшего улучшения работы с офицерским составом имело постановление ЦК КПСС от 3 октября 1963 года «О мерах по улучшению работы с военными кадрами». Постановление ЦК КПСС было обсуждено на заседании Военного совета. Был принят развернутый план мероприятий по его выполнению. Главное внимание военных советов объединений, командиров и начальников, политических и кадровых органов было сосредоточено на решении следующих основных задач:

— улучшение работы по воинскому воспитанию офицеров, повышение их личной ответственности за точное и строгое выполнение решений КПСС и советского правительства, изжитие фактов преступности и аморальных явлений в среде офицерского состава;

— качественный отбор руководящего состава для укомплектования офицерскими кадрами воинских частей и соединений, сокращений текучести и сменяемости руководящего состава на основных командно-штабных и инженерно-технических должностях: укомплектование должностей заместителей командиров и начальников наиболее подготовленными офицерами и генералами;

— улучшение обучения и воспитания молодых офицеров, оказание им помощи в овладении методическими навыками по обучению и воспитанию подчиненных, забота об их военном, техническом и культурном росте, устройстве быта;

— правильная расстановка, размещение и использование офицеров в ходе проводимых организационных мероприятий в войсках и военно-учебных заведениях;

— правильное использование инженерных кадров и выдвижение лучших офицеров-инженеров на командную работу.

31 января 1964 года на расширенном заседании Военного совета Ракетных войск с участием командиров и начальников политических отделов соединений был заслушан и обсужден доклад командующего Смоленской ракетной армией о состоянии работы с офицерскими кадрами и мерах по ее улучшению. В октябре 1964 года на Военном совете Ракетных войск были заслушаны доклады командиров Омского и Читинского ракетных корпусов, полигона Байконур о работе с молодыми офицерами. Заседанию предшествовали всесторонние проверки этой работы, проведенные в указанных воинских частях Политическим управлением и Управлением кадров Ракетных войск.

Продолжалась работа по укреплению основных руководящих кадров центрального аппарата РВ. В центральный аппарат были назначены 53 генерала и офицера непосредственно из войск. В целях повышения уровня технической подготовки генералов и офицеров центрального аппарата осуществлялась их планомерная переподготовка на краткосрочных курсах при учебных центрах Ракетных войск.

В эти годы проводилась работа и по укреплению кадров руководящего и профессорско-преподавательского состава высших военно-учебных заведений. Принятые меры позволили значительно улучшить качественный состав офицерских кадров Ракетных войск и создать необходимые предпосылки для проведения организационных мероприятий в последующие годы.

Особое место в работе Военного совета Ракетных войск, командиров, политических и кадровых органов в 1964-1965 гг. занимало обеспечение организационных мероприятий по переводу воинских частей, вооруженных межконтинентальными ракетами, на новую организационную структуру. Для оперативного решения вопросов расстановки руководящих кадров заседания Военного совета проводились непосредственно в корпусах и дивизиях. На должности командиров дивизий, бригад, полков и их заместителей были подобраны хорошо подготовленные офицеры, в короткие сроки освоившие обязанности по занимаемым должностям.

Большое внимание уделялось укреплению кадров в звеньях командиров групп (батарей), командиров дивизионов, командиров полков и их заместителей, начальников сборочных бригад и командиров частей специального назначения — непосредственных организаторов и руководителей боевой и политической подготовки, воспитателей подчиненных. Так, только в 1964 году было заменено 6 заместителей командиров и начальников штабов дивизий, 11 командиров полков, 29 заместителей командиров и начальников штабов полков, 36 командиров дивизионов, 152 командира групп и батарей. На эти должности были назначены в основном выпускники высших военных учебных заведений с инженерной подготовкой.

Укомплектование воинских частей и соединений подготовленными офицерами было одним из решающих условий успешного выполнения задач по поддержанию и дальнейшему повышению постоянной боевой готовности войск.

Во второй половине 1965 года комиссия ЦК КПСС проверила работу с офицерскими кадрами в Ракетных войсках. Выполняя ее рекомендации, командиры и политорганы стали уделять больше внимания идейной закалке и технической подготовке офицерского состава. В течение 1965 года при Военной инженерной академии им. Ф.Э. Дзержинского и учебных центрах Ракетных войск с командирами корпусов и дивизий, их заместителями, начальниками штабов, командирами полков были проведены 35-дневные технические сборы, имевшие целью углубление их знаний по ракетной технике, совершенствование практических навыков в подготовке ракет к пуску. Аналогичные сборы были проведены с командирами дивизионов, групп (батарей) и начальниками сборочных бригад в армиях и корпусах. Эти меры способствовали повышению военно-технической подготовки офицерских кадров. К концу 1965 года 81% офицеров ракетных полков и 88% офицеров частей специального назначения стали классными специалистами.

В 1963-1965 гг. проводилась большая работа по выдвижению инженеров на командные должности. Это способствовало тому, что к началу 1966 года количество офицеров с инженерным образованием составило: на должностях командиров дивизий — 8,1%; командиров полков — 6,2%; командиров дивизионов — 15,2%; командиров групп и батарей — 28,2%. Подавляющее большинство инженеров, выдвинутых на командные должности, успешно справлялись с возложенными на них обязанностями.

Таким образом, в 1960-1965 гг. Ракетные войска получили подготовленный офицерский состав, способный умело эксплуатировать и применять сложную боевую технику. Это были в основном офицеры, закончившие высшие и средние учебные заведения Ракетных войск.

Итоги проверки состояния работы с офицерскими кадрами в Оренбургском отдельном ракетном корпусе комиссией ЦК КПСС в Джамбульском отдельном ракетном корпусе комиссией главнокомандующего РВ Военный совет обсудил 25 ноября 1966 года. Были заслушаны доклады командиров ракетных корпусов генерал-лейтенанта Кариха Г.П., генерал-майора Колесова А.А. и содоклад начальника Управления кадров РВ генерал-лейтенанта Макарова А.Т. Члены Военного совета отметили некоторое улучшение работы командиров воинских частей, политических органов и партийных организаций по воспитанию офицерского состава, что положительно сказалось на выполнении ответственных задач по вводу в строй БРК и постановке ракетных частей на боевое дежурство и укреплению дисциплины среди личного состава. Вместе с тем были отмечены и недостатки в этой работе, определены меры по их устранению.

Военный совет РВ совместно с военными советами ракетных армий, политическими и кадровыми органами проделал большую работу по изучению, подбору, расстановке офицерских кадров в оперативные группы, на базе которых в начале 1965 года создавались управления ракетных дивизий ОС. Благодаря работе Военного совета, командиров, политических и кадровых органов важная задача укомплектования ракетных частей этих соединений высококвалифицированными офицерскими кадрами была успешно решена. К концу 1966 года укомплектованность офицерами ракетных полков ОС, заступивших на боевое дежурство, составила 98,7%. Свыше 85% офицеров полков ОС и 91,1% офицеров технических ракетных баз имели инженерно-техническое образование.

