 |
|
 |
|
|
|
|
||
По материалам зарубежной прессы
(Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции сайта)
|
АНАЛИТИКА
Ядерные силы Индии Оглавление
* * *Общая часть Индия продолжает модернизировать свой арсенал ядерного оружия и приводить в состояние боевой готовности формируемую ядерную триаду. По оценкам, в настоящее время на вооружении Индии находятся девять различных систем, способных нести ядерные заряды: два типа авиационных носителей, шесть типов баллистических ракет наземного базирования и один тип баллистических ракет морского базирования. Еще как минимум две системы находятся на завершающей стадии разработки и должны поступить в войска в течение ближайшие год-два. По расчетам, развернутые силы способны доставить к цели более 160 ядерных боеголовок; с учетом боеголовок, произведенных для ракет, находящихся в стадии производства, общий арсенал составляет до 190 единиц. Таблица 1. Ядерные силы Индии, 2026.
...... Использованные аббревитаруы:
Примечания: Две точки (..) означают, что число неизвестно или данные пока преждевременны. Числа в скобках () указывают на вооружение, которое находится в процессе принятия на вооружение, но еще не введено в эксплуатацию. 1Указанная дальность представляет собой боевой радиус без дозаправки, но с использованием подвесных топливных баков, и приведен в качестве примера. Фактический боевой радиус будет варьироваться в зависимости от профиля полета, полезной нагрузки и дозаправки. 2Мощность индийских ядерных боеголовок неизвестна. В ходе ядерных испытаний 1998 года была продемонстрирована мощность до 12 кт. С тех пор, возможно, на вооружение были приняты боеголовки с усиленным зарядом (boosted warheads), обладающие большей мощностью – предположительно, до 40 кт. В открытых источниках отсутствуют достоверные сведения о том, что Индия разработала двухступенчатые (термоядерные) боеголовки. 3В эту таблицу включены только те самолеты ВВС Индии, которые, по имеющимся оценкам, предназначены для нанесения ядерных ударов. Не исключено, что в будущем новые самолеты «Rafale» возьмут на себя эту задачу, заменив один из устаревших типов, однако официальной информации о том, что это уже произошло, нет. 4В состав эскадрилий Военно-воздушных сил Индии обычно входит около 18 самолетов; однако, по нашим оценкам, не все имеющиеся самолеты обязательно будут полностью боеготовы или предназначены для нанесения ядерных ударов. 5В этой таблице предполагается наличие в среднем одной боеголовки на каждую пусковую установку. 6Национальный центр воздушной и космической разведки ВВС США (NASIC) оценивает дальность полета ракеты «Притхви-II» в 250 километров (155 миль), однако мы полагаем, что она, вероятно, была увеличена примерно до 350 километров (217 миль), как заявляет правительство Индии. 7Ракета «Агни-I» поступила на вооружение 334-й ракетной группы в 2004 году, однако достигла оперативной готовности лишь в 2007 году. 8Ракета «Агни-II» поступила на вооружение 335-й ракетной группы в 2008 году, однако достигла оперативной готовности лишь в 2011 году. 9В марте 2024 года прошли испытания ракеты «Агни-V», оснащенной разделяющейся головной частью с блоками индивидуального наведения (РГЧ ИН). В индийских СМИ высказывались предположения, что ракета может нести от 4 до 12 таких боевых блоков; однако, принимая во внимание габариты ракеты, ее вероятную грузоподъемность и относительно небольшой запас ядерных боезарядов у Индии, мы полагаем, что наиболее вероятно ее оснащение двумя-четырьмя боевыми блоками, а также средствами преодоления противоракетной обороны (включая ложные цели). 10Сообщается, что в 2021 году состоялся испытательный пуск ракеты «Агни-P» с использованием двух ложных боеголовок; однако неясно, свидетельствует ли это о намерении оснастить данную ракету разделяющейся головной частью. После принятия «Агни-P» на вооружение она, вероятно, возьмет на себя задачи по нанесению ядерных ударов, которые в настоящее время выполняют индийские баллистические ракеты малой дальности «Притхви-II» и «Агни-I». 11Первая цифра обозначает количество действующих подводных лодок (а именно атомных подводных лодок с баллистическими ракетами — ПЛАРБ), а вторая — максимальное число ракет, которые они могут нести. Индия спустила на воду четыре ПЛАРБ, однако по состоянию на июль 2026 года в боевом составе находилась лишь одна — INS Arihant, оснащенная баллистическими ракетами подводного базирования (БРПЛ) типа K-15. Испытательные пуски ракет K-15 проводились исключительно с борта INS «Arihant». Ожидается, что вторая ПЛАРБ, INS «Arighat», поступит в эксплуатацию с ракетами K-4 — вероятно, в 2027 году. Если первые две индийские ПЛАРБ имеют по четыре пусковые шахты, то третья и четвертая оснащены восемью шахтами каждая и будут нести ракеты K-4. 12Лодка INS «Arihant» имеет четыре пусковых установки, каждая из которых может нести три небольшие ракеты К-15, что в сумме составляет 12 ракет. 13INS «Arihat» имеет четыре пусковые установки и будет нести БРПЛ К-4, в то время как третья атомная подводная лодка с баллистическими ракетами имеет восемь пусковых установок (как и четвертая АПЛ с БР). 14Помимо 164 боеголовок, которые, по оценкам, закреплены за уже развернутыми пусковыми установками, Индия, по нашим расчетам, производит (или уже произвела) еще около 26 боеголовок для систем, готовящихся к развертыванию: БРПЛ K-15 для второй ПЛАРБ, дополнительных баллистических ракет средней дальности (БРСД) типов «Агни-IV» и «Агни-V», а также новых баллистических ракет средней дальности «Агни-P». Таким образом, общий оценочный запас боеголовок составляет 190 единиц. * * *Методология исследования и достоверность Правительство Индии не публикует данные о численности своего ядерного арсенала. Поэтому анализ и оценки, представленные в этом выпуске, базируются на изучении совокупности открытых источников: (1) официальных государственных данных (например, правительственных заявлений, рассекреченных документов, бюджетной информации, сведений с военных парадов и данных, раскрываемых в рамках международных договоров); (2) неофициальных данных (например, сообщений СМИ, аналитических материалов исследовательских центров и отраслевых публикаций); а также (3) снимков, полученных с коммерческих спутников. Поскольку каждый из этих источников предоставляет разрозненную и неполную информацию, характеризующуюся различной степенью неопределенности, мы перепроверяем каждый показатель, используя несколько источников и, по возможности, дополняя их сведениями, полученными в ходе частных бесед с официальными лицами. Сбор и анализ достоверной информации о ядерных силах Индии — задача более сложная, чем в случае со многими другими ядерными державами. Индия никогда не раскрывала численность своего ядерного арсенала, а официальные лица страны не дают регулярных комментариев относительно его боевых возможностей. Хотя определенные сведения можно почерпнуть из парламентских запросов, бюджетной документации, правительственных заявлений и других источников, в целом Индия придерживается политики относительной закрытости в вопросах, касающихся ее ядерного арсенала. Ранее Индия отказывалась обнародовать стоимость отдельных программ создания ядерного оружия, а в 2016 году правительство включило Командование стратегических сил в перечень силовых структур, на которые не распространяется действие Закона о праве на информацию; тем самым был ограничен доступ журналистов, исследователей и общественности к важным сведениям об индийском ядерном арсенале [25; 82]. Кроме того, в отличие от ситуации с такими геополитическими соперниками, как Китай или Россия, США, как правило, не публикуют оценок ядерного арсенала Индии; издание ВВС США, ранее содержавшее подобную информацию, не выходит с начала 2021 года, к тому же представленные в нем данные носили поверхностный и устаревший характер. Хотя правительство Индии редко делает официальные заявления о своем ядерном арсенале, Организация оборонных исследований и разработок (DRDO) при Министерстве обороны часто публикует подробную информацию о разрабатываемых ею системах вооружения. Эти сведения можно найти в монографиях, ежемесячных отчетах и других публикациях. И хотя в таких отчетах крайне редко содержатся детали, касающиеся непосредственно ядерной программы Индии, в них иногда приводятся данные о системах доставки двойного назначения, которые могут быть использованы для анализа. Зачастую, в условиях нехватки официальной информации от властей и военных Индии, а также от правительств западных стран, местные СМИ склонны приукрашивать сведения о ядерном арсенале государства. Например, некоторые издания регулярно утверждают, что те или иные системы вооружений способны нести ядерные заряды, хотя никаких официальных подтверждений этому нет. Кроме того, многие новостные ресурсы при освещении военных вопросов часто ссылаются на анонимные источники, не приводя доказательств того, что эти лица действительно компетентны в отношении описываемых ими систем. В связи с этим для анализа ядерного арсенала Индии мы