На главную сайта   Все о Ружанах

 

Владимир Платонов

 

ИЗБРАННЫЕ
СТАТЬИ

Последняя точка
в «холодной войне»

 

© «Зеркало недели. Украина»
Публикуется с разрешения редакции Zn.ua

 

Наш адрес: ruzhany@narod.ru

 

ПОСЛЕДНЯЯ ТОЧКА В «ХОЛОДНОЙ ВОЙНЕ»

«ZN.UA». Зеркало недели. Украина. 2004 г. №5

 

6 февраля 2004 года Виталию Михайловичу Шкуренко исполнилось бы 75 лет. В созвездии ранее засекреченных директоров он занимает особое место: воспитанник «ракетного зубра» — легендарного Александра Макарова — в течение тридцати лет (сентябрь 1965-го —сентябрь 1995 гг.) руководил Павлоградским механическим заводом, выросшим из мастерских артиллерийского полигона в крупнейший отраслевой центр по производству твердотопливных двигателей и ракет. Павлоградский завод стал и единственной в стране базой по сборке и формированию БЖРК — Боевого железнодорожного комплекса, аналогов которому в мире нет. За эти годы на боевое дежурство было поставлено 88 ракет морского, 60 шахтного и 46 железнодорожного базирования, которые обеспечивали стратегический паритет с Соединенными Штатами Америки.

Под руководством Виталия Шкуренко освоены новые теплозащитные покрытия и эрозионно-стойкие материалы, производство титанового литья и высокотемпературных порошковых псевдосплавов.

За выдающийся личный вклад в создание ракетно-космической техники Виталий Шкуренко награжден медалями К.Циолковского, Ю.Кондратюка, С.Королева, М.Янгеля, М.Келдыша, В.Глушко, В.Макеева, дипломом первого в мире летчика-космонавта Ю.Гагарина.

Труд В.Шкуренко отмечен высшими наградами страны, Государственной премией СССР (1977 г.), Почетным знаком Президента Украины (1994 г.), в 1999 году он удостоен звания «Почетный гражданин города Павлограда».

 

Директор завода № 586 Александр Макаров, объясняя сложившуюся ситуацию, напутствовал Виталия Шкуренко: «Не думай, что мы направляем тебя в ссылку. Конечно, Павлоград не Днепропетровск, ты сам павлоградец и знаешь это лучше меня. Завод там маленький, людей меньше, чем в нашем сборочном цехе. По сути, это не завод, а мастерские при артиллерийском полигоне. Но скоро все изменится. Нам нужен человек, способный создать новый завод и поставить его на нужные рельсы». «Александр Максимович, дайте время хотя бы ознакомиться с заводом», — взмолился Шкуренко. — «Приедем в Павлоград, пока я потолкую с Бадоевым, главный инженер покажет тебе завод».

2 сентября 1965 года А.Макаров подписал приказ о назначении В.Шкуренко директором Специализированного производственного объекта № 8 (СПО-8) завода № 586 и, прихватив с собой своего выдвиженца, поехал в Павлоград. Преодолевая ухабы, директорская «Волга» медленно глотала километры разбитой дороги. От яркого раннего солнца Макаров прикрыл глаза, словно дремал. Шкуренко, размышляя о своем назначении, пришел к любопытному выводу: в его жизни происходили какие-то непредвиденные случайности и неожиданные повороты, которые он объяснить не мог.

Родился Виталий Шкуренко 6 февраля 1929 года. Его мать работала фельдшером, обслуживая несколько близлежащих сел вокруг Елизаветовки, но рожать приехала в Днепродзержинск. Благо город находился совсем рядом, на правом берегу Днепра. Отец работал в сельском совете, но в 1937 году Михаилу Терентьевичу предложили пост председателя райисполкома и семья переехала в Павлоград.

1 января 1941 года в семье Шкуренко родился Владик — младший брат Виталия, а через шесть месяцев началась война. Семья эвакуировалась, главу семейства призвали в морскую пехоту, там он был тяжело ранен, после войны долго хромал, ходил с палочкой... В эвакуации заболела мать и все заботы о семье (мама — инвалид труда, брату — три года) легли на плечи 14-летнего Виталия и его родной тетки...