Наращивая усилия по подготовке офицерских кадров, во второй половине 60-х годов Военный совет РВ проводил систематическую работу по укреплению основных звеньев руководителей. При этом добивался правильного сочетания молодых и опытных кадров в каждом звене, повышения уровня воспитательной работы с офицерами, уделял постоянное внимание инженерно-техническому составу и улучшению подготовки в системе военно-учебных заведений. 18-19 августа 1969 года Военный совет провел совещание молодых офицеров, в работе которого приняли 155 представителей от всех объединений и соединений. Перед ними выступили члены Военного совета, начальники управлений и служб главнокомандующего, начальники высших учебных заведений. Было принято обращение ко всем молодым офицерам Ракетных войск.

На протяжении всей истории Ракетных войск стратегического назначения вопросы кадровой политики, расстановки руководящего состава деятельности Военного совета занимали центральное место. Коллективное обсуждение кандидатур, знакомство с кандидатами на руководящие должности позволяло избегать субъективизма. поспешных решений, издержек, хотя и здесь порой не обходилось без ошибок. Но, как правило, на ключевые, командные должности подбирались действительно толковые, грамотные офицеры, хорошие организаторы. Тому свидетельством вся история создания и развития РВСН.

В своей книге «Оглянись назад и посмотри вперед» генерал-полковник Ряжских А.А. вспоминает, как его, сравнительно молодого подполковника, назначали на должность главного инженера Оренбургской ракетной армии: «Через некоторое время меня вызвали на Военный совет (конечно, заранее предупредив, по какому вопросу). Пришел в первое здание, а там все командование армии — Шевцов И.А., Иванов З.Т., Воробьев К.М.

Третьим или четвертым вызвали меня. Я зашел, доложил.

— Садитесь, товарищ Рижских.

А там стол-то буквой «П» и с внутренней стороны стул стоит, на который сажают очередного претендента на новую должность.

— Какие есть к нему вопросы?

Какие ко мне вопросы? Все знают меня как облупленного. Но кто-то спросил:

— А что Вы знаете из их техники?

Мне даже стало как-то не по себе.

— То, что стоит на вооружении, то и знаю. «Сотку», 16-ю. «семерку», 67-ю.

Кто-то еще спросил в этом духе. А маршал (Крылов Н.И. — авт.) перебил его:

— Так что вам еще нужно? Во-первых, мы с ним работаем уже не первый год. Во-вторых, человек с полигона, как он может не знать технику. Я считаю, что этого достаточно и никаких разговоров даже не ведите. Товарищ Ряжских, я Вас поздравляю.

Я встал, поблагодарил и вышел».

Военный совет уделял пристальное и постоянное внимание вопросам аттестования офицерского состава. Это обусловливалось принятием министром обороны СССР и командованием РВ ряда документов по данному вопросу. Ход подготовительной работы к аттестованию и ход аттестования офицерского состава рассматривали на заседаниях Военного совета более 10 раз.

 

* * *

 

В процессе становления войск Военный совет Ракетных войск проделал значительную работу по укреплению воинской дисциплины. Члены Военного совета активно помогали командирам в наведении твердого уставного порядка и организованности в ракетных частях и подразделениях, создавали моральную атмосферу, благотворно способствующую поддержанию войск в постоянной боевой готовности. Военный совет предъявлял высокие требования не только к воинским коллективам в целом, но и к отдельным генералам и офицерам-руководителям за их серьезные упущения в подчиненных частях и соединениях, неоднократно заслушивал их на своих заседаниях, целеустремленно и настойчиво добивался улучшения положения дел.

Важным звеном в системе поддержания дисциплины, организации службы войск и уставного порядка в воинских частях и соединениях являлись штабы дивизий и полков. Их работа стала темой обсуждения на Военном совете 14 января 1965 года. Были заслушаны доклады начальника штаба ракетного объединения генерал-майора Герчика К.В., начальника штаба ракетного корпуса полковника Иванова Н.А., начальника штаба дивизии полковника Большакова В.Г. и начальника штаба полка подполковника Галайко А.В. Заседанию Военного совета предшествовало предметное изучение состояния дел с дисциплиной, организацией службы войск и уставного порядка в ряде воинских частей и соединений. С учетом предложений высказанных участниками заседания, были даны конкретные рекомендации по совершенствованию стиля работы штабов и дальнейшему улучшению организации их деятельности.

Состояние борьбы с преступностью обсуждалось па заседании Военного совета 22 марта 1965 года. Некоторые его участники выступили с предложениями о необходимости разработки плана мероприятий по укреплению дисциплины и борьбе с преступностью на год. На что председатель Военного совета Маршал Советского Союза Крылов Н.И. возразил: «Я такой план не представляю. Иметь такой план — значит изложить в нем все, что записано в уставах и приказах. Считаю, что этого невозможно сделать. Главное — это умелая организация обучения и воспитания личного состава, постоянный уставной порядок во всем...». Военный совет РВСН указал основные причины преступности в войсках и постановил считать первоочередной задачей военных советов ракетных армий, командиров, политических органов, штабов и органов военной юстиции соединений, неуклонное выполнение требований ЦК КПСС и приказов министра обороны СССР о коренном улучшении воинской дисциплины в войсках. Обязал командиров и штабы всех уровней организовать работу по ее укреплению.

Военный совет оперативно реагировал на изменение ситуации в войсках и принимал соответствующие решения. С руководящим составом соединений проводился подробный разбор состояния работы и причин низкого уровня воинской дисциплины в отдельных воинских частях и соединениях.

Военный совет осуществлял тесное взаимодействие с местными партийными органами. Так, например, в 1967 году в некоторых соединениях, в частности в ракетных частях Алейского гарнизона, уровень воинской дисциплины не отвечал требованиям руководящих документов и находился на крайне низком уровне. 6 февраля 1967 года на заседании Алтайского крайкома КПСС было заслушано объединение по этому поводу начальника Алейского гарнизона (командира соединения) генерал-майора Глушича К.Ф. и его заместителя по политической части полковника Кондратьева В.Е. Члены крайкома обратили внимание этих руководителей и командиров воинских частей гарнизона Арсеньева А.М., Бухрякова А.В., Чупрова И.К. и недопустимость такого состояния дел и необходимость наведения порядка. Крайком КПСС проинформировал Военный совет Ракетных войск, который рассмотрел этот вопрос 22 марта 1967 года. С потребовал от начальника гарнизона и его заместителя коренному улучшения политико-воспитательной работы, укрепления воинской дисциплины среди личного состава, установления постоянного тесного контакта в работе с местными партийными и советскими органами. Решение Военного совета по этому вопросу было конкретизировано в приказе главнокомандующего РВ. Во исполнение этого решения командиром, штабом и политотделом соединения были разработаны и осуществлены конкретные мероприятия, о результатах которых был проинформирован Военный совет войск и Алтайский крайком КПСС.