предпочитаем опираться на официальные источники и более сдержанные экспертные оценки, а также на коммерческие или общедоступные спутниковые снимки; кроме того, по мере возможности мы стараемся подтверждать достоверность любых неофициальных сведений с помощью нескольких независимых источников. Спутниковые снимки особенно полезны при мониторинге строительства на военных объектах, а также для идентификации типов ракет, кораблей или летательных аппаратов, находящихся на базах. В ряде случаев ценную информацию о ядерных системах можно получить и из публикаций в социальных сетях – как с военных, так и с гражданских аккаунтов, – используя эти данные в сочетании со спутниковыми снимками для проведения более детального анализа. Оценки запасов расщепляющихся материалов и боеголовок Индия — одна из немногих стран, которые, как считается, производят как высокообогащенный уран (ВОУ), так и плутоний оружейного качества. Предполагается, что производство ВОУ в Индии в значительной степени ориентировано на выпуск топлива для растущего числа надводных кораблей и подводных лодок с ядерными энергетическими установками [22]. Источником оружейного плутония для Индии служил стареющий реактор «Дхрува» (Dhruva) тепловой мощностью 100 МВт, расположенный в комплексе Атомного исследовательского центра имени Баба (BARC) близ Мумбаи, а до 2010 года — также реактор CIRUS, находившийся на той же площадке. После более чем десятилетних задержек новый индийский опытный реактор-размножитель на быстрых нейтронах (PFBR) мощностью 500 МВт, расположенный в Центре атомных исследований имени Индиры Ганди (IGCAR) близ Калпаккама, достиг первого критического состояния в апреле 2026 года [10], [11]. В качестве топлива в новом реакторе используются запасы плутония реакторного качества, выделенного из отработавшего топлива энергетических реакторов первого поколения; в ходе работы реактор облучает «бланкет» (зону воспроизводства) из урана или тория, производя плутоний-239 и уран-233. При работе с коэффициентом использования мощности 80% реактор PFBR мог бы гипотетически производить около 140 кг плутония-239 в год, чего достаточно для создания до 35 ядерных боеголовок. Планируется строительство еще нескольких реакторов-размножителей на быстрых нейтронах, в том числе двух реакторов (FBR-1 и FBR-2), находящихся на стадии предпроектной подготовки; они будут размещены рядом с опытным реактором PFBR в Калпаккаме [5; 55]. В случае успешной эксплуатации эти реакторы-размножители могут существенно увеличить количество плутония, доступного для пополнения индийского арсенала ядерных боеголовок. По оценкам Международной группы по расщепляющимся материалам, к началу 2026 года Индия произвела около 730 кг (плюс-минус примерно 170 кг) оружейного плутония [47]. Исходя из того, что на одну боеголовку требуется примерно 4 кг плутония, теоретически этого количества хватило бы для создания от 140 до 225 ядерных боеголовок. Однако этот расчет сопровождается рядом оговорок ввиду наличия определенных неопределенностей. Прежде всего, из-за отсутствия точных данных о том, какие именно типы боеголовок производила Индия (заряды деления меньшей мощности, одноступенчатые заряды с термоядерным усилением, термоядерные заряды большой мощности или их комбинации), трудно оценить, какое общее количество ядерных боеголовок страна потенциально могла бы создать. Ядерные испытания 1998 года подтвердили работоспособность конструкции заряда деления, однако прогресс Индии в разработке зарядов с термоядерным усилением и термоядерного оружия остается весьма неопределенным [1; 58]. Независимо от типа боеголовок, маловероятно, что Индия использовала весь имеющийся у нее плутоний для их производства; часть запасов могла быть оставлена в резерве. Объем ядерного арсенала Индии также зависит от количества и типов средств доставки, поскольку маловероятно, что страна будет производить значительно больше боеголовок, чем способны запустить имеющиеся системы. На основе открытых данных о структуре и стратегии применения индийских средств доставки ядерного оружия мы оцениваем количество произведенных Индией ядерных боеголовок примерно в 190 единиц (см. табл. 1). В это число входят более 160 боеголовок для развернутых средств доставки, а также дополнительные боеголовки для новых ракет, находящихся в стадии производства. Ядерная доктрина и стратегия Индии исторически были в первую очередь ориентированы на Пакистан, а недавние пограничные столкновения служат напоминанием о том, что напряженность в отношениях между этими странами представляет собой одну из самых тревожных «горячих точек» в сфере ядерной безопасности на планете. Открытые боевые действия между этими двумя ядерными державами происходили совсем недавно – в мае 2025 года. Эскалация конфликта последовала за нападением боевиков в контролируемой Индией части Кашмира, в результате которого погибли 26 человек [59]. Индия провела операцию «Синдур» (Operation Sindoor), нанеся ракетные удары по объектам, которые она охарактеризовала как «инфраструктуру террористов» на территории Пакистана, причастную к данному нападению. Премьер-министр Пакистана заявил, что Индии «придется заплатить за это», и сообщил, что пакистанские силы сбили пять индийских истребителей. Ситуация переросла в ядерную плоскость, когда потребовался созыв Национального командования Пакистана – органа, осуществляющего контроль над ядерным арсеналом страны [21]. Масштаб и интенсивность событий заставили некоторых наблюдателей назвать это столкновение «самым серьезным за более чем два десятилетия» [85]. Этому конфликту предшествовал инцидент в ноябре 2020 года, когда индийские и пакистанские военнослужащие обменялись артиллерийским и стрелковым огнем через Линию контроля, что привело к гибели по меньшей мере 22 человек. Ранее, в феврале 2019 года, индийские истребители сбросили бомбы вблизи пакистанского города Балакот в ответ на теракт, совершенный террористом-смертником из группировки, базирующейся в Пакистане. В качестве ответной меры пакистанская авиация сбила индийский самолет и взяла пилота в плен, однако спустя неделю он был возвращен индийской стороне. Тот инцидент также привел к созыву Национального командования Пакистана. В марте 2022 года Индия по ошибке запустила ракету – предположительно, крылатую ракету наземного базирования «Брамос» (BrahMos) с обычной боеголовкой, – которая пролетела 124 километра вглубь территории Пакистана, повредив гражданские объекты. Впоследствии пакистанские официальные лица заявили, что Индия не уведомила их об инциденте по линии прямой военной связи высокого уровня и не делала никаких публичных заявлений о случившемся в течение двух дней [9]. В отсутствие каких-либо мер по деэскалации со стороны Индии Пакистан, по имеющимся данным, приостановил все полеты военной и гражданской авиации почти на шесть часов, а также привел передовые базы и ударную авиацию в состояние повышенной боевой готовности [83]. Если бы такой случайный пуск произошел в период обострения напряженности, инцидент мог бы перерасти в крайне опасную ситуацию [51]. Подобные инциденты вероятны и в будущем, поэтому риск эскалации конфликта между Индией и Пакистаном остается опасно высоким. Хотя исторически отношения Индии в сфере ядерного сдерживания были в первую очередь ориентированы на Пакистан, развертывание и дальнейшая разработка ракет с ядерным оснащением, обладающих значительно большей дальностью полета, свидетельствуют о том, что страна уделяет все большее внимание будущим стратегическим отношениям с Китаем. В ноябре 2021 года занимавший тогда пост начальника штаба обороны Индии заявил на пресс-конференции, что Китай стал главной угрозой безопасности страны [84]. Кроме того, дальность полета большинства новых индийских ракет серии «Агни» (Agni) позволяет предположить, что их основной целью является Китай. Вероятно, такая позиция укрепилась после противостояния в районе Доклама в 2017 году, когда из-за спора у границы с Бутаном войска Китая и Индии были приведены в состояние повышенной боевой готовности. В последующие годы напряженность оставалась высокой, особенно после очередного пограничного столкновения в июне 2020 года, приведшего к гибели как китайских, так и индийских военнослужащих. Сообщалось о новых жертвах в результате военных столкновений между Китаем и Индией даже в январе 2021 года [4]. Ожидаемое наращивание ядерного потенциала Индии, все более ориентированного на Китай – страну, превосходящую ее в военном отношении (как по обычным, так и по ядерным силам), – приведет к развертыванию новых систем вооружения в ближайшее десятилетие. Это развитие событий может также повлиять на то, как Индия оценивает роль своего ядерного оружия в контексте отношений с Пакистаном. Так, например, в 2017 году один из аналитиков отмечал: «Возможно, мы наблюдаем процесс, который я называю "разъединением" индийской ядерной стратегии в отношении Китая и Пакистана. Силы, необходимые Индии для создания убедительной угрозы гарантированного ответного удара по Китаю, могут