На главную сайта   Все о Ружанах

РАЗДЕЛ 10. Майор в отставке РОМБРО Владимир Маркович

 

Родился 14 октября 1941г.

В 1959 г. окончил среднюю школу и поступил в Серпуховское военное авиационно-техническое училище специальных служб (СВАТУСС).

В 1962 году окончил училище.

С 1962 по 1968 годы начальник расчета, а затем начальник станции войсковых частей 44150 и 46150.

С 1968 по 1988 годы проходил службу в военных представительствах МО СССР № 128 и 968 в должностях: младший военпред, военпред и ведущий инженер.

В 1973 г. закончил Всесоюзный Заочный Политехнический институт.

В 1983 г. окончил курсы повышения квалификации при ВИКИ имени А.Ф. Можайского.

Военную присягу принял 1 ноября 1959 года.

Уволен в запас 14 октября 1988 года.

 

МОЙ ПЕРВЫЙ КОМАНДИР

 

Я вспоминаю юные года
Не потому, что старые мы стали,
А чтоб вернуться в прошлое, туда.
Где степь цвела, ракеты стартовали

Где юность лейтенантская прошла,
Среди песков, где холод и жара.
Где породнила нас с тобою навсегда
Та сумасшедшая, прекрасная пора.

Тревоги в предрассветной тишине,
Кросс в полной выкладке по сонному шоссе
И лишь тушканчики как будто бы во сне
Стоят, как столбики, вдоль длинного шоссе.

Мы привыкали к скудности бытья.
К жаре испепеляющей дотла,
Мы обходились даже без питья,
Лишь не хватало женского тепла.

А по утрам трудяга мотовоз
Везет меня в прокуренном вагоне,
Где я дремлю под мерный стук колес
До сорок третьей в юго-восточной зоне.

А там в отсеке, в подземной тишине,
Застыв, как часовые на посту,
Своим любуясь отражением в вышине.
Глядят ракеты в внеземную пустоту.

Предпусковая лихорадка дней
И ночь без сна со спиртом накануне пуска.
Как много было в жизни тех ночей.
Чтоб знал наш враг - ему не будет спуска.

В ХЭБЭ, просоленном от пота,
Мы лазили по пусковым стволам.
И эта адская работа
Удачным пуском возвращалась к нам.

Мне эти годы не дано забыть,
Дни за мной идут повсюду,
И сколько б не осталось дней прожить,
Я до конца им верен буду.

 

Моим первым командиром после училища был майор Виталий Карлович Гербст. В 1962 г., сразу после окончания СВАТУССа , я и мой друг Виктор Верховых были направлены на полигон и распределены в в/ч 44150. В части нас направили в телеметрическую команду 3 технической группы, которой и командовал Виталий Карлович.

Это был высокообразованный и в высшей степени культурный и интеллигентный человек. Офицер, прослуживший уже много лет в армии, окончивший академию, и мы, мальчишки, вчерашние курсанты, - огромная пропасть. Виталий Карлович с первого дня относился к нам, как к равным, но менее опытным офицерам. Ни повышения голоса, ни резких тонов. Даже приказания он отдавал в вежливой форме, как бы прося выполнить то или иное распоряжение. Эта интеллигентность командира породила в молодых умах предположение, что такое поведение командира дает нам право обсуждать приказы или самим решать, в каком объеме их выполнять. Однако при всей своей мягкости в обращении Виталий Карлович был настоящий командир, умеющий потребовать от подчиненных беспрекословного выполнения любого приказа, что он вскоре наглядно продемонстрировал.

