На главную сайта   Все о Ружанах

ИСТОРИЯ 50-й РАКЕТНОЙ АРМИИ
II. СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ БОЕВОЙ ГОТОВНОСТИ (1965-1969 гг.)

Назад.

Оглавление.

Далее.

Совершенствование системы эксплуатации
ракетной техники

К началу 1965 года в группировке ракет средней дальности ракетных войск назрели проблемы в эксплуатации ракетной техники, связанные с начавшимся процессом истечения гарантийных сроков ее эксплуатации. Они объяснялись динамикой постановки на боевое дежурство пусковых установок в 50-й и 43-й ракетных армий в 1960-1965 гг.

Из анализа состава ракетной группировки 50-й РА следует, что 20% пусковых установок (72 ПУ из 351 ПУ), были поставлены на боевое дежурство в 1960 году. Они были укомплектованы агрегатами наземного оборудования выпуска, в основном, 1960 года, и, частично, выпуска 1959 года.

Еще 30% пусковых установок (106ПУ) встали на боевое дежурство в 1961 году. Эти пусковые установки были укомплектованы техникой выпуска, в основном, 1961 года и, частично, выпуска 1960 года. Первоначально вся ракетная техника имела гарантийный срок эксплуатации 5,5 лет. Поэтому складывалась ситуация, когда уже значительная часть наземного технологического оборудования стала выходить за пределы гарантийных сроков, а гарантийный ресурс эксплуатации большинства наземных БРК был выработан на 50-60%.

В боезапасе ракет имелось также некоторое количество ракет выпуска 1959-1960 гг.

Принятыми на государственном уровне решениями предусматривалась заблаговременная замена агрегатов выпуска 1959 года техникой более поздних годов изготовления. Заводами-изготовителями после проведения ряда доработок были увеличены до 7,5 лет гарантийные сроки эксплуатации на уже выпущенное и находящееся в войсках ракеты и оборудование. Была проработана и принята концепция эксплуатации ракетной техники, несущей боевое дежурство, и за пределами гарантийных сроков. Вводились понятия «установленный технический ресурс» и «установленный срок эксплуатации», которые корректировались на основании анализа результатов пусков ракет, надежности и технического состояния ракет и агрегатов наземного оборудования.

Ракеты выпуска 1959 и 1960 годов, имевшие недостаточную точность системы контроля уровней (СКУ) заправки баков ракеты окислителем и горючим и ненадежный узел с пиромембраной в магистрали окислителя, были заменены ракетами более поздних годов изготовления с лучшими техническими характеристиками.

Таким образом, эксплуатация ракетного вооружения в преддверии истечения гарантийных сроков вызвала необходимость решения ряда организационно-технических задач, основными из которых являлись:

- увеличение объема работ на ракетном вооружении и, в первую очередь, за счет проведения дополнительных операций, не предусмотренных регламентом (механические и сварочные работы, изготовление и замена уплотнительных и крепежных элементов и узлов, доработки установщиков, грунтовых тележек, заправочных средств и др., направленные на повышение их технической надежности и обеспечение постоянной боеготовности);

- увеличение гарантийных и продление технических ресурсов ракетной техники;

- внедрение системы планово-предупредительного ремонта в войсках и совершенствование работы войсковых ремонтных органов;

- организация технических ревизий оборудования ракетных комплексов и систем заправки;

- дальнейшее проведение доработок на ракетах и технологическом оборудовании, направленных на улучшение технических характеристик и надежности;

- существенное совершенствование самой системы эксплуатации ракетной техники.