позволить ей применять более агрессивные стратегии – такие как достижение доминирования в эскалации или нанесение "безупречного первого удара" – в отношении Пакистана» [70]. (Так называемый «безупречный первый удар» – это первоначальная атака с применением ядерного оружия, полностью выводящая из строя ядерный потенциал противника и гарантирующая отсутствие ответного удара.) Однако нет никаких официальных свидетельств того, что Индия приняла подобную стратегию. Индия давно придерживается политики неприменения ядерного оружия первой, которая не требует наличия потенциала для нанесения обезоруживающего первого удара. При этом развертывание более совершенных и защищенных средств ответного удара морского базирования могло бы снизить необходимость поддерживать высокую боеготовность сил наземного базирования. Позиция в отношении неприменения ядерного оружия первой была несколько ослаблена сделанным Индией в 2003 году заявлением о том, что она может применить ядерное оружие в ответ на химическую или биологическую атаку; подобное применение фактически означало бы использование ядерного оружия первым, даже если бы оно носило ответный характер. Более того, на фоне пограничных столкновений с Пакистаном в 2016 году тогдашний министр обороны Индии Манохар Паррикар заявил, что Индии не следует «связывать» себя обязательством не применять ядерное оружие первой [93]. Позднее правительство Индии пояснило, что эти слова отражали личное мнение министра, однако данная дискуссия привлекла внимание к условиям, при которых Индия могла бы рассмотреть возможность применения ядерного оружия. Некоторые аналитики предупреждали, что «политика Индии в отношении неприменения ядерного оружия первой не является ни стабильным, ни надежным индикатором того, как индийское военно-политическое руководство может на самом деле распорядиться ядерным арсеналом» [94]. Словно в подтверждение этого предупреждения, действующий министр обороны Раджнатх Сингх в августе 2019 года написал в Twitter: «Индия строго придерживается этой доктрины. То, что произойдет в будущем, зависит от обстоятельств» [92]. Несмотря на подобные вопросы и присущую политике неприменения ядерного оружия первой неопределенность в отношении условий ее реализации, она, вероятно, все же способствовала определенному ограничению масштабов и стратегии индийских ядерных сил в первые десятилетия ядерной эры страны. Кроме того, хотя долгое время считалось, что Индия хранит ядерные боеголовки отдельно от развернутых пусковых установок, некоторые аналитики высказывают предположение, что, по крайней мере, часть ядерных авиабомб размещается на авиабазах в подземных бункерах совместно с самолетами (для быстрой стыковки в случае необходимости), а также что Индия, возможно, переходит к практике предварительного соединения части боеголовок с баллистическими ракетами, находящимися в транспортно-пусковых контейнерах 69]. Термин «предварительная стыковка» (pre-mating) подразумевает, что боеголовка фактически не установлена на ракету, но находится в непосредственной близости в высокой степени готовности, что позволяет оперативно подготовить и состыковать её с ракетой при необходимости. Перед стыковкой боеголовки необходимо извлечь из хранилища и подготовить в специальном техническом комплексе. Одним из возможных (хотя и не подтвержденных официально) объектов такого типа является комплекс близ Морки; другой расположен рядом с Хохой. Нет достоверных открытых данных, подтверждающих, что Индия в штатных условиях осуществляет стыковку боеголовок с ракетами наземного базирования. Считается, что первая ракета в транспортно-пусковом контейнере (Agni-V) уже принята на вооружение, а ввод в строй второй (Agni-P) ожидается в ближайшие год-два. (Ракета в транспортно-пусковом контейнере хранится, транспортируется и запускается непосредственно из герметичного защитного контейнера, а не размещается открыто на пусковой установке.) Подводный флот Индии пока находится на начальном этапе развития, однако для обеспечения надежного потенциала ответного удара подводные лодки должны выходить на боевое дежурство с уже установленными на ракетах боеголовками. До 2003 года, когда на вооружение была принята баллистическая ракета «Притхви-II» (Prithvi-II), способная нести ядерный заряд, истребители-бомбардировщики составляли основу единственных ядерных ударных сил И ндии. Несмотря на значительный прогресс, достигнутый с тех пор в создании разнообразного арсенала баллистических ракет наземного и морского базирования, авиация продолжает играть важную роль в качестве гибкого средства нанесения ядерных ударов в рамках ядерной стратегии Индии. По нашим оценкам, три или четыре эскадрильи самолетов Mirage 2000H и Jaguar IS, дислоцированные на нескольких авиабазах, имеют задачи по нанесению ядерных ударов по целям в Пакистане и Китае. Самолеты Mirage 2000H «Ваджра» («Божественный гром»), которые, вероятно, являются основными носителями ядерного оружия в индийской авиации, состоят на вооружении 1-й, 7-й и, возможно, 9-й эскадрилий 40-го авиакрыла, базирующегося на авиабазе Махараджпур (Гвалиор) в северной части штата Мадхья-Прадеш. По нашим оценкам, как минимум одна или две из этих эскадрилий имеют дополнительную задачу по нанесению ядерных ударов. Индийские самолеты Mirage также периодически действуют с авиабазы Нал (Биканер) в западной части штата Раджастхан; кроме того, в качестве баз рассредоточения ядерных сил могут использоваться и другие аэродромы. Индийские самолеты Mirage 2000H, первоначально поставленные Францией, проходят модернизацию для продления срока службы и расширения боевых возможностей, включая установку новых радаров, авионики и систем радиоэлектронной борьбы. В 2011 году Индия подписала с французской компанией Thales контракт стоимостью 2,1 млрд долларов на модернизацию 51 самолета Mirage 2000H до стандарта Mirage 2000-5. Хотя завершение программы модернизации планировалось на конец 2021 года, работы значительно отставали от графика: к намеченному сроку была модернизирована лишь примерно половина самолетов [77]. Индия не обладает собственными мощностями для производства самолетов Mirage, и, поскольку французская компания-производитель Dassault Aviation прекратила их выпуск, Индия столкнется с трудностями при поддержании своего авиапарка в рабочем состоянии. В 2020 и 2021 годах ВВС Индии заключили с Францией контракты на поставку в общей сложности 40 самолетов Mirage 2000, ранее снятых с вооружения французских ВВС. Индия планирует использовать полученные самолеты в качестве источника запчастей для поддержания летной годности своих действующих эскадрилий Mirage [101]. Также сообщалось о переговорах Индии с Катаром о покупке 12 подержанных самолетов Mirage 2000-5; по заявлениям официальных лиц, эти машины предназначались для выполнения боевых задач, а не для разбора на запчасти [41]. Однако, судя по имеющимся данным, в конце 2024 года переговоры зашли в тупик из-за разногласий по цене [3]. На вооружении ВВС Индии также состоят четыре эскадрильи самолетов Jaguar IS/IB Shamsher («Меч правосудия»), дислоцированные на трех авиабазах (пятая эскадрилья эксплуатирует версию IM, предназначенную для действий в интересах ВМС). В их число входят 5-я и 14-я эскадрильи 7-го авиакрыла (авиабаза Амбала, штат Харьяна, северо-запад страны), 16-я и 27-я эскадрильи 17-го авиакрыла (авиабаза Горакхпур, штат Уттар-Прадеш, северо-восток), а также 6-я и 224-я эскадрильи 33-го авиакрыла (авиабаза Джамнагар, штат Гуджарат, юго-запад). По нашим оценкам, на одну или две эскадрильи, базирующиеся в Амбале и Горакхпуре (по одной на каждой базе), может быть возложена дополнительная задача по нанесению ядерных ударов. Самолеты Jaguar также периодически совершают полеты с авиабазы Нал (Биканер) в штате Раджастхан (запад страны). Самолет Jaguar, разработанный совместно Францией и Великобританией, в период эксплуатации в этих странах был способен нести ядерное оружие. ВВС Индии эксплуатируют самолеты Jaguar с 1980-х годов. Начиная с 2017 года, половина парка этих самолетов прошла модернизацию бортового радиоэлектронного оборудования и систем высокоточного поражения целей, известную как DARIN-III [64]; однако в августе 2019 года от модернизации второй половины парка отказались из-за чрезмерно высокой стоимости и длительных сроков выполнения работ. В октябре 2019 года начальник штаба ВВС Индии объявил, что вывод из эксплуатации шести эскадрилий Jaguar (в общей сложности около 108 истребителей) начнется в начале 2020 года [87]; однако эти сроки были перенесены – возможно, для того чтобы Индия могла приблизиться к реализации своей цели по поддержанию численности эскадрилий, достаточной для одновременного сдерживания Пакистана и Китая в предстоящем десятилетии [88]. В 2023 году ВВС Индии представили планы по выводу самолетов Jaguar из эксплуатации, начиная с 2027–2028 годов. Совсем недавно, в марте 2026 года, представители Индии, как сообщается, представили обновленный план по началу вывода из эксплуатации самых старых самолетов Jaguar