На главную сайта   Все о Ружанах

ИСТОРИЯ 50-й РАКЕТНОЙ АРМИИ
II. СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ БОЕВОЙ ГОТОВНОСТИ (1965-1969 гг.)

Назад.

Оглавление.

Далее.

Решение задач боевого обеспечения
боевой готовности армии

Астрономо-геодезическое обеспечение пусков ракет на всем протяжении существования армии являлось одним из составляющих факторов боевой эффективности ракетно-ядерного оружия.

Надежная геодезическая подготовка относится к тем основным параметрам, которые обеспечивают и гарантированную высокую готовность ракетных комплексов к пуску ракет и заданную точность поражения целей.

Руководство астрономо-геодезическим обеспечением ракетных комплексов армии осуществлялось офицерами службы астрономо-геодезического обеспечения, начальником которой был полковник Ю.Д. Мангуби. Служба осуществляла непосредственное руководство и контроль за выполнением работ по геодезической привязке стартовых позиций и своевременным обеспечением частей исходными геодезическими данными, необходимыми для составления полетных заданий и прицеливания ракет.

В 1965-1967 года Главным штабом Ракетных войск были проведены испытания с целью проверки воздействия мощного взрыва на фундаменты сооружений, на различные типы наружных знаков и центров, как Государственной геодезической сети, так и ориентирной сети боевой стартовой позиции. По результатам испытаний были выработаны критерии и рекомендации по вопросам обеспечения заданной точности прицеливания ракет в различных условиях обстановки при несении боевого дежурства и ведении боевых действий.

В РВСН в ходе выборочных проверок в ряде соединений были обнаружены недопустимые ошибки в прицеливании ракет. Это потребовало проведения контроля и повторного прицеливания ракет при постановке на боевое дежурство, в ходе несения боевого дежурства. Существо этого вопроса описывает полковник Килессо Р.А., начальник отдела КП и АГО штаба 50-й ракетной армии в 1970-1979 годы: «В период постановки на боевое дежурство ракет дивизий корпуса, в котором я служил в 1962-1963 годах, меня постоянно использовали как специалиста, хорошо знающего приборы прицеливания (а они созданы на базе геодезических приборов). Я от штаба отдельного ракетного корпуса имея допуск к контролю прицеливания при постановке ракет на боевое дежурство, а также стоящих на боевом дежурстве ракет 8К64, как шахтных, так и наземных, а затем и ракет 8К84.

Входе этих работ мною впервые были обнаружены ракеты 8К64 - шахтные, стоящие на боевом дежурстве в рд на ст. Оловянная, - прицеленные с грубыми ошибками в расчётах, превышающими все допуски (более 5 угловых минут). Фактически ракеты прицелены были с ошибкой более 10 км от точки цели! Естественно, что исполнители этих расчётов были затем строго наказаны.

Начальник штаба корпуса полковник Лавровский Б.М. приказал мне организовать переподготовку всех начальников штабов, от начальника штаба дивизии полковника Халюченко до начальников штабов полков и дивизионов, с участием офицеров отделов боевой подготовки корпуса, в соответствии с руководящими документами ГШ РВ прицеливание и его контроль были возложены на все категории начальников штабов.

В дальнейшем таких промахов больше не допускали, а меня в начале 1964 года назначили начальником отдела геодезической подготовки корпуса.

Все вопросы прицеливания и организации его контроля, подготовки начальников штабов по этим вопросам командующий корпуса генерал-лейтенант Бровцин А.Н. возложил на отдел АГО, а его в дальнейшем переименовали в отдел КП и АГО.

Ещё одна из нештатных ситуаций сложилась в период моей службы уже в должности начальника отдела КП и АГО в Читинском корпусе.

В 1965 году в один из дней около 19.00 по местному времени, произошло сильное землетрясение с эпицентром, расположенным поблизости с позиционными районами дивизий (Дровяная и Оловянная). Находясь дома после работы и имея собственный житейский опыт по землетрясению, полученный ещё в молодые годы, я сразу же понял, что дом качает, как на море корабль. Знать, что это такое — одно дело, а что может случиться с нашими ракетами, стоящими на боевом дежурстве - совсем другое.

Первое, что я сделал, — доложил оперативному дежурному на командный пункт о времени начала землетрясения и попросил его немедленно представить доклады командующему корпуса генерал-лейтенанту Бровцину А.Н. и начальнику штаба полковнику Лавровскому Б.М. В первый момент никто не понял о чём идёт речь, далее оперативный дежурный ГШ РВ. Они не были готовы понять сам факт землетрясения и его последствия для состояний ПУ! По опросу дивизий с командного пункта факт землетрясения не был зафиксирован ни одним КП, начиная от дивизий и кончая полками. Вскоре ГШ РВ подтвердил нам факт землетрясения. Был сделан запрос в Академию Наук, и нам выдали все необходимые данные.

По прибытии командующего и начальника штаба на КП мы начали намечать меры контроля боеготовности. Раскрутка мероприятий началась в полную силу и всеми службами корпуса. К утру стали поступать первые донесения о состоянии ракет, шахт, систем, сооружений. Некоторые доклады носили несерьёзный характер: «...кое-где обвалилась штукатурка...». Затем пошли доклады и по намеченным нами мерам. По контролю прицеливания поступали разные сведения, от «нормально», до фактов, говорящих о нарушениях в прицеливании ракет, в большей степени это касалось систем ракет 8К84.

Особенность этих ракетных комплексов состояла в том что ракеты со стаканами стояли на пусковом столе, и прицеливание производилось разворотом стакана с ракетой На пусковом столе, а доводка ракеты осуществлялась без изменения боевых документов.

Ракеты 8К84 были подвешены в ПУ вместе со стаканом и прицеливание осуществлялось после пуска ракет путём разворота самой ракеты вокруг гиростабилизированной платформы (ГСП), после ввода данных в систему ГСП. С изменением исходного азимута надо было проводить пересчёт полётных заданий (ПЗ) и вводить уже новые данные в ГСП на разворот ракеты.

Как повели бы себя ракеты на пусковых столах и в подвешенном состоянии было не ясно. Требовалось разобраться в происходящем. Такая работа требовала снятия ПУ с боевого дежурства. Я вместе с комиссией от штаба корпуса выехал на пусковые установки, где были зафиксированы наибольшие расхождения, для организации внеочередной регламентной проверки систем прицеливания.

На одной ПУ 8П084 мы провели исследование всей системы прицеливания, проверки приборов, азимутов по годовой программе и получили полную картину состояния исходных данных азимутов. На новых данных провели прицеливание - получили неутешительные результаты - большое отклонение, выше допустимых норм. Что делать? Надо вводить новые данные и делать перерасчёт полётных заданий (ПЗ). Решили уточнить данные. Посадили второй расчёт прицеливания и получили ошеломляющий результат -ошибка оказалась еще больше, но уже в другую сторону?

После доклада начальнику штаба корпуса решили задействовать ещё 3 расчёта прицеливания (в качестве учёбы, так как ПУ было снято с БД). Результат тот же - все дают на одном приборе разные данные с ошибкой в пределах 10 угловых минут и даже более. Какому расчёту верить? Попробовали сменить комплект приборов прицеливания и снова прогнали через него все 5 расчётов. Результат опять не дал ни одного совпадения. Что же делать? Ведь одна угловая минута ошибки на расстоянии в 10 000 км даёт отклонение в 1852 метра. Кому поверить, какому расчёту прицеливания, какому прибору? Повторили расчёты результат тот же.