Решение этих задач возлагалось на службу ракетного вооружения (до апреля 1964 г. — инженерно-ракетная служба), которая к этому времени уже полностью сформировалась в ракетных войсках на всех уровнях и была укомплектована инженерами, имеющими опыт эксплуатации ракетной техники от пяти и более лет. Созданием в РВСН в конце 1962 года Управления главного инженера ракетных войск завершается построение законченной структуры управления всей системой эксплуатации ракетного вооружения. Главным инженером ракетных войск назначается генерал-лейтенант Червяков Н.Ф. В 1968 году Управление преобразовано в Главное управление эксплуатации ракетного вооружения (ГУЭРВ), а Н.Ф. Червяков становится заместителем Главнокомандующего РВ по эксплуатации. Оно, используя опыт, накопленный в войсках и на полигонах, опираясь на научные разработки теории эксплуатации ракетной техники, руководит подчиненными службами, определяет правила ввода в эксплуатацию ракетных комплексов, способы обеспечения их готовности к боевому применению в процессе боевого дежурства и при ведении боевых действий, разрабатывает необходимые руководящие документы для ракетных войск, конкретизирует обязанности командиров, штабов, инженерно-ракетных служб (в дальнейшем служб ракетного вооружения), регламентирующих их деятельность по эксплуатации вооружения.

Руководство эксплуатацией ракетной техники в объединениях осуществлялось службами ракетного вооружения армий и корпусов. В рассматриваемый период службы РВО 50-й и 43-й ракетных армий, пройдя этапы создания ракетных объединений, своего формирования и становления, представляли собой опытные и авторитетные инженерные коллективы, самостоятельно и инициативно решавшие многие задачи эксплуатации ракетных комплексов в целях обеспечения их постоянной боевой готовности к боевому применению. Эти службы возглавляли Главные инженеры генералы Д.П. Любимов и Б.М. Ханин, которые начинали разрабатывать и настойчиво внедряли систему войсковой эксплуатации ракетной техники.

В нижних звеньях функционировали службы ракетного вооружения дивизий, полков и дивизионов, которые, занимаясь повседневной эксплуатацией ракетной техники; направляли свои усилия на обеспечение необходимых условий его хранения и использования личным составом боевых расчетов, поддержание исходного положения агрегатов и систем в постоянной боевой готовности, проведение своевременного и качественного технического обслуживания, доработок и контроля его технического состояния. Эти службы органично вписывались в общую организационную структуры ракетных частей и подразделений и несли значительную нагрузку не только в обеспечении работоспособности вооружения и техники, но и активно участвовали в обучении и воспитании личного состава, в несении боевого дежурства в составе расчетов боевого управления, охватывая своим влиянием все сферы боевой деятельности частей и подразделений.

О деятельности инженерно-ракетной службы 29-й ракетной дивизии (г. Шяуляй) вспоминает полковник В.А. Гуров: «Самоотверженная и квалифицированная работа инженерно-ракетной службы дивизии высоко оценивалась командиром дивизии генералом Колесовым А.А. Все инициативы и мероприятия, проводимые службой, поддерживались им решительно и твердо.

Инженеры выполняли большой объём работы по приему и вводу в строй поступающего на укомплектование полков ракетного вооружения, а также по организации его эксплуатации и обучению личного состава. В этих условиях особые требования предъявлялись к качеству укомплектования службы. Для успешного выполнения поставленных задач инженер службы должен был быть непререкаемым авторитетом для офицеров нижестоящих звеньев и личного состава боевых расчетов по своей специальности.

В управлении дивизии удалось создать коллектив из таких специалистов. Отличался глубокими знаниями техники, общей эрудицией, «моторностью», общительный по характеру старший помощник по электрооборудованию капитан Александр Николаевич Бессонов. В то время мы особое внимание уделяли теоретической и практической подготовке операторов машины подготовки и пуска, добиваясь твердых знаний работы электропневмогидравлической схемы ракеты и наземного электрооборудования при подготовке и пуске ракеты. Это необходимо было для минимизации времени поиска и устранения возникшей неисправности. Мне, электрику по образованию, доставляло истинное удовольствие беседа с оператором о работе элементов электросхемы и пневматики на разных этапах подготовки ракеты к пуску по памяти без использования схем. Такой офицер на проверках заслуживал твердой отличной оценки. Этот же прием для оценки знаний использовал и А.Н. Бессонов.

Кстати сказать, все неисправности, возникавшие при проведении комплексных занятий, нами в обязательном порядке фиксировались, тщательно анализировались причины их возникновения и исследовались наиболее оптимальные пути их отыскания и устранения. Это была увлекательная работа. Накопленная информация была мною обработана и в виде Пособия для офицеров электроогневого отделения по ракете Р-12 опубликована в сборнике трудов НИИ-4 МО. В отличие от выпущенных впоследствии громоздких Инструкций по отысканию и устранению неисправностей, разработанных в научных организациях, исходя из теоретических предпосылок возможных неисправностей. Пособие включало в себя наиболее характерные отказы техники, встречавшиеся на практике.

