На главную сайта   Все о Ружанах

РАКЕТНЫЕ СИСТЕМЫ РВСН. ОТ Р-1 - К ТОПОЛЮ-М
5. ПРОБЛЕМЫ ОТЕЧЕСТВЕННОГО РАКЕТОСТРОЕНИЯ ПОСЛЕ 1990 г. 

Назад.

Оглавление.

Далее.

Ракетные комплексы пятого поколения

В начале 1990-х годов произошли коренные изменения в международной военно-политической обстановке в связи с распадом Советского Союза и изменением политического строя в бывших союзных республиках. Начатый Горбачевым М.С. и его командой процесс перестройки приобрел лавинообразный и необратимый характер во всей мировой социалистической системе, привел к ее развалу и тотальному кризису.

С отказом от движения по социалистическому пути в стране развалилась экономика, формировавшаяся в течение 70 с лишним лет, и обеспечившая победу Советского Союза в Великой Отечественной войне и рост благосостояния народа. Перестала существовать единая Советская Армия, возникли серьезные проблемы в РВСН, связанные с нахождением ряда ракетных соединений на территории бывших республик: Украине, Казахстане и Белоруссии.

Невосполнимые потери понес единый военно-промышленный комплекс, который объединял сотни предприятий и научно-исследовательских учреждений страны. Разрыв многолетних хозяйственных связей, отрыв сырьевых ресурсов привели к полной остановке производства многих предприятий, растаскиванию и разгрому средств производства.

На предприятиях оборонно-промышленного комплекса страны в результате обвального сокращения оборонного заказа произошло падение производства: объем производства сократился до 31,2%, том числе военной продукции – до 16,6%, В 1995 г. оборонный заказ получат не более 35-40% средств, выделенных бюджетом. И хотя бюджет – это закон, принимаемый парламентом, системой было именно его нарушение, а не исполнение.

Росли и долги правительства перед ОПК: в 1993 г. – 1,4 трлн. рублей, в 1994 г. – 2,1 трлн. рублей, в 1995 г. – 5,3 трлн. рублей. Закрылись многие уникальные производства, научно-исследовательские центры. Но и те, кто выживал, влачили, как правило, жалкое существование. «По некоторым данным, оборонными заказами в начале 1995 г. было занято всего 22% имеющихся мощностей ВПК, причем 30% предприятий вообще их не получали, лишь 17% были загружены на 75 – 100%, а остальные – на 1-2%.» (« Эскалация структур военной безопасности: роль и место России». – РАН, ИМЭМО, М, 1997 г., с.10).

Новым руководством России уже 8 мая 1992 г была пересмотрена концепция конверсии. 60% оборонных предприятий были переведены на самофинансирование, а остальные, выпускающие продукцию, способную конкурировать на мировом рынке, должны были зарабатывать деньги и для себя, и для государства. Свыше 90 % предприятий оборонного комплекса столицы оказались банкротами, что сопровождалось массовым увольнением рабочих и служащих. Общая численность занятых в оборонке за 1992-1995 гг. сократилась на 2,5 млн. человек! А за этим миллионы человеческих судеб, миллионы трагедий!

Начался сумбурный переход к провозглашенной рыночной экономике; накопление под флагом приватизации капитала частными лицами, по баснословно низким ценам многочисленные крупные предприятия стали переходить в частные руки. Вокруг этого сформировалось ряд крупных преступных группировок, которые включились в процесс передела собственности.

Нарушилась стабильность финансовой системы. Некогда могущественная страна, оказывавшая экономическую помощь многим развивающимся странам, вынуждена была стать зависимой от международного валютного фонда в обмен на выполнение ряда принципиальных западных требований по выталкиванию российского народно-хозяйственного комплекса в беспредел рыночной экономики. Полностью оказалась демонтированной государственная система управления экономикой. Упали заработки, распространилась эпидемия невыплат заработной платы, появилась и начала расти безработица. Резко ухудшилось социально-экономическое состояние населения. Мизерный государственный бюджет оказался не в состоянии обслуживать нужды государства.

Во власть прорываются одиозные личности, используя ее для личной наживы и сколачивания капиталов. Начинается усиленный вывоз награбленных капиталов за границу, что ложится еще большим гнетом на экономику страны. Средства массовой информации оказываются в руках предприимчивых личностей, которые пытаются с их помощью влиять на внутреннюю и внешнюю политику государства в корыстных целях.

В результате упадка экономики, общего обнищания ограбленного населения, девальвации моральных ценностей, резкого обострения межнациональных отношений, ухудшения демографической ситуации, состояния медицины, культуры, образования, государственной программы охраны материнства и детства, расслоения общества на кучку жирующих на национальных богатствах дельцов и на большую армию бедняков, живущих за чертой бедности, происходит катастрофическое падение физического и морально-психологического здоровья общества и, прежде всего, молодого поколения.

Алкоголизм, наркомания, проституция, порнография, культ наживы и насилия размывают моральные устои личности, снижает дееспособность молодых людей, делает их незащищенными от жизненных трудностей, неспособными устойчиво функционировать в больших коллективах. призванных решать высокозначимые общественные задачи.

С каждым годом уменьшается и ухудшается призывной контингент, в результате чего имеется серьезные проблемы в комплектовании армии. В воинские коллективы все чаще попадают молодые люди, неспособные стойко переносить тяготы и лишения военной службы, с неустойчивой психикой, невосприимчивые к существующим методам воспитания и морально-психологического убеждения.

В результате этого в армии пышным букетом расцветает издевательство над человеческой личностью, неуставщина, пьянство и токсикомания в казармах, дезертирство, применение оружия против своих сослуживцев и командиров. В средствах массовой информации разворачивается оголтелая кампания по дискредитации офицеров и генералов, престижности военной службы.

Это, безусловно, коренным образом влияет на моральный дух армии, ее готовность надежно защищать интересы нашей страны.

Резко снизился приток молодежи в производственные коллективы, что ведет с каждым годом к постепенному снижению уровня квалификации в технологически сложных производствах.

Поспешный и неподготовленный вывод советских войск из Западной Европы привел к потере мощной и наиболее боеспособной группировки, обладавшей огромным боевым опытом и современным вооружением. Военная техника, и в первую очередь бронетехника, новейшие танки были отправлены в металлолом, военное имущество в большинстве своем разбазарено, штабы и многие части расформированы, тысячи офицеров досрочно уволены, читай – выброшены в запас, без средств к существованию. За 1992-1999 гг. число дивизий в Вооруженных Силах страны сократилось с 212 до 24. К началу 1999 г. Генштабу удалось сформировать только три дивизии и четыре бригады постоянной готовности, укомплектованных личным составом на 80% и техникой на 100%.

Военная организация Варшавского договора, также как и Совет экономической взаимопомощи перестали существовать. Ряд бывших социалистических стран и советских республик выстроились в очередь для вступления в НАТО, которое стало неумолимо приближаться к западным границам России. Разрушилась западная часть системы раннего предупреждения о ракетном нападении СПРН. На аэродроме Шяуляй в Литве в десятках минут полета до Москвы появились первые военные самолеты НАТО.

В этот период начали формироваться Вооруженные Силы Российской Федерации, происходит уничтожение (на Украине и в Казахстане) или вывод (из Белоруссии) ядерного оружия, прекращается разработка ракетного оружия стратегического назначения на Украине.

С развалом ракетостроительной кооперации и отсутствием финансирования резко сокращается поступление ракетной техники в войска, нарушается ритм замены ракетных комплексов с истекшими сроками эксплуатации, закрывается большее количество научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ. Центр приложения усилий переносится на выполнение работ по продлению сроков эксплуатации ракетных систем, уже стоящих на боевом дежурстве.

Из интервью в декабре 1999 г. бывшего Главкома РВСН генерал-полковника Яковлева В.Н. корреспонденту «Независимой газеты»: «...Значительно сокращена интенсивность работ по созданию и развертыванию новых образцов стратегических вооружений. Так, если за 80-е годы было разработано и принято на вооружение четыре ракетных комплекса, то за 90-е годы – один. В 80-е годы РВСН закупали ежегодно свыше 100 ракет, а сейчас – 10.

Даже минимальная потребность Ракетных войск удовлетворяется по назначенным ассигнованиям на 45-50%. Фактически же выделяется еще меньше. Разрыв между потребностями и ежегодно назначаемыми объемами финансирования сохраняется...». [177]

Продолжается исключительно сложный переговорный процесс с США по сокращению стратегических наступательных вооружений. причем не всегда на равноправной основе.

Бывший Главнокомандующий РВСН генерал армии Ю.И. Максимов пишет: «...Военно-политическое руководство США, несмотря на наметившиеся позитивные сдвиги в развитии отношений между Востоком и Западом, по-прежнему основой своей внешней политики рассматривало ставку на силу, преследуя цель обеспечить США доминирующие позиции в мире. Нельзя было не видеть настойчивых стремлений США к достижению решительного военного превосходства и нарушению стратегического ядерного паритета в свою пользу.

В их практических действиях просматривалась определенная логика:

во-первых, наращиванием стратегических наступательных вооружений (СНВ) предполагалось значительно увеличить боевые возможности по нанесению ядерных ударов по нашим объектам стратегических ядерных сил (СЯС), в первую очередь по РВСН. Анализ развития американских СНВ показывал, что к 2000 году МБР и БРШГ США смогут поражать в три раза больше высокозащищенных точечных целей и в 1,5 раза – площадных по сравнению с существующими боевыми возможностями. Дополнительно к этому количество ядерных боезарядов Франции и Англии увеличится до 1300-1500. Способность авиационных средств возрастет в четыре раза;

во-вторых, ставилась задача в ходе переговоров добиться определенного сокращения количества наших носителей и ядерных боезарядов, что должно облегчить их поражение и перехват;

в-третьих, учитывалась возможность уничтожить часть наших ПУ в ходе обычной войны высокоточным оружием;

в-четвертых, упреждающим обезоруживающим ядерным ударом нанести поражение основной группировке наших СЯС;

и, наконец, оставшуюся небольшую часть наших боевых блоков (ББ) уничтожить средствами многорубежной ПРО, развернутой в порядке реализации СОИ (стратегической оборонной инициативы).

Таким образом, повышая боевую эффективность СНВ и развивая высокоточное оружие с обычным оснащением. США рассчитывали нарастить свой боевой потенциал и получить широкие возможности для поражения наших СЯС как в период безъядерной войны, так и в упреждающем ядерном ударе. Это могло обеспечить, по их мнению, поражение основной группировки наших СЯС, а сохранившиеся средства можно будет перехватить системой многорубежной ПРО, чтобы в итоге исключить нанесение ядерных ударов по объектам на территории США.

С этими обстоятельствами нельзя было не считаться, особенно с возможностью реализации СОИ. Под видом СОИ возможно было создание ударного ядерного космического оружия для поражения наших стратегических объектов. По сути, это стало бы новой составляющей стратегических наступательных сил передового базирования, расположенной в космосе непосредственно над территорией нашей страны и имеющей минимальное время подлета ракет к целям. В военном аспекте это было бы ничем иным, как попыткой резкого, замаскированного повышения возможностей СНС США по нанесению внезапного упреждающего ядерного удара, получения одностороннего превосходства, нарушения военно-стратегического равновесия. В политическом плане это означало бы нарушение ранее достигнутых договоренностей по ПРО и СНВ, дальнейшее нагнетание напряженности между государствами, создание условий для неудержимого соблазна развязать и выиграть войну, не говоря уж о серьезном повышении опасности случайных и несанкционированных действий с ядерным оружием в космосе над всем миром.

Безусловно, мы не могли игнорировать и того, что при значительных сокращениях СНВ, по которым уже шел переговорный процесс, не исключается возможность нарушения США достигнутых ранее соглашений и развертывания в 90-е годы системы ПРО с наземными и космическими рубежами.

Все это требовало от нас предусмотреть такие меры, которые при любом развитии событий позволили бы сохранить нужную группировку РВСН для эффективного решения возложенных задач в составе СЯС по нанесению необходимого ущерба агрессору в ответных действиях. Именно это, по нашему мнению, должно было быть главным при определении направлений развития Ракетных войск, их состава и группировки...

... В целом при формировании положений договора СНВ-1, подписанного в Москве 31 декабря 1991 года, эти требования были выдержаны, что отвечало интересам обеих сторон и предусматривало сокращение стратегических ядерных арсеналов до 1600 носителей и 6000 боезарядов, в том числе 4900 боезарядов на МБР и БРПЛ, 1540 – на тяжелых ракетах и 1100 – на мобильных ПУ. Такие подуровни позволяли сохранить существующую структуру СЯС, а в РВСН иметь группировку в составе 960 ПУ (более 3000 ББ), в которой сбалансированность боевых возможностей в ответно-встречном и ответном ударах достигалась за счет рационального соотношения стационарных и подвижных РК, ракет с разделяющейся и моноблочной ГЧ. И хотя соотношение потенциалов сдерживания в рамках договора сохранялось на уровне 2,3:1 в пользу США, наша группировка СЯС оставалась способной нанести в ответных действиях требуемый ущерб, а поэтому можно считать, что и стратегическое равновесие сохранялось.

Вместе с тем дальнейшие сокращения стратегических вооружений требовали большой осмотрительности и взвешенности. Это относилось, прежде всего, к сохранению существующей структуры наших СЯС и их основы – РВСН, особое место в группировке которых занимают МБР с РГЧ наземного базирования. Такая структура (РВСН – 64%, МСЯС – 27%, АСЯС – 9% боезарядов) сложилась с учетом геостратегического положения нашей страны и полностью себя оправдывает как в военно-стратегическом, так и в экономическом плане. Поэтому при проведении переговоров о дальнейших сокращениях СНВ было очень важно сохранить в группировке РВСН МБР с РГЧ ИН. Отказ от этого может привести к слому сложившейся структуры СЯС, потере ядерного паритета и утверждению безраздельной монополии США в области стратегических вооружений.

Для создания систем стратегических вооружений, обеспечивающих ядерное равновесие, требуется не менее двух-трех десятилетий (при условии стабильной экономики), а политическая обстановка изменяется значительно быстрее. Поэтому при любых сокращениях СНВ должны быть соблюдены равные возможности сторон по восстановлению ядерного потенциала в случае изменения обстановки в мире. Такая точка зрения па дальнейшие сокращения СНВ превалировала в период подготовки рамочных договоренностей и договора СНВ-2 и нами была изложена в официальных докладах Президенту и министрам иностранных дел и обороны для учета при выработке нашей позиции. Подчеркивалось, что в этих вопросах уступки недопустимы, и нам надо твердо придерживаться своей позиции, если мы не хотим слома структуры СЯС и, как следствие, резкого снижения их боевых возможностей, граничащих с утерей своего предназначения как сдерживающего фактора.

Однако такой подход не устраивал США. Их усилия были направлены на резкое ограничение доли РВСН в СЯС, вплоть до полной ликвидации МБР с РГЧ наземного базирования и, в первую очередь, тяжелых ракет, представляющих для них главную опасность теперь и способных в будущем успешно преодолевать систему ПРО.

К сожалению, американская позиция в вопросах по дальнейшему сокращению СНВ возобладала». [178]

Изначально отечественные профессионалы относятся к Договору об СНВ-2 как к неравноправному, ущемляющего интересы России, разрушающего структуру российских стратегических ядерных сил с далеко идущими последствиями.

Наиболее полно анализировал создавшуюся ситуацию с принятием Договора по СНВ-2 генерал армии Ю.П. Максимов: «...Основные положения договора СНВ-2, подписанного в январе 1993 года, сводятся к следующему: США и Россия сокращают и ограничивают свои МБР, БРПЛ, ТБ и боезаряды к ним таким образом, чтобы на первом этапе – через 7 лет после вступления в силу Договора – вооружение каждой из сторон составило 3800-4250 боезарядов, в том числе на БРПЛ – не более 2160 боезарядов, на МБР с РГЧ – 1200 боезарядов (650 ББ – на тяжелых ракетах). На втором этапе, к 2003 году, в арсеналах сторон должно быть по 3000-3500 боезарядов, в том числе по 1700-1750 единиц на БРПЛ. МБР с РГЧ наземного базирования полностью ликвидируются.

Даже предварительная экспресс-оценка говорит о том, что реализация договора СНВ-2 для нас может привести к нарушению стратегического ядерного равновесия, а «выравнивание» структур СЯС – к втягиванию в дополнительные экономические затраты, связанные с реализацией дорогостоящих программ по наращиванию РПК, БРПЛ и стратегических бомбардировщиков.

Вместе с тем реализация договора для США открывает возможности к достижению изначальной цели, с какой создавались их ракетно-ядерные силы: добиться такого технического превосходства над СССР, при котором была бы обеспечена способность «уничтожить все стратегические носители ядерного оружия в СССР»...

Прежде всего, наблюдается скрытая переориентация США на обеспечение разоружающего удара по стратегическим ядерным силам России не ракетами наземного базирования, а морскими ракетами «Трайдент-2». Согласившись на якобы «уступку» – сократить примерно в три раза количество боеголовок в ракетах морского базирования, США на самом деле заменяют устаревшие ракеты на устаревших подводных лодках с общим числом около 5000 боеголовок новыми ракетами «Трайдент-2» с 1728 боеголовками, каждая из которых по мощности ядерного заряда в 4,5 раза выше сокращаемых и во всех 1728 боеголовках суммарная мощность зарядов в 2.4 раза больше, чем в снимаемых старых. Одна такая боеголовка с учетом точности доставки к малоразмерной цели по эффективности адекватна 31 боеголовке, снимаемой с вооружения ракеты «Трайдент-1»...

Таким образам, речь идет по всем параметрам не о сокращении, а резком повышении боевых возможностей и роли основной – морской компоненты СНС США. При равном для сторон уровне 1700-1750 ББ США фактически неизменной сохраняют программу развертывания 18 ПЛАРБ с высокоэффективными ракетами «Трайдент-2», которые являются средством первого удара.

Что касается МБР наземного базирования, то здесь положения Договора СНВ-2 еще более отчетливо неравноценны. Мы серьезно проигрываем.

РВСН должны будут ликвидировать 740 МБР с РГЧ (5900 ББ), составляющих основу их группировки, а США – только 50 МБР «МХ» (500 ББ) и уменьшить количество боеголовок на 500 ракетах «Минитмен-3» с трех до одной (1000 ББ), т. е. мы должны будем сократить ББ в 4 раза больше, чем США, а ракет с РГЧ – почти з 15 раз, ликвидировав их как тип ядерного оружия. В результате структура наших СЯС ломается коренным образом. Доля их основной составляющей – РВСН сокращается с 64% ББ до 20-30% к 2000-2003 гг., а США по сути сохраняют неизменной долю главной составляющей своих. СНС – БРПЛ (54% ББ). Мы теряем средство первого удара. Это приведет к снижению контрсилового потенциала РВСН более чем в 8 раз. Контрсиловой потенциал СЯС в целом уменьшится в 2,2 раза, а эффективность ответного удара – почти в 1,5 раза.

