На главную сайта Все о Ружанах

КТО ЕСТЬ КТО В РВСН

 

Генерал-майор

КОПЕЙКИН
Александр Николаевич

 

 

 

 

 

 

Наш адрес: ruzhany@narod.ru

Последний командир 24-й ракетной дивизии 15.12.1986 — 12.1990 гг.

..

Родился 3 июня 1944 г.

Окончил: Хабаровское командно-техническое училище (1966 г.), Военную академию им. Ф.Э. Дзержинского (в 1973 г. — инженерный факультет, а в 1977 г. — командный факультет).

В Ракетных войсках служил на должностях: инженер расчета, начальник отделения технической ракетной базы, командир батареи, заместитель командира дивизиона, полка, командир полка, начальник штаба 32 дивизии, заместитель командира 24 рд, командир 24 ракетной дивизии, начальник штаба 4 ГЦМП МО (Капустин Яр).

Генерал-майор Александр Николаевич Копейкин был последним командиром 24 рд. В период с декабря 1986 г. по декабрь 1990 г. под его руководством проводится последовательное расформирование дивизии. Первыми в 1987 г. расформировываются 330 ракетный полк и ртб. В январе 1988 г. — 25 рп и 323 рп. К исходу 1988 г. 323 рп и 847 ртб полностью расформировываются и исключаются из боевого состава дивизии. Дивизия продолжает нести боевое дежурство в сокра-щенном составе и с ноября 1989 г. приступает к окончательному расформированию управления дивизии. В июле 1990 г. расформирование дивизии было завершено.

К 1989-1990 гг., к моменту ее расформирования в боевом составе дивизии оставалось два ракетных полка, ртб, узел связи и отдельные подразделения обеспечения. Часть специальной, автомобильной и другой техники была передана в другие дивизии, а немалая доля в народное хозяйство. Ракеты и ракетная техника направлены на арсеналы. Военные городки были переданы на баланс Калининградской области.

После расформирования 24 ракетной дивизии в 1990 г. генерал- майор А.Н. Копейкин назначается начальником штаба 4 ГЦМП МО.

Уволен в запас в 1996 г. и направлен на учет в городской военный комиссариат г. Коломны Московской области. [1]

* * *

Начальник штаба: нелегкие годы

Часть 1

Май 2016 года. Полигон «Капустин Яр» отмечал знаменательную дату — 70-летний юбилей со дня основания. На праздник со всех концов России собрались ветераны, в разные годы служившие на первом отечественном ракетном полигоне. У каждого из них свои памятные моменты, связанные со службой здесь, на капьярской земле.

Семнадцать лет прошло с того дня, когда начальник штаба 4 ГЦМП генерал-майор Александр Николаевич Копейкин в последний раз, простившись со всеми, уезжал из Знаменска. Впереди — спокойная жизнь на заслуженном отдыхе в старинном русском городе Коломне. И вот снова до боли знакомые улицы, площадь, штаб...

Радостные лица, объятия, возгласы, крепкие рукопожатия. Только по лицам тех, с кем служил, понимаешь, как много лет уже прошло, и молодость осталась где-то там, за дальним поворотом.

И радовался седой генерал-майор, глядя, как празднично и торжественно встречает дорогих гостей командование 4 ГЦМП образца 2016 года, как много сделано, чтобы эти юбилейные дни остались в памяти всех, кто сумел, возможно, в последний раз побывать здесь, где был дан старт ракетной мощи Отечества.

В тот осенний день 1990 года в звании генерал-майора Александр Николаевич прибыл на новое место службы — 4-й Государственный Центральный полигон Министерства обороны Российской Федерации. Он тогда представить себе не мог, какой след в его служебной карьере оставит должность начальника штаба полигона. Теперь, когда прошло уже более четверти века, вряд ли кто поверит, что был такой период в судьбе первого ракетного полигона страны, когда само его существование висело на волоске. И именно он, Копейкин, по поручению командования полигона, отвел надвигающуюся беду.

Наверное, многолетний опыт службы в Вооруженных силах вселял уверенность и подсказывал верные шаги к достижению цели.