После обработки всех материалов и доклада командующего генерал-лейтенанта Бровцина А.Н. в ГШ РВ, нас срочно вызвали в Москву. На большом совещании с руководством отделов и служб ГШ РВ решением Главнокомандующего по нашим схемам исследования были вызваны представители разработчика, завода «Арсенал», проектных институтов и др. для принятия решения. Оказалось, что приборы дают такой разброс точности независимо от людей и ГСП тоже надо дорабатывать.

После этого приняли годовую программу исследований на ряде ПУ ракет 8К84 п. Оловянная, причём в разных вариантах. За «0» систем брали неподвижный «стакан ПУ» и наблюдали в течение года (по струне над призмой ГСП, приклеенной к стакану) приборами прицеливания струну и призму ГСП. Этим проверяли поведение всей системы в зависимости от времени года, перепада температур, влияния прохода рядом с ПУ тяжелой техники и т.д.

Больше всех досталось службе КП и АГО ракетной дивизии во главе с майором Полихович Н.В., как главным исполнителям этих работ, под руководством представителей ГШ РВ и завода «Арсенал». Одновременно на заводе шла доработка приборов прицеливания и других систем. По окончании этих работ были заманены все приборы на доработанные, заменены ГСП, изменена методика работы на приборах. Таким образом, боевая готовность пусковых установок была восстановлена».

В армии, как и во всех ракетных войсках, начинает активно разрабатываться и внедряться система организационно-технических мер, получившая название контроля прицеливания ракет. Начальникам штабов соединений и частей, служб ракетного вооружения и астрономо-геодезичеекого обеспечения вменялось в обязанность и устанавливалась их личная ответственность за точность, своевременный и полный контроль прицеливания, за организацию подготовки личного состава и техническую готовность систем прицеливания.

Поэтому наряду с организацией и выполнением мероприятий по астрономо-геодезическому обеспечению частей и подразделений, офицеры службы АГО организовали изучение и анализ состояния прицеливания ракет, разрабатывали необходимые предложения и указания соединениям и частям по контролю прицеливания ракет, обеспечивали их технической и методической документацией.

Полковник Килессо Р.А. вспоминает: «В самом контроле прицеливания ракет средней дальности первого поколения сложностей нет, но вот заполнение боевой документации и математический расчёт - оказались достаточно сложны для командиров батарей, особенно, когда им приходилось работать в специальном костюме химической защиты и в противогазе.

Часто совместно с офицерами отдела боевой подготовки бывал на проверках боеготовности расчетов прицеливания, я обратил внимание, что командиры батарей больше всего боятся контроля прицеливания, справляясь с этой задачей с трудом, за них почти всегда работали те же номера расчётов, что и прицеливали ракету, а они как бы присутствовали при этом.

Я провёл разъяснительную работу с начальниками штабов дивизионов. Они тоже жаловались на трудности вычислений. Стал искать, в чём причина такого массового недопонимания вопроса. Провёл исследование, как можно и на сколько упростить их работу, не снижая точности прицеливания, как сократить объём их работы, упростить расчёты во время контроля.

На сборах начальников служб КП и АГО полков я поручил им подготовить свои предложения. Но толку от этого вышло мало. Тогда дал задание личному составу геодезических взводов провести хронометраж обратных операций (установка отсчёта угла на теодолите и наведение на репер). Всё просто - 8 секунд и готово, даже молодые солдаты выполняют эту работу без труда и в противогазе, никакой боязни приборов. Результаты оформили документально. Всю работу командира батареи по контролю прицеливания свели только к измерению одного главного угла, между репером старта и репером ракеты (на ГСП) без вычислений. Комбат проверяет только «0» лимба, расчёт проводит заранее и заносит в боевую документацию по азимуту стрельбы. «0» совпал с репером старта — роспись и контроль закончен.

Провели занятия и с первого раза все поняли и справились с контролем прицеливания, причём не превышая норматива времени. После этого мы все документы доложили командующему армией генерал-полковнику Герчику К.В. и через отдел боевой подготовки послали их в ГШ РВ. Там наши документы утвердили, ввели эту схему контроля прицеливания, не меняя боевую документацию. Таким образом, командиры стартовых батарей перестали бояться контроля прицеливания, боеготовность расчётов выросла, и вопрос был закрыт».

В целях более глубокого изучения вопросов прицеливания офицерами-геодезистами служб частей и соединений в астрономо-геодезической службе армии с начала 1968 года была создана специальная программа и организованы 10-ти дневные курсы по переподготовке офицеров на базе 47-го учебного центра (г. Остров).

В течение 1968 года прошли курс переподготовки по теории к практике прицеливания ракет Р-12 и Р-14У наземного и шахтного базирования все офицеры отделений подготовки данных, геодезического обеспечения и контроля прицеливания соединений и частей, а также отдела боевой готовности и стрельбы армии.

В январе 1968 года на базе 49-й рд (г. Лида) под руководством начальника штаба армии генерал-лейтенанта Герчика К.В. были проведены первые двухдневные сборы начальников штабов соединений и частей по организации и качественному проведению прицеливания и инструментальной проверке точности прицеливания ракет по направлению.

В феврале того же года был издан приказ командующего армией, который определил основные положения по организации контроля прицеливания и ответственность должностных лиц за этот участок работы. В этот же период службой АГО разработаны «Методические указания по выполнению инструментальной проверки точности прицеливания ракет».

В июле 1968 года на базе 304-го рп (г. Раквере, командир полка полковник Боженко Г.И.) были проведены сборы начальников ОПД, ГО и КП соединений и частей и старших инженеров отделений дивизий, на которых подводились первые итоги работы по организации контроля прицеливания, повторно изучались и разъяснялись требования директивы Главнокомандующего РВ 1967 г. по выполнению функциональных обязанностей и персональной ответственности конкретных должностных лиц за организацию контроля прицеливания ракет.

Особое внимание в это время уделяется специальной подготовке личного состава расчетов прицеливания и офицеров, контролирующих прицеливание, совершенствованию учебно-материальной базы по прицеливанию — строительству тренажеров и оборудованию учебных классов.

Наряду с освоением новых задач, связанных с внедрением контроля прицеливания ракет по направлению, продолжалась работа по совершенствованию схем и методов восстановления и контроля геодезических направлений.

В целях повышения живучести боевых стартовых позиций за период с мая по сентябрь 1968 года геодезическими подразделениями выполняется большой объем работ по проверке вновь выбранных запасных боевых позиций (ЗБП).

Большую работу в этот период проводили отделения подготовки данных, геодезического обеспечения и контроля прицеливания в 23-й (г. Валга, начальник отделения подполковник Домнин Г.Н.,), 49-й (г. Лида - подполковник Курков Ю.Г.) и 24-й рд (г. Гвардейск — подполковник Беневицкий В.М.).

С 1969 года астрономо-геодезическая служба армии стала называться отделом контроля прицеливания и астрономо-геодезического обеспечения (отдел КП и АГО). Изменились названия отделений в штабах соединений и частей.