Все это с учетом влияния других дестабилизирующих факторов, таких, как ядерные вооружения третьих стран, возможное развертывание системы ПРО, высокоточное оружие в обычном снаряжении, может привести к резкому нарушению соотношения потенциалов сдерживания сторон (12:1), и наши СЯС фактически могут утратить способность к осуществлению ядерного сдерживания.

Для американцев же отказ от МБР с РГЧ наземного базирования особого ущерба не принесет, поскольку функции первого удара перекладываются па ПЛАРБ. К тому же остается возможность в короткие сроки восстановить количество ББ на ракетах «Минитмен-3» – до трех, «Трандент-2» – до восьми ББ, чего лишена Россия. В этом неравноправность сторон договора, который предусматривает, что Россия должна физически уничтожить наиболее эффективную часть своих СЯС, а США лишь частично разукомплектовывает, но не уничтожает основу своих СНС...

Расчеты на некоторую компенсацию снижения потенциала ответных действий наших СЯС путем увеличения группировки моноблочных МБР в РВСН до 900-1000 единиц малосостоятельны как в экономическом плане, так и по производственным возможностям российской промышленности. Дополнительные затраты составят соответственно от 5 до 10 миллиардов рублей в ценах 1991 года (без учета расходов на ликвидацию ракет с РГЧ). Кроме того, для создания российской кооперации и перевода производства ракетной техники на заводы России, по проведенным оценкам, потребуется 3-4 года и около 8 миллиардов рублей.

Столь же несостоятельны расчеты и на наши морские и авиационные стратегические ядерные силы (МСЯС и АСЯС). Учитывая условия базирования наших МСЯС, коэффициент оперативного напряжения и невысокую вероятность доведения боевого приказа в чрезвычайных условиях, а также усиленную «опеку» наших ракетоносцев со стороны американских ударных противолодочных сил, они по своим возможностям не в состоянии компенсировать потери в боевой эффективности наземной группировки. Не говоря уж об экономических аспектах этой проблемы, исключающих возможность планомерного обновления и развития группировки МСЯС. Так что к моменту реализации положений договора морской потенциал наших СЯС будет размещаться в основном на устаревающих и устаревших ракетоносцах, для которых не только пуск ракет, но и элементарный выход в море станет проблемой.

Еще меньшие возможности компенсировать эти потери за счет АСЯС. Здесь неоспоримое преимущество США как в количественном плане, так и в размещении авиационных баз вокруг нашей страны. Нашим же АСЯС по инфраструктуре базирования и летно-техническим характеристикам носителей трудно рассчитывать на эффективное боевое применение.

Сейчас трудно понять, почему эти соображения не были в должной мере приняты во внимание в ходе переговоров с американской стороной. До этого они серьезно обсуждались в Министерстве обороны и МИДе, на Совете безопасности РФ. На совместном совещании руководства министерств Российской Федерации – иностранных дел, обороны и безопасности, проведенном накануне визита, нашей делегации в США, каких-либо резких разногласий по позиции на дальнейшее сокращение СНВ не проявлялось, в том числе и до вопросу о недопустимости полной ликвидации МБР с РГЧ наземного базирования.

Складывается впечатление, что договор СНВ-2 навязан нам под американским давлением с целью слома структуры наших СЯС, разрушения потенциала сдерживания и одновременно усиления наступательного ядерного потенциала США. После выполнения этого договора в противостоянии стратегических сил США и России может установиться безраздельный американский ядерный диктат, вплоть до полного ядерного разоружения России под ядерным прицелом США...

Установленные договором равные количественные уровни СНВ в 3000-3500 боезарядов еще не говорят о равенстве ядерных потенциалов сторон. К этому следует добавить качественную сторону потенциалов, т. е. способность реализовать имеющийся потенциал при любом варианте начала военных действий. Для решения задачи сдерживания агрессии достаточно иметь определенное количество ядерных зарядов, но при условии, что все эти заряды, будучи выпущенными, дойдут до назначенных целей и поразят их..,

Для того, чтобы как-то избежать или хотя бы ослабить негативное влияние такого развития событий в ходе реализации договора СНВ-2, требуется, прежде всего, не допустить развала наземной группировки МБР. Уже теперь свыше одной трети ракетных комплексов выработали свой гарантийный и технический ресурс, еще столько же исчерпают свои возможности до 1995 года. Это требует наряду с проведением поэтапного сокращения ракетных комплексов в группировке Ракетных войск ввода на их замену необходимого количества модернизированных подвижных и стационарных РК «Тополь-М». Отсюда главнейшей задачей являются создание и развертывание, начиная с 1995 года стационарного модернизированного РК «Тополь-М» с моноблочной универсальной ракетой, а затем и мобильного варианта...». [179]

Особо следует остановиться, оценивая обстановку в мире в первом десятилетии XXI века, что на мировой арене продолжает усиливаться быстрыми темпами доминирование наглой агрессивной политики США и их партнеров по НАТО, направленной на достижение своего господства в ущерб интересам остальных стран.

Это вызывает обеспокоенность не только общественного мнения в России, но и в ряде других стран, проводящих независимую от НАТО, политику. В своем послании Федеральному Собранию РФ Президент В.В. Путин был вынужден подчеркнуть о наличии все возрастающих и непредсказуемых угроз национальной безопасности государства, в том числе со стороны Североатлантического альянса и его вдохновителя – США.

Л.Г. Ивашов, вице-президент Академии геополитических проблем, Председатель Военно-державного союза России, так оценивает создавшееся положение: «Президент РФ в своем послании Федеральному собранию впервые в постсоветской России объективно обозначил внешние угрозы безопасности российского государства. При этом было подчеркнуто, что «уровень их опасности в полной мере до конца не осознан». Владимир Путин намекнул («Товарищ волк знает, кого кушать») как на одну из угроз на военно-силовую политику США, на раскручиваемую американцами гонку вооружений, в том числе в космосе, бряцание ядерным оружием, на стереотипы блокового мышления и предрассудки, «доставшиеся нам от эпохи глобальной конфронтации». Это, безусловно, о НАТО, ибо других военных блоков, оставшихся от прежней эпохи, просто не существует...

До этого Североатлантический альянс (начиная с 90-х годов) на официальном уровне преподносился не иначе, как партнер, миротворец и даже союзник в борьбе с терроризмом... приходилось удивляться тому, что властные структуры (к счастью, далеко не все), так называемое экспертное сообщество не могли или не хотели разглядеть истинной сущности НАТО, его глобального предназначения. И даже тогда, когда военные силы блока упрямо продвигались к нашим границам, разворачивали военную инфраструктуру стран бывшего Варшавского Договора в нашем восточном направлении, когда утюжили бомбами и ракетами братскую Сербию. Что это: потемнение разума или явное, осознанное предательство национальных интересов?

...альянс стал расширяться, усиливая военный потенциал, увеличивая многократно географию своей ответственности, изменяя принципу обороны и окончательно закрепляя за собой функцию мирового жандарма.

Пропагандистская машина между тем придумывала различные ширмочки для прикрытия и маскировки истинных целей в виде программы «Партнерство ради мира», Совета евроатлантического партнерства и, наконец, совместного постоянного совета «Россия – НАТО». Ради этого самого мира и партнерства (кто может быть против них?) прошли три волны расширения, ради борьбы с терроризмом натовские базы уютно расположились в Центральной Азии, ради соблюдения прав человека и демократии альянс втягивает в свой состав Грузию, Украину, Азербайджан, поддерживает бархатные революции, открыто угрожает Белоруссии вооруженной агрессией, отрабатывает в теории и на учениях варианты отторжения от России Калининградской области.

Напомню, ради прав косовских албанцев разгромлена СРЮ, разрушена ее государственность, и сегодня Сербия и Черногория превращены в натовский протекторат. В гаагском каземате уничтожен лидер сербского народа С. Милошевич, трибуналом разыскивается герой сербского сопротивления генерал Р. Младич. НАТО доминирует в уничтожении Ирака, готовит ядерную войну против Ирана. Но и этого хозяевам альянса мало. Его руководство ведет активную работу по расширению зоны ответственности за счет Северной Африки и... Юго-Восточной Азии.

В Стратегии национальной безопасности США, одобренной американским конгрессом в марте 2005 г, четко прописана цель политической и военной стратегии Вашингтона на ближайшие годы: «Обеспечить безопасный доступ к ключевым районам мира, стратегическим коммуникациям и глобальным ресурсам». С точки зрения геополитики это новая формула мирового господства, а НАТО – инструмент военного обеспечения господства мировой олигархической элиты во главе с англосаксонским олигархатом...

...все пытаюсь разобраться, кто же у нас определяет политику в области безопасности – президент и Верховный главнокомандующий или, скажем, проамериканский и пронатовский Совет по внешней и оборонной политике (название-то какое!) во главе с С. Карагановым?..». [180]

Разгоревшаяся борьба вокруг ратификации Договора по СНВ-2 объясняется, прежде всего, как считают некоторые специалисты, наличием в России мощного проамериканского «лобби», которое настойчиво проталкивает губительные для нас идеи этого договора.

Профессор Академии военных наук С.Т. Брезкун пишет: «...Уже давно вызывает тревогу американская активность в российских интеллектуальных кругах: военных, дипломатических, аналитических, академических.

Декларируемые цели тут вполне благопристойны: снижение ядерной угрозы, углубление отношений, развитие взаимопонимания и т.д. Фактически же можно говорить о переносе усилий бывших советологических центров на отечественную территорию, в том числе для проникновения в управленческую и академическую среду и влияния на умы и взгляды.

Соответственно, давно сформировался круг высоко статусных в прошлом или в настоящем лиц, которые образуют своего рода идейное «лобби», и пытаются влиять на высшие государственные решения в сфере военно-политического и военно-технического обеспечения внешней безопасности России. Круг этот не так уж и велик, но он не так уж и мал, поэтому назову лишь ряд «знаковых» фигур типа политологов Рогова, Арбатова, Караганова, отставных военных типа Дворкина, Золотарева, Ярынича...

Идеи, продвигаемые подобными «экспертами», не могут быть полезны для России (наиболее показательный, но не единственный пример тут – СНВ-2). А нынешний их «конек» (или «троянский конь»?) – расширение «стратегического партнерства» России и США, но не на базе отказа США от попыток внедряться в зону Российского геополитического пространства и т.п., а на базе максимального вскрытия («Взаимного, взаимного», – успокаивают «лоббисты») стратегических информационно-боевых систем сторон и максимального понижения боеготовности систем непосредственно боевых, ударных.

Сомнительность таких предложений уже не раз аргументировано доказывалась в печати...

Хватает у них и поддержки из-за океана... Не знаю – насколько она велика материально, хотя многие «независимые эксперты» подвизаются в «неправительственных» организациях США или в российских структурах, с ними связанных. Но «моральная» помощь не запаздывает никогда, и периодически организуются акции, которые так и хочется назвать инструктивными. Допустим, какой-либо российский академический институт (например, Институт США и Канады РАН) посещает, скажем, в начале марта 2006 г. дюжина экспертов из Госдепартамента, Пентагона и прочих государственных и «негосударственных» организаций США для обсуждения следующих проблем: ядерный терроризм и меры по его предотвращению; трансформация ядерного сдерживания в современных условиях; цели и возможности совместных учений СЯС сторон...

Собственно, для тех, кто всю жизнь работал в сфере конкретных военно-технических проблем ядерных вооружений (выходя при этом и на расширенный уровень военно-политических, концептуальных проблем) с подобными «экспертами» все ясно давно. Да среди нынешних «лоббистов» действительно имеются специалисты, долгие годы бывшие коллегами тех военных и гражданских оружейников, которые и сегодня – в очень нелегкое для Отечества время продолжают работу по поддержанию эффективного ядерного статуса России.

Но именно поэтому – с чисто профессиональной точки зрения – действующим специалистам-патриотам особенно ясно видна неконструктивность нынешней «позиции» их бывших коллег. Позиции в кавычках, ибо, переходя на службу в наднациональные структуры, пользуясь их грантами и т.п., невозможно сохранять подлинно принципиальную и патриотичную позицию. Действующим-то профессионалам это ясно... Но как однажды верно заметил такой компетентный эксперт, как научный руководитель Центра проблем СЯС Академии военных наук полковник Ковалев, полноценная дискуссия на затрагиваемые темы возможна лишь на уровне грифа как минимум «совершенно секретно»...

Но есть некие моменты, для понимания и осмысления которых, для оценки истинности которых отнюдь не требуются закрытые дискуссии и специальные знания. Достаточно вспомнить, что такие «эксперты», как Рогов, Дворкин, Арбатов и прочие «блестяще» доказали свою не только гражданскую, но и профессиональную несостоятельность уже тем, что настойчиво проталкивали и до последнего отстаивали идеи губительного для России договора СНВ-2.

Что было бы, если бы этот договор был реализован, как это было обусловлено вначале, к 1 января 2003 г? Ведь это означало бы полное уничтожение всех МБР с РГЧ при необратимом уродовании их шахт пятиметровыми бетонными донными «пробками». И с чем бы оставалась сейчас Россия? С двумя-тремя сотнями моноблочных «Тополей», живучесть которых – как не раз отмечал вот уж действительно независимый эксперт полковник П.Г. Белов – в боевой обстановке весьма проблематична?

То есть если бы усилия «лоббистов» СНВ-2 не были сорваны многолетней борьбой профессионалов-патриотов, то уже сегодня были бы сформированы условия для превентивного удара США. Не вышло...

Так вот, – не пора ли от газетных статей и кулуарных дискуссий перейти, к конкретным организационным мерам? А именно, на ответственном государственном уровне отказать в праве подачи в государственные органы любых, подчеркиваю, любых документов и предложений, касающихся обеспечения ядерной стабильности, лицам, активно добивавшимся принятия и ратификации договора СНВ-2.

Ведь уж тут-то все должно быть ясно. Профнепригодность подобных «экспертов» доказала сама жизнь. И их необходимо раз и навсегда официально отсечь от возможности завоевывать для других наши национальные плацдармы в политике, экономике и оборонной работе, концептуальной и практической...

... появилась нашумевшая статья в Foreign Affairs, и тут же генерал Дворкин, Алексей Арбатов и пр. выразили «обеспокоенность» (мол, мы тоже патриоты), а затем начали успокаивать – мол, Россия все еще может нанести удар возмездия.

...И будут ли у России, если она и дальше станет спрашивать советов у подобных изолгавшихся «политологов», в 2020 г. эти полторы тысячи боеголовок, особенно в ответном ударе, который должен рассматриваться как наиболее реальный и убедительный вариант ответа?». [181]

Необходимые решения состоялись. Генерал-полковник Соловцов Н.Е. говорит: «...руководство России и Министерства обороны в рамках достигнутых соглашений предпринимает настойчивые шаги по сохранению и укреплению ракетно-ядерного потенциала нашего государства, данные вопросы находятся в центре внимания военно-политического руководства страны и выделены как приоритетные Президентом России – Верховным Главнокомандующим Вооруженными Силами В.В. Путиным на совещании руководящего состава Вооруженных Сил 2 октября с.г. (2003 г.) и в Послании Федеральному Собранию Российской Федерации. Принятые решения позволили Ракетным войскам остановить досрочное снятие с боевого дежурства ракетных полков с комплексами, не выработавшими эксплуатационный ресурс, в том числе сохранить до 2006 года боевые железнодорожные ракетные комплексы.

Ближайшее десятилетие основу боевой мощи Ракетных войск будут составлять те ракетные комплексы, которые стоят на боевом дежурстве сегодня, в том числе и группировка ракет с разделяющимися головными частями (РГЧ).

Полный вывод из боевого состава ракетных комплексов, сроки эксплуатации которых истекут, планируется осуществить только в следующем десятилетии. Прочностные характеристики ракетного вооружения и появившиеся новые технологии оценки его объективного состояния наряду с регулярной проверкой надежности ракет путем проведения учебно-боевых пусков позволяют реализовывать программы по продлению их жизнедеятельности. В рамках этой работы в текущем (2003) году проведено обследование и организовано хранение так называемых «сухих» ракет («Стилет»). Как показало обследование, несмотря на длительные сроки хранения, признаков старения этих ракет не наблюдается. По оценкам генерального конструктора, это позволит продлить содержание на боевом дежурстве части ракетных полков до 2020 года и, возможно, далее. Данная работа была высоко оценена Президентом России В.В. Путиным и дата ему возможность заявить на совещании руководящего состава Минобороны, что «... Россия располагает значительным запасом стратегических ракет наземного базирования».

В текущем (2003 – составитель) году начаты работы по продлению сроков эксплуатации «тяжелых» ракет, которые также позволят нам сохранить на ближайшие годы наиболее мощные ракеты.

После 2015 года основу группировки РВСН будут составлять ракетные комплексы «Тополь-М» как шахтного базирования, так и подвижные, с различным боевым оснащением. Ежегодно мы будем ставить на боевое дежурство установленное планами количество этих ракетных комплексов. Вот и в эти дни в Саратовской области на боевое дежурство заступит очередной полк, оснащенный ракетным комплексом «Тополь-М».

Что касается более отдаленной перспективы, то имеющийся научно-технический и конструкторский задел позволяет нам гибко реагировать на возникающие вызовы и угрозы. Но следует иметь в виду, что на разработку принципиально нового ракетного комплекса потребуется 10-15 лет. Таким запасом времени мы еще обладаем.

Таким образом, на среднесрочную перспективу Ракетные войска будут иметь необходимое количество ракетных соединений и, соответственно, пусковых установок, согласующееся по своим возможностям с экономическими ресурсами страны и современными военно-стратегическими реалиями...». [182]

К 1997 году группировка МБР РВСН Российской Федерации состояла из 756 пусковых установок, из них ПУ типа ОС составляли 60%. В Казахстане было уничтожено 290 ШПУ с тяжелыми МБР типа Р-36М. С Украины было вывезено 420 боевых зарядов из состава 43-й ракетной армии, а пусковые установки в последующем уничтожены. Все ракетные комплексы «Тополь», находившиеся на территории Белоруссии, были выведены на территорию России.

Под воздействием новых политических, военных и экономических реалий военная доктрина России коренным образом пересмотрена. Россия вынуждена отказаться от сохранения паритета стратегических ядерных сил с США, к которому Советский Союз стремился не один десяток лет. Об этом в полный голос заявил в сентябре 1995 года начальник главного штаба РВСН генерал-полковник В.И. Есин: «...Ракетно-ядерный паритет с учетом изменившихся обстоятельств в мире стал, по устоявшемуся мнению, понятием устаревшим. У России, как об этом заявлено в новой военной доктрине, противников, которые способны развязать широкомасштабную войну, нет. К тому же надо понимать, что Россия даже при экономическом процветании не способна в одиночку отвести угрозу от всего остального мира. Это нереально. Но это вовсе не значит, что вопросы национальной безопасности стати второстепенными, что мы стали благодушны. У России есть свои интересы. Да и военно-политическая обстановка в мире может измениться. А потому сегодня надо гнаться не за паритетом. а иметь такой ядерный потенциал, который был бы способен удержать от роковых решений любого агрессора». [183]

Намерения государства в отношении своей обороноспособности выражаются в бюджетных ассигнованиях на военные нужды. И совершенно недопустимо, когда государство пытается жить в долг при реализации программы военного строительства. Это ведет к хаосу и немедленному развалу и армии, и военных отраслей промышленности.