Военным советом систематически обобщался и распространялся передовой опыт лучших соединений и воинских частей. Так, в мае-июне 1984 года политическое управление и Главный штаб направили в войска положительный опыт работы военного совета Винницкой ракетной армии по укреплению воинской дисциплины.

На протяжении всей своей истории Военный совет РВСН значительное внимание уделял правовому воспитанию военнослужащих осуществлял конкретные мероприятия по проведению широкой пропаганды законодательства и повышению уровня правосознания военнослужащих, организации правовой подготовки должностных лиц.

 

* * *

 

Значительное внимание в деятельности Военного совета РВСН уделялось и уделяется сегодня вопросам обустройства войск и их материально-бытового обеспечения.

При строительстве БРК в первую очередь возводились и вводились в эксплуатацию боевые стартовые позиции, а жилье и объекты культурно-бытового назначения — во вторую очередь. На это обстоятельство указывают акты проверок ракетных соединений комиссиями главнокомандующего войсками. В частности, в них отмечалось, что некоторые соединения и воинские части уже более года несут боевое дежурство, а объекты жилищно-бытового назначения не сданы в эксплуатацию, люди проживают в неприспособленных помещениях.

Представители аппарата ЦК КПСС в декабре 1961 года поработали в нескольких ракетных частях. В записке заведующему отделом административных органов ЦК КПСС отмечалось: «В районах несения боевого дежурства (на боевых комплексах) офицерские общежития оборудованы плохо, не созданы элементарные условия для работы и отдыха, в некоторых общежитиях офицеры размещаются на 2-1-ярусных кроватях, помещения убираются офицерами в порядке очередности, сами офицеры моют полы. Не организована регулярная доставка газет офицерам, находящимся на боевом дежурстве, нет библиотек, не налажено радиообслуживание, не упорядочен рабочий день. Ощущается острый недостаток в обеспечении квартирами семей офицеров. В некоторых частях 70-90% офицеров не имеют жилплощади.

Озабоченность неудовлетворительным положением дел с обустройством войск нашла отражение и в решениях Военного совета РВ. Так, в постановлении Военного совета, принятом по результатам заседания, проведенного 25 мая 1962 года, было отмечено, что в войсках огромное количество бесквартирных офицеров и военнослужащих сверхсрочной службы — более 30 тысяч. Такое положение дел обостряло социальные проблемы и вызывало недовольство стратегических ракетчиков и членов их семей бытовой неустроенностью. В отдельных воинских частях имели место случаи отказа офицеров от заступления на боевое дежурство, нежелания продолжать службу в Ракетных войсках. Многие из них обращались в центральные органы государственного и военного управления с просьбой о досрочном увольнении с военной службы. Только за третий квартал 1962 года с такими письмами обратилось 130 человек. А осенью того же года офицеры одной из ракетных частей Йошкар-Олинской дивизии обратились. в ЦК КПСС с жалобой на плохие условия быта и плохое культурное обслуживание.

15 марта 1963 года ЦК КПСС принял постановление «О коллективном письме офицеров войсковой части 44024». В нем указывалось, что в ряде воинских частей и соединений РВСН командиры и партийно-политический аппарат не уделяют должного внимания вопросам бытового устройства и культурного обслуживания личного состава. Отметив серьезные недостатки, Президиум ЦК КПСС изложил основные направления дальнейшего повышения боеготовности Ракетных войск, улучшения политико-воспитательной работы и материально-бытового обеспечения ракетчиков.

В свете требований постановления, 17 апреля 1963 года министр обороны СССР подписал приказ «О недостатках в материально-бытовом обеспечении, культурном обслуживании и состоянии политико-воспитательной работы с личным составом РВ». Этим актом была определена большая программа капитального строительства ракетных войсках и обращалось внимание на необходимость более высоких темпов строительства жилья, зданий и сооружений культурно-бытового назначения. К документу прилагался обширный план основных мероприятий Министерства обороны СССР и Главного политического управления Советской Армии и Военно-Морского Флота по выполнению постановления ЦК КПСС. В нем были расписаны конкретные мероприятия по улучшению политико-воспитательной работы с личным составом, строительству жилых и культурно-бытовых сооружений, обеспечению ракетных частей всем необходимым оборудованием и имуществом.

После выхода постановления ЦК КПСС от 15 марта 1963 года увеличились ассигнования на обустройство Ракетных войск и строительство жилья для офицеров и сверхсрочнослужащих. Ход специального, жилищного и культурно-бытового строительства был взят под постоянный контроль. Эти вопросы систематически рассматривались в руководящих органах Министерства обороны СССР, военных округов, главнокомандующим и Военным советом РВ.

Требования указанного постановления ЦК КПСС Военный совет Ракетных войск обсудил 23 марта 1963 года. Участники заседания согласились с суровой и справедливой оценкой состояния материально-бытового обеспечения и культурного обслуживания личного состава войск. При этом было отмечено, что основная масса жалоб, поступавших в центральные органы государственного и военного управления от офицеров некоторых воинских частей, могла быть успешно и своевременно решена усилиями командования и политических органов соединений. Военный совет постановил — не снижать темпов возведения боевых ракетных комплексов, строительство жилого фонда рассматривать как одну из первоочередных задач. Эти требования легли в основу программы повышения качества быта ракетчиков.

Военный совет развернул активную деятельность в этой проблемной области. В частности, через неделю, 30 марта, на его задании с докладом выступил начальник Управления политических органов РВ Главного политического управления Советской Армии и Военно-Морского Флота — член Военного совета войск генерал-полковник Ефимов П.И. Докладчик предложил — с целью более полного анализа сложившейся ситуации создать комиссии для проверки воинских частей, и в первую очередь — соединений МКР. На основании этого предложения были выработаны рекомендации по составу групп проверяющих и их задачам. Во исполнение этого решения, в течение нескольких последующих месяцев, в соединения направлялись группы офицеров центрального аппарата РВ для проверки состояния материально-технического обеспечения, культурного обслуживания и капитального строительства, в частности для оказания содействия в решении вопросов строительства жилых домов и здания культурно-бытового назначения. Представленные по итогам проверки материалы с предложениями по улучшению жилищного строительства, дополнительного строительства клубов, школ, прачечных, столовых и других культурно-бытовых зданий, увеличению ассигнований по капитальному ремонту существующих зданий и целый ряд других вопросов рассматривались должностными лицами тыла, а также управлениями и отделами ГИУ РВ.
Во исполнение постановления ЦК КПСС от 15 марта 1963 года, одновременно с созданием БРК было развернуто строительство большого количества жилых и культурно-бытовых зданий и сооружений в жилых и казарменных городках воинских частей и соединений. С тех пор акты постановки на боевое дежурство ракетных полков обязательно включают степень готовности жилищно-казарменного фонда, объектов социальной сферы (школы, ясли и детские сады, больницы, магазины, столовые и т.д.) к обеспечению нормальной жизнедеятельности военнослужащих и членов их семей.