Принятыми мерами эффективность работы, в том числе и службы КП и АГО, поднялась на более качественный уровень с целью надежного обеспечения выполнения боевых задач по поражению заданных объектов и исключения ошибок при прицеливании ракет.

Одним из важных видов обеспечения является организация надежной охраны и обороны боевых стационарных и полевых стартовых позиций, командных пунктов, других объектов. В 1964 г. в каждом ракетном дивизионе были созданы роты электрозаграждений и минирования (РЭЗМ). В течение 1965 г. они оснащаются штатными инженерно-техническими заграждениями и сигнализацией. Централизованно прошли обучение офицеры РЭЗМ. К концу 1966 года 2-х месячные курсы переподготовки прошли 90% офицеров РЭЗМ. Многие офицеры обучались на 5-ти месячных курсах при Военной инженерной академии им. В.В. Куйбышева. В 1966 году в дивизионных школах младших специалистов были созданы учебные взвода по подготовке специалистов РЭЗМ. Вокруг боевых стартовых позиций дивизионов монтируются системы электрозаграждений, устанавливаются сигнальные мины, оборудуются сторожевые вышки и огневые сооружения. Личный состав РЭЗМ усиленно занимается огневой подготовкой, изучает минное дело, повышает свою квалификацию в эксплуатации электрохозяйства заграждений.

Важную роль в совершенствовании охраны и обороны боевых стартовых позиций и повышении ее надежности сыграл перевод караулов на боевое дежурство. Еще в 1967 году «Наставлением по боевой готовности частей и соединений» было определено, что караульная служба по охране и обороне боевых позиций является несением боевого дежурства. Окончательный перевод караулов на несение боевого дежурства был осушествлен в июле 1969 года, после выхода нового Боевого устава Ракетных войск. С этого времени дежурные смены охраны и обороны-караула вошли в состав дежурных сил полка.

Личный состав РЭЗМ несет боевое дежурство совместно с дежурной сменой ракетного дивизиона двумя-тремя сменами продолжительностью по семь суток.

На РЭЗМ возлагалась также охрана полевых стартов и полевых командных пунктов при выходе дивизионов в запасные районы. Эта задача осложнялась тем, что РЭЗМ при выходе ракетного дивизиона на полевые боевые стартовые позиции (учебные) (ПУБСП), продолжала нести ответственность за надежную охрану стационарной позиции, на которой оставался боезапас и стационарный командный пункт дивизиона с дежурной сменой КП боевыми документами и стационарными средствами связи.

Выполняя требования директивы ГКРВ 1967 г., принимаются меры к усилению охраны и обороны каждой боевой стартовой позиции: караульные помещения приспосабливаются для ведения боя (на окна устанавливаются бронещиты. противогранатные сетки), строятся огневые сооружения, соединенные ходами сообщения, устанавливаются дополнительные инженерные заграждения. Дежурные смены охраны и обороны — караулы вооружаются пулеметами и гранатами, что значительно повышает их огневые возможности. Была также усилена защищенность личного состава от воздействия огневых средств противника, созданы подвижные резервы, находящиеся в постоянной боевой готовности для усиления и поддержки дежурных смен охраны и обороны-караулов.

Немаловажная роль отводится организации боевого дежурства и подготовке дежурных смен охраны и обороны-караулов, уделяется неослабное внимание правильному подбору их состава, изучению моральных и деловых качеств военнослужащих, ведению партийно-политической и комсомольской работы при несении боевого дежурства, наиболее полному его обеспечению.

Комплектование рот электротехнических заграждений и минирования стало осуществляться наиболее дисциплинированными солдатами, сержантами и офицерами, способными по своим морально-боевым и политическим качествам нести службу по охране и обороне особо важных объектов. С этой целью директива ГШ ВС СССР от 28 января 1969 года повысила требования к призывникам, направленным для прохождения службы в РЭЗМ.

Вопросы совершенствования охраны и обороны регулярно обсуждались Военным Советом армии, который намечал и проводил в жизнь конкретные меры по устранению вскрытых при работе в частях недостатков, повышению ответственности командиров штабов, политорганов за положение дел в ротах электротехнических заграждений и минирования, улучшению качества их комплектования, обучения и воспитания личного состава.

Так как дежурная смена охраны и обороны — караул при несении дежурства в течение семи суток постоянно находилась с оружием, это требовало постоянного внимания командиров и политработников к организации их службы. Как правило, абсолютное большинство смены составляли комсомольцы. Из их числа назначались комсгруппорг, агитатор, редактор боевого листка. Политработники полка инструктировали актив каждого караула, оказывали помощь в обеспечении газетами и журналами, оформлении наглядной агитации, создании библиотечек в караулах, оснащении радиоприемниками, а несколько позднее — и телевизорами для прослушивания и просмотра последних известий. Командиры и политработники регулярно проверяли несение караульной службы, бывая в караульных помещениях, беседовали с личным составом караула, контролировали проведение политико-воспитательных мероприятий, выполнение плана политико-воспитательной работы. Все это помогало поддерживать в караулах нормальный служебный ритм и атмосферу дружелюбия и взаимопомощи.

Наиболее активно и целеустремленно в 1968-1969 годах организуется политико-воспитательная работа в дежурных сменах охраны и обороны БСП - караулах в 30-м рп (23-я рд, г. Алуксне, командир Кныш Н.И., заместитель по политчасти Гуцал И.И.), 24-м рп (40-я рд, пос. Кица - Хачатуров Ф.З. и Беляев А.Г.), 867-м рп (29-я рд, г. Добеле - Орехов Л.В. и Стуликов Н.Н.), 637-м рп (58-я рд, г. Таураге -Дегтеренко П.Г. и Васильев В.В.).

В 1968-1969 годах принимаются меры по улучшению подготовки командиров взводов и командиров РЭЗМ. Роты электротехнических заграждений и минирования стали комплектоваться офицерами - выпускниками Хабаровского командно-технического училища и офицерами, окончившими годичные курсы при войсковой части 35600.

Изыскиваются новые способы и методы контроля несения службы дежурными сменами охраны и обороны-караулами (внезапные проверки, проверки по средствам связи). Значительное внимание уделялось созданию нормальных бытовых условий в караульных помещениях, качеству питания.

Была развернута работа по созданию учебно-материальной базы подразделений охраны.

 

С повышением маневренности ракетных подразделений возросло значение инженерного обеспечения боевого дежурства и боевых действий. В течение 1965-1966 гг. для всех наземных ракетных дивизионов Р-12 оборудуются учебные запасные полевые районы (УЗПР). В каждой батарее на стационарной БСП разворачивается по 2 убежища для укрытия личного состава боевого расчета. В 1967 г. они оборудуются фильтро-вентиляционными установками.

Проводится большая работа по маскировке боевых позиций. В результате посадки зеленых насаждений и одернования ликвидированы резкие демаскирующие признаки основных позиционных районов.

Для решения инженерных задач по подготовке полевых районов и маршрутов выдвижения к концу 1966 г. инженерные подразделения полков оснащаются путепрокладчиками БАТ, котлованными машинами МДК и другой новой техникой. Это способствовало более быстрому и качественному проведению мероприятий по укрытию личного состава и техники РДН и сббр.