В 1948-м Виталий окончил среднюю школу, вместе со своими неразлучными друзьями Петей Плешаковым и Толей Шустенко поступил в Харьковский электротехнический институт (1948 г.). Через два года павлоградцы перевелись в самый престижный по тем временам Горный институт (ныне — Национальный горный университет. — Авт.), но горным инженером никто из них так и не стал. В 1952 году в составе группы лучших студентов-горняков, имевших безупречные анкеты, их переводят на физико-технический факультет Днепропетровского госуниверситета, где начиналась подготовка специалистов для рождавшейся новой оборонной отрасли.

Любопытно, что все спецпредметы студентам читали не профессора и доктора наук (таковых еще просто не было), а специалисты-практики: Анатолий Баулин, Михаил Двинин, Петр Караулов, Павел Никитин, Николай Шнякин, среди них только двое были кандидатами наук — Николай Герасюта и Вячеслав Ковтуненко.

В 1954 году всех выпускников физтеха (первый выпуск!) направили на работу в создававшееся ОКБ-586, а Виталия Шкуренко «перехватил» главный инженер завода. «Ну что ты будешь делать в КБ? — допытывался Макаров. — Стоять за кульманом? Имей в виду, не все, что рисуют конструктора, идет в производство. Но дело даже не в этом. Я ведь тоже начинал с науки, но вскоре убежал на живое дело. Вижу, и ты по характеру не кабинетный работник — иди в производство, поработай с людьми, а там посмотрим...».

Так Макаров еще в пятидесятые годы заложил традицию: пришел из вуза — поработай мастером. И все, в том числе и Шкуренко, эту школу прошли. Из молодых специалистов первого выпуска физтеха одного лишь Геннадия Команова сразу назначили заместителем начальника цеха — на то были веские основания: ветеран войны, участник боевых действий, отмечен боевыми наградами.

12 августа 1954 года в трудовой книжке В.Шкуренко появилась первая запись: «Принят в цех № 33 на должность мастера». Спустя три месяца его назначили начальником отделения цеха, затем — старшим мастером, начальником смены, заместителем начальника цеха, исполняющим обязанности и начальником цеха № 33 — головного сборочного цеха самого крупного в стране ракетного завода.

Вспомним, что первым начальником этого цеха был Герман Яковлевич Семенов — ближайший сподвижник С.Королева, которого направили в Днепропетровск как ветерана ракетостроения, одного их опытнейших специалистов.

Виталий Шкуренко всего добился сам! Мы не случайно привели здесь все ступени его ракетного роста. Более десяти лет Шкуренко осваивал все премудрости ракетостроения, учился сам и учил других. Техника, которую собирали в цехе, постоянно обновлялась: на смену королевским Р-1, Р-2, Р-5М пришли янгелевские ракеты, характеристики которых значительно превосходили предшественниц, а это означало, что «изделия» становились все сложнее и «умнее», постоянно требовали современных технологических решений и новой организации работ.

В первые годы сборщики трудились по 12—16 часов, бывало, сутками не выходили из цеха, и такой ритм для многих южмашевцев был нормой жизни. Если случалось, что где-то допустили брак — все всплывало на сборке или на испытательной станции. По иронии судьбы работники цеха главной сборки часто оказывались крайними. Производственники не любили сборщиков за то, что те до всего «докапывались», а высшее руководство — обычно «за плохие новости»...

Положение — хуже не придумаешь: жизнь между молотом и наковальней. Если к этому прибавить выходные, которые, как правило, всегда оказывались «черными», и нередкие ночные вызовы в цех, нетрудно себе представить семейную жизнь нашего героя, раздражение его молодой жены. Все это в какой-то степени компенсировалось молодостью, невероятным оптимизмом и гордостью, что именно тебе доверили дело государственной важности.

В сборочном цехе часто бывали Дмитрий Устинов, Леонид Брежнев, Митрофан Неделин, Константин Руднев, Сергей Афанасьев, Сергей Королев, Михаил Янгель, Василий Будник, Валентин Глушко, Николай Пилюгин. Дважды в цехе побывал Никита Хрущев, часто приезжал Владимир Щербицкий. Не было дня, чтобы на сборку не приходили директора завода — Леонид Смирнов и его преемник Александр Макаров.