В целях проведения в жизнь требований руководящих документов партии, Министерства обороны СССР и Военного совета РВ проводился широкий спектр мероприятий. Например, партийными комитетами и первичными партийными организациями ракетных частей на заседаниях и собраниях обсуждались вопросы хода капитального строительства и материально-бытового обеспечения. В войска была направлена директива главнокомандующего войсками, которая обязала командиров воинских частей оказывать строительным организациям всемерную помощь в осуществлении строительства и контроля за ним. В ГИУ РВ был введен учет хода строительства по каждому дому и общежитию. Предпринимались меры по своевременному обеспечению воинских гарнизонов и военных городков общепромышленным, кухонным, хлебопекарным, банно-прачечным и нестандартным оборудованием, мебелью и казарменным инвентарем. В военных округах и ракетных армиях на заседаниях военного совета обсуждалось состояние строительства объектов, принимались и реализовывались соответствующие постановления.

В результате принятых Военным советом, управлениями и службами Главнокомандующего, командирами частей и соединений мер жилищное и культурно-бытовое строительство пошло более высокими темпами. Член Военного совета РВ — начальник Политического управления РВСН генерал-лейтенант Лавренов И.А. 12 февраля 1965 года сообщал начальнику Главного политического управления СА и ВМФ генералу армии Епишеву А.А.: «На 10 января 1965 года план жилищного строительства по РВ выполнен на 102,2%. Построено 338 домов на 17350 квартир, в том числе сверх задания сдано 11 домов на 689 квартир. После заселения вновь введенной площади в РВ остается бесквартирных офицеров 11750 человек, сверхсрочнослужащих и слушателей военных академий — 5695 и служащих Советской Армии — 4193 человека. Кроме того, построено казарм кирпичных и сборных щитовых — 239, клубов — 128, солдатских столовых — 78, офицерских столовых — 81, медпунктов — 83, бань — 82, общежитий для офицерского состава — 218».

Принятые меры резко сократили количество нуждающихся в улучшении бытовых условий среди офицерского состава. Как следствие, в 1964 году более чем в два раза уменьшилось число писем из ракетных частей в ЦК КПСС и центральный аппарат Министерство обороны СССР по вопросам жилищного устройства и материального обеспечения.

В 1967 году в Ракетных войсках построены 199 жилых домом, 15 общежитий, 51 казарма, 28 офицерских и солдатских столовых, 33 клуба и Дома офицеров, 22 детских сада, 24 госпиталя и медпункта, 8 школ.

На необходимость ликвидации жилищной проблемы Военный совет вновь обратил пристальное внимание 6 сентября 1968 года. Обсуждение этого насущного вопроса происходило в свете вышедшего17 мая 1968 года приказа министра обороны СССР «О мерах по обеспечению жилой площадью офицеров и военнослужащих сверхсрочной службы». Из материалов этого заседания становится ясно, что положение с обеспечением жилой площадью ракетчиков и членов их семей продолжало оставаться трудным. Так, за 8 месяцев 1968 года стратегическими ракетчиками было получено 88.7 тысяч квадратных метров жилой площади, обеспечено квартирами 2370 семей. Однако по состоянию на 1 августа в воинских частях и соединениях насчитывалось 12000 бесквартирных военнослужащих и 5600 семей нуждалось в улучшении жилищных условий. План 1968 года по вводу в эксплуатацию объектов жилищного и культурно-бытового назначения выполнялся неудовлетворительно. За 8 месяцев годовой план по вводу в действие основных фондов был выполнен на 37%, а по вводу в эксплуатацию жилой площади — только на 33%. За тот же период из 67 жилых домов было возведено 40 (59,7%), из 26 казарм — 8 (30,8%), из 14 столовых — 2 (4,3%), из 18 клубов и домов офицеров — 4 (22,2%), из 4 госпиталей — 1 (25%), из 114 медпунктов — 5 (35,7%), из 7 котельных — 5 (71,4%), из 4 систем водоснабжения — 1 (25%). Качество строительства ряда жилых домов, зданий и сооружений культурно-бытового назначения также оставалось низким.
Жилищная проблема для РВСН оставалась актуальной все годы, Но все же, несмотря на то, что программа строительства жилья осуществлялась в условиях ограниченных ассигнований, благодаря своевременно принимаемым мерам планы строительства в последующем ежегодно выполнялись.

Только в 1978-1980 гг. было построено и введено в эксплуатацию жилых домов общей площадью более 1 млн. кв. метров (более 10 тысяч квартир). В эти же годы было закончено строительство и сдано в эксплуатацию большое количество сооружений культурно-бытового назначения (казармы, столовые, госпитали, поликлиники, детские сады, школы, гостиницы и т.п.).

Но жилищная проблема по-прежнему остается острой. По состоянию на конец 2006 года в РВСН было 11632 бесквартирных. Это, несмотря на то, что с 2001 года было обеспечено жильем более 10 тысяч военнослужащих.

И хотя на 2007 год намечена широкая программа жилищного строительства (планируется за счет капитального строительства, реализации Государственных жилищных сертификатов и по программам Министерства обороны РФ получить более 1488 квартир), которое обеспечения ракетчиков жильем еще много лет будет стоять в повестке дня Военного совета РВСН.

Трудности в вопросах материально-бытового обеспечения войск обуславливались особенностями становления нового вида Вооруженных Сил. В этот период Военный совет РВ сосредоточил свое внимание на проблемах в организации торгового обслуживания и материального обеспечения войск. Во исполнение его решений проводилась многогранная работа по всем службам тыла, по совершенствованию организации труда на предприятиях и организациях Ракетных войск, а также по борьбе с хищениями.

В частях и учреждениях проводился ряд мероприятий, направленных на улучшение торгово-бытового обслуживания ракетчиков. Была пересмотрена система торгово-бытового обеспечения: при ракетных соединениях созданы отделения торговли, выделены целевым назначением фонды на продовольственные и промышленные товары, приняты меры по обеспечению торгово-бытовых предприятий необходимым торгово-технологическим и производственным оборудованием. Принимались меры по созданию необходимой материально-технической базы и увеличению сети торгово-бытовых предприятий в войсках. Итоги этой работы Военный совет РВ обсудил 3 марта 1961 года. На нем с докладом выступил начальник Тыла войск генерал-майор Пономарев М.И. По итогам заседания было принято постановление, которое наметило комплекс практических мероприятий по дальнейшему развитию материально-технической базы, увеличению сети торгово-бытовых предприятий и улучшению торговли в войсках.