В 1968-1969 гг. проводится работа по подготовке дивизионов Р-12Н и офицерского состава к самостоятельному выполнению боевых задач из запасных позиционных районов (ЗПР). Изучаются и практически отрабатываются вопросы сборки в установки стартовых площадок СП-6, подготовки и оборудования укрытий для личного состава, вооружения и техники, маскировки элементов боевых порядков.

Инженерные подразделения частей осваивали поступившую дорожную, землеройную и другую технику, а также решали задачи по ремонту и содержанию подъездных автомобильных дорог, инженерного оборудования основных и запасных боевых позиций.

Проводилась большая работа по наращиванию и совершенствованию системы инженерных заграждений и средств сигнализации. Вокруг БСП и отдельно расположенных сборочных бригад ртб были созданы зоны заграждений глубиной 100-600 м. К концу 1969 года общая протяженность зон заграждений составила 654 км. Лучших результатов в строительстве зон заграждений и организации их эксплуатация добились ракетные дивизии, дислоцированные в Прибалтике: 24-я рд (г. Гвардейск, начальник инженерной службы подполковник Загоруй А.Я.), 23-я рд (г. Валга — подполковник Резников Б.Я.), 29-я рд (г. Шяуляй — подполковник Котляров В.Ф.).

 

Совершенствуется подготовка войск к ведению боевых действий в условиях применения противником оружия массового поражения.

В 47-м учебном центре (войсковая часть 35600, г. Остров) организуется проведение полигонной практики отделений радиационной и химической разведки полков. По окончании обучения проводятся состязания по специальной подготовке. Лучшие результаты показали химики-разведчики 33-й рд (г. Мозырь) и 32-й рд (г. Поставы). Лучшим химиком-разведчиком признан младший сержант Бондаренко В.К. из 249-го рп 32-й рд (г. Полоцк).

В 1967 г. организуется практика личного состава отделений радиационной и химической разведки в учебных центрах Белорусского (н.п. Крупский) и Прибалтийского (н.п. Добровольский) военных округов.

Химическая служба армии (начальник химической службы полковник Панфилов Б.С. и старший офицер химслужбы подполковник Порозков П.И.) проводит в частях серию методических сборов по организации обучения личного состава и оборудованию химгородков и учебных площадок. Непрерывное пребывание личного состава в средствах защиты в 1965 г. доведено до 4-5 час, в 1966 г. - до 6 час, а в 1967 г. - до 6-7 час. В ходе всех комплексных занятий к учений отрабатываются практические мероприятия по защите личного состава боевых расчетов от оружия массового поражения.

Продолжалось совершенствование индивидуальных средств защиты от оружия массового поражения. На вооружение частей и подразделений армии стали поступать специальные фильтрующие противогазы ПРВ (противогаз Ракетных войск), предназначавшиеся для защиты личного состава от паров компонентов ракетных топлив.

В 1969 году в штат управлений соединений были введены отдельные взвода химической защиты (ОВХЗ). Первыми командирами взводов были назначены: в 23-й рд (г. Валга) — лейтенант Ахмадеев И.Р., в 58-й рд (г. Кармелава) — лейтенант Вилочюгин И.И., в 29-й рд (г. Шяуляй) — лейтенант Веселов А.И. Они были предназначены для оказания помощи частям в проведении мероприятий по защите от оружия массового поражения, а также являлись теми подразделениями, на базе которых должны были развертываться мобилизационные формирования по штатам военного времени.

Основное внимание обращалось на обеспечение выполнения задач в условиях применения противником ядерного оружия по объектам армии и оказанию помощи соединениям и частям при ликвидации последствий применения противником оружия массового поражения.

Совершенствование приемов и способов использования подразделений химзащиты в условиях применения противником оружия массового поражения включало ведение радиационной и химической разведки, проведение специальной обработки личного состава, техники и вооружения, обеспечение контроля степени заражения личного состава, вооружения, техники и запасов материальных средств, контроль изменения уровня заражения местности.

В этот период уделяется также внимание подготовке личного состава к защите от зажигательных средств. С этой целью в соединениях и частях была проведена серия показных занятий для руководящего состава соединений и частей по методике подготовки личного состава к защите от зажигательных средств. Демонстрировалось преодоление огневой штурмовой полосы. Руководил этими мероприятиями начальник химической службы армии полковник Панфилов Б.С.

 

Радиоэлектронная борьба (РЭБ) как комплекс мероприятий, проводимых в целях выявления и последующего радиоэлектронного подавления радиоэлектронных средств (РЭС) и систем противника, а также в целях радиоэлектронной защиты своих войск, относится к одному из видов боевого обеспечения. Уже в 1961 году в Главном штабе Ракетных войск создается отдел радиопротиводействия с задачей закрытия каналов утечки информации о разрабатываемых и испытываемых ракетных комплексах и космических объектах. К середине 60-х годов противодействие радиоэлектронной разведке противника, в том числе и в ракетных войсках, начинает приобретать все большее значение.

Это было связано с рядом факторов. В первую очередь, системы боевого управления ракетными войсками продолжали интенсивно насыщаться радиоэлектронными средствами, что создавало возможность средствам радиоэлектронной разведки империалистических, государств получать, путем перехвата и обработки излучений РЭС, информацию о деятельности ракетных частей и соединений и их дислокации. С 1963 года для целей РЭР стали использоваться искусственные спутники Земли, имевшие большие и постоянно развивающиеся возможности ведения радио- и фоторазведки. Противодействие этому стало одной из задач РЭБ к концу 60-х годов. В целях противодействия радиоэлектронной разведке приказом МО СССР были определены основные меры радиомаскировки при работе на излучение радиоэлектронных средств связи, а «Инструкцией по радиотехнической маскировке» (ИРМ-600) - меры радиотехнической маскировки специальных РЭС ртб. Выполнение требований этих документов в 1968-1969 гг. помогло значительно снизить вероятность перехвата излучений РЭС средствами РЭР вероятного противника, повысило дисциплину радиосвязи, требовательность командиров и начальников к вопросам радиомаскировки при работе штатных радиосредств.

Вопросами противодействия космической и воздушной разведке командиры и штабы занимались путем осуществления мероприятий инженерной маскировки стартовых позиций и командных пунктов. В эти годы отрабатывались вопросы маскировки путем создания ложных дорог и тупиков на БСП, покрытия бетонных площадок и дорог дерном, закрытия дорог макетами кустарников, использования масок над стартовыми позициями при проведении комплексных занятий на БСП. Хотя эти меры маскировки оправдали себя не полностью, они дали первый толчок к развитию стройной и эффективной системы противодействия, средствам иностранных технических разведок.

С появлением у США и стран НАТО мощных стационарных центров помех в СДВ и КВ диапазонах в соединениях и частях армии стали отрабатываться способы радиоэлектронной защиты от помех противника. Дежурные смены связи начали обучаться в учебных классах приему сигналов в условиях интенсивных радиопомех, а на пунктах управления были сделаны первые шаги в вопросах методики восстановления сигналов боевого управления, принятых с искажениями в условиях радиопомех.

