На главную сайта   Все о Ружанах

Л.И. Долинов

 

ИСПЫТАТЕЛИ
 

© «Ветеран-ракетчик»
.

 

Наш адрес: ruzhany@narod.ru

 

 

Пуски ракет по программе совместных летных испытаний комплекса с ракетой РТ-2 проводились с 4 ноября 1966 до 3 октября 1968 года. Всего было проведено 25 пусков (16 успешных, 9 аварийных или частично успешных). 28 августа 1968 года проведен успешный залповый пуск трех ракет.

К этому времени был принят на вооружение первый вариант АСУ. Высшее военно-политическое руководство страны получило и проверило возможность управления оружием с центральных командных пунктов. 29 апреля 1969 г. проведен успешный пуск ракеты с Центрального командного пункта РВСН.

В процессе испытаний этой ракеты проходило становление офицеров 4 управления и 8 оиич как испытателей-профессионалов.

18 декабря 1968 года первый в стране ракетный комплекс типа ОС с межконтинентальной твердотопливной ракетой РТ-2 был принят на вооружение.

8 декабря 1971 года первый полк с ракетой РТ-2 заступил на боевое дежурство на головном объекте. В постановке первого полка на боевое дежурство, а также в первом годовом регламенте комплекса активно участвовали инженеры-испытатели управления.

Связь с головным объектом никогда не прерывалась. Проверялись и отслеживались доработки не только по «долговой» 13-й книге отчета госкомиссии, по и по замечаниям дежурящих частей.

На 8 оиич была возложена также задача испытаний первого мобильного ракетного комплекса с межконтинентальной ракетой 8К99 (РТ-20), которая была разработана в КБ «Южное» (генеральный конструктор - Михаил Кузьмич Янгель, ведущий конструктор - Василий Сергеевич Будник).

8К99 - двухступенчатая межконтинентальная ракета смешанного типа (первая ступень - твердотопливная, вторая - жидкостная) стартовала из термостатируемого контейнера, размещенного на гусеничной самоходной пусковой установке (СП У) (генеральный конструктор Ж. Котин). Контейнер поднимался в вертикальное положение заранее, до начала предстартовых операций.

В конце апреля 1966 года я был назначен на должность заместителя начальника 3-й группы 8-й отдельной инженерной испытательной части.

3 мая 1966 года я приступил к исполнению обязанностей. 3-я группа была занята подготовкой к испытаниям комплекса с ракетой 8К99. Начальник группы Александр Иванович Качурин поручил мне организацию работ по контролю строительства, монтажа, приема оборудования - работ, связанных с подготовкой материальной базы испытаний. Будучи в составе приемочных комиссий, работать приходилось в тесном контакте со службами вооружения полигона и части, с ииженерами-испытателями управления, ОКСа, строителями, с представителями монтажных и конструкторских организаций. Фронт строительства был очень большим. Работа была очень напряженной, но интересной, познавательной.

В июле 1967 года была сформирована стартовая группа по испытаниям ракеты 8К99, я был назначен ее начальником.

Пуски планировалось проводить на двух стартовых позициях по два стартовых места на каждой: па первом этапе - с площадки 157 в 13 км от г. Мирный по району «Братск», на втором этапе - по району «Кура» с площадки «Токовище» в 80 км. На каждой из позиций были построены пристартовые командные пункты, дизельные, аппаратные для размещения телеметрической аппаратуры и устройства для аппаратуры прицеливания, а также служебные здания со встроенными котельными и караульными помещениями. На пл. «Токовище» строились также три шахтных ПУ и шахтный КП. Ракету предполагалось использовать и в стационарном варианте. Однако позже строительство было прекращено.

Новизна комплекса состояла в том, что это был первый подвижный комплекс с межконтинентальной ракетой. Старт ракеты осуществлялся с СПУ выбросом изделия из контейнера с помощью порохового аккумулятора давления и последующим запуском маршевого двигателя по контакту выхода. Вторая ступень использовалась не только как разгонная, она имела задачу компенсировать ошибки первой ступени и вывести боевой блок в заданную точку отделения, тем самым обеспечить необходимую точность. В комплексе также была заложена идея автономности (однако весьма ограниченной).

Боевой расчет СПУ мог произвести пуск ракеты с заранее подготовленной в геодезическом отношении позиции по заранее рассчитанному полетному заданию.

Испытания ракеты, бортовых систем, оценку их свойств и характеристик комплекса в целом вели испытатели второго комплексного отдела. Отделом руководил энергичный, инициативный, широко эрудированный испытатель, прекрасный организатор опытно-испытательных работ Геннадий Алексеевич Ясинский.