Общий объем финансирования по статье «государственный оборонный заказ» с 1991 г. по 1995 г. уменьшился в пять раз. А на конверсионные программы оборонного комплекса в 1992 г. было выделено 42% от предусмотренного федеральным бюджетом, в 1993 г. – 22%, в 1994 г. – 10%, в 1995 г.- 18 %.

Приведем выдержки из беседы с депутатом Государственной Думы генерал-майором авиации Н.М. Безбородовым: «...В бывшем СССР публиковавшийся военный бюджет носил чисто символический характер. Так, в течение 20 лет, с 1968 по 1988 г., официальные расходы на оборону оставались практически неизменными и колебались между 17 и 20 млрд. руб. в год. В 1989 г. военный бюджет был утвержден в сумме 20,2 млрд. руб., что соответствовало 4,1% всех бюджетных расходов. По официальному валютному курсу (0,7 долл. за 1 руб.) это составляло менее 15 млрд. долл. в год. Выходило, при таком уровне военных расходов СССР умудрялся поддерживать военный паритет с США, ежегодно тратившими на оборону 300 млрд. долл. Но в том же 1989 г. наступила полоса сокращений военного бюджета. Было объявлено, что военные расходы будут снижены на 14,2%, а производство и закупка вооружения – на 19,5%. Неожиданно Михаил Горбачев объявил на Съезде народных депутатов, что в 1989 г. военные расходы составили вовсе не 20,2 млрд. руб., а 77,3 млрд., так как военный бюджет СССР никогда не включал в себя расходы на закупки вооружения, проведение научно-исследовательских работ, строительство и т.д., эти средства проходили по статьям других ведомств...

...Переломным стал 1995 г, когда военные расходы сократились сразу вдвое (с 40,2 до 21,1 млрд. долл.). Такое обвальное сокращение произошло в условиях ожесточенной войны в Чечне, на ведение которой по бюджету 1995 г. не было выделено ни рубля, как, впрочем, и в бюджете 1996 г. А ведь только на содержание армейской группировки в Чечне в 1995 г. было потрачено, по данным Минобороны, около 10% всего годового военного бюджета. В бюджет на 1996 г было заложено дальнейшее сокращение расходов на армию, и притом весьма существенное (с 21,1 до 18,2 млрд. долл., т.е. на 13,5%)...». [184]

Из доклада Комитета по обороне в Государственной Думе в июле 1997 года: «...В 1997 году Министерством обороны были заявлены потребности в 144,50 трлн. руб., (без учета пенсий), бюджетом утверждено 88,36 трлн. руб. или 61,1% от заявленного. Распоряжением Правительства РФ от 30 апреля с.г. № 647-р установлено, что финансирование будет осуществляться исходя из секвестрированных ассигнований. Таким образом, на Вооруженные Силы, то есть на Министерство обороны, планировалось выделить всего 67,2 трлн. руб., т.е. менее половины от заявленного. А по состоянию на 1 сентября было выделено только 34,3 трлн. руб. Это всего 38,5% от бюджета...

... Бюджетом па оплату НИОКР назначено 11,57 трлн. руб. Реально же получено от Минфина всего примерно 1,4 трлн. руб., или 12%. Причем, из этих средств только 0,2 трлн. руб. предназначались собственно па работы, остальные использованы для погашения долгов по заработной плате предприятиям и учреждениям...

Министерство обороны вынуждено закрыть 751 НИОКР (пятую часть). Сокращено на 240 единиц количество головных предприятий, возглавляющих кооперации по выполнению НИОКР. Сегодня их осталось примерно тысяча. Эти предприятия и их партнеры низших рангов по кооперации, пока еще работают в долг, который, кстати, не снижается, а все растет!

Если на 1 января Министерство обороны было должно предприятиям и учреждениям за выполненные работы 4,87 трлн. руб., то на 1 сентября – 5,26 трлн. руб. Даже американские эксперты уже открыто говорят, подсказывая и предупреждая Россию, – если подобная ситуация с финансированием НИОКР сохранится еще хотя бы год, то в оборонном комплексе начнутся необратимые деградационные процессы.

Подобная ситуация и с закупками вооружения и техники, которые профинансированы примерно на 10% от бюджета. Получено примерно 2 трлн. руб. Сегодня примерно 60% вооружения и техники в войсках в той или иной степени небоеготовы. Одни выработали ресурс, для других нет запчастей. Однако при таком финансировании ни ремонт, а тем более восполнение естественной убыли вооружения и техники фактически невозможны. Вооруженные Силы России спонтанно саморазоружаются без всяких международных договоров!...».

Говорит генерал-полковник В.Н. Яковлев: «В существующей группировке РВСН более 70% ракет уже выработали свой гарантийный ресурс и требуют замены. В системе боевого управления войсками и ракетным оружием стратегического назначения истекли сроки эксплуатации большинства стационарных пунктов управления и 60-70% средств боевого управления.

Около 40% космических систем функционируют на орбитах в неполном составе, а почти 70% космических аппаратов эксплуатируются за пределами гарантийных сроков. Помимо этого, выработала свой ресурс основная часть технических средств наземной инфраструктуры (до 85% оборудования стартовых комплексов и до 90% оборудования технических комплексов). Не лучшее положение складывается и в войсках РКО, где у более 60% информационных комплексов истекли гарантийные сроки...». [185]

Слово депутату Государственной Думы Н.М. Безбородову: «...Если в конце 1980-х – начале 1990-х гг. три четверти военного бюджета шли на закупки вооружения и военные исследования и разработки (НИОКР) и только одна четверть – на содержание личного состава, то с середины девяностых годов это соотношение стало прямо противоположным. На закупки и НИОКР шло около четверти бюджета. Остальные ассигнования предназначались на денежное довольствие военнослужащих и зарплату служащих, оплату продовольствия и вещевого имущества, хозяйственное и коммунальное обустройство войск, медицинское обслуживание, оплату топлива и горючего, воинские перевозки, выплату пенсий и строительство (в основном жилья).

Ни разу после 1997 г. финансирование обороны не превышало 3% ВВП. Парадоксально, но с 1998 г. несколько раз принимались решения о выделении на эти нужды не менее 3,5% ВВП. В частности, 30 июля 1998 г. Указом президента РФ № 1833 были утверждены «Основы (концепция) государственной политики Российской Федерации по развитию Вооруженных Сил до 2005 года». В этом документе есть положение о том, что на национальную оборону должны выделяться средства в размере не меньше 3,5% от ВВП. Однако повторюсь, эти решения ни разу не были выполнены. Более того, планка в 3,5% ВВП была по-тихому опущена значительно ниже 3%. В то же время уровень порядка 3-3,5% ВВП на оборону поддерживается всеми передовыми военными державами мира. Это притом, что их безопасность во всех отношениях намного прочнее, чем у России, а в абсолютных объемах эти ассигнования во много раз (и даже в десятки раз, как в случае США) больше российских.

Вот конкретные цифры. Если за период 1989-1997 гг. объем военных расходов в сопоставимых ценах у России сократился примерно на 87%, то у США он понизился лишь на 31%, у ФРГ – на 27%, Великобритании – на 27%. Вместе с тем оборонные затраты в расчете на одного военнослужащего составляют в США 190 тыс. долл., в Великобритании – 170 тыс., в Германии – 94 тыс., в Турции – 12,7 тыс., а в России – 3,8 тыс. долл. в год.

В течение 2001-2005 гг. ежегодные расходы бюджета по разделу «Национальная оборона» оставались на уровне 2,7-2,8% от валового внутреннего продукта. Тогда как они должны были увеличиться с 2,65% ВВП в 2001 году до 3,14% – в 2005-м. В результате недофинансирование составило примерно треть от тех объемов, что были предусмотрены «Основами государственной политики Российской Федерации по развитию Вооруженных Сил до 2005 года». В итоге состояние наших Вооруженных Сил характеризуется как критическое. Одной из причин этого является длительное финансирование расходов на национальную оборону на уровне существенно меньшем, чем это необходимо, или другими словами – финансирование военного строительства не соответствует тем задачам, которые определены руководством страны...

...Вот перечень ВВТ которые планировалось закупить армией в 2005 г.: 4 МБР «Тополь-М»; 9 космических аппаратов; 5 ракет-носителей; 2 пусковые установки ракетного комплекса «Искандер-М». 17 танков Т-90 и 3 батальонных комплекта бронетранспортеров (92 БТР-80); один надводный корабль; одна дизельная подводная лодка «Санкт-Петербург»; 1 новый и 1 отремонтированный стратегический бомбардировщик Ту-160; 7 модернизированных фронтовых истребителей Су-27СМ. В 2006 г. планируется закупить 7 ракет «Тополь-М», 17 танков и 17 модернизированных, а не новых истребителей Су-27. Да, есть увеличение по сравнению с предыдущими годами, когда, повторюсь, вообще ничего не закупалось. Но для перевооружения армии требуется существенное увеличение ежегодных поставок вооружения и военной техники в объемах до 5% от их количества, соответствующего боевому составу Вооруженных Сил...

...И даже такое радикальное увеличение объемов закупок ВВТ позволит перевооружить весь парк вооружения и военной техники, обеспечив поддержание его в требуемой степени технической готовности, только к 2030 г...». [186]

В таких непростых и, можно сказать, критических условиях вынужден функционировать военно-промышленный комплекс, в том числе и ракетостроительная отрасль.

Размышляя о проблемах безопасной эксплуатации стратегических ракетных комплексов, возникших в 90-х годах, бывший заместитель ГК РВСН по вооружению, генерал-полковник В.А. Никитин пишет: «...Вскоре развалилась на части когда-то крепкая промышленная кооперация. Преобразовавшись в полукоммерческие, полугосударственные структуры, она значительно ослабла. Ветер перемен унес в небытие МОМ, а вместе с ним и государственное управление, и государственный надзор за ракетными комплексами стратегического назначения. Растворились мощные конструкторские и управленческие кадры, стоявшие когда-то у истоков создания комплексов, обретя пристанище в стихийно и наспех складывающихся новых организациях. Сильнейшие потрясения испытали военные, заказывающие и эксплуатационные органы управления вооружением, подвергнувшиеся сокращению, что называется, до основания. Губительным для ракетных комплексов стратегического назначения стало несоразмерное с их потребностями сокращение бюджетных средств на безопасное содержание в боевой готовности. Гарантийный промышленный надзор практически иссяк, потеряв былую силу и авторитет в войсках.

Все больше витали в воздухе пацифистские настроения, предрекающие закат золотого века тяжелых комплексов, провоцируя ощущение их ненужности в связи с приближающейся ликвидацией по договору с американцами. Такие настроения охватывали войска, будоражили сознание эксплуатационников, вызывая чувство разочарования и горечи. На этом фоне все сложнее и опаснее становилось обслуживать комплексы, технологическая и исполнительная дисциплина на глазах деградировала.

Вот в такой обстановке вновь пришел на помощь ракетным войскам В.Ф. Уткин, поддержав инициативу А.В. Усенкова по созданию акционерного общества «Рособщемаш», взявшего на себя огромную тяжесть восстановления гарантийного промышленного надзора за ракетно-космическими комплексами. С созданием «Рособщемаша» вновь «затеплились» организационные начала работы предприятий, «задышали» войска, заработал механизм укрепления порядка и организации технического обслуживания ракетных комплексов, продление сроков их безопасной эксплуатации. Именно «Рособщемаш» стал первопроходцем в создании основ практической ликвидации тяжелых комплексов, выработавших технический ресурс, в том числе и в вопросах конверсионного использования снимаемых с боевого дежурства ракет.

Шли годы, вместе с авторитетом «Рособщемаша» все больше находило поддержку мнение В.Ф. Уткина о преждевременности ликвидации тяжелых комплексов, обладающих огромным конструкторским запасом технической прочности еще на десяток лет. Превозмогая немалые трудности служебных отношений с действующими руководителями влиятельных ведомств, Артур Владимирович (Усенков – от составителя), будучи талантливым и опытным руководителем, все же находил пути продвижения позиции Владимира Федоровича в высшие эшелоны военного и государственного управления страны. В недрах «Рособщемаша» под его руководством накапливались, обобщались и формировались убедительные технические предложения в пользу сохранения в боевом составе РВСН группировки тяжелых ракет последней модификации, и с помощью огромной движущей силы авторитета подписи Владимира Федоровича предложения доходили до должностных лиц. от которых зависела судьба этого комплекса, шаг за шагом достигая позитивного решения.

Всего лишь год не дожил Уткин до того дня, когда окончательно было признано необходимым сохранить тяжелые ракеты в составе стратегических ядерных сил России на длительную перспективу, а вместе с ними и ракетные войска.

Сейчас трудно прогнозировать дальнейшее развитие событий, но на этом этапе времени спасительный шаг, предпринятый В.Ф. Уткиным и А.В. Усенковым для возрождения чуть было не угасшей отечественной системы безопасной эксплуатации ракетных комплексов стратегического назначения и сохранения тяжелых ракет от преждевременного их уничтожения, войдет в историю для сегодняшних и будущих поколений ракетчиков как пример исполнения своего патриотического долга.

Уверен, что тема безопасности содержания ракетно-ядерного оружия на боевом дежурстве будет актуальной всегда. Важно лишь помнить, что небрежность или недисциплинированность при эксплуатации такого оружия может обернуться тяжелейшими последствиями для страны, о чем всегда беспокоился и предостерегал выдающийся Генеральный конструктор Владимир Федорович Уткин». [187]

Говорит председатель Лиги оборонных предприятий Российской Федерации А.Н. Шулунов, выступая на военно-научной конференции по поводу 35-летия создания РВСН, говорил: «...Хотел высказать свое отношение к этому праздничному дню. С одной стороны, действительно, гордость переполняет за то, что ценой героических усилий сделали наши предшественники, весь народ. С другой стороны, охватывает ужас: что же мы оставили своим последователям, учитывая сегодняшнее состояние дел. В конечном счете, эта ответственность лежит па нас – гражданских и военных, которые сегодня у руля. За три года, с 1992 года по 1994 год, производство сокращено более чем в 20 раз. Я понимаю, что сегодня армия «питается» промышленностью, и все, что создало, и все, что стоит на боевом дежурстве, это плод совместного труда промышленности и армии. Зиновий Петрович Пак очень хорошо сказал, что мы действительно сделали гигантский скачок и ушли примерно на 15-20 лет вперед.

При тех же недостатках финансирования, при том бюджете, который был в 1992-1994 годах, который намечен на 1995 год и прогнозируется на 1996-1997 годы, вообще придем с вами через три года к нулевому результату.

Невзирая на то, что сегодня созданы национальные ядерные центры, центр двойных технологий, финансирование отсутствует. Может быть, есть выход из положения? Наверное, есть. Это зависит, в конечном счете, от более тесной работы с промышленностью и заказчиком. Наверное, действительно, в годы международного противостояния экономика и бюджет были милитаризированы достаточно. У нас к 1992 году был большой избыток как науки, так и производства. Но ведь за эти три года к структурной перестройке, грамотному подходу к конверсии мы, практически еще не приступили. Сегодня делаются только слабые попытки: вместо 1 трлн. 400 млрд. рублей, предусмотренных на конверсию, выделили всего 300 млрд. рублей, и то они выделены были только в первом квартале. Отставание по финансированию государственного оборонного заказа началось в апреле 1993 года. На 1 января 1994 года оно составило 2 трлн. 150 млрд. рублей. По состоянию на сегодняшний день оно составляет свыше 3 трлн. рублей. Ожидаемая невыплата Министерства финансов Министерству обороны и министерствам оборонного комплекса на конец года составит 4 трлн. рублей. Задолженность по заработной плате предприятиям промышленности и науки за выполненные работы на сегодня составляет от 3 до 8 месяцев.

Лигой содействия оборонным предприятиям подготовлена концепция структурной перестройки оборонной промышленности. Эта концепция не может быть сегодня единой для всех без исключения видов и родов войск. Это значит, что мы сегодня должны очень энергично начать работу совместно с военными по изменению структуры промышленности.

Есть одна сложность, которая сегодня возникла в связи с недостатками финансирования. Это так называемые базовые российские технологии. Те, без которых мы не сможем создать ни ракет, ни самолетов, ни подводных лодок.

Состояние с российской электроникой катастрофическое! Через 2-3 месяца мы ее потеряем. В таком же состоянии сегодня находится материаловедение. Как подойти к этому вопросу? Мы предлагаем 10-12 базовых критических технологий, в которые входят сегодня и микроэлектроника, и лазерная техника, материаловедение, еще 5-6 наименований. Именно эти наименования сегодня необходимо выделить и финансировать отдельной строкой бюджета. Вчера мы в Совете Безопасности с О.И. Лобовым обсуждали этот вопрос. И вполне возможно, что при той политической ситуации, которая складывается в Государственной Думе, оборонный бюджет, вернее статья оборонного бюджета, может быть вообще не принята или «зарезана» до недопустимой степени, потому, что политические страсти, которые закручиваются вокруг оборонного бюджета, вообще не позволяют сегодня нам заявить о том, что это действительно необходимо.

Мы обсуждали вопрос о возможности эти базовые технологии выделить как приоритетные президентские программы. Короче говоря, я призываю к тому, чтобы мы достаточно серьезно подошли сегодня к структурной перестройке и к нашему будущему.

Второй вопрос, который бы мне хотелось затронуть. За последние 4-5 лет в средствах массовой информации сознательно создавался образ военно-промышленного молоха. Немногие из сегодняшних газет объективно оценивают состояние дел в промышленности и в армии. Идет колоссальный «накат» в прессе, других средствах массовой информации на армию, несмотря на то, что коррупционеры есть сегодня и в сферах управления. Сегодня «накатывают» и на оборонную промышленность. Создан образ расточителей, забывается, что за этим образом в конечном счете сделано...». [188]

Выступает главный конструктор Государственного производственного объединения «Воткинский завод» Н.В. Семенюта: «...Для производства ракет «Тополь» и модернизированных «Тополь-М» на Воткинском заводе, как головном, создана уникальная производственная база. Она создана в процессе освоения производства ракет «Темп-С». а затем «Пионер». Сейчас мы имеем отлично отлаженную кооперацию и уникальное производство на Воткинском заводе. О том, что завод и существующая кооперация делают качественно и надежно ракеты, свидетельствуют такие цифры: «Пионер» – отстрелено 190 ракет, в том числе в связи с уничтожением. Все 190 сработали безотказно; СС-25 – отстрелено на сегодняшний день 46 ракет. Все пуски безотказны.