Таким образом, 1968-1969 годы стали периодом формирования основных принципов радиоэлектронной борьбы в частях, однако интенсивность проведения соответствующих мероприятий и необходимость их общей координации в интересах противодействия иностранным разведкам привели к созданию специальной службы РЭБ. В 1967 году создается служба радиоэлектронной борьбы Главного штаба, а в 1970 году в армии вводится штатная должность начальника радиоэлектронного противодействия, в соединениях — помощника начальника штаба по радиоэлектронному противодействию. Первым начальником службы РЭБ 50-й ракетной армии являлся полковник А.Я. Казанцев, имевший богатый опыт организации радиоэлектронной борьбы и сумевший в короткий срок наладить в соединениях, частях и подразделениях армии плановую, непрерывную и эффективную работу в соответствии с уставными и директивными документами по вопросам РЭБ. Его в последующем сменил полковник Кузнецов ВС. получивший большую практику работы в подразделениях РЭБ и штабах соединений.

В США в 60-е — 70-е годы началась интенсивная разработка системы противоракетной обороны, что в ответ повлекло задачу преодоления головными частями ракет ПРО вероятного противника. Уже с 1967 года ряд ракетных комплексов стал оснащаться средствами преодоления ПРО. Контроль правильной эксплуатации этих систем в соответствующих соединениях был возложен на помощника главного инженера по радиоэлектронному противодействию, должность которого была введена в 1969 году.

В последующем задачи службы РЭБ все более усложнялись, что требовало незаурядных способностей и эрудиции специалистов РЭБ, высоких организаторских качеств, умения быстро реагировать на изменение технических возможностей средств ведения разведки с целью проведения эффективных ответных мер. Основным методом обучения войск ведению радиоэлектронной борьбы становятся учения с частями и подразделениями в условиях, приближенных к реальным, на которых предъявляется жесткая требовательность к маскировке, соблюдению дисциплины связи, к умению работать на средствах радиосвязи при воздействии прицельных радиопомех.

Служба РЭБ 50-й РА становится одной из лучших служб в ракетных войсках.

Вопросы надежного автотехнического обеспечения ракетной армии постоянно находились под пристальным вниманием командования, так как поддержание постоянной боевой готовности и несения боевого дежурства было немыслимо без высоко организованной системы эксплуатации автомобильного транспорта и специальной техники ракетных частей и подразделений. В армии на начальном этапе 1960-1965 гг. был накоплен богатый опыт поддержания высокого коэффициента готовности автомобилей, организации их технического обслуживания и ремонта, подготовки огромного количества водителей разнообразных типов машин, работы по предупреждению дорожно-транспортных происшествий.

Система этой работы непрерывно совершенствовалась и наращивалась, используя все новые и новые формы и методы.

В рассматриваемый период автотракторная служба армии решала следующие основные задачи:

- организация технически правильной эксплуатации автомобильной техники и поддержания её в постоянной боевой готовности;

- организация своевременного и качественного ремонта техники, повышения эффективности работы ремонтных подразделений;

- внедрение планов предупредительной системы технического обслуживания;

- организация технической ревизии автомобильной техники, выработавшей гарантийный ресурс;

- своевременное обеспечение соединений и частей автомобильной техникой и автомобильным имуществом.

С 1 июня по 1 июля 1965 г. в армии проводится месячник автотракторной службы, а с 1.10 по 10.10 - смотр автомобилей. Это способствовало наведению уставного порядка в автомобильных подразделениях частей и соединений ракетной армии. Большого напряжения потребовало обеспечение постоянной готовности войск в период убытия значительного количества автотранспорта на уборку урожая. В связи с большим отрывом автомобильной техники на уборку урожая проводятся дополнительные мероприятия по автотехническому обеспечению боевой готовности ракетных частей.

В 1966 году в войсках армии проводится конкурс по безаварийной эксплуатации и отличному содержанию автотракторной техники. В войсках внедрялся передовой опыт эксплуатации техники и подготовки водителей.

Во всех частях внедряется Положение по подготовке автотракторной техники к сезонной эксплуатации методом специаализированных постов, создаются пункты технического обслуживания (ПТО) в каждом ракетном дивизионе и организуется четкая работа аккумуляторно-зарядных станций.

С 1 января 1966 г. в армии осуществляется переход к централизованному снабжению частей автомобильным имуществом через армейскую Базу ремонта и хранения автомобильной техники и имущества (брхат) — войсковая часть 52909 (г. Гомель), которая непрерывно совершенствовала технологию ремонта и расширила объем выполняемых работ. К концу 1967 г. ею выполнено 400 капитальных и средних ремонтов автомобилей, 1020 капитальных ремонтов двигателей, 740 капитальных ремонтов комплектных агрегатов автомобилей, изготовлено свыше 200 и отреставрировано более 250 различных деталей. К 1969 году строительство базы по ремонту и хранению автотракторной техники заканчивается. Благодаря самоотверженному труду офицеров, сверхсрочнослужащих и всего личного состава производственные помещения базы в кратчайший срок были оборудованы, налажен технологический процесс капитального ремонта автомобилей ЗИЛ-157.

Ввод в строй завода позволил повысить качество ремонта, производительность труда за счет механизации производственных процессов, ввести более совершенные формы организации труда.

Коллектив авторемонтной базы в этот период возглавлял опытный руководитель, участник Великой Отечественной войны подполковник Абатуров А.И., в последствии -начальник автотранспортной службы одной из армий.

Широкое распространение среди личного состава ремонтных подразделений получило движение за экономию и бережливость, улучшение качества выпускаемой продукции.

Большая воспитательная работа проводилась начальниками автотракторной службы частей и соединений по мобилизации личного состава на успешное выполнение стоящих задач. Этому способствовало и то, что большинство автомобильных служб частей возглавляли опытные офицеры, участники Великой Отечественной войны. Большой вклад и решение этих задач вносили полковник Рясков НН.., подполковник Каменев Н.И., Митахович А.И., Васин А.И., майор Бурнашов А.М.

В июне 1969 года ракетная армия была подвергнута проверке комиссией Центрального автотракторного управления ЦАВТУ МО. Проверялись две ракетные дивизии: 31-я (г. Пружаны) и 58-я (г. Кармелава). Возглавлял комиссию начальник ЦАВТУ Герой Советского Союза генерал-полковник А.С. Бурдейный. В 31-й рд проверялись 403-й рп (г. Ружаны) и 638-й рп (г. Слоним).

Проверка длилась 10 дней. Техническое состояние автомобилей проверяли военпреды Московского завода ЗИЛ и Минского автомобильного завода. Планирование и организацию занятий по технической подготовке водителей и других специалистов автомобильной службы и автомобильную подготовку офицеров полка — начальник учебного отдела одного из учебных центров ЦАВТУ МО СССР. Также досконально проверялся учет материальных средств, поступавших на снабжение, вплоть до сверки основных агрегатов с техническими паспортами автомашин. Начальник отдела эксплуатации ЦАВТУ МО СССР генерал-майор Морозов лично проверял вопросы планирования эксплуатации, учёта проведения технических обслуживаний и особенно учет мероприятий, проводимых по предупреждению автомобильных происшествий и выполнению требований приказов Министра обороны СССР.

Оба соединения получили общую хорошую оценку. В лучшую сторону была отмечена 31-я рд (г. Пружаны).

