На главную сайта   Все о Ружанах

Владимир Бухштаб

Ударные "Темпы" конструктора Надирадзе

Опубликовано:
«Независимое военное обозрение»
17.09.2004.

Назад Оглавление Далее

После проведения соответствующих предпроектных и проектных проработок соответствующая опытно-конструкторская работа получает в 1967 году индекс "Темп-2С".

Как и для ракеты "Темп-С", все заряды для ракеты "Темп-2С" разрабатывались в Люберецком КБ "Союз" под руководством Бориса Жукова и его первого заместителя Вадима Венгерского. Работа шла тяжело, но уверенно.

В подмосковное Хотьковское конструкторско-технологическое бюро из Московского института теплотехники был "откомандирован" бывший секретарь парткома Виктор Протасов, создавший практически с нуля лучшую в стране конструкторскую и производственную организацию по разработке изделий из стеклопластика (позже углеродных материалов). Корпуса двигателей, транспортно-пусковой контейнер ракеты, бункера пусковой установки - все это стеклопластик, и все это - КТБ. И сегодня ЦНИИ специального машиностроения под руководством Владимира Барыбина занимает в этих вопросах передовое место не только в России, но и в мире.

К концу 1968 года стало ясно, что ракета получается. Нерешенными оставались два важнейших вопроса: принятие решения по стартовому весу ракеты (об этом разговор ниже) и о разработчике системы управления ракеты.

Разработка системы управления для ракеты "Темп-2С" была поручена входившему в Миноборонпром ЦНИИ автоматики и гидравлики, которое, мягко говоря, в этом вопросе "не тянуло". Объективности ради обязан сказать, что ЦНИИ автоматики и гидравлики всегда являлось и до сих пор является основным разработчиком гидропривода (главный конструктор - ныне, увы, покойный Юрий Данилов) всех ракет Московского института теплотехники, а также разработчиком наземного гидропривода для всех пусковых установок, на которых эти ракеты когда-нибудь лежали.

И снова Александр Надирадзе принимает мужественные решения: увеличивает стартовый вес ракеты с 37 до 44 тонн и одновременно обращается к руководству страны с предложением о замене разработчика системы управления ракеты.

В июле 1969 года выходит соответствующее постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР, уточняется основная кооперация (главным конструктором системы управления ракеты назначается Николай Пилюгин) и основные тактико-технические характеристики, устанавливаются базовые сроки работ. Заказчик - Ракетные войска, скрипя зубами, выдает, как ему было предписано постановлением, "Тактико-технические требования на разработку подвижного ракетного комплекса "Темп-2С" #Т-001129".

 

НЕКОТОРЫЕ ПОДРОБНОСТИ

Ранее упоминавшиеся пусковые установки 15У15 и 15У21 для комплексов 8К96 и 8К99 были разработаны в КБ-3 Кировского завода под руководством заместителя главного конструктора Николая Курина на базе тяжелого танка Т-10. Если охарактеризовать их предельно коротко, то главную задачу они выполняли - они ездили и с них стреляли. Автор, принимавший участие еще молодым специалистом в их создании и проведении пусков ракет, не помнит серьезных нареканий при проведении пусков в адрес КБ-3.

В то же время, если охарактеризовать эти пусковые установки как систему оружия, можно сказать, что они плохо ездили (в частности, только вне дорог с твердым покрытием, поскольку асфальт они разбивали, ресурс хода был всего 3000-5000 км), крайне сложна была их эксплуатация (затруднен доступ к многим элементам шасси, замена одних специальных систем требовала демонтажа смежных систем и т. д.).

Поэтому, с одной стороны, разработка гусеничной пусковой установки (индекс 15У67) для ракеты "Темп-2С" была поручена КБ-3 Кировского завода (и с поставленной задачей - для ракеты со стартовой массой 37 тонн - коллектив КБ прекрасно справился), а, с другой стороны, Александр Надирадзе одновременно предусмотрел разработку для ракеты "Темп-2С" и самоходной пусковой установки на автомобильном шасси (индекс 15У68). Разработка пусковой установки 15У67 и наземного оборудования комплекса в целом была поручена тем же создателям ПУ и шасси для ракеты "Темп-С" - ОКБ Волгоградского завода "Баррикады" (главный конструктор - Георгий Сергеев), КБ Минского автозавода под руководством Бориса Шапошника.

Теперь о главном, без чего, по мнению автора, никогда не были бы созданы никакие, способные нести боевое дежурство, подвижные грунтовые ракетные комплексы.