в период с 2028 по 2031 год. Чтобы облегчить этот переход, ВВС Индии рассматривают возможность продления срока службы парка самолетов Mirage 2000. Эти машины, изначально планировавшиеся к списанию примерно в 2035 году, теперь могут оставаться в строю до 2038 года или дольше по мере поступления на вооружение новых самолетов Rafale и Tejas [62]. Индия планирует заменить Jaguar, выполняющие задачи в обычном (неядерном) оснащении, на истребители Tejas Mark 2 (Mk-2) национального производства, которые в настоящее время находятся в стадии разработки [56]. Тем временем, в сентябре 2025 года Министерство обороны Индии подписало контракт с компанией Hindustan Aeronautics Limited (HAL) на поставку 97 легких боевых самолетов (LCA) Tejas Mk1A для ВВС Индии [7]. Для выполнения задач по нанесению ядерных ударов устаревшие Jaguar потенциально могут быть заменены новыми французскими самолетами Rafale. Индия и Франция первоначально подписали соглашение о поставке 36 самолетов Rafale в 2016 году [64]. Объем заказа был существенно сокращен по сравнению с первоначальными планами закупить 126 таких машин. Самолеты Rafale используются для выполнения ядерных задач во французских ВВС; Индия потенциально может адаптировать их для аналогичной роли в своих ВВС и в конечном итоге возложить на них функции носителей ядерного оружия воздушного базирования. Первый Rafale (бортовой номер RB-001) был официально передан Индии на торжественной церемонии во Франции в октябре 2019 года, а поставка всей партии из 36 самолетов была завершена по графику к апрелю 2022 года [40]. Все 36 самолетов Rafale оснащены 13 системами и элементами, разработанными специально для Индии («India-Specific Enhancements»); в их число входят новые радары, устройства для запуска двигателей в условиях низких температур, бортовые самописцы с 10-часовым циклом записи, нашлемные системы целеуказания, а также системы радиоэлектронной борьбы и опознавания «свой-чужой» [14]. Самолеты Rafale распределяются между двумя эскадрильями равного состава, каждая из которых насчитывает 18 истребителей и четыре двухместных учебно-боевых самолета: одна эскадрилья (17-я эскадрилья «Золотые стрелы» / Golden Arrows) дислоцируется на авиабазе Амбала, расположенной всего в 220 километрах от границы с Пакистаном, а вторая (101-я эскадрилья «Соколы Чамба и Акхнура» / Falcons of Chamb and Akhnoor) – на авиабазе Хасимара в штате Западная Бенгалия. На обеих базах ведется строительство новой инфраструктуры для размещения этих самолетов; кроме того, ВВС Индии восстановили боеготовность данных эскадрилий, ранее расформированных [44]. Сообщается, что французская компания-производитель Dassault Aviation SA планирует построить комплекс по техническому обслуживанию и ремонту (ТОиР) рядом с международным аэропортом Нойда в Джеваре [8]. Этот объект позволит Индии наладить собственное производство самолетов Rafale в рамках инициативы премьер-министра Нарендры Моди «Make In India» («Производи в Индии»). Французский производитель двигателей Safran SA также планирует построить в Хайдарабаде центр обслуживания двигателей для Rafale; ожидается, что он начнет работу в начале 2027 года [81]. В феврале 2026 года Совет по оборонным закупкам Индии одобрил приобретение дополнительной партии из 114 истребителей Rafale для ВВС страны; сообщается, что большая их часть будет произведена непосредственно в Индии [57]. Этому решению предшествовал заказ, размещенный во Франции в апреле 2025 года, на поставку 26 палубных истребителей Rafale Marine, предназначенных для эксплуатации с индийских авианосцев INS Vikrant и INS Vikramaditya. Поставки начнутся в 2029 году и, как ожидается, будут завершены к 2030 году [61]. Баллистические ракеты наземного базирования На вооружении индийской армии состоят шесть типов мобильных баллистических ракет наземного базирования, способных нести ядерный заряд и, по всей видимости, готовых к боевому применению: ракеты малой дальности «Притхви-II» (Prithvi-II) и «Агни-I» (Agni-I), ракета средней дальности «Агни-II» (Agni-II), а также ракеты средней и большой дальности «Агни-III» (Agni-III), «Агни-IV» (Agni-IV) и «Агни-V» (Agni-V). В стадии разработки и подготовки к принятию на вооружение находится еще как минимум одна ракета семейства «Агни» – ракета средней дальности «Агни-P» (Agni-P). Также, по имеющимся сведениям, на этапе проектирования находится перспективная межконтинентальная баллистическая ракета «Агни-VI» (Agni-VI), хотя статус этого проекта остается неясным. Пока неясно, какие из этих типов ракет Индия планирует оставить в своем постоянном арсенале. Некоторые из них могут служить платформой для отработки технологий, необходимых для создания более совершенных ракет или ракет с увеличенной дальностью полета. Хотя правительство Индии не делало заявлений относительно будущей численности или состава своих ракетных сил наземного базирования, не исключено, что от эксплуатации дублирующих друг друга типов ракет могут отказаться, либо же в будущем на вооружении останутся только ракеты средней и большой дальности, обеспечивающие возможность нанесения ударов по Пакистану и Китаю с использованием различных средств. Считается, что ряд индийских баллистических ракет, способных нести ядерный заряд, являются ракетами двойного назначения, то есть могут оснащаться как ядерной, так и обычной боеголовкой. В неофициальных сообщениях также высказывались предположения о том, что Индия может переоборудовать часть своих баллистических ракет средней дальности с ядерным оснащением для нанесения ударов исключительно обычными боезарядами; впрочем, из-за отсутствия официальной информации неясно, произойдет ли это и когда [18]. В любом случае, судя по всему, правительство планирует создать разноплановую ракетную группировку, и к июлю 2026 года на вооружении может находиться около 88 готовых к применению ракет наземного базирования, способных нести ядерный заряд. Процесс развертывания индийских ракет отличается относительной непрозрачностью и использованием специфической терминологии, не встречающейся в других странах, что усложняет восстановление полной картины происходящего. Судя по сообщениям СМИ, заявлениям для прессы и графикам реализации проектов, этот процесс выглядит следующим образом: после проектирования и разработки ракеты силами Организации оборонных исследований и разработок (DRDO) ракетные комплексы проходят конструкторские и поэтапные опытно-конструкторские испытания, за которыми следуют летные испытания и ночные пуски, предшествующие этапу принятия на вооружение. Этот процесс обычно занимает несколько лет и осуществляется в сотрудничестве с Командованием стратегических сил (Strategic Forces Command) – структурой, входящей в систему ядерного командования и управления Индии и отвечающей за эксплуатацию и управление индийским ядерным оружием. Затем, как правило, после трех–пяти испытаний, подтверждающих летные характеристики и работоспособность технических систем, ракеты могут быть приняты на вооружение, то есть переданы в распоряжение вооруженных сил. Однако сам факт принятия на вооружение еще не означает, что ракеты полностью готовы к боевому применению, поскольку для достижения статуса оперативной готовности требуются дополнительные войсковые испытания. По данным правительства Индии [78], ракета малой дальности «Притхви-II» (Prithvi-II) стала первой ракетой, разработанной в рамках «Комплексной программы разработки управляемых ракет» (IGMDP, Integrated Guided Missile Development Program) для обеспечения ядерного сдерживания. Эта ракета способна доставить ядерную или обычную боеголовку на расстояние до 350 километров. Учитывая относительно небольшие габариты ракеты «Притхви» (длина – 9 метров, диаметр – 1 метр), пусковую установку трудно обнаружить на спутниковых снимках, а о местах ее дислокации известно немного. Предполагается, что Индия располагает четырьмя группами ракет «Притхви» (222-й, 333-й, 444-й и 555-й), из которых, по оценкам, 24 пусковые установки могут быть предназначены для выполнения задач ядерного сдерживания, хотя точное их число остается неопределенным. К числу возможных мест дислокации относятся Джаландхар (штат Пенджаб), а также Банар, Биканер и Джодхпур (штат Раджастхан). После проведения учебно-боевого пуска в 2023 году Министерство обороны Индии охарактеризовало «Притхви-II» как «хорошо зарекомендовавшую себя систему» и официально подтвердило, что эта ракета «является неотъемлемой частью системы ядерного сдерживания Индии» [28]. Двухступенчатая твердотопливная ракета «Агни-I» (Agni-I) мобильного наземного базирования была принята на вооружение в 2004 году, однако достигла состояния оперативной готовности лишь три года спустя – в 2007 году. Эта ракета малой дальности способна доставить ядерную или обычную боеголовку на расстояние около 700 километров. Считается, что основная задача «Агни-I» – поражение целей на территории Пакистана; по нашим оценкам, в западной части Индии развернуто около 16 пусковых установок, в том числе, возможно, в составе 334-й ракетной