И вот эта отлично действующая производственная инфраструктура в настоящее время находится в бедственном положении. В течение последних 3-4 лет у нас обвально уходят специалисты. Замены им нет и не предвидится, потому что молодые специалисты отказываются идти на зарплату 150 тыс. рублей – средняя зарплата на заводе (в ценах 1995 года – от составителя). Конструкторы получают от 100 до 180 тыс. рублей в месяц.

В такой сложной ситуации завод обращается с просьбой к Министерству обороны – хотя бы на уровне двух полков сохранить государственный заказ на 1995 год. Если в заказе будет очень малое количество изделий или совсем его не будет, то у нас рвутся все технологические цепочки. Нарушается критическая масса материала. Мы не можем заказывать материалы, особенно те, которые в малых количествах: герметики, клеи, смолы, пластмассы, резины и т. д. Поставщики в массовом порядке сейчас отказываются от ранее заключенных договоров. Мы не можем поддержать эти договоры на будущий год. Поэтому нам нужны гарантии, что минимально необходимое количество изделий должно быть заказано и не будет пересматриваться этот заказ в течение года, как это произошло в 1994 году...». [189]

Высказывает свою озабоченность бывший главный конструктор и генеральный директор КБ машиностроения, заместитель директора ЦНИИ автоматики и гидравлики по научной работе С.Н. Непобедимый: «...Давайте посмотрим: какая же обстановка у нас сейчас. Несмотря на сохранение общей тенденции к ослаблению международной напряженности, постепенное снижение уровня опасности мировой и ядерной войн. опасность возникновения войны существует. Посмотрите: распад СССР как сверхдержавы, раздел ее армии и вооружения привели к нарушению стабильности как в мире, так и в отдельных регионах. Поэтому обостряются территориальные, национальные и другие противоречия. Анализ последних событий показывает, что США сохранили стремление к мировому господству, считают необходимым обеспечить себе свободный доступ к важнейшим мировым ресурсам, в том числе и на территории бывшего СССР. Налицо стремление влиять на снижение нашей доли экспорта продукции на мировом рынке, в том числе и оружия, сделать нашу страну придатком развитых стран. Поэтому сейчас главные задачи стран Запада состоят в том, чтобы резко отбросить Россию назад.

В этих условиях мы должны быть готовы, как ни тяжело, начать искать пути выхода из этого положения, к объединению. Никто нам наверху не поможет, к сожалению. Это нужно сделать на уровне руководителей, на уровне научных работников. Вот мы собрались сегодня. Давайте вместе подумаем, как сохранить, как не упустить те результаты, которых мы достигли до развала СССР.

Ведь смотрите: моя родная Коломна – половина рабочих и служащих сейчас в отпусках – нет денег. Я работаю три месяца без зарплаты. Народ уходит, лучшие специалисты, имеющие необыкновенный дар, уходят работать обычными дворниками, Это деградация. Вы знаете, чтобы специалиста научить, нужно 10-15-20 лет над ним работать. Я думаю, чтобы сохранить эти ценные кадры, на каждом предприятии, как ни тяжело, нужно посмотреть и дать людям возможность работать и зарабатывать. Вот поэтому я придаю большое значение научно-техническим центрам. К примеру, я сейчас работаю в НТЦ «Риогент». Это академический институт 40 человек, но они работают до 9 часов вечера, в субботу и в воскресенье. За это им доплачивают, и то они попадают в тяжелое положение. Они создают новое, то, чего у американцев нет. системно. Вот задача обнаружения старта ракет: размножение целей, когда расходятся блоки; очень малое излучение от них. Мы ставим задачу обеспечить обнаружение и передачу в реальном времени координат целей. Необходимо по-новому подходить к активной защите, нужно главные направления сохранять.

Ядерное оружие и Ракетные войска заняли особое место в истории. Это не средство нападения, а средство сдерживания... Поэтому нужно сохранить войска сохранить основу. Я прямо скажу, что в общем итоге договор, который мы подписали с американцами, неравноправен. Он в угоду американцам. Нам фактически ничего не остается, потому что мы уничтожаем самые лучшие ракетные комплексы наземные, учитывающие особенности нашей страны. А американцы в основном сохраняют на подводных лодках. И получается, что у них преимущество примерно в 54%. Поэтому мне хотелось бы сказать, что мы – ученые, должны доказывать, что нельзя так работать, нельзя уничтожать то, с чем считаются. Если наша страна не будет иметь стратегических войск, то с ней никто не будет считаться. Если экономика плохая, да еще отбросим стратегические войска – ничего не будет...

В заключение я хотел бы сказать, что по вопросам, которые я поднимал по каждому направлению, можно много говорить. Нам нужно поднимать голову, нужно объединяться, кричать, что без хорошего вооружения, без хорошей техники не может быть современной армии. А без армии не может быть и государства. Безопасность государства в руках армии, и именно армии профессиональной, оснащенной высокой техникой, И нам нужно, чтобы была идея, знать, что мы защищаем, ради чего, куда мы идем и в технике, и в организации, и в идеологии...». [190]

Выдержки из выступления академика Российской академии естественных наук, генерального директора Люберецкого научно-производственного объединения «Союз» З.П. Пака: «...Что же сегодня у нас с энергетикой ракетных топлив? Я уже сказал, заводы законсервированы по производству всех компонентов ракетного топлива – и окислителя АДН, и гидрида алюминия... Сегодня наше государство не в состоянии создать те условия работы, которые были у нас раньше. Поэтому именно РВСН должны быть стержнем сохранения и развития базовой науки, потому что они есть главнейший залог безопасности. Именно вокруг этого стержня должны сохраняться и развиваться те мощнейшие приоритеты, которые сегодня накоплены в промышленности и науке. Надо развивать сотрудничество, вести это дело толково...

Я не могу не отметить колоссальную роль, которую РВСН сыграли в формировании союзной и российской промышленности. Сегодня Россия располагает прекрасными заводами, которые могут производить в необходимых количествах ракетные топлива, заряды двигателей от микросистем до зарядов массой 50-100 тонн и более. Живут они, конечно, тяжело, но база сохранилась, и в принципе могут выполнить любой заказ. Жать, что часть заводов осталась в зарубежье, особенно в том зарубежье, которое не интересуют ракетные системы, и эти заводы сегодня, к сожалению, рассыпаются. Надо бы все-таки продумать всем, каким образом спасти, например, в Таджикистане, забрать оттуда на каких-то условиях, привезти в Россию уникальный завод, который мы там построили. Я имею в виду Добишанский завод. Это уникальный завод! И здесь нужна наша активная позиция...». [191]

В ракетостроительной отрасли возникли проблемы, связанные с культурой и чистотой производства.

Из интервью директора и генерального конструктора государственного предприятия ФГУП «Московский институт теплотехники» Ю.С. Соломонова: «...оборонно-промышленный комплекс находится в закритическом состоянии. Я говорю об участниках процесса создания, которые занимаются не сборочными операциями отдельных комплектующих или готовых изделий в целом. Здесь дело обстоит более благополучно. Очень плохое состояние предприятий химии, специальной химии, металлургии и специальной металлургии, электроники. В ряде случаев уже утрачены технологии, в других не работают предприятия...

...Можно по-разному оценивать степень риска тех или иных технических систем, но в значительной степени, даже в случае подтверждения технических и конструкторских решений результатами наземной отработки, положительный или отрицательный результат в значительной степени зависит и от технологии, культуры производства и производственной дисциплины. Этот фактор сбрасывать со счетов нельзя. Именно он стал причиной аварии при испытании комплекса «Барк», хотя отдельные проектные решения там были абсолютно обоснованы...». [192]

Приведем фрагмент передачи тележурналиста А. Караулова «Момент истины»: А. Караулов: В 1999 году на Байконуре при запуске взорвались один за другим два могучих «Протона». Эти взрывы потрясли весь космический мир... «Протоны», могучие «Протоны» взрывались один за другим на старте... от грязи, от самой обыкновенной грязи, потому что многие детали этих ракет долго, почти 10 лет, лежали на складе!

И. Анфимов, академик, Генеральный директор Центрального научно-исследовательского института ракетной техники: «...Таких несколько случаев в принципе было. С «Протоном», хотя он был запущен в 1999 году, двигатели, которые на нем стояли, были изготовлены в 1991-1992 годах. Это был как раз 1991 год, когда все у нас упало до нуля, когда на космическую программу вообще не было средств. Она была почти нулевая, все работы, прекратились на Воронежском механическом заводе, где делают двигатели для «Протонов», для второй ступени, на уникальном оборудовании, которое на валюту было куплено за рубежом, там изготавливалось довольно грубое оборудование для нефтяной промышленности, за которое платились деньги. И культура производства была утрачена, контроль был утрачен. Удалось установить, что в двигателях, в то время изготовленных, присутствовало определенное количество грязи, частиц определенных, они были найдены, а контроль, который был, не позволил их в то время выявить. А внутри двигателя есть такая наиболее напряженная деталь – газогенератор, где образуется горячий газ, который вращает потом турбины. Там материалы работают на пределе возможностей. Если туда попадают какие-то твердые частицы, происходит разрушение всего двигателя, а затем и всей ракеты. Вот это и произошло...».

Г. Селезнев, бывший спикер нижней палаты российского парламента: «Ракетостроение – это отрасль, которую невозможно представить без работы огромного количества смежников. Это и металлургия, и полимеры, и нефтехимия, и электроника и т.д. и т.д. Если эти отрасли, будем выражаться прямо, в загоне, если кадры из этих отраслей разбежались, разве можно рассчитывать на то, что мы можем позволить себе то, что позволяли раньше в области создания космических технологий?..». [193]

27 июля 2006 г. при запуске украинско-российской конверсионной ракеты «Днепр» с космодрома Байконур с 18-ю микроспутниками (космические аппараты «БелКА» – Беларусь, «Бауменец» – РФ, UniSat-4 – Италия и 14 микроспутников CubeSat – США) произошло ее падение в 150 км от точки старта.

Причиной аварии стало аварийное выключение двигателя 1-й ступени из-за повышенных, по предварительным данным, углов вращения ракеты-носителя.

О состоянии российской экономики размышляет Н.Г. Кириллов, заслуженный изобретатель РФ, доктор технических наук [194]:«... социально экономическая трансформация, происходящая в 1991-2000 гг. в России. продолжает негативно отражаться на состоянии отечественной промышленности и науки. Наша экономика переживает системный кризис: научно-техническое отставание во всех отраслях промышленности, острый дефицит инвестиций, высокий износ основных производственных фондов, качественное ухудшение и отставание развития сырьевой базы...

...ориентация только на экспорт сырья, торговлю и развитие сферы услуг не позволит добиться РФ высокого финансово-экономического положения в современном мире – необходима, прежде всего, стабильно работающая промышленность, ориентированная на выпуск высокотехнологической продукции.

Большинство отечественных промышленных предприятий вынуждено использовать устаревшие технологии (60-80-х гг.) на фоне критического морального и физического износа оборудования. У ведущих зарубежных фирм обновление оборудования происходит в течение 5-7 лет (по 18-20% в год), у нас этот период составляет 18-20 лет (по 0,5-2,5%). В результате в настоящее время 70-80% станочного парка отечественных предприятий морально и физически устарели, то есть требуют немедленной замены либо модернизации...

...итоги прошлого, 2005-го, года явно свидетельствуют об усилении экспортно-сырьевой направленности экономического роста, а в конечных отраслях промышленности, напротив, отмечается сокращение производства. Низкая эффективность и отсутствие стабильности качественного производства порождают пессимистические прогнозы экономического развития страны. Застойные явления проявляются во всех без исключения отраслях промышленности. Так, в последнее десятилетие производство технологического оборудования в России (металлорежущие станки, кузнечно-прессовые машины, инструмент и т.д.) находится в системном кризисе. Объем выпуска станочного оборудования снизился против дореформенного периода (1990 г) в 10-12 раз. Если сравнить российские показатели с уровнями производства металлообрабатывающего оборудования других государств, то вырисовывается совсем удручающая картина. Производство данного оборудования в России меньше, чем в Японии, в 43,8 раза, Германии – в 36,6 раза, США – в 20 раз, Италии – в 19,5 раза, КНР – в 10 раз.

... Интеграция в мировое экономическое пространство, к сожалению, идет в направлении уничтожения российского производителя...

...Наметилась очень опасная тенденция – «отверточная идеология» прочно обосновалась в сознании многих российских чиновников и предпринимателей, которые уверены, что выгоднее пользоваться готовыми и проверенными на практике технологическими разработками развитых стран, чем самим заниматься созданием новых образцов техники и технологий. Поэтому большинство крупных отечественных производителей идет по пути, связанному с закупкой импортных технологических линий и лицензий на производство качественной иностранной техники...

...После распада большинства российских НПО в последнее десятилетие отечественное производство практически осталось без разработчиков новой техники, то есть было обречено на выпуск ранее разработанной устаревшей продукции со всеми вытекающими отсюда негативными последствиями. С каждым годом спрос на такую технику уменьшается, усугубляя кризисную ситуацию в российской промышленности. Отставание в развитии технологий приводит не только к вытеснению отечественных производителей на внутреннем рынке. Исчезает необходимость кооперации с Россией в хозяйственной деятельности и обмене научно-технической информацией на внешнем рынке, так как она оказывается некомпетентной в новейших технологиях и направлениях развития науки...

...После ликвидации многих отраслевых научных организаций доля инновационно активных предприятий упала с 60% в 1989 г. до 5,5% в 1999 г. В настоящее время только 6-8% предприятий в той или иной степени реализуют инновационные проекты. Как следствие, на рынке наукоемкой продукции позиции России продолжают падать (в настоящее время доля РФ от уровня США составляет около 2%, Японии и Германии – 3%, Франции и Великобритании – 7%)...

... в стране из всех областей экономики наиболее интенсивно происходит разложение научно-технического потенциала страны: утечка мозгов, утрата материально-технической и информационной базы науки, невостребованность научно-технических достижений, распад научных школ и центров, непродуманная конверсия ОПК и т.д. Резко сократилось финансирование науки – с 4,7% национального дохода в годы СССР до менее 0,4%. Это привело к полному истощению отечественной науки и ее кадрового потенциала. Так, за последние десять лет численность научного персонала сократилась более чем в 2 раза и сейчас составляет менее 800 тыс. человек...

...В связи с резким уменьшением за последние 10 лет численности научных работников для РФ актуальной становится проблема «критической массы» национального интеллектуального потенциала – той допустимо минимальной численности специалистов научно-технической сферы, опускаясь ниже которой, страна обречена на постоянную технологическую отсталость...

...А это неминуемо приведет уже в ближайшее время к полному истощению интеллектуального ресурса и падению его ниже уровня предела «критической массы», что реально грозит России самым страшным экономическим провалом – технологическим тупиком».

 

После научно-практической конференции «История строительства и развития РВСН», прошедшей 9 декабря 1994 года в Военной академии им. Ф.Э. Дзержинского (ныне Военная академия им. Петра Великого) прошло 10 лет. Вот что рассказывают руководители ведущих предприятий о состоянии в ракетостроительной отрасли в юбилейном для РВСН 2004 году [195]:

 

Третий век работы на Отечество. «...В 1988 г. Миноборонпром принимает решение поручить Воткинскому машзаводу серийное производство РК «Точка-У». Комплекс экспонировался на международной выставке вооружений в Абу-Даби и получил высокую оценку иностранных специалистов. Итог семи пусков – семь точных попаданий в металлические бочки-мишени. Однако выйти на международный рынок с этим изделием не удалось. Одной из причин стало сворачивание производства комплектующих элементов изделия, например, закрытие гироскопического производства на Ижевском механическом заводе.

А сотрудничество ФГУП «Воткинский завод» с КБМ Коломны продолжается и сегодня. В стадии ОКР (опытно-конструкторских работ – от составителя) находятся новые образцы ОТР (оперативно-тактических ракет – от составителя).

В 1989 году вышло решение Военного комитета при СМ СССР о создании нового ракетного комплекса «Универсал» подвижного и стационарного базирования. Позже он получил название «Тополь-М». В нем реализованы многие новейшие технические решения, потребовавшие изменения технологических цепочек на заводе, в частности широко применены высокопрочные материалы – стали, титановые и алюминиевые сплавы, увеличился объем нанесения теплозащитных покрытий.

Хронология отработки комплекса «Тополь-М»:

1994 год – первый натурный пуск; 1999 год – пуск № 7;

1997 год – первое изделие поставлено на боевое дежурство;

1998 год на боевое дежурство поставлен первый полк.

В настоящее время идет серийное производство комплексов «Тополь-М» в количестве, достаточном для оснащения РВСН.

Работы по освоению изделий нового поколения на заводе продолжаются. Сегодня еще не время говорить об этих образцах ракетной техники Очевидно главное: новые изделия, безусловно, будут лучше названных. В этом – предназначение ФГУП «Воткинский завод», которое сохраняет преемственность славных традиций, восходящих к моменту основания – 1779 г...».

В. Толмачев, генеральный директор Федерального государственного унитарного предприятия ФГУП «Воткинский завод», Воткинск.

 

Основа наземной триады. «...На основании международных договоров Россия провела сокращения РВСН. Поэтому число стоящих на боевом дежурстве ракет УР-100Н УТТХ сократилось, и сейчас они являются единственным комплексом из большого семейства «соток», которые по-прежнему обеспечивают стратегическую безопасность России. УР-100Н УТТХ уже более чем в два раза перекрыла заданный срок эксплуатации, но при этом остается очень надежной, что в последние годы неоднократно было подтверждено испытательными пусками с космодрома Байконур.

В настоящее время Государственный космический научно-производственный центр ГКНПЦ им. М.В. Хруничева продолжает техническое обслуживание стоящих на боевом дежурстве УР-100Н УТТХ, обеспечивает потребности Космических войск РФ, Федерального космического агентства России, развивает сотрудничество со многими странами мира в области предоставления услуг по запускам спутников и разработки космической техники для других государств (США, Европейское космическое агентство, Германия, Индия, Республика Казахстан, Республика Корея и др.).

Модернизированная РН «Протон-М» с РБ «Бриз-М» является одной из основных при реализации национальной космической программы. Создаваемое в ГКНПЦ семейство новых РН «Ангара» сможет удовлетворить все потребности России в космической деятельности (оборона, наука и телекоммуникационные услуги)...».

А. Медведев, генеральный директор Государственного космического научно-производственного центра ГКНПЦ, Москва-Фили.

 

Для обороны и для космоса. «...При выполнении всех заказов ижевские специалисты демонстрировали не только производственную культуру, мобильность, гибкость, но и способность быстро переключаться на изготовление новых изделий.

22 февраля 1993 года по указу Президента РФ Ижевский мотозавод в кооперации с другими предприятиями начат серийный выпуск аппаратуры управления Тополь-М. С постановкой на боевое дежурство этих ракетных комплексов (РК) возможности РВСН заметно возросли.