Вопросам организации автотракторной службы, совершенствованию стиля и методов работы командования по повышению боеготовности автомобильной техники и предотвращения происшествий при ее эксплуатации неослабное внимание уделял Военный Совет армии.

Расширенное заседание Военного Совета по этим вопросам состоялось 10 июля 19б9 года. В его работе принимали участие начальник центрального автотранспортного управления генерал-полковник Бурдейный А.С. и начальник автомобильной службы ракетных войск генерал-майор Моросанов И.А.

В этом же году в РВСН проводился смотр-конкурс автомобильных парков. От 50-й РА на смотр-конкурс были представлены два ракетных полка 403-й рп (г. Ружаны) 31-й рд и 307-й рп (г. Елгава) 29-й рд. 403-й рп (начальник автослужбы майор Андреенко А.Е.) занял 3-е призовое место среди всех полков РСД Ракетных войск.

В сентябре 1969 года были проведены сборы начальников автотракторных служб соединений и частей, на которых обсуждался вопрос о состоянии и мерах улучшения работы по предотвращению автомобильных происшествий. К этому времени более 90% ртб, значительное количество ракетных полков и дивизионов работали без происшествий более 3 лет.

Немало положительного в работе отмечалось в 31-й рд (г. Пружаны, командир генерал-майор Кадзилов Б.И., начальник автотракторной службы майор Бушелев Е.М.)

Здесь сложилась определенная система по предупреждению автомобильных происшествий. В центре внимания командиров, штабов, политработников, коммунистов автотракторной службы частей и подразделений постоянно находились вопросы подбора, обучения и воспитания водителей и старших машин, конкретная борьба по недопущению пьянства среди водительского состава.

На должном уровне поддерживалась организация внутренней службы в автопарках. Осуществлялся постоянный контроль должностными лицами, суточным нарядом за выходом автотранспорта. Была повышена требовательность к лицам, несущим службу на контрольно-технических пунктах, и работникам автомобильной военной инспекции.

Обучение водительского состава, офицеров автомобильной службы в частя и соединения было организовано в соответствии с требованиями организационных указаний.

Командование, политический отдел, автотракторная служба соединения систематически, не менее одного раза в квартал, глубоко анализировали работу по предупреждению автопроисшествий, вскрывали причины недостатков, намечали и осуществляли в частях и подразделениях конкретные меры в решении этих вопросов.

Значительное место в работе командиров, политработников, офицеров автотракторной службы соединения уделялось вопросам ухода и сбережения автотракторной техники. Организация дней обслуживания техники, сезонных регламентных работ здесь являлось делом каждого командира и политработника, партийных и комсомольских организаций.

Вполитико-воспитательной работе основной упор делался на воспитание у воинов-автомобилистов глубокого сознания своего воинского долга перед Родиной, высокой ответственности за выполнение требований военной присяги, воинских уставов. Основные усилия направлялись на индивидуальную работу с автомобилистами различных категорий, воспитание их на положительном опыте работы передовых водителей.

Поэтому, не случайно, в абсолютном большинстве частей этого соединения в течение 3-х и более лет не было автокатастроф и других автопроисшествий.

Наиболее целеустремленно и эффективно проводилась работа по предупреждению автомобильных происшествий в соединениях и частях, где командирами и начальниками автотракторной службы были Кадзилов Б.И. и Бушелев Е.М, Акимов Б.А. и Каменев Г.И., Галимов Д.Г. и Чередниченко А.В., Михалкин В.А. и Таран А.А., Шиянов А.И. и Валидов И.В.

Автомобильные службы армии в этот период также решали важнейшие задачи по подготовке автотранспорта и водительского состава для автомобильных батальонов, ежегодно направляемых на уборку урожая. Поскольку интенсивность эксплуатации машин при перевозке сельскохозяйственных продуктов была очень высокой, восстановление их исправности после каждого сезона являлось серьезной задачей, требовавшей больших усилий офицеров-автомобилистов, войсковых ремонтных органов и значительных материальных средств. Это, естественно, отвлекало от решения главной задачи по обеспечению постоянной боевой готовности ракетных комплексов, ложилось дополнительным бременем на плечи командиров и автомобильных служб и соответствующим образом влияло на эффективность их деятельности.

В то же время, самоотверженность воинов-ракетчиков при решении этого задания государственного значения не может быть вычеркнута из истории ракетной армии и заслуживает отдельного повествования.

44-я отдельная авиационная эскадрилья, базировавшаяся на аэродроме г. Смоленска в этот период продолжала эффективно решать задачи авиационного обеспечения. Самолетный парк эскадрильи составляли самолеты АН-2, Ли-2 и ИЛ-14, а затем и вертолеты Ми-4, Благодаря высокому летному мастерству, хорошо налаженной системе проведения регламентов, предполетной подготовки и послеполетному обслуживанию самолетов, отличной работе диспетчерской службы эскадрилья безотказно выполняла все полетные задания. Летчиками эскадрильи были освоены все трассы полетов, практически все аэродромы на территории дислокации частей и соединений армии: в Литве, Латвии, Эстонии, Калининградской области, Белоруссии, Ленинградской, Мурманской, Псковской, Калининской областей. Воздушная выучка экипажей позволяла выполнять полеты в сложных метеоусловиях и ночью, совершать посадки и выполнять взлеты с запасных аэродромов военных округов, не имеющих технических средств обеспечения полетов.

За этим мастерством стояла неутомимая организаторская работа первого командира авиаэскадрильи подполковника Касаткина Л.В. Участник Великой Отечественной войны, совершивший 146 боевых вылетов. Он участвовал в бомбардировках Киркенеса, Штеттина, Кенигсберга, Берлина, оборонял Ленинград и освобождал Смоленск. За боевые подвиги Касаткин Л.В. был награжден тремя орденами Красного Знамени, орденом Отечественной войны первой степени, орденом Красной звезды, 15 медалями.

Авиаэскадрилья не имела летных происшествий и предпосылок к ним, поломок авиационной техники.

Командующий армией генерал-полковник авиации Добыш Ф.И. и его заместители, пришедшие вместе с ним из 50-й Воздушной армии, хорошо понимали и постоянно вникали в нужды авиаторов, оказывали всемерную помощь не только в повышении легного мастерства, но и в материально-техническом обеспечении полетов и регламентов, проявляли заботу о быте летного и технического состава.

Авиационная эскадрилья являлась надежным средством личного общения командующего и его заместителей с командованием дивизий и полков, оперативной доставки в войска срочных документов и материально-технических средств, генералов и офицеров вышестоящих штабов, представителей конструкторских организаций и промышленности для решения неотложных вопросов боевой готовности.

1968-1969 гг. стали годами дальнейшего повышения воздушной выучки летных экипажей, повышения летного мастерства, совершенствования способов авиационного обеспечения Главного штаба РВ и ракетной армии. Самолетный парк эскадрильи пополнился новыми машинами АН-24. Большой вклад в дело освоения новой авиационной техники, переучивания экипажей внесли опытные летчики: командир подполковник Касаткин Л.В. и заместитель командира майор Коннов А.А.