Ступени роста

Его военная биография началась в 1963 году. Окончив школу рабочей молодежи в городе Панфилове Алма-Атинской области Казахской ССР, Александр поступил в Хабаровское военное командное училище. Лейтенантом прибыл на свое первое место службы — в Таманскую Краснознаменную дивизию. Через три года начальник расчета испытаний системы управления ракет капитан Копейкин — слушатель Военной академии имени Ф.Э. Дзержинского. Служба в войсковых частях Западного военного округа: сначала командиром батареи в/ч 23458, а через год, в 1974, — заместителем командира дивизиона Кингисепского полка.

Второй раз А.Н. Копейкин стал слушателем академии имени Ф.Э. Дзержинского в 1975 году. Теперь на командном факультете. Через два года он уже заместитель командира полка войсковой части в Прибалтийском военном округе, г. Елгава.

За последующие десять лет службы Александр Николаевич, пройдя ступени карьерного роста от командира полка в/ч 23459, начальника штаба дивизии в/ч 14153, заместителя командира дивизии в/ч 14237, «вырос» до должности командира этой прославленной в боях Великой Отечественной войны, знаменитой 24-й ракетной гвардейской дивизии, первым командиром которой был генерал-майор Александр Николаевич Тверецкий.

В 1990 году именно генерал-майору А.Н. Копейкину выпала участь стать последним командиром этой дивизии и, согласно директиве Генштаба ВС РФ, расформировать ее.

Для прохождения дальнейшей службы осенью 1990 года генерал-майор Копейкин был назначен начальником штаба на 4-й Краснознаменный ордена Красной Звезды Государственный Центральный полигон МО РФ. Принимал нового начальника штаба генерал-лейтенант Николай Васильевич Мазяркин.

На чаше весов - два полигона

В 1991 году на полигон прибыл новый начальник — генерал-майор Вячеслав Константинович Тонких. Он сразу окунулся в серьезнейшие проблемы, разрешение которых напрямую было связано с судьбой полигона «Капустин Яр». Поездка в Москву, встречи с командованием ситуацию не прояснили. Более того, просачивалась информация, что в сложившейся обстановке в стране, в период разгула той самой демократии с легкой руки Б. Ельцина, а также нестабильного финансирования, руководство РВСН даже рассматривало вопрос о целесообразности самого существования 4 ГЦМП. На чаше весов — два полигона: Капустин Яр и Плесецк.

Учитывая, что в 1993 году, после развала СССР, Республика Казахстан стала независимым суверенным государством, а в ряде районов и областей к власти пришли радикально настроенные политики, налаженная десятилетиями система испытаний ракет дала сбой. Политика запретов проведения испытаний на территории Казахстана, ликвидация полей падения ступеней ракет и требования закрытия военных городков МО России на чужой теперь для нас территории становились все острее.

Именно эти обстоятельства обрекали на прекращение всех испытаний по тематике РВСН и могли стать основной причиной для закрытия полигона в целом. Оно и понятно, кому охота возиться с этой морокой: каждый пуск согласовывать с соответствующими ведомствами Казахстана.

Окончательного решения еще не было принято, но командование РВСН и тыловые службы стали меньше обращать внимания: заявки оставались без обеспечения, нередко сопровождались отписками о переносе сроков поставки, а то и вовсе с обидной резолюцией «не предусмотрено». Резко уменьшилось снабжение по линии военторга. На все вопросы начальник отвечал дежурными фразами: «обстановка в стране тяжелая, но надо подождать, скоро улучшится»...

«Что делать? Каким образом выйти из создавшегося положения? - вспоминает Александр Николаевич. - Эти вопросы не сходили с повестки дня командования полигона. Надо было что-то предпринять, чтобы не дать закрыть 4 ГЦМП. Мы не могли допустить второго Сары-Шагана. Еще многие хорошо помнят, каким он был, и что стало после того, как мы оттуда ушли: пустые дома без окон и дверей, все разграблено, разрушено...

Как оставить город, в котором проживают 27 тысяч человек, 40 процентов из них — военнослужащие, остальные — гражданские, которые, отслужив, находятся в запасе или отставке, но продолжают здесь жить и работать?»