Состояние материально-бытовых условий личного состава обсуждалось Военным советом 10 ноября 1961 года. В его постановление «О состоянии и мерах улучшения материально-бытовых условия личного состава Ракетных войск» указывались основные упущения материально-бытовом обслуживании войск. Военный совет наметил комплекс практических мероприятий по улучшению материально-бытовых условий личного состава. В развитие постановления главнокомандующий 15 ноября 1961 года издал приказ «О состоянии и мерах улучшения материально-бытовых условий личного состава Ракетных войск». Во исполнение постановления и приказа проводилась многогранная работа по всем службам тыла. Требования руководящих документов изучались офицерами тыла с практическим показом образцового войскового хозяйства на базе лучших воинских частей в объединениях, а также в гарнизоне Алабино Московской области.

Важнейшим направлением деятельности Военного совета являлась практическая работа по улучшению условий труда личного состава дежурных смен и подразделений.

Во второй половине 60-х — начале 70-х годов принимались серьезные меры по улучшению охраны здоровья ракетчиков. В частности, были улучшены материально-бытовые условия личного состава дежурных сил, режим несения боевого дежурства, медицинское обеспечение личного состава и членов семей военнослужащих. Определены основные принципы, разработаны формы и методы медицинского обеспечения. Более глубоко проведено изучение условий обитаемости в боевых сооружениях, разработаны и внедрены обоснованные санитарно-гигиенические нормативы и требования к строящимся и эксплуатируемым боевым объектам Ракетных войск. Улучшилась лечебно-профилактическая работа в войсках. Этому способствовали рост материальной базы медицинских учреждений и укомплектование их подготовленными специалистами, оснащение современной аппаратурой и техникой. К концу 1968 года в войсках функционировали около 300 медицинских пунктов, 5 крупных поликлиник, санаторий «Фрунзенское» на 750 мест в Крыму, пионерский лагерь «Маяк», принимавший за смену около 1300 детей, и уникальный детский санаторий круглогодичного лечения, расположенный рядом с этим лагерем — в Евпатории. Позже был построен санаторий РВСН на окраине города Гудауты в Абхазии. Дом отдыха для офицеров-ракетчиков в Подмосковье.

Вопросы охраны здоровья военнослужащих и членов их семей неоднократно рассматривались на заседаниях Военного совета РВ.

Так, 12 августа 1966 года было обсуждено выполнение постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О мерах по улучшению здравоохранения в СССР». По результатам обсуждения были определены мероприятия по дальнейшему улучшению медицинского обеспечения подчиненных войск. В последующие годы Военный совет продолжал наращивать свои усилия в этом направлении, претворяя я жизнь решения высших органов государственного управления.

16 октября 1970 года на заседании Военного совета РВ обсуждались санитарно-эпидемиологическая обстановка в подчиненных войсках. В материалах этого заседания отмечалось, что в целом по войскам за период 1968-1970 гг. в 2 раза снизилась заболеваемость кишечными инфекциями. Однако в ряде соединений и воинских частей обстановка оставалась сложной. Основными причинами желудочно-кишечных заболеваний являлись грубые нарушения санитарно-гигиенического режима при организации питания и водоснабжения. С учетом предложений, высказанных членами Военного совета, командующим объединениями, командирам соединений, начальникам полигонов и вузов были даны конкретные рекомендации по разработке и осуществлению мероприятий, необходимых для ликвидации вспышек и максимального снижения острых кишечных инфекций. Военный совет потребовал также завершения строительства и ввода в эксплуатацию в текущем году очистных сооружений в ряде воинских частей. Мероприятия, проведенные во исполнение этого и других решений Военного совета, позволили устранить отмеченные недостатки и создать устойчивую эпидемическую обстановку в большинстве гарнизонов войск.

На проблеме улучшения материального и культурного обслуживания военнослужащих и членов их семей вновь сфокусировал свое внимание Военный совет РВ 28 января 1969 года. В его материалах, в частности, отмечалось, что в 1968 году ракетчики обслуживались в ?? Домах офицеров, не подчиненных командованию Ракетных войск. Собственных Домов офицеров имелось лишь 5 и дополнительно — 31 офицерский клуб, 266 солдатских клубов, 518 библиотек, ??10 телевизоров и 671 радиоузел. Все это не могло в полной мере удовлетворить духовные потребности личного состава, обедняло возможности их досуга. С учетом предложений, высказанных участниками заседания, были даны конкретные рекомендации по совершенствованию культурно-просветительной работы среди личного состава в этот ответственный этап деятельности войск. Основные положения решения Военного совела были развиты в директиве главнокомандующего войсками и члена Военного совета — начальника Политического управления «О состоянии и мерах улучшению культурно-просветительной работы в Ракетных войсках». Впоследствии Политуправлением войск организовывалась проверка хода выполнения этого постановления и директивы.

К концу 80-х годов в РВСН была создана богатая база для проведения культурно-массовой работы. Она включала 60 Домов офицеров и Домов культуры, более 360 офицерских и солдатских клубов, 450 библиотек с книжным фондом в 9 млн. экземпляров, 253 методических кабинета политического самообразования, около 3 тысяч Ленинских комнат, свыше 1,5 тысячи киноустановок, более 4 тысяч телевизоров, десятки местных радиоузлов. К этому времени в большинстве гарнизонов имелись местные телецентры.

Все это свидетельствует о том, что Военный совет РВСН на всех этапах развития войск прикладывал значительные усилия в области жилищного и бытового строительства, материального и культурного обслуживания военнослужащих и членов их семей.

 

* * *

 

Военный совет РВСН уделял постоянное внимание моральному стимулированию ратного труда воинов-ракетчиков. Эти вопросы регулярно рассматривались на его заседаниях в той или иной форме. Так. с 1960 года и по настоящее время на заседаниях Военного совета в повестку дня более 90 раз ставились вопросы представления стратегических ракетчиков к правительственным наградам.

Вот только несколько примеров.

В 1961 году по представлению Военного совета за выдающиеся заслуги в развитии ракетной техники, в создании и успешном запуске в космос первого человека звание Героя Социалистического Труда присвоено 6 генералам и офицерам, ордена Ленина удостоены 23 ракетчика, более 100 человек награждены орденами Трудового Красного Знамени, Красной Звезды и Знак Почета. Этим же Указом Президиума Верховного Совета СССР 5 НИИП и подчиненная ему 32-я отдельная испытательная часть награждены орденом Красной Звезды.

15 сентября 1961 года за многолетнюю плодотворную работу по обучению и воспитанию инженерных кадров для войск из числа профессорско-преподавательского состава высших учебных заведений РВ награждены орденом Ленина — 4 человека, орденом Трудового Красного Знамени — 8, орденом Знак Почета — 19, медалью «За трудовую доблесть» — 26 и медалью «За трудовое отличие» — 13 человек.

