На главную сайта   Все о Ружанах

Привалов Г.Н.

Омская гвардейская Бериславско-Хинганская
дважды Краснознаменная ордена Суворова II степени
ракетная армия


Омск 2009

Наш адрес: ruzhany@narod.ru

 


Полковник
Григорьев В.О.

Из воспоминаний ветерана полка полковникаинженера в отставке Григорьева Власа Осиповича

«В войсковую часть 44238 я прибыл в августе 1960 года после окончания КВИАВУ ВВС с дипломом инженера-электрика по приборному, навигационному и электрооборудованию летательных аппаратов. Полк в то время размещался в военном городке расформированного летного училища в городе Бердске Новосибирской области и, в основном, был укомплектован личным составом. Последнее пополнение молодых лейтенантов к нам прибыло как раз на копку картофеля в 4 совхозе, тут я с ним и знакомился в качестве временного бригадира. Профиль военной подготовки всех офицеров был довольно пестрым: артиллеристы, летчики, авиаторы- техники, моряки.

Первым командиром полка был полковник Яковлев Иван Кондратьевич, 40-летний выпускник академии, энергичный, очень толковый организатор, простой, доступный для людей, веселый. Заместителем по политчасти был майор Ярыгин Александр Иванович. Начальник штаба — майор Еремеев Иван Максимович. Заместитель по тылу — майор Горячих Иван Романович. 14м в полку все были довольны. Спокойный, обстоятельный человек высокой культуры и интеллекта, в общении обаятельный и очень деловой.

В период формирования полка, никто из нас не имел представления о ракетной технике. Ее и не было к августу 1960 года. Нам предстояло принять наземный комплекс переходной ракеты 8К51 и такая техника начала к нам поступать. В октябре 1960 года мы в одну из ночей по легкому снегу транспортировали красавицу в свой городок в Бердске. Дальше события (конечно, полкового масштаба) стали наползать одно на другое, а точнее сказать, множество дел шли параллельно друг с другом. Среди них: подготовка условий для хранения и обслуживания спецмашин комплекса; формирование расчетов, отделений и групп, их укомплектование наиболее подходящими людьми (в смысле уровня технической подготовленности); количественная и качественная приемка поступающей техники, взятие ее на учет, закрепление каждого агрегата за ответственными лицами; организация обучения личного состава, включающая в себя: создание (изготовление своими силами) элементарных учебных наглядных пособий; методическую помощь завтрашним «учителям» в расчетах и отделениях; подготовку классов; подготовка учебной стартовой позиции ракетного комплекса 8К51.

Как только стартовая позиция была подготовлена, процесс обучения личного состава переместился в палаточный городок, располагавшийся в 2-3 км от военного городка города Бердска. Питание личного состава было организовано в полевых условиях, никто никуда не отлучался, дорога была каждая минута. Попутно устраивались зачеты на допуск к эксплуатации техники, к автономным и комплексным испытаниям и, наконец, к учению с реальной заправкой ракеты компонентами топлива и так называемым «прожигом» (работа двигателя ракеты 8К51 на предварительной ступени 2-4 с., при которой тяга двигателя недостаточна для отрыва ракеты от пускового стола). Даже сегодня я задаюсь вопросом: настолько надо было быть талантливым нашему командиру, чтобы вдохнуть в людей и чувство необходимости, и уверенности, что за столь короткое время можно и нужно это сделать: оседлать эту ракету. Ведь мы же были первыми! Всю зиму с 1960 на 1961 год мы провели там, на нашей стартовой.

В октябре 1960 года нас посетил Маршал Советского Союза Москаленко К.С. Увиденным он остался доволен и был щедр на памятные подарки. Посмотреть нашу технику он не успел и отбыл. Тогда я еще был молод и поэтому в душе сокрушался от такого невнимания.