С июля по сентябрь 1968 года экипажи подполковника Касаткина Л.В. и капитана Канюки Н.А., «выполняли правительственное задание по оказанию помощи в борьбе с контрреволюцией в Чехословакии. Поставленные задачи экипажи выполнили успешно, за что подполковник Касаткин Л.В., капитан Кармадонов В.Д., старший лейтенант Хлопцев С.Н., и лейтенант Клявзо Е.В. были награждены медалями Чехословакии «За братство по оружию 3-ей степени».

В 1968-1969 годах летные экипажи продолжали освоение полетов на максимальную дальность и продолжительность, освоение воздушных трасс СССР и летных воздушных линий в районах Крайнего Севера и Дальнего Востока.

В этой работе особенно отличались командиры кораблей капитаны Багдыков Ю.А., Канюка Н.А., КагдинВ.В., летчики старшие лейтенанты Хлопцев С.Н., Головин Г.В., штурманы: участник Великой Отечественной войны майор Мадылевский О.Ш., капитаны Парфильев С.С., Кармадонов В.Д., бортовые авиационные техники: капитаны Фатин В.И., Михайлов А.В., старший лейтенант Кононенко А.М., которые с большим желанием передавали свой богатый опыт молодому летному составу.

В этот период в авиационной эскадрилье выросли замечательные кадры инженерно-технического состава, который возглавлял участник Великой Отечественной войны подполковник технической службы Черномордик М.Р. Авиационные техники в короткие сроки осваивали новые машины, оборудование и порядок его обслуживания.

Большой вклад в дело повышения надежности авиационной техники вносили капитаны т/с Блехер Г.А. и Лесников В.Д., капитан Небрежидовский Н.В.

По итогам социалистического соревнования за 1968 год авиационные подразделения имели 60% отличников боевой и политической подготовки в эскадрилье и 40% — в отдельной роте аэродромно-технического обслуживания, 66% отличных звеньев, 75% отличных групп и 33% отличных взводов.

После убытия подполковника Касаткина Л.В. в другую часть 6 августа 1969 года командиром авиаэскадрильи был назначен майор Ю.А. Багдыков. Заместителем по политчасти был в это время капитан Томилин Н.П.

 

Метеорологическое обеспечение имело своей целью наиболее полное использование метеоусловий для применения ракетной техники и авиации, а также обеспечение безопасности при организации и производстве работ на боевой технике. Боевые задачи и мероприятия по боевой готовности обеспечивались в метеорологическом отношении специально предназначенной для этого метеорологической службой.

Отдел астрономо-геодезического и метеорологического обеспечения был сформирован в сентябре 1960 года. Специальное руководство подразделениями службы в частях в соединениях и контроль за состоянием метеообеспечения осуществлял офицер этого отдела — инженер-синоптик, инженер-подполковник Ляхушин П.И., приложивший немало усилий по формированию, становлению службы, укомплектованию ее личным составом, техникой, аппаратурой и приборами. В 1960-1961 г.г. метеорологическая служба была в каждом ракетном полку, а начальник метеослужбы — в штабе объединения.

Метеобюро с 1960 по 1969 год непрерывно осуществляло обеспечение полетов авиации в армии. В этот период на вооружении авиации объединения были вертолеты МИ-4, самолеты АН-2, ЛИ-2, ИЛ-14, полеты которых выполнялись на малых и предельно малых высотах, и были максимально зависимы от метеоусловий. Метеорологическое обеспечение полетов осуществлялось по территории Смоленской, Калининской, Ленинградской, Московской, Мурманской областям, по Белоруссии и Прибалтике, а также при перелетах авиации в интересах Главного штаба Ракетных войск.

В задачи метеоподразделений входило обеспечение штабов и пунктов управления данными о ветре по высотам до 24 км, а также приземными данными, температуре воздуха, влажности, скорости и направлении ветра. Эта информация использовалась в подготовке данных для пуска и полета ракет. В полках, стоявших на боевом дежурстве, метеоподразделения также несли круглосуточное дежурство. Радиозондирование осуществлялось два раза в сутки, а во время учений — через каждые 6 часов. Отработанные материалы радиозондирования пересылались для анализа в штаб объединения.

На вооружении метеоподразделений ракетных полков в этот период были подвижные метеостанции (ПГС) и радиолокационные метеорологические станции РМС-1 на базе автомашины ЗИЛ-130. К концу 1961 года в подразделениях метеослужбы в полках насчитывалось 63-66 автомашин с метеостанциями. Для каждой из них в ракетных полках оборудовалась специальная позиция.

В полках и дивизиях метеослужбы комплектовались офицерами метеослужбы из авиации, а также выпускниками Кирсановского авиационно-технического училища и офицерами-радиотехниками. Многие из них имели незначительный опыт радиозондирования, некоторые совсем были незнакомы с этой работой. Поэтому, офицеры-радиозондировщики проходили переподготовку в течение 3-х - 6-и месяцев на метеорологическом факультете академии им. Можайского, а также изучали свою специальность самостоятельно с обязательной сдачей зачетов, в соединениях проводились сборы по вопросам изучения техники и методики радиозондирования. Контроль обучения офицеров осуществлялся начальниками метеослужб дивизий, а также инженером-синоптиком, офицерами отдела геодезического и метеорологического обеспечения.

Личный состав срочной службы проходил предварительную подготовку в течение 10 месяцев в Могилевской и Камышинской школах младших метеоспециалистов. С 1961 года операторы и радиозондировщики РМС-1 стали готовиться в учебном центре войсковой частя 35600. Здесь была создала хорошая учебно-материальная база, оборудованы действующие схемы блоков РМС-1. Контроль знаний и прием экзаменов у курсантов осуществлялся с помощью технических средств обучения. В этом учебном центре также проходили переподготовку и некоторые офицеры-метеоспециалисты ракетных полков.

Когда боевые расчеты ракетных полков перед постановкой на боевое дежурство выезжали на государственный полигон для производства учебно-боевых пусков ракет; вместе с полком выезжал и расчет РМС-1 для обеспечения пусков. Здесь личный состав расчета сдавал экзамен комиссии полигона на право обеспечения пуска и допуск к несению дежурства.

Вместе с организационными мероприятиями проводилась большая работа по воспитанию личного состава, повышению боевой выучки метеоподразделений, по изучению радиолокационных станций РМС-1 и внедрению передового опыта метеообеспечения ракетных частей. С этой целью в 1962 году были проведены учебно-методические сборы начальников РМС-1 и начальников метеослужб соединений на базе войсковой части 33847 (г. Выру), где была создана образцовая метеослужба.

Определенных положительных успехов добилась метеорологическая служба ракетных полков 24-й ракетной дивизии (г. Гвардейск, начальник метеослужбы капитан Шмаров В.П.). Она первой среди соединений армии стала осуществлять зондирование атмосферы.

В 1963 году метеорологическая служба в ракетных полках в связи с переходом на новую технику была упразднена. В это время в соединениях формируются метеобюро. В их задачи входило радиозондирование, обеспечение полков данными о ветре до высоты 24 км, прогнозирование погоды на территории дислокации ракетных полков, осуществление штормового оповещения и предупреждения соединений и частей.