группы. На спутниковых снимках, сделанных в сентябре 2023 года, предположительно видны две транспортно-пусковые установки «Агни-I» в гарнизоне недалеко от Джодхпура, хотя остается неясным, идет ли речь о временном визите или о постоянном (или полупостоянном) размещении. В июле 2025 года Индия провела совместный испытательный пуск ракет «Притхви-II» (Prithvi-II) и «Агни-I». Испытания проводились под эгидой Командования стратегических сил, отвечающего за эксплуатацию индийских ядерных ракет [32]. Последний на данный момент испытательный пуск «Агни-I» состоялся в мае 2026 года на Объединенном испытательном полигоне на острове Абдул-Калам [35]. Двухступенчатая твердотопливная ракета «Агни-II» (Agni-II) мобильного железнодорожного базирования, представляющая собой усовершенствованную версию «Агни-I», способна доставить ядерную или обычную боеголовку на расстояние более 2000 километров. Вероятно, ракета была принята на вооружение в 2008 году, однако из-за технических проблем достижение ею оперативной готовности затянулось до 2011 года. Предполагается, что в северной части Индии развернуто около 16 пусковых установок, в том числе, возможно, в составе 335-й ракетной группы. Вероятно, ракеты нацелены на объекты в Пакистане, а также в западных, центральных и южных районах Китая. С 2019 года испытательные пуски «Агни-II» не проводились, что может указывать либо на технические проблемы, либо на замену этой ракеты более новой моделью семейства «Агни». «Агни-III» (Agni-III) – двухступенчатая твердотопливная баллистическая ракета средней дальности мобильного железнодорожного базирования — способна доставить ядерную боеголовку на расстояние более 3200 километров. После первой неудачной попытки ночного пуска в 2019 году Индия успешно провела второй такой пуск 23 ноября 2022 года [80]. Последний на данный момент испытательный пуск ракеты «Агни-III» состоялся 6 февраля 2026 года; он был осуществлен «под эгидой Командования стратегических сил» [34]. По нашим оценкам, Индия развернула около 16 пусковых установок ракет «Агни-III». Увеличенная дальность полета делает «Агни-III» первой ракетой, способной потенциально достичь Пекина, а также позволяет Индии размещать ракетные подразделения на большем удалении от границ с Пакистаном и Китаем. Индия также приняла на вооружение ракету «Агни-IV» – двухступенчатую твердотопливную баллистическую ракету средней дальности, способную нести одну ядерную боеголовку и поражать цели на расстоянии более 3500 километров (Министерство обороны) [63]. После завершения финальных испытаний в 2014 году Командование стратегических сил провело четыре эксплутатциооных пуска; последний из них состоялся в сентябре 2024 года «под эгидой Командования стратегических сил» (Правительство Индии) [30 Макет ракеты «Агни-IV» установлен перед зданием Центра исследований и разработок транспортных средств (VRDE) к югу от города Ахильянагар в штате Махараштра (см. рис. 1).
На изображении представлены спутниковые снимки и места, связанные с подготовкой мобильных пусковых установок для ракет «Агни-IV» (Agni-IV) и «Агни-V» (Agni-V) в Индии. В левой верхней части показана модель ракеты «Агни-IV» на мобильной пусковой установке в Центре исследований и разработок транспортных средств (VRDE). В правой верхней части изображен Центр передовых систем (CAS) при Организации оборонных исследований и разработок (DRDO). На карте в центре отмечены объекты в штатах Махараштра и Телангана. На снимке в левой нижней части (от 27 февраля 2026 года) видна мобильная пусковая установка по координатам 19.0327, 74.7281. На снимке в правой нижней части (от 17 ноября 2024 года) показана мобильная пусковая установка с машинами обеспечения по координатам 17.5714, 78.6622.
Хотя ракета «Агни-IV» способна поражать цели практически на всей территории Китая при пуске из северо-восточных районов Индии, Командование стратегических сил также ведет развертывание ракеты «Агни-V» с увеличенной дальностью полета. Это трехступенчатая твердотопливная баллистическая ракета средней дальности мобильного базирования, способная доставлять разделяющиеся головные части (РГЧ) на расстояние до 6000 километров. Увеличенная дальность позволит индийским военным размещать базы для «Агни-V» в центральных и южных районах страны, на большем удалении от границы с Китаем. Летные испытания «Агни-V» проводились три года подряд; последние состоялись 8 мая 2026 года. Ракета «Агни-V» наделяет ударные силы Индии еще одной важной новой возможностью. Поскольку ракета транспортируется в герметичном транспортно-пусковом контейнере, боеголовка может быть постоянно состыкована с ракетой, что избавляет от необходимости устанавливать ее непосредственно перед пуском [52]. Пока неясно, решит ли Индия оснащать эту ракету ядерными боеголовками в обычных условиях; к тому же отсутствуют достоверные общедоступные сведения о том, что она делает это в настоящее время. Первые два испытательных пуска были выполнены с использованием железнодорожной пусковой установки, однако с 2015 года все пуски осуществляются с мобильной пусковой установки на автомобильном шасси. Эта установка, известная как TCT-5 (Transport-cum-Tilting vehicle – транспортно-подъемная машина), представляет собой 140-тонный семиосный полуприцеп длиной 30 метров, буксируемый трехосным тягачом Volvo [17]. Конструкция транспортно-пускового контейнера «позволит радикально сократить время подготовки к пуску... всего до нескольких минут с момента остановки до старта», – заявил в 2013 году бывший руководитель Организации оборонных исследований и разработок (DRDO) Индии [97]. На снимках коммерческих спутников, сделанных в разное время, отчетливо видны несколько мобильных пусковых установок (TEL) для ракет Agni-V: как на территории центра сборки DRDO к северу от Хайдарабада, так и на других объектах (см. рис. 2). В 2021 году Индия провела первые испытательные пуски двухступенчатой твердотопливной баллистической ракеты Agni-P с дальностью полета от 1000 до 2000 километров; правительство Индии классифицирует ее как баллистическую ракету «нового поколения», способную нести ядерный заряд [27]. Хотя продемонстрированная дальность полета относит эту ракету к категории ракет средней дальности (1000–3000 километров), в официальном пресс-релизе по итогам последних испытаний она была охарактеризована как ракета «промежуточной дальности» (под которой обычно понимается диапазон 3000–5500 километров) [31]. Agni-P – первая индийская баллистическая ракета малой дальности, в которой применены более совершенные ракетные двигатели, топливные составы, комплексы авионики и навигационные системы, характерные для новейших индийских ракет большей дальности, таких как Agni-IV и Agni-V. Важно отметить, что ракета Agni-P, подобно Agni-V, размещается в герметичном транспортно-пусковом контейнере [52]. На ранних этапах разработки Agni-P один из высокопоставленных представителей DRDO (Организации оборонных исследований и разработок) отметил: «По мере увеличения дальности полета наших баллистических ракет совершенствовались и используемые в них технологии. Теперь ранние модели ракет малой дальности, созданные на базе устаревших технологий, будут заменены ракетами с более передовыми техническими решениями. Это можно назвать обратным внедрением технологий» [86]. Подобные заявления, а также очевидное превосходство Agni-P по своим характеристикам над ранними ракетами Agni-I и Agni-II (в которых использовались менее надежные виды топлива, корпуса и гидравлические приводы, а также менее точные системы наведения), позволяют предположить, что после принятия на вооружение Agni-P может заменить эти устаревшие ракеты [89]. В апреле 2024 года успешно прошли вторые ночные испытания Agni-P перед принятием на вооружение [20], а новейшее испытание состоялось в сентябре 2025 года с использованием специально оборудованной железнодорожной пусковой установки. Индия также ведет разработку баллистической ракеты малой дальности (БРМД) в обычном (неядерном) оснащении, получившей название Pralay; сообщается, что она призвана взять на себя задачи, выполняемые в настоящее время ракетами Prithvi-II и Agni-I, способными нести как ядерные, так и обычные боеголовки [26]; [99]. Разделение задач по нанесению ядерных и неядерных ударов на малой дальности между новыми ракетами Agni-P и Pralay соответственно могло бы снизить риск неверной интерпретации действий сторон в ходе конфликта, возникающий при совмещении ядерного и обычного потенциала на одной платформе. Дополнительным фактором, способствующим этому, может стать то, что эксплуатацией новой Agni-P, вероятно, будет заниматься Командование стратегических сил, тогда как Pralay поступит на вооружение артиллерийских подразделений Сухопутных войск Индии [76]. На протяжении двух десятилетий ходили слухи о том, что Индия разрабатывает возможности по оснащению баллистических ракет разделяющимися головными частями с блоками индивидуального наведения (РГЧ ИН). Наконец, в марте 2024 года правительство Индии объявило о проведении первого