После завершения строительных, монтажных и пуско-наладочных работ с габаритно-весовыми и заправочными макетами, которые прошли успешно, несмотря на сложность технологии, первая ракета была допущена к пуску. К сожалению, в предстартовом цикле первого пуска при подрыве пироклапана был пробит трубопровод подачи воздуха на гироскопы. Прошла отбойная команда. Ракета была возвращена, компоненты топлива слиты, изделие отправлено на завод-изготовитель. Так, на первом же пуске, мы прошли эту горькую технологию Пуск второго летного изделия был более успешным. Ракета ушла со старта.

Комплекс, в силу своей гибридности, имел недостатки как твердотопливной, так и жидкостной ракеты. Испытания комплекса шли тяжело. Твердотопливный двигатель первой ступени имел вкладной заряд, который не был прочно скреплен с корпусом, а подвешивался внутри корпуса единственным кольцевым узлом крепления, образуя две консоли. Это усложняло организацию горения после запуска. Застойная зона горячего газа вынуждала защищать корпус от прогара и тем самым утяжелять и без того тяжелую конструкцию.

Необходимость заправки и ампулизации второй ступени вынуждала иметь весь шлейф заправочного оборудования.

Компоненты топлива перед заправкой насыщались газом. Это необходимо было делать в целях безопасности для того, чтобы в заправленных баках при длительном боевом дежурстве давление не снижалось ниже атмосферного при любых колебаниях последнего. Операция отбора проб для контроля параметров насыщения была особенно опасной. Однажды при заправке вспыхнула защитная проставка между горловиной бака и люком контейнера. Только находчивость номера пожарного расчета помогла избежать тяжелого происшествия.

Транспортирование, работа на стартовой позиции с ракетой, заправленной агрессивными и взрывоопасными компонентами (гептил + азотный тетроксид), требовали соблюдения жестких мер безопасности, что усложняло организацию испытаний, снижало безопасность эксплуатации.

Элементная база в то время была далека от совершенства. Монтаж был навесным, приборы не выдерживали транспортных нагрузок. Возникало много отказов и, как следствие, аварийных пусков. Имели место две тяжелые аварии на старте с потерей СПУ.

Первая произошла на площадке 157. Контейнер, из которого стартовала ракета с помощью порохового аккумулятора давления (ПАД), имел сквозные сверления (своего рода решетки)для циркуляции воздуха, которым обеспечивалось термостатирование контейнера. Направляющих, которые не позволяли бы ракете разворачиваться вокруг продольной оси при движении по контейнеру, не было. Маршевый двигатель запускался, когда подпружиненные шарики контакта выхода освобождались на срезе контейнера и контакты «срабатывали».

По команде «Пуск» запустился ПАД, ракета, двигаясь по контейнеру, развернулась, один из шариков контакта выхода попал в отверстие для термостатирования контейнера и «сработал». Маршевый двигатель запустился в контейнере. Не рассчитанный на такие нагрузки контейнер разрушился, ферма крепления второй ступени обломилась, ступень упала на старте и взорвалась. А первая ступень отправилась в неуправляемый полет. Она упала и взорвалась метрах в пятистах от старта на глазах изумленных членов Государственной комиссии, наблюдавших за пуском. Кинооператор, снимавший пуск, зафиксировал на пленку это феерическое зрелище.

После 12 пусков работы были прекращены, несмотря на то, что последние четыре пуска подряд были полностью успешными. Однако идея мобильности осталась жива, она была востребована жизнью, дальнейшим совершенствованием ракетного оружия.

Испытатели управления и части приобрели бесценный опыт работы со сложной, опасной и капризной техникой. Этот опыт не пропал, он был использован при подготовке и проведении испытаний следующего поколения мобильных твердотопливных боевых ракетных комплексов.

В 1969 году с должности зам. командира по вооружению 8 оиич я был назначен начальником 1-го комплексного отдела управления (комплексы с ракетами РТ-2 и РТ-2П).

С января 1970 до декабря 1972 года 4 И У и 8 оиич провели летные испытания ракеты РТ-2П с улучшенными характеристиками и более высокой боевой эффективностью. Ракета имела на борту комплекс средств преодоления противоракетной обороны (П РО ), новую систему управления на базе гиростабилизатора и бортового вычислителя, что гарантировало лучшие характеристики точности и кучности пусков (не более 1500 м). Межрегламентный период с одного года был доведен до трех лет. Гарантийный срок эксплуатации первоначально был установлен семь лет. Но и после пятнадцати лет эксплуатации пуски ракет подтвердили их высокую надежность.