По мере развития и совершенствования боевой техники происходили дальнейшие изменения и в метеослужбе. В марте 1964 года метеорологические подразделения в соединениях были упразднены. В армии же метеослужба была усилена и в апреле 1964 года выделена из отдела астрономо-геодезического и метеообеспечения в самостоятельное подразделение. В штабе армии было сформировано метеорологическое бюро. Начальником службы - начальником метеобюро был назначен инженер-подполковник Ляхушин П.И., старшим инженером-аэрологом инженер-капитан Белов А.Н., инженером-синоптиком инженером по шифровальным машинам инженер-капитан Дубинин Н.И. В это же время для работы в боевых условиях в службу поступают шифровальные машины М-130 с соответствующей документацией.

Метеорологическая служба обеспечивала теперь командование, штабы и командные пункты всех степеней следующими данными:

- сведениями о фактических и ожидаемых метеоусловиях в позиционных районах, а также по маршрутам и районам полетов (перелетов) самолетов и вертолетов;

- штормовыми оповещениями и предупреждениями об опасных явлениях погоды и гидрологического режима;

- климатическими, гидрологическими характеристи ками, справками о многолетнем режиме гидрометеорологических условий в районах дислокации частей.

В соответствии со штатным составом с 1964 года в метеобюро и в метеоподразделениях авиационных эскадрилий было установлено круглосуточное дежурство личного состава срочной службы, офицеров и сверхсрочнослужащих - с 7.00 до 21.00. При проведении учений и командно-штабных тренировок офицеры дежурили круглосуточно. Командиры, штабы, командные пункты соединений и частей непрерывно обеспечивались информацией о метеообстановке, которая учитывалась при планировании боевой подготовки, особенно при планировании комплексных занятий.

В1967 году метеослужба предупредила части о надвигавшемся стихийном бедствии. Вечером 6 августа на западе Эстонской ССР разразился ураган. В первой половине дня метеобюро выдало штормовое предупреждение об ожидаемом усилении ветра до 18-20 м/сек., с отдельными порывами до 20-25 м/сек в позиционном районе 23-й рд, особенно в районе г. Хаапсалу, где размещался 94-й рп. Командование дивизии приняло меры безопасности. Некоторые подразделения, которые жили в палатках, были переведены в стационарные помещения. Техника переводилась в более безопасные места. Но погодные явления превзошли все расчеты метеорологов. Фактическая скорость ветра в прибрежных районах достигла 30-33 м/сек., а в отдалении от берегов 22-25. Ураган сопровождался ливнем. В частях этого соединения были приняты дополнительные меры безопасности. Емкости с топливом были ограждены автомашинами. Однако в полку было повалено около 2000 деревьев, разбиты автомашины, вышли из строя ЛЭП, завалены подъездные пути к БСП, сорван шифер с крыш зданий. Восстановление боеготовности полка потребовало около трех месяцев напряженного труда. И все же урон, нанесенный стихией, был несколько снижен в результате своевременно поданного метеобюро армии штормового предупреждения.

В1969 году инженер-подполковник Ляхушин П.И. увольняется в запас по возрасту. Начальником службы был назначен инженер-подполковник Белов А.Н.

Рассказывает начальник метеослужбы 50-й РА в 1984-1990 гг. майор запаса Танюкевич И.И.: «В августе 1962 года метеослужба армии была выделена в самостоятельную службу с подчинением начальнику штаба и на нее была возложена оперативно-прогностическая работа для оценки возможности пуска ракет и обеспечения командных пунктов всеми видами гидрометеорологической информации.

В апреле 1964 года при штабе армии в г. Смоленске было сформировано 65-е метеорологическое бюро. Должность начальника метеослужбы была совмещена с должностью начальника метеобюро. Так продолжалось до мая 1970 года. Метеобюро размещалось непосредственно в здании штаба армии, а в период с 1970 по 1980 год - на командном пункте армии недалеко от п. Гусино, По штату в метеобюро входили офицеры синоптики, техник по техническим средствам, служащий Советской Армии инженер-синоптик и младшие метеоспециалисты - солдаты и сержанты. В задачу метеобюро входило обеспечение командования, дежурных офицеров командных пунктов армии и дивизий всеми видами гидрометеорологической информации. Особое место в деятельности метеобюро отводилось авиации, её безопасности в метеорологическом отношении.

В 1964 году метеослужба дивизий была упразднена, так как на вооружении остались только ракетные комплексы Р-12 и Р-14, при запуске которых не требовалось вводить расчётные данные для радиокоррекции.

Метеобюро было укомплектовано техническими средствами: фототелеграфными аппаратами «Ладога», телетайпами Т-51 и Т-63, радиоприёмниками и другой специальной аппаратурой. Все эти средства могли обеспечить приём метеоинформации. Вся информация передавалась в закодированном виде. Младшие метеоспециалисты принимали эту информацию, раскодировали её и наносили на специальные бланки, которые называются синоптическими картами.

Младших метеоспециалистов готовили в учебном центре г. Остров (в/часть 35600) для всех Ракетных войск и в 71-й авиационной школе механиков г. Камышина.

В 1969 году подготовку младших специалистов в в/части 35600 прекратили и их стали готовить на базе 223-й военной школы младших специалистов ВВС, размещавшейся в г. Могилёве. В метеобюро с младшими специалистами постоянно проводились занятия по специальной подготовке и общевойсковым дисциплинам. При этом все младшие метеоспециалисты добросовестно относились к выполнению своих служебных обязанностей по сбору и распространению метеоинформации, а также к изучению общевойсковых дисциплин. Лучшими из них были Джеренов А.А., Эрдт В.Е., Батель С.В., Кулик С.А. и другие.

Начальниками метеобюро в разное время были: Белов А.Н., Дубинин Н.И., Пронин В.А. и Морозов В.М. За состояние технических средств метеобюро отвечали техники. В разное время на этой должности находились: Пономарёв Л. А., Волков И.И. и Воеводин А.М.

Сбором и распространением метеоинформации руководили инженеры-синоптики. Они анализировали карты погоды, составляли прогнозы, т.е. вели всю оперативно-прогностическую работу. Ннженерами-синоптиками метеобюро были: Зайцев В.Г., Сорокин И.И.. Танюкевич И.И., Барский Л.Л., Лантовой Н.П., Рягузов В.Н. и служащий СА Струценко А. С.

На протяжении всего периода становления и совершенствования метеослужба армии обеспечивала командование, дежурных офицеров командных пунктов объединения, соединений и частей информацией для оценки радиоактивного заражения атмосферы и местности при проведении мероприятий по защите личного состава войск от оружия массового поражения, а также для обеспечения безопасности полетов и перелётов авиационной техники армии.

Начальник метеослужбы, а в его отсутствие— начальник метеобюро, ежедневно докладывал начальнику штаба армии прогноз погоды на предстоящие сутки по району базирования армии, а также по маршрутам полётов и перелётов авиации и при угрозе возникновения опасных явлений погоды для авиации и ракетной техники. К командующему армией ходили на доклад по вызову.

Начальник метеослужбы осуществлял взаимодействие с начальником метеослужбы 46-й Воздушной армии и метеослужбами военных округов, на территории которых дислоцировались войска армии.

Прогнозы погоды, выдаваемые метеослужбой армии, имели в основном высокую степень достоверности, что позволяло командованию принимать заблаговременные, в пределах срока прогноза, меры».

* * *

Назад.

Оглавление.

Далее.

 

* * *
Яндекс.Метрика