Здесь автор обязан привести относительно длинную цитату из рассказа Михаила Кольцова "Куриная слепота", написанного в 1932 году: "Я не знаю, что такое "комплекс". Это слово, если когда-нибудь что-то и значило, то теперь от бесконечного упоминания на многочисленных заседаниях, в первую очередь в Госплане, потеряло его навсегда. "Комплексом" называют все, что угодно, а чаще всего ничего. При слове "комплекс" я умолкаю. На "комплекс" мне возразить нечего".

Так вот, если бы мне понадобилось охарактеризовать жизнь и деятельность Александра Давидовича Надирадзе одной фразой, я бы сказал так: "Это был гений в ракетной технике и человек, прекрасно понимавший важность слова "комплекс".

Если с задачей курирования создания пусковой установки, средств обеспечения транспортировки, перегрузки ракет (так называемого КСО - комплекса средств обслуживания) еще как-то справлялся небольшой отдел наземного оборудования Московского института теплотехники под руководством Кирилла Синягина, основной задачей которого являлась разработка транспортно-пускового контейнера, то, что такое "комплекс", в институте не знал никто.

Думаю, что этого тогда не понимал и никто в СССР.

Во всяком случае, штатная полковая структура, проходивших уже совместные летные испытания комплексов 8К96 и 8К99, представляла из себя шесть стоящих в кружок гусеничных пусковых установок и расположенный в центре круга подвижный командный пункт полка, состоящий из множества машин на разнотипных автомобильных шасси. Где-то рядом такая же передвижная энергетика. О том, что людям надо спать и есть, что их нужно охранять, Петр Тюрин и Михаил Янгель или не думали, или считали, что это дело военных. Не уверен, что они понимали или отдавали должное таким понятиям, как "маскировка", "живучесть".

В недрах Московского института теплотехники эти вопросы (с точки зрения умудренных опытом "аксакалов" - сугубо второстепенные) интересовали только небольшую группу очень молодых инженеров, организационно оформленную сначала как сектор 19 в структуре ракетного СКБ-1, руководимого Борисом Лагутиным, а затем, после назначения последнего заместителем директора по научной работе и проектированию, - в самостоятельный отдел 110. Чем занимаются эти ребята, что они там рисуют, мало кто знал и тем более понимал, но, поскольку "продукции" в виде груд чертежей, синек и т. д. они не выдавали, а кропали какие-то там отчеты, плакаты и т. п., все считали их если не бездельниками, то уж, во всяком случае, людьми второго сорта.

И вот, руководствуясь, очевидно, известным сталинским принципом "Кадры решают все", Александр Надирадзе принимает революционное кадровое решение.

В октябре 1970 года выходит приказ министра оборонной промышленности, которым чистый ракетчик Вячеслав Гоголев перемещается с должности первого заместителя директора - главного конструктора на должность заместителя главного конструктора по проектированию, ему поручается курирование только двух отделений (по ракете и двигательным установкам); на должность первого заместителя директора - главного конструктора назначается 43-летний Борис Лагутин.

Первым же приказом Александра Надирадзе после объявления приказа министра в структуре института создается комплексное отделение (отделение 6), на должность его начальником назначается 30-летний Александр Виноградов. Отделение 6 становится головным в институте.

 

"ТЕМП-2С" КАК СИСТЕМА ОРУЖИЯ

Основной единицей комплекса являлся ракетный полк.

В состав полка входили 3 дивизиона и подвижный командный пункт полка.

В составе каждого дивизиона 9 машин: 2 самоходные пусковые установки на 6-осном автомобильном шасси "МАЗ-547А", машина подготовки и пуска на шасси "МАЗ-543А", 2 машины-дизель-электростанции (в каждой по 4 дизель-агрегата мощностью по 30 квт) на шасси "МАЗ-543А", 2 машины бытового обеспечения (машина-столовая, машина-общежитие) на шасси "МАЗ-543В", 2 машины охраны (машина дежурной смены охраны на шасси "МАЗ-543А" и машина боевого поста на базе шасси БТР-60).

В составе подвижного командного пункта полка также 9 машин: машины боевого управления и машины связи на шасси "МАЗ-543-А", машина тропосферной связи на шасси "МАЗ-543В", 2 машины-дизель-электростанции, 2 машины бытового обеспечения и 2 машины охраны.

Все машины были разработаны в рамках единой опытно-конструкторской работы "Создание ракетного комплекса "Темп-2С", прошли совместные летные испытания в его составе и были приняты на вооружение Советской армии единым постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР.