Комплексные занятия на стартовой позиции шли с перерывами для подведения итогов и разбора, а также для технического обслуживания техники с начала ноября до марта 1961 года и завершилось успешным прожигом. Вот тогда то и появилась у людей уверенность и в своих знаниях и навыках, а у командиров — в слаженности расчетов. Далее нам предстояла поездка на полигон в Капустин Яр со своей техникой для запуска ракеты 8К51 с головной частью без заряда.

Летом 1961 года личный состав полка в составе 1-го дивизиона (командир — подполковник Гуреев Николай Илларионович), технического дивизиона (командир — майор Шилкин Александр Михайлович), группы заправки (командир — капитан Тормозов Евгений Борисович), штаба и клуба полка железнодорожным эшелоном во главе с командиром полка — Яковлевым двинулись к месту назначения. Три квартирьера (подполковник Горячих, майор Григорьев и майор Дапин — заместитель начальника штаба полка) отправились пассажирским поездом.

Теперь-то мы уже не были новичками, но и не зазнавались. На полигоне, где мы разместились в палаточном городке на 8-й площадке, нас ожидала подготовка к зачетам комиссии учебного Центра на право допуска к самостоятельному пуску ракеты. Подготовка и сдача зачетов комиссии полигона прошли успешно и мы получили ракету 8К51. В назначенный день выехали на площадку 4«с», провели предпусковую подготовку, заправку и пуск. Это была первая запущенная нами ракета.

Теперь можно было бы и отправляться домой, в Бердск. Но, увы: мы понадобились руководству полигона для проведения операции «Гром».

В целях подготовки к этой операции был проведен еще один запуск такой же ракеты с боеголовкой с обычным ВВ, для чего нам пришлось принять новый наземный комплекс. Затем снова подготовка к решающим зачетам, сдача зачетов и... ожидание команды на запуск. Дело в том, что операция «Гром» (запуск ракеты в атмосферу со штатным боезарядом 20 килотонн) должна была состояться после заявления Советского правительства о прекращении испытаний ядерного оружия в атмосфере. В двадцатых числах октября 1961 года состоялся запуск 8К51.

Был, конечно, и душевный подъем у людей, но судя по себе, было какое-то напряжение, ощущение опасности. Ведь в ночь, когда мы на нескольких автомобилях двигались на свою пусковую установку, навстречу нам двигались буквально вереницы автобусов с эвакуируемыми людьми из постоянного состава полигона. Несколько лет спустя, уже будучи в запасе, я смотрел документальный кинофильм «Операция «Гром». Особенность ее состояла в том, что боеголовка подрывалась буквально над головой. Особого эффекта типа «бабахнуло» мы не ощутили, правда, находился личный состав стартовой команды в бункере 4-8 метров глубиной.

В будущем нам предстояло осуществлять еще и запуск штатной для нас ракеты 8К64. Здесь же дело закончилось приездом на стартовую позицию начальника полигона генерал-полковника Вознюка, который поблагодарил построенных воинов. Правда, слышал я от командира полка полковника Яковлева, что он передал список на 6 человек для награждения правительственными наградами представителю Генерального штаба полковнику Иванову.

Подводя итог прошедшему году (сентябрь 1960 — октябрь 1961 гг.), я бы назвал его годом рождения полка. Да, это уже был не коллектив людей, стоящих на довольствии, это была ракетная часть, боеготовая, пусть и на оперативной ракете.

В конце 1962 года личный состав полка перемещается в строительные казармы барачного типа, на свои штатные стартовые позиции за Пашино, и обживает их, налаживая быт, воинскую службу, техническую учебу, подключается в меру своих знаний и представлений к контролю за качеством строительномонтажных работ. Следует коротко рассказать о создании учебной базы. Еще будучи в Бердске мы, в рамках инженерно-ракетной службы, организовали нечто вроде чертежно-инструкторского бюро, опираясь на двух энтузиастов: инженера-лейтенанта Писклова Виктора Дмитриевича, выпускника КВИАВУ ВВС 1960 года и лейтенанта Журавлева Петра Егоровича. Были в их распоряжении: помещения, помощники и расходные материалы. Задача бюро — максимально облегчить учебный процесс, изготовить наиболее сложные схемы, чертежи для коллективного пользования. О тренажерах мы тогда еще и не мечтали. Но вот макет штатной ракеты в разрезах (в масштабе 1:8) был изготовлен (основной исполнитель и автор инженер-лейтенант Писклов В.Д.).