Кроме этого, «Ижевский мотозавод «Аксион-холдинг» участвовало в производстве аппаратуры для РК нового оперативно-тактического назначения «Искандер».

Сегодня завод изготавливает аппаратуру приема, передачи, храпения и обработки телеметрической информации, аппаратуру специальной связи и элементы системы боевого управления ракетными комплексами стратегического назначения.

Мотозаводы не только поставляют Российской армии самую современную аппаратуру, но и оказывают непосредственную помощь личному составу войсковых частей по ее техническому и гарантийному надзору.

На ОАО «Ижевский мотозавод «Аксион-холдинг» выпускается антенное оборудование для автоматической стыковки космических станций, системы дистанционного зондирования Земли и космического пространства. Данные системы наблюдают за земной поверхностью и позволяют прогнозировать паводковые ситуации, отслеживать состояние нефте- и газопроводов.

На заводе проводятся испытания повой системы приема – преобразования телеметрической информации для Российского космического агентства. Телеметрические станции нового поколения, блоки которых изготовлены «Ижевским мотозаводом «Аксион-холдинг» установлены на космодроме Плесецк.

Также специалистами предприятия осваиваются блоки системы управления малыми космическими аппаратами, предназначенные для использования в интересах силовых ведомств, энергетиков организаций нефтяной и газовой промышленности.

Конструкторские разработки ведутся по многим направлениям. ОАО «Ижевский мотозавод «Аксион-холдинг» продолжает участвовать в Федеральной целевой программе «Реформирование и развитие оборонно-промышленного комплекса», а также в других российских и международных космических программах. Задачи реформирования оборонно-промышленного комплекса определены.

Их реализация даст новый импульс к развитию оборонной отрасли и как результат – к укреплению экономического могущества России. Руководство предприятия уверено, что ОАО «Ижевский мотозавод «Аксион-холдинг» продолжит славную традицию плодотворной работы с Ракетными войсками стратегического назначения...».

Г. Кудрявцев, генеральный директор ОАО «Ижевский мотозавод «Аксион-холдинг», Ижевск.

 

Разработчики АСУ для РК РВСН. «...После 1990 года в центре разработана, изготавливается и проходит испытания система управления в составе ракетного комплекса пятого поколения «Тополь-М» подвижного и шахтного базирования.

Этот период оказался переходным как по формированию новой оборонной доктрины, так и по составу кооперации предприятий, разрабатывающих и изготавливающих новые виды вооружений. Предприятия и заводы, обеспечивающие объединение материалами и элементной базой, а также изготавливающие аппаратуру систем управления, не имея государственного финансирования, вынуждены были перепрофилировать производства на выпуск покупаемой продукции, более простой, менее качественной, но позволяющей остаться «на плаву». Наряду с традиционно повышающимися техническими требованиями заказчика возникла необходимость создания российской кооперации предприятий-разработчиков и изготовителей серийной продукции. Так, НИЦ АН из разработчика системы управления, имеющего опытное производство, вынужден был стать еще и серийным заводом. В это же время техническое сопровождение стоящих на дежурстве ракетных комплексов также становится обязанностью центра.

И все же в этот период разработан и проходит испытания комплекс «Тополь-М» с системой управления нового поколения, обеспечивающей решение чрезвычайно сложных задач по управлению ракетным комплексом, среди которых – преодоление боевым блоком системы ПРО, а также способность сохранять заданную траекторию при любых условиях, в том числе при воздушных ядерных взрывах.

1995-2005 годы характеризуются переходом на микроминиатюризацию аппаратных решений по системе управления, с одновременным расширением производительности БЦВМ, повышением точностных характеристик комплекса командных приборов ККП, обеспечением надежности и стойкости к спецфакторам.

Итогом более чем 40-летней творческой деятельности и самоотверженного труда коллектива центра и смежных организаций стали разработки систем управления для пяти поколений боевых РК стратегического назначения (более 30).

Успешная работа НИЦ АН была бы невозможна без творческого участия специалистов обширной кооперации смежных предприятий, КБ, академических институтов, заводов, испытательных полигонов и военных представительств Министерства обороны.

Но главные создатели ракетно-космической техники – люди: проектанты, конструкторы, инженеры, испытатели, технологи, рабочие, ученые.

Научные достижения коллектива центра в области теории управления движением летательных аппаратов, разработки инерциальных измерительных систем и приборов, проектирования цифровых вычислительных систем, создания больших программных проектов, надежности, испытаний и измерений стали основополагающим вкладом в создание аппаратуры систем управления.

Научно-производственный центр автоматики и приборостроения продолжает традиции, заложенные его основателем – Н. А. Пилюгиным, академиком, дважды Героем Социалистического Труда лауреатом Ленинской и Государственной премий. Это тщательные научные проработки технических решений, передовые технологические разработки конструкторской документации, высокая ответственность и продуманные методы изготовления и отработки аппаратуры, обеспечивающие высокое качество и надежность работы аппаратуры систем управления...

В настоящее время центр, используя имеющийся опыт и научный потенциал, распространяет свои технические решения на разработку систем управления для авиации, сухопутных войск, а также гражданскую продукцию...».

Е. Межерицкий, генеральный директор Федерального государственного унитарного предприятия «Научно-производственный центр автоматики и приборостроения им. Н.А. Пилюгина», г. Москва.

 

Наш вклад в ракетный щит России. «...После 1991 года в стране возникла проблема перевода всего ВПК на российскую кооперацию. В связи с этим заказывающим управлением РВСН было предложено освоить на заводе ранее выпускавшиеся в Украине средства боевого радиоуправления (разработки ФГУП «ВНИИС» г. Воронеж). Несмотря на существенную загрузку предприятия, генеральный директор А.В. Захаров счел необходимым принять предложение РВСН. Поскольку в этот период готовилось переоснащение РВСН оружием нового поколения («Тополь-М»), то заводу пришлось в сжатые сроки приступить к освоению новых для него изделий радиотехнического профиля, отличающиеся высокой наукоемкостью, технической сложностью и требующих больших затрат на подготовку производства. Эта задача благодаря помощи РВСН и налаженным деловым отношениям с ФГУП «ВНИИС», ФГУП «Московский институт теплотехники» была успешно решена. С 1995 года начался серийный выпуск радиоаппаратуры боевого управления, а в 1998 г. – уже следующего поколения этой аппаратуры («модульные приемники»)...

Приведенные примеры из истории создания АСУ РВСН и освоения радиосредств управления РК «Тополь-М» наглядно показывают, сколь сложные и масштабные задачи могут успешно решаться в сжатые сроки при взаимодействии заказчиков и кооперации, разработчиков с изготовителями, если дело хорошо организованно и во главе его стоят люди, мыслящие по государственному и действующие с душой».

С. Сазонкин, генеральный директор Федерального государственного унитарного предприятия «Завод им. М.И. Калинина», Санкт-Петербург.

 

Связаны одной судьбой. «...Гироскопическое производство развивалось, в 80-е годы было освоено изготовление гироскопических блоков, введен в строй новый корпус. Уникальное по своим параметрам здание обеспечивает условия для сложного производства специальной техники: развязанные фундаменты, система кондиционирования, создающая требуемые климатические условия и отсутствие запыленности. С сокращением объема заказов по тематике РВСН в конце 80-х годов особенно острой стала проблема загрузки производственных мощностей.

В это время завод освоил производство медицинской техники для стоматологии и приступил к освоению принципиально новых приборов – лазерных гироскопов и кварцевых акселерометров, которые нашли свое применение в системах управления самолетов и космических кораблей «Прогресс». Это стало своеобразным продолжением традиций высоких технологий «Металлиста», традиций мастерства и ответственности за выполняемую работу.

Настоящее богатство предприятия – его люди, которые преданы своему коллективу. В цехе точной механической обработки трудится Петр Михайлович Дмитриевский, который работает шлифовщиком с первых дней образования предприятия. Вся его трудовая жизнь (а в 2004 году его стаж составил 60 лет!) связана с «Металлистом». Профессию свою Петр Михайлович осваивал в годы Великой Отечественной войны: 15-летним мальчишкой он работал по 10-12 часов в день, подставив под ноги ящик, чтобы достать до рукояток станка. Он прошел все ступени профессионального совершенствования, достигнув настоящих вершин мастерства. Такой рабочий человек, который высоко держит марку своей профессии, – основа нашей жизни.

Поэтому продукция «Металлиста» всегда отличается высоким качеством – будь то прибор для ракетной техники, медицинский компрессор или стоматологический наконечник, электрический двигатель или пылесос «Тайфун».

В июле 2004 года прошла ресертификация системы качества предприятия на соответствие новой версии международного стандарта 9001-2001. Это еще один шаг на пути развития и совершенствования организации производства и новых технологий.

Профессиональные кадры, обладающие уникальными навыками, и технологии, проверенные временем, составляют потенциал завода. Сегодня ордена «Знак Почета» Серпуховский завод «Металлист» вносит весомый вклад в поддержание боевой готовности стратегической группировки Ракетных войск России и в будущем останется таким же активным участником кооперации оборонно-промышленного комплекса, каким являлся большую часть своей истории».

А. Еремин, генеральный директор ОАО Серпуховский завод «Металлист», Москва-Серпухов.

 

Обуховский завод и отечественные стратегические ракетные комплексы. «...В настоящее время завод по ресурсосберегающей технологии изготавливает системы амортизации для шахтных пусковых установок комплекса Тополь-М...

Другим приоритетным направлением в деятельности завода стало проектирование и серийное изготовление составных частей высокозащищенных стационарных унифицированных командных пунктов (УКП) ракетных полков нескольких модификаций и командных пунктов высших звеньев управления РВСН, а также создание мобильного командного пункта для боевого железнодорожного ракетного комплекса (БЖРК)...

По конструкторской документации ЦКБ ТМ впервые в отечественной промышленности на заводе был освоен в производстве и налажен серийный выпуск уникальных высокоэнергоемких систем амортизации для УКП, работающих по принципу пластической деформации металла. Для испытаний систем амортизации были спроектированы и изготовлены динамические двухкомпонентные стенды, воспроизводящие реальные сейсмические воздействия ядерного взрыва.

Для сборки контейнера УКП заводом были спроектированы и изготовлены сборочные и испытательный стенд, оснащенный необходимой имитационной аппаратурой, компрессорной станцией, холодильной установкой, системами воздухоснабжения, электропитания, связи, вентиляции и т.д...

Особое место в создании ракетно-космической техники на заводе занимают проектирование и изготовление командной секции (КС) для командного пункта и изготовление по КД (конструкторской документации – от составителя) ЦКБ ТМ пункта управления пусковым модулем (ПУПМ) БЖРК.

Благодаря слаженности в работе коллектива завода и коллективов многочисленных смежных предприятий, их самоотверженному труду, заводом в течение 10 лет были изготовлены командные секции и пункты управления пусковым модулем, которыми были оснащены БЖРК...

Филиал завода Специализированное монтажное управление (СМП-005), возглавляемое Ю.А. Васильевым, выполняет большой объем работ как по поддержанию в боевой готовности ракетных комплексов, находящихся в эксплуатации, так и по продлению сроков их эксплуатации.

20 марта 1992 года заводу вернули его историческое название – Государственный Обуховский завод...».

В. Лапин, генеральный директор ОАО «ГОЗ Обуховский завод», Санкт-Петербург.

 

Во славу и мощь Отчизны. «...После заключения договора ОСВ-2 в 1979 году перед разработчиками ракетных комплексов стратегического назначения была поставлена, новая задача – создать комплекс с более высокими требованиями по надежности, точностным параметрам ракеты у цели, с минимальным временем подготовки и пуска ракеты с любой точки маршрута патрулирования.

Предстояло максимально автоматизировать операции по развертыванию комплекса. Автономные пусковые установки ракетного комплекса создавались на базе семиосных шасси, разработанных Минским заводом колесных тягачей.

Развертывание нового комплекса стратегического назначения под названием «Тополь» началось с 1986 года. В его пусковой установке был реализован целый ряд новейших технических решений, современных технологий, передовых достижений машиностроения. Это позволило значительно повысить боеготовность РВСН. Почти вдвое по сравнению с комплексом «Пионер» сократилось количество вспомогательных агрегатов, обеспечивающих боевое дежурство.

Подвижный грунтовый ракетный комплекс «Тополь» на сегодняшний день не имеет аналогов в мире и наряду со стационарными шахтными комплексами является основой боевой мощи Ракетных войск стратегического назначения и надежной опорой государства в обеспечении безопасности страны.

В условиях сокращения численности войск общего назначения только ядерный щит может гарантировать безопасность и суверенитет России. В то же время большая часть РК «Тополь» эксплуатируется либо сверх гарантийных сроков, либо на грани их исчерпания.

Продлевать сроки эксплуатации старых ракетных комплексов сверх гарантийных можно до определенных пределов, так как, несмотря на замену отдельных комплектующих и блоков, выработавших свой ресурс на новые, дальнейшая эксплуатация не может гарантировать сохранение тактико-технических характеристик (ТТХ), в том числе и показателей надежности на заданном уровне.

Для сохранения наземной группировки РВСН как гаранта безопасности России требуется снять с боевого дежурства все ракетные комплексы, выработавшие свой ресурс, и постепенно восстановить численный состав группировки путем замены их новыми.

Таким новым подвижным грунтовым ракетным комплексом с универсальной по типу базирования межконтинентальной ракетой может стать комплекс «Тополь-М», испытания которого уже завершаются. По своим ТТХ этот комплекс значительно превосходит стоящий на вооружений...».

В. Шурыгин, генеральный директор и генеральный конструктор Федерального государственного унитарного предприятия ФГУП ЦКБ «Титан» – Федерального научно-производственного центра ФНПЦ, Волгоград.

 

Уникальные разработки от ФГУП ГОКБ «Прожектор». «...Вот уже несколько десятилетий оборудование системы автономного электроснабжения (САЭ) обеспечивает боевое дежурство различных ракетных комплексов стратегического назначения качественным электропитанием с высокой степенью эксплуатационной надежности.

Если первоначально системы электроснабжения включали в себя лишь устройства распределения электроэнергии переменного тока и простейшие преобразователи электроэнергии, то современная структура САЭ представляет собой совокупность сложнейших электротехнических устройств, работающих по заданному алгоритму взаимодействия со всеми системами ракетного комплекса.

В состав САЭ входят различные автономные источники питания: дизель-электрические станции (ДЭС), химические источники тока – (ХИТ), а также устройства защитные автономные (УЗА), которые обеспечивают бесперебойным питанием потребителей сложных систем комплекса и защиту их электроцепей от различных внешних воздействующих факторов и грозы.

Уникальные преобразовательные устройства разработаны с применением современных электроизделий и материалов, в их схемотехнике нашли отражение передовые достижения современной электротехники.

В своих разработках ФГУП ГОКБ «Прожектор» тесно сотрудничает с ведущими специалистами различных кафедр МЭИ (ТУ), ВЭИ и других вузов Российской федерации.

В настоящее время коллектив «Прожектор» выполняет важнейший государственный оборонный заказ по оснащению различными системами автономного электроснабжения составных частей первого российского ракетного комплекса «Тополь-М», как стационарного, так и подвижного базирования...».

Л. Пискунов, генеральный директор Федерального государственного унитарного предприятия ФГУП Головного особого конструкторского бюро ГОКБ «Прожектор», г. Москва.

 

Традиции надежности. «...ФГУП «Научно-производственное объединение электромеханики» – одно из ведущих предприятий России в области разработки и производства гироскопических приборов для систем управления ракетно-космической техники.

В рамках Федеральной космической программы России, программ создания ракетно-космической техники оборонного и двойного назначения предприятие занимается созданием гироскопических приборов 3-го поколения повышенной точности.

НПО электромеханики относится к предприятиям третьего уровня кооперации после разработчиков ракетно-космических комплексов и их систем управления. Составляя относительно небольшую долю по объему и стоимости ракеты, гироскопические приборы, работая в автономном режиме, обеспечивают скрытность полета ракеты и на 80-90% определяют точность се попадания в цель.

НПО электромеханики остается основным разработчиком гироскопических приборов для систем управления оперативно-тактических РТС Сухопутных войск. С конца 70-х НПО активно участвует в космической деятельности: в 1987-1988 годах прошли летные испытания приборы для универсальной ракетно-космической транспортной системы многоразового использования «Энергия-Буран», успешно прошли эксплуатацию приборы для функциональных блоков, работающих в составе орбитальной космической станции «Мир» и международной космической станции «Альфа».

По особым заданиям правительства опытное производство предприятия отрабатывало уникальные технологии изготовления гироскопических приборов (разработки ведущих гироскопических организаций страны – НИИ автоматики и приборостроения, НИИ прикладной механики, НИИ командных приборов) перед их серийным выпуском на специализированных заводах. Такую беспрецедентную отработку здесь прошли гироскопические приборы для систем управления РК ВМФ, созданных ГРЦ «КБ им. академика В.П. Макеева». Приборы разработки НПО изготавливали на серийных приборных заводах страны – в Ижевске, Серпухове, Томске, Омске и Бердске.

С 1991 г. наше предприятие проводит поэтапную реструктуризацию, сохраняя при этом научно-исследовательский и кадровый потенциал и уникальную научно-исследовательскую и производственную базу. В 90-е годы предприятием разработаны малогабаритные гироскопические приборы для РКК третьего тысячелетия, в том числе для модернизированной ракеты-носителя «Союз-2», противокорабельной крылатой ракеты «Яхонт». Гироскопическая техника, созданная предприятием, базируется на малогабаритных инерциальных чувствительных элементах и электроэлементах собственной разработки. Сочетание этих элементов с вентильным электроприводом гироскопов и передовых технологий позволило разработать уникальные малогабаритные многофункциональные и экономичные гироскопические стабилизаторы, а также бесплатформенные системы на постоянном токе, работоспособные в сложнейших условиях эксплуатации. В гироскопических приборах нового поколения применяются современные элементы цифровой техники высокой степени интеграции. При их создании и производстве широко используются средства вычислительной техники, алгоритмы и программные средства собственной разработки...».

В. Локотков, генеральный директор – главный конструктор Федерального государственного унитарного предприятия ФГУП «Научно-производственного объединения НПО электромеханики», г. Миасс.

 

Ракетам – современные двигатели. «...Вот уже более 60 лет коллектив воронежского предприятия Конструкторское бюро химавтоматики (КБХА) трудится на благо отечественного оборонно-промышленного комплекса. За эти годы КБХА уверенно закрепилось в пятерке крупнейших мировых конструкторских бюро, занимающихся разработкой жидкостных ракетных двигателей (ЖРД). Завоевать столь серьезную репутацию удалось, прежде всего, благодаря серии совершенных ракетных двигателей, которые были созданы на предприятии для всемирно известных отечественных космических ракет «Восток», «Союз», «Протон», «Энергия», боевых ракет РС-18 («Стилет») и РС-20 («Сатана»). Во второй половине XX века эти ракеты составили основу Ракетных войск стратегического назначения... История страны, история РВСН и история воронежского КБ оказались сплетены воедино. Из сплава мужества и стали в XX веке родился ракетно-ядерный щит страны, до сих пор остающийся одним из немногих весомых аргументов России на международной арене...