летного испытания баллистической ракеты «Агни-V» (Agni-V), оснащенной технологией РГЧ ИН, в рамках операции под названием «Миссия Дивьястра» (Mission Divyastra) [29]. Еще одно испытание РГЧ ИН – вероятно, также с использованием ракеты «Агни-V» – состоялось в мае 2026 года; в пресс-релизе отмечалось, что «ракета прошла летные испытания с несколькими боевыми блоками, нацеленными на объекты, рассредоточенные на обширной территории в регионе Индийского океана» [33]. Хотя для достижения полной боевой готовности системы РГЧ ИН на ракете «Агни-V», вероятно, потребуются дополнительные летные испытания, этот первый пуск уже свидетельствует о значительном техническом прогрессе и представляет собой важный этап в развитии ядерного потенциала Индии [54]. Однако оснащение «Агни-V» несколькими боеголовками, скорее всего, приведет к сокращению ее увеличенной дальности полета, которая была одним из ключевых факторов при первоначальной разработке этой ракеты. По имеющимся оценкам, полезная нагрузка «Агни-V» составляет 1,5 тонны (как и у моделей «Агни-III» и «Агни-IV»), при этом индийские боеголовки первого и второго поколений – даже в модифицированных версиях – считаются относительно тяжелыми по сравнению с боеголовками, разработанными другими ядерными державами, также использующими РГЧ ИН. В результате, по нашим оценкам, «Агни-V» может нести лишь небольшое количество боеголовок — вероятно, не более трех. По имеющимся сведениям, в 2021 году также проводились испытания ракеты «Агни-P» (Agni-P) с использованием маневрирующих ложных целей для имитации технологии разделяющихся головных частей с блоками индивидуального наведения (РГЧ ИН) [52]. Сообщается, что «Агни-P» может быть оснащена маневрирующим боевым блоком (MaRV), хотя официального подтверждения наличия такой возможности не поступало [12]; [96]. Оснащение баллистической ракеты средней дальности ядерными боеголовками с РГЧ ИН выглядело бы странным со стратегической и оперативной точек зрения; поэтому мы полагаем, что испытания 2021 года были направлены на дальнейшее развитие индийских технологий РГЧ ИН и ложных целей, а не на создание возможности запуска РГЧ ИН с помощью именно этой системы. Развертывание ракет с разделяющимися головными частями также вызывает вопросы относительно обоснованности индийской доктрины «минимального сдерживания». В других странах технология РГЧ ИН разрабатывалась для увеличения числа поражаемых целей, преодоления систем противоракетной обороны (ПРО) или решения обеих задач одновременно. Развертывание РГЧ ИН свидетельствовало бы о стратегии нанесения быстрых ударов по нескольким целям одновременно и, как следствие, сигнализировало бы о намерении оперативно нарастить ядерный арсенал. Это, в свою очередь, могло бы подтолкнуть Пакистан и Китай к дальнейшему увеличению их собственных арсеналов. Если только Китай не создаст эффективную систему ПРО, способную перехватывать баллистические ракеты средней дальности, военная необходимость в оснащении индийских ракет ядерными боеголовками с РГЧ ИН представляется незначительной [53]. Тем не менее, вполне вероятно, что развертывание Китаем РГЧ ИН на некоторых своих межконтинентальных баллистических ракетах (МБР) и разработка Пакистаном новой баллистической ракеты средней дальности «Абабиль» (Ababeel) с РГЧ ИН усилили в Индии поддержку идеи создания аналогичного потенциала — хотя бы для того, чтобы не отстать в технологическом плане. Несколько лет назад представители Министерства обороны заявляли, что развитие стратегических ракетных сил Индии «на данный момент ограничится ракетой "Агни-V" (Agni-V), а создание преемника или следующей серии ракет не планируется и даже не рассматривается» [36]. Однако, по имеющимся данным, Индия приступила к разработке новой МБР, известной как «Агни-VI» (Agni-VI). Официальных данных об этой ракете немного, однако в статье, опубликованной в декабре 2016 года на сайте правительственного Бюро информации для прессы (Press Information Bureau), утверждалось, что ракета «Агни-VI» (Agni-VI) «будет иметь дальность поражения 8000–10 000 километров» и «сможет запускаться как с подводных лодок, так и с наземных установок» [24]. По оценкам Национального центра воздушной и космической разведки ВВС США, дальность полета этой ракеты составляет около 6000 километров [71]. Разработка ракеты «Агни-VI» с дальностью 8000–10 000 километров — если этот факт подтвердится – вызвала бы серьезные споры, поскольку такая дальность значительно превышает показатели, необходимые для поражения потенциальных региональных целей в Пакистане и Китае. В 2023 году ученый, ранее работавший в Организации оборонных исследований и разработок (DRDO), по сообщениям, заявил, что пусковая установка для «Агни-VI» собственной индийской разработки уже успешно прошла испытания. Однако это заявление было сделано в ходе судебного процесса над ученым, обвиняемым в шпионаже, поэтому к нему следует относиться с осторожностью [43]. Кроме того, считается, что Индия разрабатывает наземную версию баллистической ракеты подводных лодок (БРПЛ) малой дальности K-15, известную как «Шаурья» (Shaurya). Из-за высокой степени неопределенности в отношении этой системы она не включена в наши оценки численности арсенала. Ракеты железнодорожного базирования Как и другие страны, стремящиеся расширить возможности нанесения ответного ядерного удара с наземных пусковых установок, Индия уделяет все большее внимание созданию систем запуска ракет железнодорожного базирования. Обширная сеть железных дорог, охватывающая всю территорию страны, позволяет Индии относительно быстро и скрытно (с минимальной визуальной заметностью) перемещать личный состав, материально-технические средства и пусковые установки. Инфраструктура Индии, предназначенная для ракет железнодорожного базирования, по-видимому, сосредоточена на небольшом числе объектов, включая Объединенный испытательный полигон на острове Абдула Калама, Центр интеграции Организации оборонных исследований и разработок (DRDO) в Панагархе, а также как минимум два действующих гарнизона – в Пуне и Миссе. Объединенный испытательный полигон в штате Одиша является основным комплексом Индии для проведения испытаний и оценки характеристик ракетных пусков. На его территории расположены многочисленные стартовые площадки и станции телеметрии, а также пусковая установка железнодорожного базирования с раздвижным укрытием. В сентябре 2025 года этот объект использовался для первого в Индии испытательного пуска новой баллистической ракеты «Агни-P» (Agni-P) с железнодорожной платформы [13; 31]. Согласно документу по контракту DRDO, датированному июнем 2025 года, Центр интеграции DRDO «отвечает за сборку, хранение и испытания крупногабаритных изделий, содержащих взрывчатые вещества» [16]. Комплекс располагает северным железнодорожным въездом-выездом и крытым железнодорожным участком длиной 300 метров, ведущим к высокому сборочно-испытательному корпусу и трем крытым бункерам. Высокий корпус, окруженный земляным валом, идентичен аналогичному сооружению в гарнизоне Мисса и имеет значительное сходство с объектами в гарнизоне Деху и на Объединенном испытательном полигоне на острове Абдула Калама. Центр интеграции DRDO, вероятно, используется не как гарнизон для постоянного развертывания, а для проведения испытаний, оценки и хранения средств доставки. Хранение ядерных боеголовок на территории объекта маловероятно, поскольку это не соответствует его назначению; кроме того, здесь отсутствует инфраструктура, обычно сопутствующая хранению ядерных боеприпасов. С 2024 года за пределами периметра комплекса ведется новое строительство, однако назначение этих новых объектов пока неясно. Хотя этот объект, по-видимому, имеет отношение к военной сфере, он, судя по всему, не связан с другой железнодорожной инфраструктурой комплекса. В отличие от Комплексного испытательного полигона и двух предполагаемых индийских площадок для развертывания систем железнодорожного базирования, на территории Центра интеграции DRDO не наблюдается никаких пусковых установок (см. рис. 2).
На спутниковой инфографике, изображающей Центр интеграции DRDO в Панагархе (Индия), показана планировка объекта с обозначением элементов инфраструктуры. На основной карте приведена условная разметка железнодорожных путей, основных дорог и периметра; выделены ключевые маршруты и зоны, связанные с врезками, демонстрирующими детализированные изображения. Подписи к врезкам: крытые бункеры для хранения; Центр интеграции DRDO, 12 июня 2026 г. Железнодорожный гарнизон Деху (18,7046° с.ш., 73,7077° в.д.), 8 апреля 2025 г. Сквозной объект обеспечения с защитной обваловкой; 20-метровый грузовой автомобиль; Центр интеграции DRDO, 24 мая 2024 г. 24-метровый железнодорожный вагон (вероятно, пусковая установка ракеты «Агни-II»); железнодорожный гарнизон Деху (18,7118° с.ш., 73,7061° в.д.), 8 апреля 2025 г. Сквозные объекты обеспечения с защитной обваловкой; Центр интеграции DRDO, 12 июня 2026 г. Железнодорожный гарнизон Мисса (26,4572° с.ш., 92,9295° в.д.), 3 мая 2025 г.