Спасение утопающих - дело рук самих утопающих

С каждым днем становилось все понятней, что ждать каких-то положительных решений «сверху» бесполезно, а «дальнейшее промедление — смерти подобно». И как тут не вспомнить, что «спасение утопающих — дело рук самих утопающих»? Начальник полигона, собрав заместителей и начальников служб, провел совещание, на котором каждому поставил конкретные задачи.

Начальнику штаба А.Н. Копейкину было дано задание организовать взаимодействие с министерством обороны Республики Казахстан. «Выбор пал на меня, скорее всего потому, что я 18 лет прожил в Казахстане и в армию призывался в тогдашней его столице — Алма-Ате, - вспоминает Александр Николаевич. - Тем не менее, я понимал, что помимо Министерства обороны предстоит встречаться с главами районов и областей, где дислоцировались наши части и находились поля падения ракет. С ними было сложно: казахи заранее были настроены против проведения испытаний с полигона, «зеленые» мотивировали это тем, что полеты ракет и падения их частей нарушают экологию, загрязняют атмосферу и отрицательно влияют на здоровье населения.

С генералом армии министром обороны Казахстана С.К. Нурмагамбетовым удалось договориться о встрече. В Алма-Ате А.Н. Копейкина встретили, разместили в гостинице, выделили машину и офицера, который сопровождал и курировал представителя полигона «Капустин Яр».

Герой Советского Союза С.К. Нурмагамбетов, получивший высокую награду в битве под Волоколамском, прослуживший не один десяток лет офицером Советской Армии и занимавший пост Министра обороны Республики Казахстан, в тот же день принял Александра Николаевича. Видно, прочна была закаленная в боях любовь к единой для всего советского народа Родине.

Разговор, как сейчас говорят, получился конструктивный. Внимательно и сосредоточенно слушал генерал армии своего гостя. А.Н. Копейкин рассказал о цели визита: представил карту расположения полей и воинских частей на территории Казахстана, изложил задачи и в общих чертах доложил об испытаниях, которые проводятся на полигоне, и о трассе полетов ракет, пролегающей по территории Казахстана.

Два офицера, верой и правдой служивших своему делу, понимали друг друга. Выслушав все доводы Копейкина и отдавая отчет тому, чем может уже в ближайшем будущем обернуться закрытие трассы, сокращение войсковых частей, Министр обороны Казахстана сказал после небольшой паузы: «Да, ...все это надо сохранить».

Вторая часть беседы прошла в соседней комнате, за чашкой чая. «Беседа продолжилась в неофициальной обстановке. Когда Нурмагамбетов узнал, что я жил и призывался в армию из Казахстана, признал меня земляком и по-отечески называл Александром. Седой генерал из моего рассказа понял, в какой сложной ситуации оказался полигон и город, связанный с ним».

На следующий день Александру Николаевичу предстояло выдержать жесткий и порой нелицеприятный разговор с приглашенными на совещание заместителями Министра обороны и начальниками ведущих отделов и служб.

Судьбоносный на тот период времени эпизод в истории полигона «Капустин Яр» решался в кабинете Министра обороны иностранного государства. Не все участники этой встречи были настроены миролюбиво. И никто, кроме самого Александра Николаевича, не смог бы передать той напряженной обстановки, чем он сам, изложив все в своих воспоминаниях...

 

Часть 2

Служба начальника штаба А.Н.Копейкина пришлась на сложный период налаживания взаимодействия между полигоном и министерством обороны Казахстана.

В прошлых номерах мы писали, каким трудом удалось достичь консенсуса между двумя государствами. Но даже после этого не раз нависала угроза разрыва отношений.

Достижение обоюдного согласия и подписание карты полетов ракет по территории Казахстана снимали препоны и предоставляли все возможности для проведения летно-испытательной работы полигона. И со стороны представителей Министерства обороны соседнего государства претензий не было.