1 февраля 1966 года Военный совет РВСН представил к правительственным наградам генералов и офицеров за достигнутые успехи в строительстве комплексов: к званию Герой Социалистического Труда — 1, к орденам Ленина — 9, Трудового Красного Знамени — 28, «Знак Почета» — 47, медалям «За трудовую доблесть» — 57, «За трудовое отличие» — 58 человек.

В феврале 1968 года Военный совет представил к правительственным наградам военнослужащих, внесших весомый вклад в дело поддержания РВО в боеготовом состоянии: к орденам Красного Знамени — 4, Красной Звезды — 152, «Знак Почета» — 1, к медалям «За боевые заслуги» — 10, «За трудовую доблесть» — 2, «За трудовое отличие» — 1.

Все представления были реализованы.

Эти примеры можно множить и множить, потому что всего за создание,. испытание, постановку на боевое дежурство новой боевой техники, выполнение специальных заданий правительства высокого звания Героя Социалистического Труда удостоено 38 ракетчиков. 60[?] стали лауреатами Ленинской премии и более 200 — лауреатами Государственной премии СССР и Российской Федерации, более ?? тысяч стратегических ракетчиков награждены орденами и медалями СССР и Российской Федерации.

По представлению Военного совета Юбилейным Почетным знаком в связи с 50-летием образования СССР награждены 10 ракетных дивизий, 13 ракетных полков, 2 арсенала, 12 ртб, 4 узла связи, 2 полигона, 4 отдельных испытательных части, 2 военных госпиталя, одно военное представительство, Серпуховское и Ставропольское высшие военные училища.

В мирное время многие ракетные дивизии и части награждены орденами СССР. Вымпелом министра обороны СССР «За мужество и воинскую доблесть» награждено более 40 соединений и частей.

В годы становления Ракетных войск проводилась значительная работа по воспитанию воинов ракетчиков на боевых традициях Вооруженных Сил СССР. Военный совет обратился в Министерство обороны СССР с просьбой о передаче почетных наименований и наград воинских частей, отличившихся в годы Великой Отечественной войны. К 1965 году 72 соединениям и частям Ракетных войск, в том числе 2 корпусам, 29 дивизиям, 40 полкам и одному батальону были переданы почетные наименования и правительственные награды соединений и воинских частей, на базе которых они формировались. Многим соединениям и частям было по преемственности передано звание гвардейских.

По ходатайству Военного совета для повышения эффективности воинского и патриотического воспитания в списки воинских частей РВСН навечно зачислены 21 Серой Советского Союза и Российской Федерации.

В октябре 1963 года командование войск приняло решение об учреждении переходящих Красных Знамен Военного совета Ракетных войск, которые вручались лучшим комсомольским организациям ракетного полка и ремонтно-технической базы за отличное освоение боевой техники и оружия. Опыт этих комсомольских организаций Военный совет обобщал и популяризировал.

В честь 50-летия Великой Октябрьской социалистической революции постановлением Военного совета и приказами главнокомандующего были учреждены Памятные знамена Военного совета РВСН, утверждено положение о них. В последующем, постановлениями Военного совета РВ данными знаменами были навечно награждены по одной дивизии МКР, ОС, РСД, по одному полку МКР и РСД, трб и ртб (МКР и РСД) и часть связи, научно-исследовательский полигон, вуз, арсенал, ремонтный завод и один из объектов 12 ГУ МО.

В настоящее время учреждены Вымпелы, которыми Военный совет РВСН награждает воинские части, по итогам года достигшим наиболее высоких результатов в боевой подготовке, несении боевого дежурства, поддержании уставного порядка.

17 июля 1963 года директивой главнокомандующего войсками для поощрения и популяризации наиболее отличившихся воинов и воинских частей была учреждена Книга Почета Военного совета Ракетных войск.

Положение о Книге Почета было утверждено приказом главнокомандующего 1966 года № 0495. В соответствии с этим Положением Книга Почета состояла из двух частей: одна часть для занесения передовых воинских частей и подразделений, которые не менее двух лет подряд были отличными, а другая часть — для занесения в нее военнослужащих, служивших образцом исполнения воинского долга. Занесение в Книгу Почета производилось один раз в год приказом главнокомандующего войсками по итогам минувшего учебного года к Дню Советской Армии и Военно-Морского Флота.

26 декабря 1977 года было утверждено новое Положение о Книге Почета Военного совета. В соответствии с ним в Книгу Почета заносились только соединения и воинские части, особо отличившиеся при выполнении ответственных задании по защите СССР, а также передовые соединения и отличные части, добившиеся этих званий в течение двух лет подряд и награжденные переходящими Красными Знаменами Военного совета РВСН. Ведение Книги Почета было возложено на Управление боевой подготовки РВ. Занесение в Книгу Почета частей и соединений проводилось один раз в год к годовщине Великой Октябрьской социалистической революции.

В декабре 1987 года Положение о Книге Почета Военного совета претерпело некоторые изменения. В нее стали заноситься только воинские части, добившиеся звания «отличных» в течение двух лет подряд. При этом определялось, что воинские части могут быть отмечены таким образом неоднократно. Занесение в Книгу Почета производилось приказом главнокомандующего по итогам учебного года к годовщине создания РВСН — 17 декабря. Воинским частям, занесенным в Книгу Почета, в торжественной обстановке вручалась Почетная грамота Военного совета. Положение определило порядок и место хранения Книги Почета — в Музее РВСН. Почетные грамоты хранятся в соответствии с Положением в войсковых музеях (комнатах боевой славы) соединений (частей) или в других специально отведенных для этих целей местах, доступных для обзора. До августа 1991 года ведение Книги Почета было возложено на Политическое управление войск.

Всего с момента учреждения в Книгу Почета Военного совета РВСН было занесено 220 воинских частей, 158 подразделений и ? комсомольские организации, а также 395 военнослужащих, из них ??? старших офицеров, 148 младших офицеров. 22 прапорщика, сержанта и солдата.

12 ноября 1994 года приказом главнокомандующего введено Положение о Книге воинской доблести и славы Ракетных войск стратегического назначения. Решение о занесении воинской части в Книгу воинской доблести и славы принимает Военный совет РВСН. На сегодняшний день в Книгу занесено 229 воинских частей и учреждений.

В соответствии с постановлением Военного совета РВСН от 10 октября 1999 года № 23 Управлением кадров РВСН совместно с исторической группой НТК РВСН и Президиумом Союза ветеранов-ракетчиков были подготовлены и представлены в Главное управление кадров Министерства обороны Российской Федерации документы о награждении военнослужащих, погибших и получивших ранения 24 октября 1960 года при испытании ракеты Р-16 на 5 НИИП МО СССР. Указом Президента Российской Федерации от 20 декабря 1999 года № 1665 99 военнослужащих (из них 64 посмертно) были награждены орденом «Мужества».