В Индии имеется как минимум два железнодорожных гарнизона для размещения ракетных комплексов: один в Деху (округ Пуна), другой — в Миссе (округ Нагаон) [13]. Оба гарнизона располагают рядом схожих объектов, таких как сквозные здания большой высоты (вероятно, предназначенные для проверки ракет), хранилища, а также железнодорожные подъездные пути, соединяющие их с общенациональной сетью железных дорог. На территории гарнизона Деху имеются раздвижные укрытия, подобные тем, что установлены на Объединенном испытательном полигоне, тогда как в гарнизоне Мисса есть крытые бункеры, идентичные тем, что находятся в Центре интеграции DRDO. На объекте в Деху также расположены два сооружения с внутренним периметром и сторожевыми вышками, которые могут использоваться для хранения боеголовок. На объекте Мисса подобные сооружения отсутствуют; однако всего в 7 километрах к юго-востоку расположен охраняемый комплекс, имеющий сходство с другими объектами страны, которые предположительно используются для хранения боеприпасов. С 2008 года Индия эксплуатирует ракетный комплекс железнодорожного базирования «Агни-II». Двухступенчатая ракета «Агни-II» на твердом топливе способна доставить ядерную или обычную боеголовку на расстояние более 2000 километров. По нашим оценкам, в северной части Индии развернуто около 16 пусковых установок «Агни-II»; они могут находиться в распоряжении 335-й ракетной группы, а также размещаться в одном или обоих гарнизонах. Индия также разработала ракетный комплекс железнодорожного базирования с большей дальностью действия – «Агни-III», способный доставить ядерную боеголовку на расстояние более 3200 километров. По нашим оценкам, развернуто около 16 пусковых установок «Агни-III», в том числе в одном или обоих индийских гарнизонах, предназначенных для размещения ракет железнодорожного базирования. Новая индийская ракета «Агни-P» также обладает возможностью запуска с железнодорожной платформы. Ее последний пуск состоялся 24 сентября 2025 года; при этом впервые была использована пусковая установка железнодорожного базирования. В официальном пресс-релизе сообщалось, что «Агни-P» была принята на вооружение Командования стратегических сил, хотя дата этого события не уточнялась (Правительство Индии, 2025 г.). Также отмечалось, что «специально разработанная мобильная пусковая установка железнодорожного базирования» может перемещаться по железнодорожной сети страны «без каких-либо предварительных условий»; вероятно, это означает, что Индии не потребуется модифицировать железнодорожные пути для обеспечения возможности передвижения этих установок (Правительство Индии, 2025 г.). Баллистические ракеты морского базирования В течение многих лет единственным средством доставки ядерного оружия морского базирования в Индии была баллистическая ракета «Дхануш» (Dhanush) — модификация ракеты малой дальности «Притхви-II» (Prithvi-II). После принятия на вооружение в 2010 году эти ракеты могли запускаться с двух специально переоборудованных патрульных кораблей класса «Суканья» (Sukanya) – P51 «Субхадра» (Subhadra) и P52 «Суварна» (Suvarna), оснащенных бортовыми системами отвода газовой струи для предотвращения повреждения кораблей при пуске. Учитывая относительно небольшую дальность полета и использование жидкого топлива (что требовало заправки непосредственно перед пуском), ценность ракеты «Дхануш» как средства стратегического сдерживания была крайне ограниченной. Для нанесения ударов по объектам в Пакистане или Китае носителям этих ракет приходилось подходить опасно близко к побережью указанных стран, что делало их уязвимыми для ответного удара. Оба корабля класса «Суканья» базируются на военно-морской базе Карвар на западном побережье Индии. На фотографиях, сделанных во время визитов в иностранные порты, видно, что с кораблей «Субхадра» и «Суварна» были демонтированы платформы стабилизации ракет, а спутниковые снимки свидетельствуют о том, что по состоянию на июль 2024 года эти платформы не были установлены обратно. Поскольку с 2018 года не было публичных подтверждений проведения испытательных пусков, а сама ракета не упоминалась в официальных сообщениях ВМС Индии с 2019 года, мы полагаем, что «Дхануш» больше не состоит на вооружении индийского флота. Первая индийская атомная подводная лодка с баллистическими ракетами (ПЛАРБ) собственной постройки – INS Arihant – была введена в строй в августе 2016 года, однако большую часть 2017-го и первую половину 2018 года провела в ремонте после того, как ее силовая установка вышла из строя из-за попадания воды [75]. В ноябре 2018 года премьер-министр Моди объявил о завершении первого патрулирования INS Arihant с целью сдерживания, что ознаменовало официальное начало боевого дежурства формируемой ядерной триады Индии. Он также заявил, что это развертывание стало «достойным ответом тем, кто прибегает к ядерному шантажу» [91]. «Патрулирование с целью сдерживания» продлилось около 20 дней; использованная формулировка позволяет предположить, что в ходе этого похода на борту могло находиться ядерное оружие. Однако подтвердить это на основе открытых источников невозможно. INS Arihant, вероятно, будет в основном выполнять функции учебного корабля и платформы для демонстрации технологий [23]. В последний раз эта подводная лодка использовалась в качестве платформы для испытательных пусков в октябре 2022 года, когда с нее была запущена неназванная баллистическая ракета подводных лодок (БРПЛ) в рамках «учебного пуска для подготовки личного состава» (по данным Министерства обороны) [66]. Вторая ПЛАРБ, INS Arighaat, была спущена на воду 19 ноября 2017 года; ожидалось, что она войдет в состав ВМС Индии в 2020 году [79]. Однако ходовые испытания Arighaat начались лишь в начале 2022 года, а в строй она вступила 29 августа 2024 года [50; 67]. Спутниковые снимки свидетельствуют о том, что и Arihant, и Arighaat оснащены четырьмя ракетными шахтами и, по-видимому, имеют идентичные габариты. За Arighaat должны последовать еще две ПЛАРБ того же класса — INS Aridhaman и INS Arisudan (предполагаемое название для корпуса S4*/SSBN-83) (см. табл. 2). Ввод обеих лодок в эксплуатацию планировался до 2024 года, однако сроки были сдвинуты [79]. Первая из них, INS Aridhaman, была спущена на воду в ноябре 2021 года, вышла на ходовые испытания в 2024 году и была принята в состав флота 3 апреля 2026 года [19]. Она заметно длиннее и шире двух первых индийских ПЛАРБ [6]. Согласно данным спутниковой съемки, лодка проекта S4 примерно на 18 метров длиннее двух первых ПЛАРБ и оснащена восемью ракетными шахтами – вдвое большим количеством, чем Arihant и Arighaat (см. рис. 3). Конструкция INS Arisudan, вероятно, будет аналогична Aridhaman; ввод этой лодки в эксплуатацию запланирован на 2027 год [39].
На составном изображении представлены спутниковые снимки судостроительной верфи ВМС в Вишакхапатнаме, демонстрирующие деятельность, связанную с индийскими атомными подводными лодками с баллистическими ракетами (ПЛАРБ). На основном снимке верфи отмечено местоположение всех четырех ПЛАРБ (S2, S3, S4 и S4*) у причалов по состоянию на 8 апреля 2026 года; также видны кран и буксиры, сопровождающие одну из подводных лодок. Дополнительные изображения иллюстрируют конкретные события: период после ввода в строй ПЛАРБ INS Aridhaman (S4) (5 апреля 2026 г.), а также процессы загрузки ракет на S4 (24 января 2026 г.) и на S2 или S3 (17 декабря 2025 г.). . Таблица 2. Баллистические ракеты подводных лодок, 2026.