Уход ракеты с траектории

Но, как говорят, затишье чаще всего бывает перед бурей. И она разразилась, когда в процессе испытаний ракетных комплексов «Искандер», которые проводились на полигоне «Капустин Яр» с 1991 года, произошел сбой и ракета упала на территории Казахстана в сорока метрах от крайнего аула и в ста метрах от кладбища в Сайхинском районе Западно-Казахстанской области. Так случилось, что измерительная система Третьего управления не зафиксировала факт падения. Зато сразу же отреагировали в дружественной нам Республике: глава администрации Сайхинского района доложил руководству области, а оно, в свою очередь, - правительству.

Из Алма-Аты на место падения ракеты незамедлительно выехала комиссия, в которой были разные специалисты. Возглавлял ее первый космонавт Казахстана, 72-й космонавт СССР, Герой Советского Союза Тохтар Онгарбаевич Аубакиров, генерал-майор и советник Президента Республики.

- Я встречал комиссию сам, - вспоминает Александр Николаевич. - Аубакиров понял ситуацию. Сам космонавт, он отлично понимал, что при испытаниях любых систем могут возникать непредвиденные ситуации. Мне не пришлось его в чем-то убеждать, он сам реально оценил произошедший инцидент и заверил, что его доклад руководству будет объективным.

В местном краеведческом музее, куда гостей пригласил глава, Аубакиров мне сказал, что самые неприятные вопросы мне будет задавать эколог - представитель «Партии зеленых» Казахстана.

В администрации Сайхина, где состоялось совещание, Александру Николаевичу после его доклада больше всех задавал вопросы тот самый эколог, о котором его предупредил Аубакиров. Диалог с ним получился острый.

Представитель Казахстана своим напором напоминал рапириста в схватке с противником:

- У вас на полигоне проводятся ядерные взрывы, и радиация заражает территорию Казахстана. Это пагубно влияет на экологию и здоровье людей Сайхина...

- На полигоне, - отвечал генерал А.Н. Копейкин, - ядерных взрывов не проводится. Вы можете по этому вопросу сделать официальный запрос в любую инстанцию Российской Федерации и даже в МАГАТЭ. Уверяю Вас, ответ получите отрицательный.

- Но вы проводите захоронения ядерных отходов, - не унимался эколог и указывал на некую площадку захоронения на карте.

- На совещании присутствует приехавший со мной начальник службы радиационно-химической безопасности и защиты полигона «Капустин Яр» подполковник В.Н. Субботин. У него с собой есть все необходимое, чтобы сделать замеры радиации. А на стадионе - наш вертолет. Если Вы готовы, можете со своими приборами слетать и произвести замеры в том месте, которое указали на карте. А мы подождем, когда Вы вернетесь и доложите нам результаты эксперимента.

От полета, конечно, он отказался, но продолжал выдвигать свои версии, одну курьезнее другой: что на территории вокруг полигона бегают лысые кошки и собаки из-за радиации, что рождаемость населения Сайхинского и других прилегающих к полигону районах из-за испытаний ракет с каждым годом снижается на 10 процентов.

Пришлось генерал-лейтенанту демонстрировать свою голову и головы членов комиссии, прибывших из Знаменска: ни одного лысого офицера в зале не было. И затем снова Александр Николаевич предложил всем членам делегации Казахстана слетать на полигон и самим побеседовать с населением.

- И если найдете хоть одну лысую кошку или собаку, я, как сказал бы джентельмен, сниму перед вами шляпу.

В зале послышались смешки. Но нашему генералу было не до веселья. Вопрос-то был непростой, а за спиной эколога и ему подобных в Казахстане стояли люди, категорически выступавшие за прекращение испытаний ракет на их территории.

Что касается снижения рождаемости у населения Сайхина, то тут вышла совсем комическая ситуация:

- Я очень сожалею, что у вас такая проблема. А ты почему молчал? - обратился Копейкин к акиму (главе) Сайхина, - мы всегда готовы помочь соседям. Я бы прислал сюда на месяц роту солдат...»

Общий смех заглушил окончание фразы и разрядил обстановку.

Председатель комиссии генерал-майор Т.О. Аубакиров прервал дальнейшие дебаты и завершил совещание. После обеда было подготовлено решение, в котором в обтекаемой форме излагалось, что «уход ракеты с трассы произошел в результате сбоя в системе управления ракеты».