...В 1983 году под руководством генерального конструктора В.Ф. Уткина началась разработка модернизированной, самой мощной боевой ракеты РС-20 четвертой модификации. Для создания двигателя РД-0255 второй ступени вновь было привлечено КБХА. Предельные технические требования к двигателю по тяге, экономичности, габаритам вынудили воронежских разработчиков искать нестандартные конструктивные, технологические. производственные решения. И они были найдены! За основу конструкторы взяли двигатель РД-0228, установленный на первой модификации РС-20. Его форсировали по тяге на 10% и ...«утопили» в баке с горючим, сократив таким образом габариты двигателя и одновременно увеличив бак. Так, на ракете с суровым названием «Сатана», которое дали ей за рубежом, появился двигатель с не менее мрачным названием «Утопленник», придуманным самими разработчиками.

Эти и другие знаменательные вехи в истории создания ракетно-ядерного щита страны отмечены временем, когда во главе КБХА стоял выдающийся конструктор, академик РАН А.Д. Конопатов. С 1993 года предприятие проводит работы по продлению сроков эксплуатации двигателей ракет, стоящих на боевом дежурстве. Уделяется внимание переводу ЖРД с токсичных компонентов топлива на экологически безопасные.

Многочисленные опытно-конструкторские и научно-исследовательские работы КБХА свидетельствуют о том, что, как и прежде, воронежские специалисты готовы оснащать российские боевые ракеты совершенными двигательными установками...».

В. Рачук, генеральный директор – генеральный конструктор Конструкторского бюро химавтоматики КБХМ, Воронеж.

 

Информационное обеспечение испытаний и применения ракетных стратегических комплексов. «...Принципиально иные возможности открывают новые информационные технологии измерений, сбора, обработки и анализа измерительной информации, в которых широко используются замещающие математические конструкции и поля.

«Замещающие» математические конструкции и технические решения составляют основу нового подхода для решения прикладных задач, в том числе и задач повышенной помехоустойчивости и безопасности информации.

Например, в качестве таких конструкций при передаче информации предлагается использовать переход от традиционного двоичного кодирования сообщений к более экономичному биортогальному троичному, энергетический спектр которого в 133 раза уже по сравнению с традиционно используемыми кодами. Этот комплексный выигрыш в дальнейшем можно обменять, например, на соответствующее повышение скорости передачи или достоверности ее приема.

Проведенный анализ позволяет сделать выводы о необходимости разработки и скорейшего внедрения нетрадиционных теорий как способа разрешения существующих противоречивых проблем.

Одна из них заключается в том, что традиционные методы помехоустойчивого преобразования данных связаны с внесением значительной избыточности, а объем передаваемых данных и без того велик. Следовательно, оптимально ее можно разрешить путем сжатия данных, передаваемых по радиоканалам и циркулирующих в системах сбора информации и АСУ отработкой БРК.

Особую значимость при этом приобретает новая адаптивная технология, при которой данные вначале сжимаются, а затем подвергаются помехоустойчивому кодированию.

Объединение различных методов сжатия и помехоустойчивого кодирования в сочетании с новыми глубоко распараллеленными технологиями вычислений данных, представленных в конечных полях, является одним из подходов по повышению эффективности информационно-измерительных комплексов, устойчивости и безопасности информации.

Новые информационные технологии открывают широкие возможности для повышения эффективности испытаний и штатной эксплуатации БРК. Они позволяют перейти от экстенсивных методов обеспечения решения задач, стоящих перед РВСН, к интенсивным. Особую значимость при этом представляют новые технологии получения, передачи, приема, сбора и обработки информации...

Коллектив нашего предприятия, состоящий из высококвалифицированных научных и инженерных кадров, успешно решает следующие основные задачи: осуществляет системное проектирование информационно-измерительного комплекса ИИК; занимается поддержанием в готовности к применению оптических траекторных и сигнальных средств измерений, их доработкой (модернизацией) в смысле перехода на беспленочные технологии; разработкой оптических широкопольных средств измерений нового поколения.

В последние годы предприятием получены новые результаты:

разработаны и внедрены на нескольких полигонах комплексы аппаратуры доработки оптических средств измерений «Вика», «Висмутин»; разработан и создан опытный образец унифицированной малогабаритной станции перезаписи телеметрической информации, позволяющей на бытовом видеомагнитофоне реализовывать производительность 4 мбит/с и вероятность ошибки при воспроизведении 10-7; разработаны комплект аппаратуры доработки станции ФРС-2 «Дятел» и эскизный проект широкопольного оптического полигонного измерительного средства нового поколения.

Надеемся, что большой научно-технический задел, созданный за годы существования предприятия, позволит занять достойное место в программах развития ИИК и, в частности, в совершенствовании и разработке оптических измерительных комплексов...».

А. Манин, генеральный директор ОАО «Научно-производственный измерительный центр НПИЦ «Арминт».

 

Тридцать лет в одном строю с РВСН. «...Наши разработки характеризуются наличием большого количества разнообразных по своему назначению систем автоматизированного управления и контроля (САУК) с различными техническими характеристиками, большим разнообразием технологических процессов, режимов работы технических и технологических систем, параметров и показателей, подлежащих контролю в ходе процесса управления.

СКБ выполняет полный цикл работ по созданию изделий военной техники: разработку конструкторской, программной, эксплуатационной документации; изготовление разовых постановочных систем; проведение заводских и предварительных испытаний; авторский и гарантийный надзор; участие в монтажных, пуско-наладочных работах, автономных и комплексных испытаниях.

В процессе разработки оборудования для конкретных объектов приходилось решать большой комплекс новых сложных технических задач – передачу команд управления на большие расстояния, обеспечение высокой степени готовности и надежности систем, обработку значительного объема информации в миллисекундном диапазоне, защиту от спецвоздействий, обеспечение сейсмостойкости и сейсмоустойчивости и т.д. Это требовало принятия неординарных технических решений, применения новых принципов построения систем, применения новой элементной базы.

В современной тематике работ СКВ можно выделить два главных направления: создание САУК технологических и технических систем специального и промышленного назначения, в том числе систем кондиционирования, водоснабжения, холодоснабжения, вентиляции, нейтрализации, термостатирования, заправки компонентами ракетного топлива, пожаротушения и т.п.; и создание систем энергетики, электротехнического и энергетического оборудования.

К первому направлению относятся:

– САУК командными пунктами, на боевом дежурстве стоят в полковых, дивизионных, армейских КП;

– системы управления (СУ) автоматическим пожаротушением и пожарно-охранной сигнализацией;

– СУ термостатированием пускового контейнера;

– системы телеуправления и телесигнализации о положении масляных выключателей необслуживаемых трансформаторных подстанций;

– автоматизированная программируемая контрольно-испытательная аппаратура для проверки сборочных единиц в составе ЗИП;

– тренажеры САУК (с использованием ЭВМ) для обучения персонала, эксплуатирующего оборудование СКВ «Титан».

Системы САУК разрабатывались последовательно на дискретных элементах, интегральных микросхемах, микропроцессорных наборах, микро-ЭВМ. Для реализации задач в интересах РВСН в СКВ создан на отечественной элементной базе комплекс технических средств (КТС), включающий оборудование, работающее на волоконно-оптической линии связи. КТС позволяет применить более продвинутое программное обеспечение, сократить оборудование систем управления, уменьшить энергопотребление и стоимость оборудования. На базе этого КТС создана, изготовлена и прошла все виды испытания САУК для комплекса «Тополь-М».

ФГУП СКБ «Титан» – главный конструктор системы внутреннего электроснабжения комплекса «Тополь-М», обеспечивающей электропитание всего командного пункта, включая и систему резервного электроснабжения на дизель-генераторах.

Сегодня практически все действующие ракетные и космические объекты и комплексы оснащены изделиями нашего СКБ, мы осуществляем авторский и гарантийный надзор, наши специалисты участвуют во всех плановых регламентах, в комиссиях по техническому освидетельствованию и в других мероприятиях, проводимых на объектах. Постоянно ведутся работы по модернизации и усовершенствованию действующих объектов.

Несмотря на сложности «перестроечного» периода, СКВ удалось сохранить работоспособный коллектив высококлассных специалистов. воспитать значительную плеяду молодых инженеров, выпускников санкт-петербургских вузов.

Рабочие места сотрудников оснащены современными техническими средствами, различными приборами и оборудованием, способствующим повышению качества и производительности труда. Внедрена система автоматизированного проектирования и специальных расчетов. В СКВ действуют две локальные вычислительные сети. Одна объединяет схемотехников, конструкторов, программистов; вторая – планово-экономический блок, бухгалтерию, опытно-экспериментальное производство. Для проведения работ по отработке ПО, проверки работоспособности опытных образцов систем, воспроизведения всевозможных аварийных ситуаций созданы специализированные стенды.

Творческое сотрудничество связывает СКБ «Титан» с научными организациями Российской академии наук и высшими учебными заведениями. Сотрудники СКБ систематически участвуют в семинарах, симпозиумах, отраслевых выставках.

Стабильность, высокое качество выполняемых работ, соблюдение договорных обязательств позволили не только сохранить традиционных заказчиков, но и значительно расширить их число, что обеспечивает устойчивое экономическое положение СКБ.

Указом Президента РФ от 4 августа 2004 года ФГУП СКБ «Титан» включено в перечень стратегических предприятий...».

Е. Бессонов, начальник Федерального государственного унитарного предприятия ФГУП специализированного конструкторского бюро СКБ «Титан»

 

«Каскад» – связь гарантирована. «...согласно приказу первого заместителя правления концерна Телеком от 14.05.1991 г. № 29 завод был переименован в Краснодарский приборный завод «Каскад», а затем согласно приказу генерального директора Российского агентства по системам управления от 24.12.1999 г. – в ФГУП «Краснодарский приборный завод «Каскад»...

Основной задачей завода стали поиски новой продукции и наращивание объемов ремонта и модернизации техники связи в интересах МО РФ.

В годы экономического спада и изменения политического строя объемы производства предприятия снизились, завод стал терять рабочие кадры.

Рост производства наметился лишь в 2002 году. Для развития производственных связей и с целью загрузки производственных мощностей завод вынужден был приступить к ремонту и модернизации техники связи для нужд УНС (управление начальника связи) МО РФ, ВВ МВД РФ, МЧС РФ (Р-412, Р-142, Р-161, Р-165, П-240, П-241).

Кроме выполнения работ для государственных нужд, заводом проработаны вопросы по производству гражданской продукции. Так, совместно с Кубанским государственным технологическим университетом, НП «Институт эколого-экономических проблем», НГП «Ренари» подготовлен проект создания экономически рационального эколого-технологического комплекса в Краснодарском крае на базе отходов АПК и ТЭК, включенного в федеральную целевую программу «Юг России» по производству нефтесорбента РС для ликвидации загрязнения гидросферы от нефтепродуктов при производственных и техногенных авариях. Параллельно достигнуто соглашение о производстве нефтесорбента для нужд ООО «Южная Нефтяная Компания» (изготовление фильтров для станций технического обслуживания и очистки ливневых стоков).

В рамках продвижения гражданской продукции на внутренний и внешний рынки на заводе создан СКТБ, которому поручено доведение до серийного выпуска электронных сварочных выпрямителей ВЭЛС-200, которые имеют преимущества перед существующим сварочным оборудованием (особенно при сварке трубопроводов на тепловых станциях, гидростанциях и электростанциях).

За последние два года объем производства увеличен в два раза, и в прошлом году предприятие впервые за пять лет работало безубыточно.

Перед заводом стоит задача (и принимаются соответствующие меры) увеличения объема производства в 2004 году по сравнению с предыдущим в два раза за счет привлечения новых заказов и заказчиков.

В. Муштаев, директор Федерального государственного унитарного предприятия ФГУП «Краснодарский приборный завод «Каскад», Краснодар.

 

Вклад КБ «Арсенал» в создание боевой ракетной техники для РВСН. «...В 1964-1966 гг. КБ Арсенал совместно с Государственным институтом прикладной химии и Алтайским научно-исследовательским институтом химических технологий первыми в стране отработали технологии снаряжения крупногабаритных РДТТ соответственно метолом свободного литья и методом литья под давлением. Подготовленная смесь компонентов твердого топлива подавалась непосредственно в корпус двигателя с последующей полимеризацией топлива и формированием заряда, прочно скрепленного со стенками камеры сгорания РДТТ. Данная технология, в принципе, применяется до настоящего времени. КБ Арсенал первым в мире предложило для управления движением баллистических ракет применять новый тип исполнительных органов управления (ОУ)- разрезное управляющее сопло. Данный ОУ был успешно применен на всех ступенях ракет РТ-2 (2П) и РТ-15. Для отработки РДТТ была создана уникальная экспериментальная база, включающая в свой состав оригинальные стендовые устройства, воспроизводящие вокруг сопловых блоков как стартовые, так и полетные условия работы двигателей. В обшей сложности за 15 лет КБ и МЗ создали для различных ракет семь образцов крупногабаритных маршевых РДТТ (15Д24П1, 15Д27, 15Д92 и др.).

После 1980 г. в связи с переходом в основном, на космическую деятельность КБ прекратило создание новых БРК, но решило до 1985 г. ряд важных отраслевых задач, в частности, по разработке и огневым стендовым испытаниям натурного экспериментального поворотного управляющего сопла (ПУС) с эластичным опорным шарниром, позволившим создать маршевый РДТТ первой ступени современного БРК РТ-23 УТТХ разработки КБ «Южное». Отработанные характеристики ПУС не уступали аналогичным характеристикам ОУ ракеты МХ (США).

Это было большим достижением. Пятнадцатилетнее отставание от США (в применении ОУ данного типа) было преодолено за пять лет и ушло в прошлое. Это стало возможным благодаря высокому научно-техническому потенциалу КБ «Арсенал».

Работы КБ «Арсенал» по боевой ракетной технике (периодические испытания и авторское сопровождение эксплуатации ракет РТ-2П, ликвидация и утилизация ракет и РДТТ по договору ОСВ-1) были полностью завершены к середине 90-х годов. КБ всегда качественно и на высоком техническом уровне решало поставленные задачи. Его вклад в обеспечение обороноспособности нашей страны значителен и неоспорим...».

Б. Полетаев, генеральный директор – генеральный конструктор КБ «Арсенал» им. Фрунзе

 

Гарантированное управление. «...Время неумолимо обесценивает достигнутое. Надежность и устойчивость управления в постперестроечных условиях не утратили своей значимости, но на первый план выходят другие требования и задачи, еще не до конца оформившиеся в новую идеологию управления стратегическим ракетным оружием. В ней должны найти отражение и перманентное сокращение ядерного боезапаса, и смещение приоритетов в сторону точечных угроз и конфликтов.

Пережив период безвременья, понеся немалые потери, НПО «Импульс» продолжает работать. Развитие элементной базы позволило в несколько раз уменьшить габариты аппаратуры даже при том, что в функциональные возможности существенно расширились, а технические и эксплуатационные характеристики улучшены.

На очереди уже новые задачи, формируется облик АСУ пятого поколения... Проблемы управления оружием не исчезнут до тех пор, пока сохраняется необходимость держать это оружие в готовности к эффективному применению. Опыт показал, если оно наготове, применять его не придется...».

С. Шпагин, генеральный директор Федерального государственного унитарного предприятия ФГУП Научно-производственного объединения НПО «Импульс»

 

Надежность и качество обеспечит Конструкторское бюро «Мотор». «...Специализация КБ Мотор – наземное оборудование ракетных и космических комплексов. За более чем сорокалетнюю историю работы в ракетно-космической отрасли под руководством главных конструкторов В.А. Рождова, Е.Ф. Степанова и А.В. Титова коллектив предприятия создал около 1000 различных типов уникального оборудования, многие из которых имеют гарантийные сроки эксплуатации более 15 лет.

Создание ракетных комплексов тесно связано с решением целого ряда сложных научных и инженерных задач в области наземного оборудования, в частности, транспортировки собранных в заводских условиях крупногабаритных составных частей ракетной техники на технические и стартовые позиции в тяжелых климатических и дорожных условиях. Новизна поставленной проблемы и отсутствие прототипов аналогичных машин, как в стране, так и за рубежом потребовали проведения целого комплекса поисковых, научно-исследовательских и опытно – конструкторских работ, главным результатом которых стали высоконадежные способы доставки ракет к стартовым комплексам.

Для реализации требований по созданию комплекса транспортно-технологического оборудования потребовались принципиально новые конструкторские решения, основой которых являются автономная система дополнительной энергетики транспортных средств, электрический привод трансмиссии прицепных звеньев, системы автоматического и дистанционного управления поворотом колес полуприцепных звеньев автопоездов, прогрессивные подвески с требуемыми жесткостными характеристиками, система обеспечения плавности хода и торможения, система поддержания температурного режима внутри грузовых отсеков агрегатов, система обнаружения и тушения пожара. Транспортные средства, созданные в КБ, отличаются возможностью бескрановой перегрузки крупногабаритных составных частей ракетных комплексов, в том числе с железнодорожного и авиационного транспорта.

В результате тесного сотрудничества конструкторского бюро с заводами «Брянский Арсенал», «Большевик», «Динамо», Омским заводом подъемных машин и другими предприятиями были созданы в интересах Ракетных войск стратегического назначения и Военно-морского флота семейство большегрузных транспортно-перегрузочных и транспортно-установочных агрегатов повышенной проходимости, уникальные стыковочные изотермические машины, большой спектр оборудования для обслуживания ракет.

На сегодняшний день масса перевозимых грузов перешагнула отметку в 130 т., при этом энерговооруженность транспортных средств достигает 1000 кВт. Оборудование рассчитано на эксплуатацию в районах с тяжелыми климатическими условиями, в широком температурном диапазоне, а также в районах с морским климатом.

Наиболее яркий пример реализации инициативных предложений генерального конструктора и ведущих специалистов КБ за последние годы – это создание уникального агрегата для стационарного ракетного комплекса «Тополь-М», совмещающего одновременно функции транспортно-перегрузочного агрегата и установщика, что обеспечивается применением компактной грузоподъемной полиспастной системы и оригинальной конструкции гидромеханического привода вертикализации кузова.

В арсенале уникальных транспортных средств, созданных в КБ, – платформа для перевозки взрывоопасных грузов массой 15 т. в условиях чистых помещений, с использованием электрических приводов от тяговых аккумуляторных батарей; в настоящее время ведутся работы по созданию модульной самоходной платформы для перевозки крупногабаритных грузов массой до 300 т.

Специальные транспортные средства – не единственный вид продукции: отдельным направлением в работе является проектирование и изготовление грузоподъемного оборудования и грузозахватных приспособлений, а также монтажно-стыковочного оборудования.