Использованы аббревиатуры:
Примечание: Знаки вопроса (?) указывают на то, что информация отсутствует или неточна; знаки тильды (~) указывают на то, что значение является приблизительным. * * *Индия также ведет разработку ПЛАРБ следующего поколения – класса S5. Серия публикаций вице-президента Индии в социальной сети X (ранее Twitter), сделанных во время его визита в Лабораторию военно-морских наук и технологий (Naval Science & Technology Laboratory), позволила узнать некоторые подробности об облике подводных лодок этого нового класса [100]. Судя по фотографиям, новые субмарины будут значительно крупнее действующих лодок класса «Арихант» (Arihant) и могут быть оснащены 12 или более пусковыми установками [95]. Строительство лодок этого нового класса может начаться после завершения по всех четырех единиц серии «Арихант» в конце 2020-х годов; в настоящее время в Вишакхапатнаме возводится крупный судостроительный эллинг, который, вероятно, предназначен для реализации этого нового проекта. Для оснащения своих ПЛАРБ Индия разработала одну баллистическую ракету морского базирования с ядерным боезарядом и ведет работу над второй: это действующая ракета K-15 (также известная как Sagarika или B-05) с дальностью полета 700 км и перспективная ракета K-4 с дальностью около 3500 км. Относительно небольшая дальность полета K-15 не позволяет ПЛАРБ наносить удары по Исламабаду (досягаемыми целями являются лишь районы южного Пакистана), а поражение целей на территории Китая невозможно без прохода через Сингапурский пролив вглубь Южно-Китайского моря. Поэтому, несмотря на принятие на вооружение летом 2018 года, ракету K-15 следует рассматривать прежде всего как промежуточный проект, призванный обеспечить отработку технологий для создания более совершенных ракет в будущем. Ракета K-4, характеристики которой, по имеющимся данным, сопоставимы с параметрами баллистической ракеты средней дальности «Агни-III» (Agni-III), прошла не менее 10 испытательных пусков; последний из них, как сообщается, состоялся в декабре 2025 года с борта подводной лодки INS Arighaat [46]. Видеозапись пуска БРПЛ K-4, сделанная в 2015 году, показала, что вместо системы «холодного» старта, обычно применяемой для большинства БРПЛ (при которой ракета выталкивается из пусковой шахты с помощью газогенератора), в ходе этого испытания K-4 использовала два небольших двигателя, расположенных в носовой части, чтобы подняться на несколько метров над поверхностью воды до момента запуска маршевого двигателя [15]. Вероятно, в серийном варианте ракеты будет использоваться система «холодного» старта. Ракета, по-видимому, готова к серийному производству; поступают сообщения о ее принятии на вооружение подводных лодок класса «Арихант», однако официального подтверждения того, что K-4 была развернута в боевом составе, нет [2; 73]. Согласно данным DRDO, ракета K-4 отличается высокой точностью, обеспечивая «круговое вероятное отклонение (КВО), близкое к нулю» [72]; при этом один из официальных лиц якобы заявил: «Наш показатель КВО значительно лучше, чем у китайских ракет» [74]. Впрочем, к подобным утверждениям, вероятно, следует относиться с определенной долей скепсиса. Обладая дальностью полета 3500 км, ракета K-4 сможет поражать цели на всей территории Пакистана и на большей части территории Китая при пуске из северной части Бенгальского залива. Испытательные пуски ракеты K-15 проводились только с первой ПЛАРБ, и, вероятно, она будет снята с вооружения после ввода в строй K-4. Как это часто бывает с индийскими ядерными программами при отсутствии официальных заявлений, существуют предположения, что каждая БРПЛ K-4 сможет нести более одной боеголовки; однако более вероятным представляется вариант оснащения одной боеголовкой в сочетании со средствами преодоления ПРО (ложными целями), тогда как полноценная разделяющаяся головная часть с блоками индивидуального наведения (РГЧ ИН) может появиться на ракете следующего поколения. Высокопоставленные представители оборонного ведомства Индии заявили, что Организация оборонных исследований и разработок (DRDO) планирует создать баллистическую ракету подводных лодок (БРПЛ) с дальностью полета 5000 км. Конструктивно она будет повторять ракету наземного базирования «Агни-V» и позволит индийским подводным лодкам поражать цели на всей территории Азии, а также в некоторых районах Африки, Европы и Индо-Тихоокеанского региона, включая Южно-Китайское море. Сообщается, что ракета получит обозначение K-5; первоначально ее испытания ожидались в 2022 году [37], однако по состоянию на июль 2026 года такой пуск так и не был осуществлен. Однако в июне 2025 года бывший сотрудник компании BrahMos Aerospace в ходе панельной дискуссии заявил, что разработка ракеты K-5 завершена и DRDO приступает к созданию следующей модели – K-6 (Army Recognition [2]). За этим заявлением последовали испытания маршевого двигателя второй ступени (сентябрь 2025 г.) и испытания по «холодному» пуску (выбросу ракеты из шахты) (март 2026 г.); оба этапа являются важными вехами в процессе предлетной отработки изделия [45; 98]. В настоящее время недалеко от Рамбилли, на восточном побережье Индии – всего в 50 километрах к югу от судостроительной верфи в Вишакхапатнаме, где строятся индийские подводные лодки, – ведется строительство военно-морской базы для ПЛАРБ (подводных лодок с баллистическими ракетами), получившей название INS Varsha. База располагается рядом со строящимся объектом, связанным с Атомным исследовательским центром имени Баба (BARC) – ведущим научно-исследовательским учреждением Индии в области ядерной энергетики, которое также участвует в национальной программе создания ядерного оружия. На объекте INS Varsha ведутся масштабные строительные работы: прокладываются многочисленные туннели в горном массиве, возводятся крупные причалы и объекты обеспечения. Спутниковые снимки фиксируют строительство сооружений, напоминающих два водных входа в обширный подземный туннельный комплекс (вероятно, предназначенный для загрузки баллистических ракет на подводные лодки), а также нескольких наземных точек доступа. Хотя индийские морские силы ядерного сдерживания все еще находятся на стадии формирования, страна демонстрирует явное стремление создать современную группировку морского базирования, основу которой составят новые атомные подводные лодки с баллистическими ракетами, баллистические ракеты большой дальности морского базирования и новая крупная военно-морская база. Если Индия поставит цель постоянно держать на боевом дежурстве в море хотя бы одну ПЛАРБ (в рамках стратегии так называемого непрерывного сдерживания), ей придется решать ряд доктринальных, логистических и оперативных задач, связанных с оснащением ракет ядерными боеголовками в мирное время. Как и многие другие ядерные державы, Индия добивается значительных успехов в разработке различных типов крылатых ракет. Однако, вопреки циркулирующим слухам, не было подтверждено наличие у индийских крылатых ракет задач, связанных с применением ядерного оружия, и поэтому они не включены в Таблицу 1. Первая индийская крылатая ракета собственной разработки – Nirbhay («Нирбхай») – внешне напоминает американскую Tomahawk или пакистанскую Babur. Министерство обороны Индии характеризует Nirbhay как «первую индийскую крылатую ракету большой дальности с дозвуковой скоростью полета, разработанную и созданную в стране; она имеет дальность действия 1000 километров и способна нести боевую часть массой до 300 килограммов» (Ministry of Defence [65], 100). Сообщается, что Индия завершила испытания ракеты Nirbhay [38]. Хотя существует множество слухов о возможности ее двойного назначения – в частности, некоторые источники утверждают, что Nirbhay способна нести обычную боевую часть массой 450 кг или ядерный заряд мощностью 12 кт [42; 68], – ни правительство Индии, ни разведывательное сообщество США публично не подтвердили эти сведения. По всей видимости, Индия ведет разработку нескольких модификаций Nirbhay, пытаясь тем самым заменить эту ракету, которая в ходе испытаний и оценочных пусков неоднократно демонстрировала сбои. Одним из таких проектов, реализуемых Организацией оборонных исследований и разработок (DRDO), является программа создания сверхзвуковой крылатой ракеты на базе отечественных технологий (ITCM). По данным издания Janes, программа ITCM носит демонстрационный характер и предназначена для проверки характеристик индийских малогабаритных турбовентиляторных двигателей (получивших название Manik) и других подсистем. Представитель DRDO сообщил, что в ходе летных испытаний ITCM, проведенных в марте 2023 года, были успешно продемонстрированы возможности нового двигателя; он также добавил, что эти испытания открыли путь к интеграции двигателя в новую крылатую ракету, находящуюся в стадии разработки, – крылатую ракету большой дальности для поражения наземных целей (LRLACM) [48]. Вслед за этими испытаниями Совет по оборонным закупкам Индии в августе 2023 года одобрил необходимость приобретения ракет LRLACM [49]. В апреле 2024 года Министерство обороны Индии сообщило об очередном успешном испытательном полете крылатой ракеты ITCM, оснащенной двигателем Manik; в ходе испытаний была продемонстрирована способность ракеты лететь на малых высотах, а также подтверждена эффективная работа усовершенствованных радиочастотных головок самонаведения и других подсистем [90]. В 2023 году издание Janes сообщило, что Организация оборонных исследований и разработок (DRDO) классифицировала ракету LRLACM как носитель ядерного оружия, однако эта информация не была официально подтверждена ни представителями Индии, ни источниками в разведке США [49]. Согласно информационному плакату DRDO, опубликованному новостным агентством Asian News International в ноябре 2023 года, в феврале 2023 года были успешно проведены испытания крылатой ракеты морского базирования (предназначенной для поражения как наземных, так и надводных целей) с дальностью полета 402 километра [60]. КРВБ КРНБ КРМБ МПУ (ТПУ) РГЧ РГЧ ИН
|
|||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