- Так, в общем, безболезненно для нас тема была закрыта. Но это был урок на будущее. И как оказалось, представился очередной случай: ракета «Искандер» от заданной траектории ушла вправо на 60 километров. Испытывалась кассетная головная часть. После отстрела блоки рассыпались вокруг кишлака.

Но тут оперативно сработала система измерения, указавшая место падения. Вертолетом срочно была направлена группа поиска во главе с подполковником Вифлянцевым. Все блоки быстро собрали и улетели. В Казахстане даже не успели опомниться...

Испытания - это хорошо, но кушать хочется

1993-й год, особенно его вторая половина, запомнился личному составу полигона да и всем жителям города тем, что обеспечение людей самым элементарным - продуктами питания - стало едва ли не важнее основной деятельности.

В это время все руководство полигона во главе с начальником, в прямом смысле, занимались добыванием еды. Вячеславу Константиновичу Тонких приходилось ездить то в Астрахань, то в Волгоград, к главам администраций, как говорится, с протянутой рукой.

К началу зимы 1993-1994 годов трудностей в социальной сфере не убавилось. Начальники тыловых служб каждый день докладывали, что заканчиваются бензин, керосин, дизельное топливо. В складах на исходе запасы продовольствия. Снабжение полигона по линии военторга практически прекратилось. И тогда пошли на рискованный шаг: брали продукты из «НЗ». За это можно было поплатиться серьезным наказанием. Но другого выхода не было.

Тем временем «рыночная экономика» пришла и в закрытое муниципальное образование: появились и здесь предприниматели, которые открыли свои магазины. У них, естественно, за деньги можно было купить все. Но где же было их взять, если денежное довольствие военным и гражданским не платили по два-три месяца?

- Население стало волноваться, - вспоминает Александр Николаевич, - да это еще мягко сказано. Представьте себе картину: в кабинет начальника полигона и к командирам частей приходили жены офицеров с детьми и говорили: «Вот вам наши дети, кормите их. Мы - не в состоянии, денег нет, а в долг не дают».

Видеть это было невыносимо. Мы всё понимали: у прибывших из академий офицеров были дети, которым нужно было молоко. Директорам совхозов № 4 и № 31 генерал-майор Тонких приказал привозить молоко в городок и выдавать в долг.

Неординарно решался вопрос и с обеспечением продуктами питания и товарами первой необходимости. Начальник полигона пригласил к себе в кабинет предпринимателей и предложил им выдавать продукты с записями в долговую книгу. Рассчитываться будут после того, как получат денежное довольствие.

Предложение генерала не нашло поддержки, большая часть предпринимателей отказалась наотрез. И тогда В.К. Тонких сказал: «Территория полигона закрытая, и руководство полигона примет все меры по закрытию ваших магазинов. Даю вам пять минут на размышление». Сказал и вышел.

- Конечно, это был рискованный шаг. Но выхода другого не было. В разгул «ельцинской демократии и рынка» офицеры попадали в долговую яму, в кабалу к «новым русским».

В итоге, посовещавшись, предприниматели согласились завести книги и выдавать товары. Войсковые части были закреплены за магазинами, и жизнь вошла в спокойное русло.

Это была еще одна заметная страница в послужной биографии начальника штаба полигона, генерал-майора А.Н. Копейкина. Его годы службы на 4 ГЦМП были нелегкими, но основная задача - сохранить полигон - была исполнена им с честью.

В 1999 году Александр Николаевич уволился из Вооруженных сил страны, уехал в Коломну. Теперь у него четверо внуков и правнук. И он по-прежнему весь в делах, и «старость его дома не застанет».

К печати подготовила

Елена НЕЧАЕВА [2]

 

КОММЕНТАРИИ И ДОПОЛНЕНИЯ

..

ЛИТЕРАТУРА

1. Носов В.Т., Резник А.В. Стратеги. Командиры ракетных дивизий. Военно-исторический очерк. Том 2. Изд. 1. / НПО ЦБТИ, 2012

2. Нечаева Елена Начальник штаба: нелегкие годы. Орбита. Знаменск, 10.08.2016, 17.08.2016.

 

Вернуться на главную страницу.

Яндекс.Метрика