В конце 1962 - начале 1963 годов была объявлена учебная тревога. Рано утром нас подняли по тревоге, посадили в машины и вывезли на 62 площадку. После проведения ряда вводных, объявили отбой тревоги. Солдатам привезли завтрак, а офицерам разрешили ехать на 43 площадку, в столовую. При этом начальникам команд приказали оставить по одному офицеру от каждой команды для связи. Виталий Карлович приказал от нашей команды остаться мне. Офицеры стали садиться в машину, а я отошел в сторону и с грустью наблюдал за этим. И тут я заметил, что офицеры, назначенные для связи от других команд, тоже садятся в машину. Тогда я решил, что тоже могу поехать на завтрак и полез в машину. Виталий Карлович, увидев это, остановил меня: «Владимир Маркович, я ведь вас оставил на площадке?» - «Виталий Карлович, - сказал я, - ведь офицеры для связи от других команд тоже едут на завтрак» - «Они едут, а Вы останетесь!» - тихо, но твердо сказал Виталий Карлович.

И этого было достаточно, чтобы сразу понять: приказ - это закон. Это был урок для меня до конца службы в армии.

 

КАРАУЛ НА БАЙКОНУРЕ

 

В феврале 1963г. меня назначили начальником караула по охране имущества КЭЧ. При постановке задачи стало ясно, что склад имущества расположен где-то в степи вне территории полигона. Через несколько дней караул в составе восьми человек выехал на 10 площадку для дальнейшей отправки к месту несения службы. Здесь нам добавили связиста, посадили в вертолет, и мы вылетели. Через полтора-два часа полета вертолет сел в степи на окраине маленького военного городка на берегу небольшой речушки. В городке было все: домик-штаб, домик - офицерское общежитие, два домика - столовые для офицеров и солдат, клуб, баня и четыре полуподземные казармы. Мы произвели приемо-сдачу караула, и при этом выяснилось, что у рации сел аккумулятор, и она работает только на прием. Начальник старого караула обещал доложить об этом, караул сел в вертолет, и мы остались одни.

На следующий день мы занялись обследованием охраняемой территории. Еще накануне от старого караула мы узнали, что в радиусе нескольких сотен километров нет ни одного населенного пункта, и только иногда появляются пастухи с кочующими стадами. Осмотрев городок и оставив часового, мы отправились на другие охраняемые объекты. В 2-3 км находилась техническая позиция с МИК и подъездными путями. Далее еще в 2-3 км находилась стартовая позиция под изделие 8К51 со стартовой площадкой, укрытиями и подъездными путями. Так прошло 3 дня. Погода стояла солнечная с легким морозом. В свободное время мы играли в футбол. В одном из столкновений я упал на левую руку и, как выяснилось потом, вывихнул плечо. Была сильная боль и не работала левая рука. Связь с десяткой не работала, и неясно было, когда прилетит вертолет. Так прошло два дня. Рука распухла. Солдаты обычно сидели за столом около керосиновой лампы, а я лежал в отдельном отсеке в полутьме и думал о том, что останусь с неработающей рукой. Однажды ночью на нас вышли кочующие пастухи. Они сказали, что не очень далеко отсюда есть казахский поселок, и солдаты решили идти искать врача. На другой день сержант и два солдата ушли. Вернулись они через 2 дня. Это было глухое казахский аул, где местные жители впервые увидели солдата с оружием, а из русскоговорящих был только один человек, да и тот сбежавший уголовник. Таким образом, оставалось надеяться только на то, что о нас вспомнят и прилетит вертолет. И действительно, на другой день он прилетел. Он привез новый аккумулятор. Летчики, узнав о моем состоянии, предложили мне лететь с ними. Но я отказался, так как не мог оставить солдат одних. Тогда командир экипажа обещал в этот же вечер сообщить об этом в штаб. Через день вертолет прилетел снова. С ним прибыли хирург, медсестра и новый начальник караула - это был мой друг Виктор Верховых. Хирург тут же вправил плечо, я сдал караул, и мы вылетели на десятку. Там я еще некоторое время пролежал в госпитале.

И только спустя некоторое время я узнал, что этот наш объект находится в 200-300 км от казахского городка с известным названием Байконур. Этот маленький городок в самом центре казахских степей, к которому не подходят никакие более-менее значимые дороги, можно найти на любой карте Казахстана.

* * *

Вернуться на главную страницу.

Яндекс.Метрика