В конце концов ракетостроители достигли паритета с Америкой, и, казалось, можно было бы сбавить темпы, перевести дух... Но политики «подбрасывали» новые кризисы, «холодная война» снова набирала обороты, и ракетостроителям опять приходилось «пахать» дни и ночи... Причем «вкалывали» не только советские, но и американские ракетостроители: никому не хотелось уступать, а тем более — отставать.

Когда в шахтах потекли межконтинентальные ракеты «Титан-II», американцы, долго не раздумывая, перешли на твердое топливо. Мы такой «роскоши» себе позволить не могли: в стране не было ни развитой химической промышленности, ни достаточных средств для решения столь грандиозных задач.

В создании жидкостных ракет нашим специалистам удалось добиться выдающихся результатов. Несколько лет напряженного труда увенчались решением проблемы ампулизации компонентов топлива, что позволило ракетным комплексам нести боевое дежурство и пять, и десять, и двадцать лет!

Параллельно решалась проблема создания твердотопливных двигателей. Базой для нового твердотопливного направления выбрали Павлоград. Здесь был крупный химический завод, территория Павлоградского механического завода (ПМЗ) позволяла развернуть строительство мощных производственных сооружений и одного из крупнейших в отрасли огневого стенда, базы для проведения бросковых испытаний в наземных условиях.

Даже мимолетного знакомства с заводом было достаточно, чтобы понять, что ожидает человека, согласившегося стать его директором. Все трудности, с которыми сталкивался Шкуренко в сборочном цехе, просто меркли в сравнении с тем, что надо было сделать в Павлограде.

Свою трудовую деятельность на ПМЗ Виталий Михайлович начал с того, что купил резиновые сапоги, и они постоянно находились в его служебном авто. Дождь, снег, гололед, непролазная грязь — Шкуренко неизменно объезжал или обходил все строительные объекты. К восьми утра, то есть к официальному началу рабочего дня, он уже имел полное представление о состоянии всех объектов. Создавалось впечатление, что он был одновременно и директором завода, и прорабом этой громадной стройки — успевал везде.

Мудрый Макаров наставлял: «Имей в виду, даже если ты будешь трехжильным, но все будешь делать сам, ничего не получится. У тебя должны быть толковые помощники, специалисты, которым можно доверить все». Но где взять классных специалистов, толковых инженеров, технологов, мастеров, слесарей-сборщиков? Они есть на «Южмаше», на других предприятиях отрасли, но чем их заманишь в периферийный Павлоград из Днепропетровска, Красноярска, Златоуста, Челябинска, Перми, Омска? Только одним — интересной работой, перспективами роста, жильем. Жилья в стране катастрофически не хватало, десятилетиями люди стояли в очередях на получение квартиры.

Визиты директора ПМЗ к министру, как правило, завершались решением проблем жилья. Вопрос стоял так: «Вам нужны двигатели, людям — жилье. Будет жилье — будут и двигатели». Министр просто опешил от такой дерзости: «Мы уберем тебя!» — «Я не держусь за кресло, — парировал Шкуренко. — Но люди — везде люди: и в Москве, и в Павлограде. Все хотят иметь свой уголок, жить по-человечески».

Большую помощь павлоградцам оказал «Южмаш». Директор завода разрешил взять из цеха № 33 тридцать лучших сборщиков, а всего из «Южмаша» на ПМЗ было переведено 200 специалистов! Все они получили жилье, но заводская гостиница и общежития были постоянно переполнены командировочными и молодыми специалистами. Спрос значительно опережал возможности.

В феврале 1966 года в структуре КБ «Южное» появилось КБ по проектно-конструкторским разработкам твердотопливных двигателей. Начальником и главным конструктором КБ-5 назначили Владимира Кукушкина. Начался знаменитый тандем «Шкуренко — Кукушкин», длившийся почти 30 лет. Это было продолжением традиций во взаимоотношениях КБ и завода, заложенных главным конструктором Михаилом Янгелем и директором «Южмаша» Александром Макаровым. Совместная деятельность В.Шкуренко и В.Кукушкина переросла в личную дружбу и привела к созданию лучших в мире твердотопливных двигателей.

Изготовленный на ПМЗ первый твердотопливный двигатель 15Д15 был предназначен для первой ступени межконтинентальной ракеты 8К99, размещенной в транспортно-пусковом контейнере, в составе подвижного ракетного комплекса РТ-20П (главный конструктор М.Янгель).

 

 


Яндекс.Метрика