Многие созданные «Мотором» агрегаты и машины стали легендарными по надежности и продолжительности эксплуатации, среди них защищенные кабельные вводы, срок эксплуатации которых превысил 30-летний рубеж.

В рамках развития образовательных программ на предприятии с 1984 года действует филиал кафедры тягачей и амфибийных машин Московского автомобильно-дорожного института (Технического университета), который обеспечивает инженерную подготовку кадров для конструкторских и производственных подразделений.

Сегодня КБ «Мотор» – современное, стабильно работающее предприятие с весомым творческим и научно-техническим потенциалом, собственной производственной, исследовательской и испытательной базой, обеспечивающими выпуск современного наукоемкого оборудования и ввода его в эксплуатацию.

Опираясь на Соглашение о долгосрочном сотрудничестве с РВСН и более чем 40-летний опыт проведения совместных работ, коллектив Конструкторского бюро «Мотор» поддерживает постоянную готовность в приоритетном порядке выполнять заказы по разработке и поставке научно-технической продукции и оборудования, ведению авторского и гарантийного надзора за безопасной эксплуатацией военной техники, стремится к всемерному укреплению и наращиванию мобилизационных ресурсов предприятия в интересах РВСН..».

А. Титов, генеральный директор и генеральный конструктор КБ «Мотор», г. Москва.

 

Лидер в космосе, на воде и на суше. «...НПО машиностроения за свою 60-летнюю историю реализовало более 50 масштабных проектов, в том числе три национальные программы: вооружение Военно-морского флота комплексами противокорабельных крылатых ракет; оснащение стратегических ядерных сил комплексами межконтинентальных баллистических ракет; создание ракет-носителей и космических спутников военного и научного назначения («Протон», «Полет»), пилотируемых («Салют-2, -3, -5») и автоматических («Космос-1870», «Алмаз»), орбитальных станций.

В активе НПО машиностроения такие разработки, как первая в мире ракета с раскрывающимся в полете крылом, первая в мире крылатая ракета с подводным стартом, первый в мире маневрирующий на орбите космический аппарат, первая и на сегодняшний день единственная в стране тяжелая ракета-носитель.

Здесь родились многие принципиально новые разработки в области ракетостроения и космической техники. Именно так были созданы первые в мире спутники морской глобальной космической разведки, маневрирующие космические аппараты, тяжелая ракета-носитель «Протон» и выводимые на орбиту с ее помощью пилотируемые и автоматические станции, комплексы с межконтинентальными баллистическими ракетами, высоко эффективное противокорабельное оружие.

И сегодня НПО машиностроения продолжает работать над проектами государственной важности, создавать сложнейшие ракетно-космические комплексы и системы, не имеющие аналогов в мире. Так, на основе межправительственного соглашения с Республикой Индия создано и успешно работает совместное российско-индийское предприятие «Бра-Мос» по созданию ракетных комплексов со сверхзвуковой, противокорабельной, многоцелевой крылатой ракетой большой дальности.

Ракетоноситель «Протон». Выполняя государственную программу по созданию и развитию стратегических ядерных сил, НПО машиностроения совместно с кооперацией предприятий ОПК и Минобороны страны разработали и сдали на вооружение несколько модификаций ракетных комплексов с МБР семейства УР-100. Эти первые массовые РК, отличавшиеся высокими тактико-техническими и эксплуатационными характеристиками, позволили к середине 70-х годов обеспечить стратегический паритет с США. Ракета-носитель «Протон» была создана как тяжелая универсальная ракета УР-500, на базе которой позже появились трех- и четырехступенчатые космические ракетоносители семейства «Протон». На сегодня это наиболее надежные и эффективные средства выведения в своем классе.

Предприятие успешно реализует программу «Прагматичный космос», стержневым элементом которой является создание на космодроме «Свободный» космического ракетного комплекса (КРК) «Стрела» с использованием переоборудованных межконтинентальных ракет МБР РС-18 (выводимых из эксплуатации). Космический ракетный комплекс КРК «Стрела» обеспечит экономически выгодные запуски малых космических аппаратов на различные орбиты.

Комплексы ракетного оружия «Яхонт», «Малахит» и «Гранит», универсальные по типу старта (подводный, надводный) и носителям (подводные лодки, надводные корабли), предназначены для поражения всех классов кораблей.

В 90-х годах разработаны комплексы ракетной) оружия берегового, подводного, надводного и авиационного базирования со сверхзвуковой противокорабельной ракетой «Яхонт», способной поражать надводные корабли противника на дистанции до 300 км в условиях сильного огневого и радиоэлектронного противодействия. Ее отличает полная автономность боевого применения, высокая сверхзвуковая скорость на всех участках полета, возможность выбора различных траекторий (низковысотной и комбинированной), а также полная унификация для широкого ряда морских. авиационных и наземных носителей. Атака цели осуществляется на предельно малой высоте полета с использованием самонаведения. По оценкам российских и зарубежных экспертов, эти комплексы являются наиболее современными и перспективными разработками в данном классе вооружений и по эффективности боевого применения существенно превосходят имеющиеся мировые аналоги...».

Федеральное государственное унитарное предприятие ФГУП Научно-производственное объединение НПО машиностроения», Москва-Реутов, по материалам журнала «Военный парад» (ноябрь 2004 г.)

 

«...Федеральное государственное унитарное предприятие «Конструкторское бюро транспортно-химического машиностроения» с 1965 года является головным в отрасли по созданию заправочного и нейтрализационного оборудования.

С 1970 года развернуты работы по новому направлению деятельности – создание систем и оборудования для поддержания температурно-влажностного режима обитаемых и необитаемых объектов РКТ (ракетно-космической техники – от составителя).

Технологические системы разработки КБ обеспечивают работу на технических комплексах практически со всеми типами ракет разработки РКК «Энергия», КБ «Салют», НПО «Южное», МИТ на полигонах Байконур, Плесецк, Капустин Яр, Свободный, на стационарных и подвижных комплексах объектов Министерства обороны, включая и сегодняшние уникальные комплексы разного типа базирования.

В настоящее время в интересах министерства обороны РФ КБТХМ выполняются работы по созданию ряда систем и агрегатов для комплекса «Тополь-М», а также обеспечивается гарантийный надзор за системами и агрегатами, эксплуатирующимися на серийных объектах РВСН.

За долгие годы работы в ФГУП КБТХМ накоплен большой опыт по созданию стационарных и передвижных насосных станций, устройств для точного дозирования, газонасыщения и деаэрации, вакуумирования и термостатирования жидкостей; стационарных и передвижных транспортных емкостей; систем хранения, подготовки и редуцирования сжатых газов; передвижных и стационарных агрегатов для обезвреживания газов и промстоков.

Большой профессиональный опыт помогает создавать передовое технологическое оборудование для ракетно-космической техники, обеспечивая тем самым надежный щит нашей Родины...».

М. Степанов, генеральный директор и генеральный конструктор Федерального государственного унитарного предприятия «Конструкторское бюро транспортно-химического машиностроения КБТХМ», Москва.

 

Большинство основных оборонных предприятий являются государственными, и поэтому, с учетом скудности финансирования должны грамотно и четко управляться в интересах решения приоритетных задач. Между тем, прежние централизованные межотраслевые органы управления (военно-промышленная комиссия, научно-технический комитет и т.д.) были упразднены, а руководителями разных рангов, представляющих интересы государства, оказывались, зачастую совершенно некомпетентными личностями.

Вспоминает бывший министр оборонной промышленности СССР Б.М. Белоусов: «...Президент России Владимир Владимирович Путин во вступительном слове на заседании Совета безопасности Российской Федерации 25 января 2001 года обратил внимание на то, что Россия теряет ранее завоеванные лидирующие позиции в развитии космической техники, в передовых отраслях науки и производства... И дело не только в бюджетном финансировании, в его дефиците. Нужно правильно, на мой взгляд, определить приоритетность, повысить ответственность руководителей, исполнителей, развивать моральные стимулы исполнителей, включать коммерческие и финансовые структуры, ресурсы для определенных этапов, стадий развития нашей экономики, нашей обороноспособности. И конечно, пора разобраться с «итогами многократных структурных организационных и прочих реформирований науки, производства, управления». Эти непрерывные перестройки, которые проходят по нескольку раз, не способствуют поступательному движению вперед. 14 февраля 2001 года генеральный директор агентства Российской Федерации по обычным вооружениям А.В. Ноздрачев в телепередаче с болью говорил об очередной реорганизации. А ведь он прав. Оборонка за период с 1992 года перестраивалась уже более пяти раз. Мы знаем, что реорганизации проводятся для того, чтобы что-то улучшить, но каждая из них имеет и отрицательные последствия. Когда реорганизации происходят по нескольку раз. можно представить, каковы стабильность в реорганизуемой отрасли промышленности, науки, техники и последствия от таких потрясений. Ведь это же очень серьезно. Одно дело – хотеть получить результаты, и совсем другое – реальное получение негативов из-за непродуманности, поспешности и непрерывных реорганизаций...

Может быть, пора спросить с тех, кто их организует – почему это санкционируется? Кто, не понимая и не зная дела, это устраивает? Бездумность, легкость в этих переформированиях и непродуманных нововведениях приносит только отрицательные результаты. Может быть, пора уже ставить людей, которые знают объемы организации промышленности, знают дело, экономику предприятия, экономику отрасли и обладают большим опытом. Может быть, эти реорганизации надо проводить и с их участием – нельзя же экспериментировать вслепую. Эксперимент в масштабе целой отрасли, да еще непродуманный – какой может быть результат, кроме отрицательного? И кто за это ответит? Надо спросить со всех реорганизаторов, спросить руководство, правительство – почему так происходит непрерывно.

Мне также представляется, что набор команды по принципу доверия к своим подчиненным («проверенным и преданным людям») в ущерб их квалификации, знаниям и опыту чревато негативными последствиями. Нельзя согласиться, что на должность, которую должен занимать специалист высокой квалификации, ставится человек, ее не имеющий, но зато входящий, видите ли, в команду. Пока он приобретет опыт – до чего же он докомандуется? С этим надо кончать. К чему это все приведет? Одна команда, вторая – и все преданные. А где же квалифицированные люди? Они же руководить должны, а не командовать.

Когда ищут пути развития, надо искать их с профессионалами, на которых можно положиться как на знающих свое дело – только тогда начинается поступательное движение вперед...». [196]

Директор и генеральный конструктор государственного предприятия ФГУП «Московский институт теплотехники» Ю.С. Соломонов, размышляя о приоритетном финансировании государственно важных работ по созданию новых образцов ракетной техники, подчеркивает: «...Первое – как это делается во всем мире, в бюджете страны на очередной финансовый год в разделе Министерства обороны, определяющем порядок разработки и закупки вооружения, эти работы должны быть выделены отдельной строкой... с выделением в этой строке вполне определенного финансирования на текущий финансовый год.

Второе – будучи перенесенными в государственный оборонный заказ (ГОЗ), вслед за выходом соответствующего постановления правительства по ГОЗ головным разработчикам по согласованию с Минобороны и заинтересованными министерствами и ведомствами в месячный срок должен утверждаться график помесячного финансирования с жесточайшим контролем по линии правительства.

И третье – это незамедлительное создание под руководством председателя правительства РФ Чрезвычайной комиссии по вопросам состояния предприятий ОПК, которые вовлечены в процесс разработки и создания российских СЯС. Такая комиссия существовала в интересах работ по «Тополю-М», в свое время ее возглавлял Я. М. Уринсон, который был вице-премьером – министром экономики. Она осуществляла очень деятельную работу, и благодаря этой комиссии удалось в то лихое время сохранить уникальную кооперацию, которая является достоянием Российской Федерации как государства. Если бы ее не было, очень многое тогда уже было бы утрачено.

Смысл работы этой Чрезвычайной комиссии заключается, во-первых, в очень гибкой и оперативной обратной связи. Я входил в состав этой комиссии и постоянные контакты и обсуждения раз в месяц состояния дел по тем или иным предприятиям, которые находятся на критическом пути, позволяли очень эффективно вмешиваться и решать задачи по обеспечению их стабильного функционирования. И второе – безусловно, все тс вопросы, которые лежали в поле зрения этой комиссии, были связаны и с финансово-экономической деятельностью, в том числе обеспечением средствами работ по подготовке производства, а это квалифицированное распределение довольно ограниченных финансовых ресурсов, контроль за доведением средств непосредственно до ответственных исполнителей, а также контроль расходования этих средств – все это, казалось бы, оперативные вопросы – но их решение, а самое главное оперативный и объективный контроль, позволяли решить основную задачу – сохранить работающий по заказу оборонно-промышленный комплекс страны, а это довольно сложная кооперация, которая насчитывает много сотен предприятий...». [197]

Из доклада Совета по внешней и оборонной политики при Государственной Думе «Военное строительство и модернизация ВС России» в 2004 г.:

«4.1. Оборонно-промышленный комплекс (ОПК) – это отрасль и сфера жизнедеятельности страны, наиболее пострадавшая в процессе государственно-политических и социально экономических преобразований последних 10-15 лет. ОПК фактически прекратил выполнять свою основную функцию – обеспечивать Вооруженные Силы современным оружием, выживая, главным образом, за счет вооружения других армий. Падение производства в ОПК составило к 2000 г. 70-80%. что существенно превосходит показатели общего промышленного спада. Поэтому наметившееся после 2000 г. увеличение гособоронзаказа не должно вводить в заблуждение: оно свидетельствует скорее о глубине вчерашнего падения, чем о сегодняшнем нарастании позитивных тенденций. К тому же оборонные предприятия отреагировали на рост оборонного заказа не столько увеличением количества поставляемой военной продукции, сколько повышением цен на нее.

4.2. Состояние российского ОПК можно оценить сегодня следующим образом:

– моральный и физический износ основных фондов составляет свыше 80%, что оценивается специалистам как «закритическое» положение отрасли;

– система набора, подготовки и закрепления кадров разрушена, а взамен не только не создано, но даже не предложено никаких других систем интеллектуально-кадрового обеспечения ОПК;

– большая часть инвестиционных и инновационных средств (до 80%) вкладывается предприятиями из собственной прибыли.

4.3. Кризис ОПК даже глубже и острее, чем кризис Вооруженных Сил. Потеряна способность создавать многие виды вооружений, в первую очередь это связано с прекращением производства на предприятиях по выпуску специальных материалов и комплектующих.

В течение 1990-х гг. российская военная промышленность практически не обновляла производственные фонды и сегодня все в большей мере утрачивает способность к производству современного вооружения и техники. В сочетании с углубляющейся сырьевой специализацией российской экономики это означает, что Вооруженные Силы России при нынешней численности (около 1,13 млн. человек) и при существующем уровне финансирования обречены на отставание от армий передовых военных держав мира. Складывается ситуация, когда даже при увеличении финансирования мы вынуждены будем закупать оружие за рубежом, а экспортный потенциал будет слабеть.

4.4. Принимаемые правительством меры носят, по существу, косметический характер и не в состоянии кардинально повлиять на ситуацию в ОПК. Попытки собирать фрагменты полуразрушенной и деградирующей оборонной промышленности в холдинги вряд ли способны сами по себе дать существенный результат. Речь идет не только и не столько о том, рациональна ли избранная система управления ОПК (например, в виде вновь созданного федерального агентства по промышленности, что стало уже шестым изменением системы управления ОПК за последние 12 лет), сколько о том, что отсутствует системное видение проблем материально-технического обеспечения национальной обороны, а также перспектив создания гражданского высокотехнологичного сектора промышленности. Между тем такой сектор является непременной основой оборонно-промышленной деятельности.

4.5. По нашему мнению, военно-промышленная политика России требует радикального изменения. Пора взглянуть правде в глаза и признать, что Россия не в состоянии загрузить заказами, а значит – содержать непомерную для сегодняшних масштабов своей экономики специализированную военную промышленность, унаследованную от СССР. По числу занятых (2 млн. человек) она не уступает военной промышленности США и в несколько раз превосходит все страны Европы вместе взятые.

Так, по состоянию на 2000 г. в российской авиационной и ракетно-космической промышленности было занято 800 тыс. человек по сравнению с 98 тыс. человек во всей объединенной Европе и 1,2 млн. человек во всем мире. При этом объем продаж российской авиакосмической отрасли составлял два с небольшим миллиарда долларов по сравнению с 72 млрд. долл. в мире (в т.ч. 22 млрд. долл. в Европе).

4.6. России также необходимы решительная деспециализация военной промышленности и ее интеграция с гражданским сектором промышленности как основной мобилизационной базой для производства вооружений. В тех случаях, когда подобная деспециализация и интеграция невозможны (например, в производстве стратегических ракет, артиллерийских систем, боеприпасов и т. п.), должна осуществляться передача соответствующих предприятий в собственность и на полное финансирование Министерства обороны (по типу армейских арсеналов, заводов по производству танков и боеприпасов США). Все остальные предприятия оборонной промышленности (имеющие отношение к авиакосмической технике, средствам связи, радиоэлектронике и другим высокотехнологичным отраслям) должны функционировать по законам рыночной экономики. Основой для отношений государства с промышленностью должен стать государственный оборонный заказ с циклом планирования два-три года и более...». [198]

Видимо, учитывая все сказанное выше, в марте 2006 года в правительстве РФ создана Военно-промышленная комиссия. Ее председателем назначен заместитель председателя правительства РФ министр обороны С. Иванов, заместителем председателя комиссии – В.Н. Путилин.

В рассматриваемый период в течение 15 лет ведется развертывание только одной ракетной системы – «Тополь-М» шахтного (ПУ типа ОС) и грунтового подвижного базирования, головной разработчик МИТ, генеральный конструктор Б.Н. Лагутин (с марта 1997 года генеральный конструктор МИТ Ю.С. Соломонов). МБР «Тополь-М» в перспективных планах должна стать основной российских стратегических наземных сил. Ракетный комплекс «Тополь-М», это первый чисто российского производства ракетный комплекс, который по своим тактико-техническим характеристикам будет, как неоднократно заявлялось руководством РВСН, значительно превосходить комплексы, находящиеся в эксплуатации.

На наш взгляд, такое сравнение является недостаточно корректным. так как тяжелые ракеты Р-36М и Р-36М2, как и ракеты легкого класса УР-100Н имеют значительно более широкий спектр боевых характеристик, чем легкая ракета «Тополь-М». В связи с этим простая замена одного ракетного комплекса другим в отношении 1:1, по-видимому, несостоятельна.

Не претендуя на истину в первой инстанции, приведем упрошенные выкладки одного из обозревателей: «Одна боеголовка нашей ракеты РС-20 (88-18 «Сатана») с вероятностью 0,8 может уничтожить шахту американской ракеты «Минитмен». Значит, все 10 головок «Сатаны» могут уничтожить 8 шахт. «Тополь-М» обладает несколько меньшей точностью и втрое более слабым зарядом, чем у «Сатаны». Поэтому у него коэффициент вероятности поражения пусковых установок «Минитмен»-0,26 и для уничтожения того же числа шахт одноголовым «Тополем-М» требуется 40 ракет. Кроме того. «Сатана» несет на себе средств преодоления ПРО противника больше, чем весь забрасываемый все «Тополя». Одних только тяжелых ложных целей 40 штук, мощнейшие генераторы помех. Поэтому цифру 40 можно смело умножить еще на 3. Таким образом, одна «Сатана» стоит 100-120 ракет «Тополь-М».