Всего в ходе испытаний, контрольных отстрелов, в ходе учений было проведено 142 пуска ракет этого типа. Ракеты РТ-2 и РТ-2П выполняли задачи в боевом составе РВСН 25 лет.

Среди значков и мелких сувениров, собранных за многие годы в память о разных событиях, есть один особенно дорогой для меня. На нем под символическим изображением ракеты выбиты два числа: «100» и ниже «1979». Этот значок был выпущен в ознаменование сотого пуска ракеты РТ-2, успешно проведенного боевым расчетом 8 оиич в 1979 году.

В 1972 году я был назначен на должность заместителя начальника 4-го испытательного управления и активно подключился к работам по комплексу «Темп-2С» с ракетой РС-14 (15Ж 42).

Подготовка к летным испытаниям мобильного грунтового боевого ракетного комплекса «Темп-2С» на колесном шасси с трехступенчатой твердотопливной ракетой РС-14 (15Ж42) началась в 1970 году. К 1 февраля 1970 года была сформирована 2 оиич для проведения работ с ракетой и комплексом.

В 4-м управлении испытания системы борта и комплекса в целом вели инженеры-испытатели 2-го комплексного отдела и других отделов - по системам наземного оборудования. Ракета и комплекс были разработаны Московским институтом теплотехники (генеральный конструктор Александр Давидович На- дирадзе).

Трехступенчатая твердотопливная ракета РС-14 с моноблочной ГЧ размещалась в трапспортно-пусковом контейнере. Корпуса ступеней ракеты и контейнера изготавливались из высокопрочных полимерных нитей методом намотки. Эта технология была разработана под руководством В.Д. Протасова. Главным конструктором твердотопливных зарядов с высокими энергетическими характеристиками был Б.П. Жуков. Система управления на базе бортовой вычислительной машины и трехосного гиростабилизатора разработана под руководством Н.А. Пилюгина. Режимы регламентных проверок и пуска были автоматизированы, однако алгоритм расчета полетного задания бортовыми средствами внедрен не был.

Пуск ракеты мог быть проведен только с заранее подготовленной полевой позиции по заранее рассчитанному полетному заданию. По команде «Пуск» контейнер гидросистемой поднимался в вертикальное положение, ракета выбрасывалась из ТПК пороховым аккумулятором давления с последующим запуском маршевого двигателя первой ступени по контакту выхода.

По результатам испытаний насосная система подъема контейнера с приводом от двигателя СПУ была заменена на вытеснительную от порохового аккумулятора давления.

В состав комплекса входили три СПУ с ракетами, машина боевого управления, а также машины обеспечения при несении боевого дежурства на полевых позициях и охраны на марше. Из машины боевого управления команда на пуск, а также все регламентные команды при подготовке к пуску передавалась по кабелю. Таким образом, автономность комплекса обеспечивалась только в составе дивизиона.

Командный пункт полка являлся самостоятельным объектом испытаний.

Председателем Государственной комиссии был назначен генерал-лейтенант Александр Николаевич Бровцын. Испытания проводились в обстановке повышенных режимных ограничений, главным образом ночью с соблюдением строгих мер по скрытию и маскировке.

Пуски ракет по программе летных испытаний начались в 1972 году. В ходе испытаний было проведено 35 пусков, транспортные испытания, испытания па автономность со сменой боевых позиций, было проверено прохождение пусковых команд на максимальном удалении от ПКП полка (более 200 км). Комплекс дважды демонстрировался члену Политбюро Д.Ф. Устинову. Обычно в целях безопасности экспериментальные пуски проводились из пристартового КП или после набора пускового кода в машине БУ с выносного пульта. На первом пуске с полевой позиции из машины боевого управления (но «штатному») присутствовал начальник Генерального штаба. Комплекс был принят па вооружение.

Первый полк 21 февраля 1976 года заступил на боевое дежурство. При приеме и вводе в эксплуатацию семи боевых полков па полигоне была практически отработана вся технологическая схема постановки на боевое дежурство подвижных РК. Этот опыт в дальнейшем был использован при создании комплектовочных баз для других РК. Технические и конструктивные решения, апробированные на этом комплексе, получили дальнейшее развитие при создании комплексов «Пионер», «Тополь», «Скорость», «Тополь-М».

Так начиналась наша дорога в «тополиную» рощу.

 

 

 

 

Вернуться на главную страницу.

Яндекс.Метрика