В работе Военного совета важное место занимали вопросы подготовки к памятным датам и юбилеям, которые обычно были приурочены к годовщинам знаменательных событий в истории нашей страны. Например, в преддверии 25-летия Победы нашего народа в Великой Отечественной войне 31 января 1970 года Военный совет РВСН рассмотрел вопрос о подготовке и проведении празднования этой памятной даты. В его решении говорилось: «В массовой политической работе особое внимание сосредоточить на раскрытии массового героизма советских воинов в годы Великой Отечественной войны, трудового подвига рабочих, колхозников и интеллигенции в тылу; в воинских частях и подразделениях организовать проведение тематических вечеров, встреч воинов с ветеранами войны, экскурсий и походов по местам боев; совместно с партийными и советскими органами провести чествование Героев Советского Союза и кавалеров ордена Славы; подготовить и выпустить очередной журнал «Советский ракетчик» № 3, посвященный Воинам-ракетчикам — участникам этой войны и продолжателям их боевой славы в наши дни». Он потребовал с учетом задач и местных условий в каждой воинской части, соединении, объединении, вузе разработать свои конкретные планы мероприятий.

В 1984 году РВСН готовились отметить пусть и небольшой, но юбилей. Нужна была песня — сильная, качественная, которая стала бы своеобразным гимном Ракетных войск стратегического назначения. Командование решает немного приподнять завесу секретности, скрывающую службу ракетчиков от посторонних глаз. В июне 1984 года в Военной академии им. Ф.Э. Дзержинского состоялась встреча Военного совета РВСН с представителями творческих союзов и организаций СССР. Среди писателей, композиторов, кинематографистов, приглашенных на встречу, были Георгий Марков. Александр Чаковский, Владимир Карпов, Петр Проскурин, Александр Проханов. Евгений Долматовский, Вадим Трушин, Роберт Рождественский.

Во вступительном слове главнокомандующего РВСН Главного маршала артиллерии Толубко В.Ф. было рассказано о жизни и деятельности Ракетных войск.

С 13 по 16 октября 1984 года небольшая творческая группа посетила ракетный полигон Плесецк. Итогом этой поездки стало письмо из секретариата Союза писателей СССР. После слов благодарности за прекрасно организованную поездку следовало: «Впечатления от всего увиденного в войсках огромны и требуют глубокого осмысления. Писатели смогли воочию убедиться в том, сколь могуч и надежен ракетный щит нашего Отечества. Мы глубоко убеждены в том, что крепнущие связи между литераторами и воинами Ракетных войск принесут добрые творческие плоды».

Р. Рождественский был первым, кто взялся тогда за перо. В Музее РВСН хранится почетная грамота Военного совета Ракетных войск. В ней: «Награждается Рождественский Роберт Иванович за создание песни, посвященной 25-летию РВСН, активное участие в героико-патриотическом воспитании воинов-ракетчиков. Главнокомандующий Ракетными войсками главный маршал артиллерии В.Ф. Толубко», Грамота датирована 1985 годом.

И сегодня живут строки:

«Всегда неутомимы,

Бессонны, как века,

Стоят на страже мира Ракетные войска.

Победные, бессмертные Ракетные войска...»

Приказом командующего РВСН от 4 апреля 2003 года № 111 в целях увековечения памяти воинов-ракетчиков, погибших при исполнении обязанностей военной службы по защите Отечества, формирования у личного состава верности воинскому долгу, гордости и ответственности за принадлежность к РВСН, воздания должного уважения памяти погибших и умерших учреждена Книга памяти Ракетных войск стратегического назначения.

У Военного совета РВСН сложилась хорошая традиция, которая существует и сегодня — организация приемов в честь победителей социалистического соревнования, молодых офицеров, победителей различных конкурсов, спортсменов РВСН, добившихся больших успехов на спортивном поприще. Традиционными стали приемы Военным советом накануне Дня Победы ракетчиков — Героев Советского Союза и участников Великой Отечественной войны, а также ветеранов Ракетных войск стратегического назначения.

Военный совет устраивал приемы для делегатов партийных и комсомольских съездов, воинов-ракетчиков — участников различных Всеармейских совещаний и т.д. В феврале 2003 года офицеры — участники приема Военным советом РВСН выступили с Обращением к офицерам и курсантам войск, в котором главным явился призыв «несмотря на трудности, с которыми сегодня сталкиваются воинские коллективы, продолжать достойно выполнять свой воинский долг, всемерно укреплять боевой потенциал войск, порядок и организованность».

За последние годы приемы устраивались также для волейбольной команды РВСН «Искра» — неоднократного призера чемпионатов России. Можно надеяться, что эта традиция сохранится и в будущем.
После проведения в 2001 году в Вооруженных Силах РФ организационных мероприятий был создан Военный совет РВСН как род войск в составе председателя — командующего РВСН генерал-полковника Соловцова Г.Н., членов военного совета: генерал-лейтенантов Хуторцева С.В., Дремова В.Н., Колесникова В.М., Федорова В.В., Кириллова Ю.Ф., генерал-майоров Линника В.В., Калиниченко Н.И., секретаря Военного совета — полковника Зиминова Л.И.

Первое заседание Военного совета в новом составе состоялось 8 октября 2001 года. Предметом его обсуждения были основные подходы к организации работы Военного совета, а также распределение ответственности между членами Военного совета в определении и реализации мер по дальнейшему строительству Ракетных войск стратегического назначения как рода Вооруженных Сил Российской Федерации.

Двумя неделями позже, 23 октября 2001 года. Военный совет РВСН провел выездное заседание в Омском ракетном объединении, на котором обсуждалась организаторская работа по сокращению боевого состава и реорганизации войск. На заседании был определен механизм управления процессом реорганизации и перспективного строительства РВСН, а также формирования системы взаимодействия с различными ведомствами в интересах своевременного и полного выполнения мероприятий Плана строительства и развития РВСН на 2001-2005 годы.

В последующие годы в основу работы Военного совета РВСН было положено обсуждение и принятие решений по наиболее актуальным вопросам строительства и всестороннего обеспечения боевой и повседневной деятельности войск, а также по организации их выполнения. При этом требовалось не только сохранить боеготовность группировки РВСН, но и определить дальнейшее направление ее развития в условиях новых договорных международных обязательств по сокращению стратегических наступательных потенциалов.

Военному совету удалось найти приемлемые решения, которые в конечном итоге были одобрены Верховным Главнокомандующим — Президентом Российской Федерации В.В. Путиным. Пожалуй, главное в том, что руководство страны признало — Ракетные войска стратегического назначения, даже несмотря па значительное сокращения боевого состава, продолжают оставаться главной составляющей стратегических ядериых сил (СЯС) России, служат надежным гарантом безопасности государства.

В последние пять лет Президент Российской Федерации В.В. Путин посетил РВСН трижды, последний раз при постановке на боевое дежурство нового ракетного комплекса «Тополь-М» в подвижном варианте.