Расчет по суммарному ядерному заряду, с учетом возможностей преодоления ПРО, дает примерно то же значение. У нас таких «зверушек», как «Сатана», было 308. А это, условно – эквивалент 30000 шахтных «Тополь-М». Ракеты «Сатана» пробивали и уничтожали любую ПРО, расчищая путь еще 1200 ракетам РВСН, в том числе 10 блочным РС-22, мобильным грунтовым «Тополям», мощнейшему потенциалу подводных и воздушных ракетоносцев. Суммарный удар, если его мерить в «Тополях-М», составлял не менее 60 тысяч штук. Сейчас мы имеем три полка «Тополей-М» – 30 штук. И производство на Воткинском заводе по 4-6 штук в год (вместо 30-50, как планировалось). Нетрудно подсчитать – к 2010-2012 гг. у нас будет не более ста «Тополь-М»… и больше ничего! Это означает, что наш потенциал уменьшится в шестьсот раз по сравнению с 1991 г. и станет сопоставимым с ядерным потенциалом Китая...». [199]

Заслуживает внимания позиция ветеранов ракетостроительной отрасли в отношении дальнейших планов развития РВСН: «Мы, ветераны ракетно-космической отрасли, принимавшие участие в создании, постановке на боевое дежурство и сохранении семейства ракетных комплексов стратегического назначения, начиная с самой массовой жидкостной ракеты УР-100 (знаменитой «сотки»), обеспечившей стратегический паритет в ядерной гонке СССР и США, с удивлением узнали из печати (газета «ВПК» № 4 – 2006 г.) из уст заместителя командующего РВСН генерал-лейтенанта В. Линника об «ожидаемом в ближайшие 3-5 лет массовом выводе из боевого состава около 200 ракетных комплексов РС-18 и РС-20».

Фактически в общедоступной форме открывается план поспешной полной ликвидации группировки баллистических ракет (МБР) – главной мощи Стратегических ядерных в России. Это разрушение РВСН.

Кто и что стоит за этим планом сокращения, у кого чешутся руки скорее раздела

ься с ядерным могуществом нашей страны?

Ведь на ликвидируемых комплексах с жидкостными МБР с невероятным напряжением сил ученых и инженеров, военных и всего народа страны развернуты около 85% боеголовок от общего числа боеголовок РВСН.

Зачем же тогда велась многолетняя и сложная работа, обеспечившая экономически выгодный путь нахождения на боевом дежурстве до 30 лет (и сейчас без признаков старения) жидкостных МБР, позволившая сохранить основу боевой мощи РВСН? Работы, проведенные конструкторами, позволили сохранить и дееспособную кооперацию промышленности, создавшей отечественные жидкостные ракеты.

Созданный на базе этих МБР ядерный щит России до сих пор является грозным сдерживающим фактором и в настоящее время сохраняет свои высокие боевые, эксплуатационные, технические характеристики и уровень надежности и эффективности.

Начиная с 1993 г., когда появился договор СНВ-2, так и не ратифицированный впоследствии США, по которому должны были ликвидироваться МБР с разделяющимися головными частями (РГЧ), был упор на комплексы «Тополь» с моноблочной головной частью (ГЧ). Однако после ратификации договора между РФ и США о сокращении стратегических наступательных потенциалов (СПН) в 2003 г, были созданы условия для сохранения МБР с РГЧ. Почему же теперь мы должны продолжать полное уничтожение жидкостных МБР и заново создавать ядерный щит па основе твердотопливных ракет «Тополь-М», повторяя ситуацию 70-х гг. прошлого века, когда твердотопливные МБР не смогли обеспечить необходимый паритет и в итоге явились мобильным дополнением к жидкостным МБР, составившим основу группировки РВСН?

Считаем, что снятие с боевого дежурства до истечения гарантированного промышленностью срока эксплуатации мощных жидкостных ракет, имеющих высокую степень надежности, при низких темпах производства и закупок новых перспективных ракет «Тополь-М» – ничем не оправданные действия.

В результате подобных мер Россия потеряет стратегический ракетно-ядерный потенциал и не сможет обеспечить минимум 1700-2200 боевых блоков (ББ), как это установлено Договором СНП. В шахты РВСН требуется размещать более совершенную российскую жидкостную МБР, имеющую неоспоримые, доказанные временем энергетические и эксплуатационные преимущества перед твердотопливными ракетами при меньших финансовых средствах...

По нашему мнению, настало время для вмешательства президента Российской Федерации в решение задач по развитию РВСН. Именно он вместе с министром обороны и начальником Генштаба через разрабатываемую Государственную программу вооружения до 2015 г. может принять меры по сохранению могущества страны, созданного неимоверными усилиями и самоотверженным трудом нескольких поколений ракетчиков.

Заслуженные конструкторы РФ; А.А. Гордашкин – лауреат премии Совета Министров СССР, Г.Д. Кузнецов, Г.А. Хазанович, заслуженные машиностроители РФ Л.К. Беликов, И.И, Максимов, Л.М Шелепин.». [200]

РВСН остается самым мощным видом Вооруженных Сил РФ и включает две трети ядерного потенциала государства. Ракетные войска способны решать самостоятельно от 50 до 90% стратегических задач.

По состоянию на апрель 1997 года в состав РВСН входили четыре ракетные армии (города Оренбург, Владимир, Омск и Чита), 19 ракетных дивизий, в которых имелось 756 пусковых установок МБР и 3630 боевых блоков. В РВСН стоят на вооружении четыре основных комплекса: с тяжелой МБР Р-36М2 и Р-36 УТТХ их соответственно 58 и 122 с десятью ядерными боеголовками индивидуального наведения на каждой; с МБР УР-100Н УТТХ, таких ракет 168, на каждой по шесть ядерных боеголовок: шахтный и железнодорожный ракетные комплексы с МБР РТ-23 УТТХ, всего 10 и 36 соответственно с десятью боеголовками на каждой ракете; подвижные грунтовые «Тополя» в количестве 360 единиц и 2 новые ракеты «Тополь-М», шахтного типа. [201]

До мая 1997 года Главнокомандующим РВСН являлся генерал армии И.Д. Сергеев, назначенный на эту должность 26 августа 1992 года. После назначения И.Д. Сергеева Министром обороны РФ новым Главнокомандующим РВСН стал генерал-полковник В.Н. Яковлев. В своем интервью газете «Известия» В.Н Яковлев заявил, что с 1 ноября 1997 года боевое дежурство несет новый вид Вооруженных Сил России – интегрированные войска РВСН. В них входили: РВСН, Военно-космические силы и войска ракетно-космической обороны. Объединение позволило, как он считает, повысить боевую эффективность РВСН на 15-20 процентов за счет доведения развединформации с космических аппаратов и наземной группировки, системы предупреждения о ракетном нападении прямо на центральный командный пункт РВСН, минуя промежуточные звенья. В декабре 1998 года первый полк с российскими МБР «Тополь-М» поставлен на боевое дежурство. В то же время 71 процент КП и более 50 процентов ракетных комплексов находятся за пределами гарантийных сроков эксплуатации. Современная группировка РВСН, по заявлению Главкома, должна надежно выполнять свои задачи до 2005-2007 годов. [202]

В июне 2001 года РВСН из вида войск преобразованы в два рода войск: собственно РВСН и Космические войска (в составе системы предупреждения о ракетном нападении и контроля космического пространства, войска ракетно-космической обороны и части запуска и управления космическими аппаратами). Командующим РВСН назначен генерал-полковник Н.Е. Соловцов. (Состав РВСН на конец 2004 года приведен в конце настоящей книги).

В интервью газете «Красная Звезда» (16 декабря 2005 г.) генерал-полковник Н.Е. Соловцов остановился на ходе перевооружения РВСН: «...Работы по наращиванию группировки ракет «Тополь-М» ведутся в соответствии с планом строительства и развития РВСН. На РК «Тополь-М» шахтного базирования перевооружены четыре полка Татищевского ракетного соединения. В настоящее время в этом соединении ведутся работы по модернизации очередного ракетного полка с перевооружением на РК «Тополь-М». Постановка его на боевое дежурство намечена на декабрь 2005 года...

Что касается мобильной группировки РВСН, то ее переоснащение на новый подвижный грунтовый ракетный комплекс «Тополь-М» спланировано начиная с 2006 года. На сегодня отработаны практически все задачи летных испытаний этого комплекса...». [203]

Оценивая более отдаленную перспективу, Н.Г. Соловцов в общем виде и осторожно формулирует ее содержание: «...имеющийся научно-технический и конструкторский задел позволяет нам гибко реагировать на возникающие вызовы и угрозы. Но следует иметь в виду, что на разработку нового ракетного комплекса потребуется 10-15 лет...». [204]

Он же уточняет: «...Конструкторские организации и промышленные предприятия имеют технические предложения по перспективным ракетным комплексам для РВСН. Мы эти предложения на пленуме Военно-научного комитета РВСН рассмотрели и определились с подходами к облику, который должен прийти на смену РК «Тополь-М». Сейчас реализация выбранного подхода находится на стадии углубленной проработки...». [205]

Из всего сказанного выше можно сделать некоторые выводы. Ракетостроительная отрасль России продолжает находиться в глубоком кризисе. Ее развитие сдерживается скудными экономическими возможностями государства, что напрямую сказывается на состоянии ракетной группировки РВСН. Находясь в тисках, с одной стороны, невыгодных для себя договоренностей (СНВ-2) с США, и, с другой стороны, низкими темпами отработки и поступления на вооружение ракетных комплексов (за 8 лет с 1997 по 2005 годы на вооружение поступило только около 50 ракет «Тополь-М», а подвижный ракетный комплекс «Тополь-М» только начинает поступать в войска) и исчерпанием ресурса РК, поставленных на дежурство еще в 80-х годах, ракетная группировка РВСН продолжает неумолимо сокращаться.

Как считают некоторые обозреватели «...порог ядерного противостояния опасно снижается, и это не на пользу ни миру в целом, ни России. В договоре (СНВ-2) не учтены (в который раз!) носители и боезаряды Великобритании и Франции в Европе, Китая – в Азии. А они также небезынтересны в плане нашей и общемировой безопасности. Когда существовала возможность «overkill» (сверхуничтожения) – угроза ядерной войны становилась... нулевой! Уменьшение СЯО у России и США снижает страх перед использованием оружия массового уничтожения...». [206]

В этом смысле дальнейшее движение в сторону сокращения СЯС России (СНВ-3) должно быть очень тщательно выверено политическим руководством нашего государства, чтобы не повторить уже сделанных ошибок на этом пути, когда благие намерения возобладали над здравым смыслом и поставили безопасность государства в тяжелейшее положение. 15-ти летний провал в ракетостроении, который не может быть скомпенсирован ставкой только на МКР легкого класса «Тополь-М», заставляет до предела (в перспективе до 2020-2030 гг.) выжимать все возможное из тяжелых РК с ракетами Р-36М2 и Р-36 УТТХ, а также РК с МБР УР-100Н УТТХ. Но за это время должна быть создана новая ракета – более мощная, надежная, многозарядная, шахтного базирования. А для этого должны быть созданы необходимые экономические предпосылки для возрождения ракстостроительной отрасли страны.

В центре внимания сегодня выступление Президента РФ В.В. Путина с посланием Федеральному собранию РФ 10 мая 2006 г. Он остановился на том, что «...мы должны найти убедительные ответы на угрозы в сфере национальной безопасности. Отмечу, что на фоне активно идущего переустройства мира появилось множество новых проблем, с которыми реально сталкивается наша страна. Эти угрозы менее предсказуемы, чем прежние, и уровень их опасности в полной мере до конца не осознан. В целом очевидна тенденция к расширению в мире конфликтного пространства, и, что крайне опасно, его распространения на зону наших жизненно важных интересов...

...До сих пор не обеспечены гарантии невывода оружия, в том числе и ядерного, в космос. Существует потенциальная угроза создания и распространения ядерных зарядов малой мощности. Кроме того, в средствах массовой информации, в экспертных кругах уже обсуждаются планы использования межконтинентальных баллистических ракет с неядерными боеголовками. Пуск такой ракеты может спровоцировать неадекватную реакцию со стороны ядерных держав, включая полномасштабный ответный удар с использованием стратегических ядерных сил.

При этом далеко не все в мире смогли уйти от стереотипов блокового мышления и предрассудков, доставшихся нам от эпохи глобальной конфронтации. Не смогли, несмотря на то, что в мире произошли кардинальные перемены. И это тоже серьезно мешает находить адекватные и солидарные ответы на общие проблемы...».

Он также подчеркнул «...что наши расходы на оборону в процентах к ВВП сегодня являются сопоставимыми, либо чуть меньшими, чем у других ядерных держав, к примеру – у Франции или Великобритании. А в абсолютных цифрах, в конечном итоге мы же с вами понимаем, важны именно абсолютные цифры, они в два раза меньше, чем у этих стран, и уже не идут ни в какое сравнение с расходами Соединенных Штатов Америки. Их военный бюджет в абсолютных величинах почти в 25 раз больше, чем у России. Вот это и называется в оборонной сфере «их дом – их крепость»...

...Естественно, возникает вопрос, можем ли мы в условиях такого финансового диспаритета с другими ведущими державами надежно обеспечить свою безопасность? Конечно, можем, конечно...».

Президент признал, что «...Еще несколько лет назад сама структура Вооруженных Сил была неадекватна существующим реалиям. Образовался и провал в оснащении армии и флота современными средствами вооруженной борьбы. В период с 1996 по 2000 годы не было заложено ни одного корабля, а на вооружение было принято всего 40 образцов военной техники. Войска проводили учения на картах, только на картах, флот был прикован к берегу, авиация – к аэродрому. И в 1999 году, когда возникла необходимость противостоять масштабной агрессии международного терроризма на Северном Кавказе, проблемы армии обнажились до боли...».

Далее он остановился на тех мерах, которые проводит руководство РФ для повышения обороноспособности страны: «...Сегодня ситуация в Армии качественно меняется. Создана современная структура Вооруженных Сил, идет переоснащение армейских подразделений новыми и модернизированными образцами военной техники. Образцами, которые составят основу системы вооружения вплоть до 2020 года. И с этого года уже начались массовые, серийные закупки техники для нужд Министерства обороны России.

Реанимировано военное кораблестроение, строятся боевые корабли практически всех типов. В ближайшее время в состав ВМФ России войдут две новые атомные субмарины со стратегическим оружием на борту. Они оснащены новыми ракетными комплексами «Булава». которые вместе с комплексом «Тополь-М» станут основой стратегических сил сдерживания. Подчеркну – это первые подводные атомные стратегические лодки, строительство которых заканчивается в новой России. Ни одной лодки подобного типа с 1990 года мы не строили.

Кстати, шахтным «Тополем-М» уже оснащены 5 полков Ракетных войск стратегического назначения. И в этом году в одну из ракетных дивизий начнет поступать и его подвижной вариант.

Еще один важный показатель последних лет – в войсках ведется интенсивная боевая и оперативная подготовка. Проведены десятки полевых учений, дальних морских походов...».

И, как вывод. Президент РФ В.В. Путин заявил: «...В течение ближайших пяти лет предстоит существенно повысить оснащенность стратегических ядерных сил современными самолетами дальней авиации, подводными лодками и пусковыми установками ракетных войск стратегического назначения.

Уже сегодня успешно ведутся работы по созданию уникальных комплексов высокоточного оружия и боевых маневренных блоков, не имеющих для потенциального противника предсказуемой траектории полета. Наряду со средствами преодоления систем противоракетной обороны, которые у нас сеть уже сейчас, новые вилы вооружений позволяют нам сохранить то, что, безусловно, является одной из самых существенных гарантий прочного мира. А именно – сохранить стратегический баланс сил.

Мы должны учитывать планы и направления развития вооруженных сил в других странах, должны знать о перспективных разработках, но не гнаться за количественными показателями, не «палить» деньги зря. Наши ответы должны быть основаны на интеллектуальном превосходстве, они будут ассиметричными, менее затратными, но будут, безусловно, повышать надежность и эффективность нашей ядерной триады.

Обращаю внимание: современной России нужна армия, имеющая все возможности адекватно реагировать на современные же угрозы. У нас с вами должны быть Вооруженные Силы, способные одновременно вести борьбу в глобальном, региональном, а если потребуется – и в нескольких локальных конфликтах. Должны при любых сценариях гарантировать безопасность и территориальную целостность России...».

2 июня 2006 года состоялось заседание Военно-промышленной комиссии при правительстве РФ под руководством заместителя председателя правительства – министра обороны С. Иванова, на котором были рассмотрены проекты Государственной программы вооружения 2007-2015 гг. (ГПВ-2015) и Федеральной целевой программы (ФЦП) развития оборонно-промышленного комплекса. На ближайшие 9 лет для реализации ГПВ-2015 будет выделено 5 триллионов рублей. Федеральная целевая программа по переоснащению предприятий оборонно-промышленного комплекса разрабатывается по поручению президента РФ и должна быть принята как программа, обеспечивающая Выполнение Государственной программы вооружения-2015. В рамках ФЦП будут предусматриваться мероприятия по сохранению и развитию, прежде всего, наукоемких и конкурентно способных технологий. На выполнение этой программы предполагается выделить от 250 до 400 млрд. рублей. Уже в 2006 году на развитие и техническое перевооружение оборонно-промышленного комплекса в рамках различных целевых программ и проектов из бюджета выделяется около 7 млрд. рублей.

Федеральная целевая программа состоит из трех крупных разделов. Первый предусматривает мероприятия по преобразованию оборонно-промышленного комплекса. Во втором разделе предполагается развитие базовых и критических технологий для разработки новых вооружений. В третьем – мероприятия по техническому перевооружению производства, что позволило бы начать серийные поставки разработанных в процессе выполнения опытно-конструкторских работ техники и вооружения. При этом сегодня необходимо в первую очередь обеспечить готовность промышленной базы. Заместитель председателя ВПК В. Путилин, комментируя итоги заседания ВПК, заметил, что «...сегодня мы имеем избыточную базу, которая находится на низком техническом уровне. И проводить техническое перевооружение без привязки с ГПВ не следует, так как мы повторим ошибки, создавая неэффективную базу, которую мы имеем сегодня». [207]

Эти решения дают основание полагать, что положение и военно-промышленной отрали страны по выходу из кризиса в ближайшие годы может начать изменяться в лучшую сторону, и ракетостроительная отрасль вступит в новый этап своего развития во имя укрепления могущества России и обеспечения се национальной безопасности.

 

* * *

Назад.

Оглавление.

Далее.

 

* * *
Яндекс.Метрика