В состав комплекса входило также оборудование, обеспечивающее жизненный цикл ракет и агрегатов наземного оборудования: средства транспортировки и перегрузки ракет, их хранения на арсеналах, регламентные и учебно-тренировочные средства.

Совместные летные испытания комплекса "Темп-2С" (комплекс РС-14) были начаты пуском первой ракеты 14 марта 1972 года в 21 час 00 минут с космодрома "Плесецк". Летно-конструкторский этап в 1972 году проходил достаточно сложно: 2 пуска (второй и четвертый) из 5 были неудачными.

Однако в дальнейшем неудач не было. Всего в процессе летных испытаний было проведено 30 пусков. Совместные летные испытания были завершены в декабре 1974 года залповым пуском 2 ракет.

Подвижный грунтовый ракетный комплекс "Темп-2С" был принят на вооружение Советской армии постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР в 1976 году. Однако в соответствии с Договором об ограничении стратегических наступательных вооружений считался как бы неразвернутым.

Все 42 серийно изготовленные ракеты "Темп-2С" несли боевое дежурство на полигоне Плесецк в пункте постоянной дислокации в хранилищах.

За создание комплекса Московский институт теплотехники был награжден вторым орденом Ленина. Александру Надирадзе было присвоено звания Героя Социалистического Труда.

Двум работникам Московского института теплотехники (Александру Виноградову, Николаю Нефедову), главному конструктору Минского автозавода Борису Львовичу Шапошнику, первому заместителю главного конструктора ОКБ Волгоградского завода "Баррикады" (в момент присвоения звания уже главному конструктору - начальнику ОКБ-1) Валериану Соболеву, заместителю главного конструктора по испытаниям НИИ автоматики и приборостроения Игорю Зотову, а также председателю Государственной комиссии по проведению совместных летных испытаний комплекса генерал-лейтенанту Александру Бровцину были присвоены звания лауреатов Ленинской премии.

Более 1500 работников кооперации, создавшей комплекс "Темп-2С", было награждено правительственными наградами, около 30 были присвоены звания лауреатов Государственных премий СССР.

Несмотря на кажущееся относительно скромное развертывание комплекса "Темп-2С", не следует забывать, что он не только явился базовым для дальнейшего развития в СССР подвижной ракетной тематики, но и позволил накопить опыт эксплуатации, подготовить как гражданские, так и военные кадры. О гражданских у меня, надеюсь, еще будет возможность рассказать в дальнейшем, здесь же, завершая, упомяну только о дальнейшей службе некоторых военных специалистов полигона Плесецк, непосредственно участвовавших в проведении совместных летных испытаний комплекса.

Начальник полигона генерал-лейтенант Герой Советского Союза Галактион Алпаидзе после ухода в 1975 году в отставку около 20 лет был заместителем директора Московского института теплотехники по гарантийному надзору, внес достойный вклад в обеспечение развертывания и эксплуатации комплексов "Пионер" и "Тополь".

Начальник испытательной части подполковник Николай Мазяркин в звании генерал-лейтенанта командовал полигоном Капустин Яр. Скончался в отставке в городе Минске.

Начальник комплексного отдела испытательного управления подполковник Геннадий Ясинский постановлением ЦК КПСС откомандирован в 1973 году в распоряжение Московского института теплотехники. Генерал-майор, бессменный технический руководитель испытаний, в 1992-1997 годах первый заместитель генерального конструктора и директора института, с 1997 года по настоящее время - первый заместитель генерального конструктора по испытаниям и гарантийному надзору.

Его заместитель подполковник Михаил Жолудев, начальник группы майор Альберт Жигулин - генерал-майоры, завершили службу заместителями командира полигона Плесецк.

Майор Василий Курдаев, лейтенант Александр Баль, командиры первых боевых расчетов лейтенанты Дмитрий Беспалов, Евгений Резепов ушли в отставку с различных командных должностей в центральном аппарате Министерства обороны и полигона Плесецк в званиях полковников.

Извините меня те, кого не назвал.

И в заключение. Автор бесконечно благодарен за школу жизни почетному директору - почетному генеральному конструктору Московского дважды ордена Ленина института теплотехники Борису Николаевичу Лагутину и безвременно ушедшему от нас Александру Константиновичу Виноградову.

Автор надеется, что ему все-таки удастся уговорить Бориса Николаевича Лагутина написать воспоминания о Александре Давидовиче Надирадзе в книгу, которую ветераны хотели бы издать задолго до 100-й годовщины со дня его рождения.

Назад Оглавление Далее

 

Яндекс.Метрика