На заседания Военного совета неоднократно приглашались заместители министра обороны Российской Федерации, представители Администрации Президента Российской Федерации, центральных органов военного управления Министерства обороны, предприятий и учреждений промышленности, главы администраций ЗАТО. Постоянными участниками заседаний являются начальники управлений и служб командования войск, руководящий состав войскового звена, учреждений и организаций РВСН.

Вопросы поддержания высокой боевой готовности войск, по всем ее составляющим элементам, и сегодня находятся в центре внимания Военного совета РВСН. Например, ежегодно на его заседаниях рассматривались вопросы боевой и мобилизационной готовности войск, технической готовности ракетных комплексов к боевому применению, состояния боевого дежурства, хода работ по продлению сроков эксплуатации боевых ракетных комплексов, организаторской работы органов военного управления по руководству боевой подготовкой и другие.

Не снимались с повестки дня вопросы работы с офицерскими кадрами, повышения качества их подготовки в вузах РВСН, а также укрепления воинской дисциплины и поддержания правопорядка в войсках.

Некоторые заседания Военного совета последних лет были ключевыми. Так, например, для обсуждения вопросов о подготовке специалистов-ракетчиков в гражданских вузах на заседание в октябре 2004 года были приглашены ректоры ведущих высших учебных заведений страны, которые уже давно готовят таких специалистов на своих военных кафедрах (МАИ, МВТУ, МФТИ, Красноярская космическая академия и др.). На этом заседании были приняты решения, которые в перспективе позволят пополнять ряды ракетчиков высокоподготовленными специалистами различного профиля.

 

* * *

 

В коротком историческом очерке невозможно осветить все проблемы, которые за свою историю решал Военный совет Ракетных войск стратегического назначения. Слишком многогранны и всеобъемлющи задачи, которые решались на исторических этапах создания и развития РВСН. Чтобы осветить каждое из направлений деятельности Военного совета, надо по сути изложить всю историю становления и развития РВСН. При наличии огромного количества исторической, мемуарной литературы, появившейся в последние годы, в этом нет необходимости.

Например, помимо ключевых направлений деятельности Военного совета РВСН в повестку дня его заседаний выносились такие вопросы, как создание и ввод в строй автоматизированных систем управления войсками, подготовки и проведения новых форм технического обслуживания ракетного вооружения — регламентов и технических ревизий, упорядочение эксплуатации и содержания автотракторной техники, борьба с аварийностью на автомобильном транспорте и в авиации, организация социалистического соревнования, вопросы политической подготовки личного состава и много других жизненно важных для войск вопросов.

Важное место в деятельности Военного совета занимали вопросы развития и совершенствования ракетно-космической техники. Ведь многие годы офицеры испытательных управлений и частей полигонов занимались вплотную вопросами развития космонавтики в нашей стране. Первые медико-биологические исследования в космосе, запуск первого искусственного спутника Земли, первого в мире космонавта, да и многих последующих, и т.д. и т.п. — за всем этим труд воинов-ракетчиков. И всегда Военный совет не оставался в стороне от решения этих многообразных проблем. Мало того, в ряде случаев при решении самых ответственных задач на полигоне, как правило присутствовали 2-3 члена Военного совета РВСН для того, чтобы без проволочек решать возникавшие проблемы. А их всегда было немало.

В этой связи несколько моментов, связанных с формами и методами работы Военного совета. Помимо уже упомянутых заседаний Военного совета с привлечением представителей военно-промышленного комплекса, генеральных и главных конструкторов ракетной и космической техники (а таких заседаний состоялось несколько десятков) широко практиковались выездные заседания Военного совета в войсках. Они проводились в том случае, если перед ракетным объединением, соединением вставали сложные задачи перевооружения на новые ракетные комплексы, если ту или иную воинскую часть начинало лихорадить в вопросах эксплуатации ракетного вооружения и техники, поддержания высокой воинской дисциплины правопорядка и т.п.

Как правило, эти заседания были эффективными, так как на места проводился обстоятельный анализ положения дел. Решения принималось немедленно, были обоснованными и приносили большую пользу.

Один из командиров ракетного соединения вспоминал, как в ходе выездного заседания Военного совета, ему довелось докладывать о состоянии дел. Перед этим в дивизии в течение 10 дней отработала комиссия Главного штаба, других управлений и служб РВСН.

К отчету на заседании Военного совета тщательно готовилось и руководство соединения. Выступления получились самокритичные, короткие, с отточенными фразами. Генерал с улыбкой вспоминал, что из подготовленного отчета ему удалось произнести только одну «отточенную» фразу — «Товарищи члены Военного совета!». Дальше его остановили и начали задавать острые и конкретные вопросы о состоянии дел. Через полчаса спросили прямо: «Вы в состоянии навести порядок или же мы предложим Вам должность с меньшим объемом работы?». «Это сейчас я вспоминаю все с улыбкой. — добавил рассказчик, — а тогда мне было совсем не до улыбок».

С Момента создания Военного совета и по сегодняшний день в мае и ноябре проводятся его расширенные заседания с приглашением руководящего состава ракетных объединений и соединений, полигонов, вузов, начальников управлений и служб РВСН. На этих заседаниях подводятся итоги боевой и политической подготовки за зимний период обучения (май), за учебный год (ноябрь), анализируется состояние дисциплины и правопорядка в войсках, определяются лучшие воинские коллективы. На таких заседаниях присутствует зачастую до 350 человек, что требует самой тщательной подготовки к их проведению.

Вспоминает генерал-полковник в отставке Мелехин А.Д., длительное время возглавлявший Управление боевой подготовки РВСН: «Я отчитывался перед Военным советом, как правило, в присутствии всего руководящего состава войск и центрального аппарата Ракетных войск. Готовился очень тщательно. Для подготовки материала задействовались не только офицеры Управления боевой подготовки, но и других управлений и служб...

В процессе подготовки просчитывались тысячи цифр, готовились десятки схем, сверялись факты, оттачивались формулировки, редактировался доклад. Особенно тяжело было определять передовые части и соединения. У нас были разработаны необходимые методики оценки частей и соединений, выработаны критерии по каждому предмету обучения. Но критерии критериями, а за ними судьбы людей, и не дай Бог, как говорят, ошибиться в оценке их деятельности — немедленно появляются жалобы, неприятности».

 

* * *

 

Таким образом, мы видим, что с момента создания РВСН и по сегодняшний день на Военный совет возлагались и возлагаются большие и ответственные задачи, которые всегда решались с высоким профессионализмом, заботой о личном составе и в целях укрепления боевой готовности войск.

По многим ключевым вопросам главнокомандующий (а позднее командующий) РВСН мог опереться на коллективное мнение членов Военного совета, получить поддержку, принять правильное решение по какой-либо важной проблеме. В этом главная суть и предназначение Военного совета РВСН.

 

* * *

 

Назад

Оглавление

Далее

Яндекс.Метрика