С первых же комплексных занятий мы поняли, что неразумно использовать штатную технику для учебных тренировок отдельных номеров расчетов, в особенности заправщиков, двигателистов и электриков борта: ресурс заправочных шлангов, многоштырьковых разъемов, других стыковочных узлов надо беречь. Со временем появились у нас и тренажеры. Конечно, мы обменивались опытом с коллегами, бывая неоднократно друг у друга. Так, шикарную пневмогидравлическую схему ракеты, действующую с подсветкой элементов автоматики, изготовила служба ракетного вооружения соседней части, где главным инженером был инженер-капитан Сас Ю.М.

Работу эту координировали инженер-полковник Сасько П.И. — главный инженер объединения и инженер- подполковник Новаков Г.Ф. — главный инженер соединения.

Тогда нас очень удивляло то, что нам не от кого было ожидать заводских методических пособий, да и учебно-наглядных пособий не было. Со временем, правда, поступил альбом схем и чертежей по бортовым системам ракеты. Мечта моя о комплексном тренажере осуществилась лишь в 1965 году, увы, уже не в своей 44238, а в войсковой части 44099. Описание тренажера для комплексных занятий боевого расчета пусковой установки приведено в одном из выпусков НИИ (Болшево) за 1966 год.

Итак, жизнь полка продолжалась: нам предстояло в осень 1962 года на полигоне Байконур произвести запуск штатной ракеты 8К64. К этому мы готовились в основном на своей позиции 21-й площадки. Занятия, зачеты по теории, практические тренировки, комплексные занятия с заправкой макета О К-1700 и, наконец, полигон Байконур. Как обычно, зачеты на допуск к пуску ракеты. В августе 1962 года состоялся успешный пуск, по поводу которого директор завода товарищ Колупаев дал ужин. Прибыв с полигона, занялись практически тем же самым, но акцент все же был на контроле качества строительно-монтажных работ. Плюс вывозка с базы поступающей техники, ее приемка (все надо просчитать, проверить, при недостатках вовремя оформить акты, поставить на учет и на хранение, а потом периодически проводить техническое обслуживание и регламенты). Хлопот и забот добавилось, так как организация технического обслуживания и регламентов на комплексе связана была с углублением знаний (пощупал редуктор, сверил с картинкой — окончательно понял). Ну и, главное, надо было именно в этот организационный период в эксплуатации заложить в сознание личного состава предельную ответственность за содержание боевой техники в исправном состоянии.

До приезда комиссии Генерального штаба во главе с генерал-лейтенантом Лысаком для решения вопроса о постановке на боевое дежурство еще оставалось время.

Видя, в каких условиях работали строители и монтажники, кланяюсь в знак уважения их трудового мужества. Что касается качества, то за него приходилось драться. Особенно мы боялись остаться с течами грунтовых вод, так как требования к влажности внутри сооружений, особенно хранилища с боезапасом ракет, были весьма жесткими.

И вот, наконец, прибытие на объект инспекции Министерства обороны во главе с генералом Лысаком. Проверка была доскональной: тревога, боевая готовность, команда на «пуск» ракеты. Расчеты работали спокойно, сосредоточенно, грамотно. Уложились в отводимое время по графику.

На разборе выступил генерал Лысак, дав положительную оценку нашему уровню подготовки.

5 марта 1963 года заступили на боевое дежурство. Из полка я убыл в 1964 году в войсковую часть 44099 заместителем командира бригады — плавным инженером».

 

* * *

Вернуться на главную страницу.


Яндекс.Метрика