А.А. Кокин, как специалист высокого класса, был переведен в службу РВО дивизии из дивизиона. Это назначение не было ошибочным. Он был скромным и исключительно трудолюбивым офицером. В службе на него дополнительно была возложена ответственность за учет и организацию доработок техники по бюллетеням промышленности, поступавшим в дивизию широким потоком. Не помню случая срыва очередной доработки по вине службы РВО дивизии. По своей специальности он пользовался большим авторитетом среди офицеров РВО и боевых расчетов.

Старшего инженер-лейтенанта Есина Виктора Ивановича (в последующем генерал-полковника) отличали глубокое знание техники, исключительное трудолюбие, энциклопедичность ума, подкупающая скромность и отсутствие показного эффекта в работе.

Большое старание в организации учёта и хранения артвооружения в дивизии проявлял капитан Сатов Владимир Анатольевич, добросовестный, грамотный, требовательный и принципиальный офицер.

С удовлетворением вспоминаю совместную работу с главными инженерами полков Ю.А. Жуковым, В.А. Рыловым, В.Г. Долгополовым, И.Г. Алипченковым. Это были грамотные и ответственные руководители своих служб.

Повседневная работа офицеров службы была крайне напряженной, много времени они проводили в отрыве от семейного уюта. Положительно влияла на работу доброжелательная обстановка, основанная на взаимном уважении между собой. Офицеры помогали друг другу, с интересом изучали смежные специальности и стремились к взаимозаменяемости, А.Н. Бессонов и А.А. Кокин могли свободно разобраться со спецтехникой разного назначения, правильно оценить не только практическую но и теоретическую подготовку любого офицера боевого расчёта и расчёт в целом.

В то время в вышестоящих штабах дискутировался вопрос о разделении ответственности между службами в эксплуатации техники и технической учебе личного состава боевых расчетов. В дивизии этот вопрос был решен однозначно — организация эксплуатации ракетного вооружения и техническая учеба были под контролем службы главного инженера. Более того, инструкторскую группу при постановке боевых расчетов на боевое дежурство, как правило, возглавлял главный инженер дивизии.

Инженерно-ракетная служба дивизии тесно взаимодействовала с ОКСом, особенно на заключительных этапах строительства боевых объектов, и оба этих коллектива находили взаимопонимание при решении возникающих проблем.

Между штабом и нашей службой также складывались нормальные деловые взаимоотношения. В дивизии не проявлялось стремление штаба «подмять под себя» службу, как это нередко наблюдалось в то время, особенно в вышестоящих штабах. Во многом это определялось позицией командира дивизии, который давал широкую самостоятельность начальникам отделов и служб управления в решении задач им подведомственных. Действовал принцип: «Вы командир дивизии по своему направлению работы. Действуйте решительно. Все ваши разумные инициативы и действия я буду поддерживать». Безусловно, был контроль и строгий спрос за допущенные промахи и недоработки, но главное - не было мелочной опеки.

Первоначально на должности заместителя командира по инженерно-ракетной службе - главного инженера дивизии у меня непросто складывались взаимоотношения с некоторыми командирами полков. Дело в том, что четверо из них имели воинское звание полковник и один - подполковник, все фронтовики, умудрённые жизненным и армейским опытом. Я же был в звании майора, хотя по занимаемой должности заместителя командира дивизии находился выше в табеле о рангах. Понимая такое положение, я старался не выпячивать это, проявляя уважительное отношение к старшим по возрасту и званию сослуживцам. Однако, должен был резко и принципиально реагировать на демонстративное со стороны некоторых из них подчёркивание своего более высокого воинского звания.

Возникали, например, такие ситуации. Согласно воинскому уставу при прибытии в часть старшего начальника её командир обязан встретить прибывшего, представиться и доложить по установленной форме о состоянии вверенной ему части. На первых порах это требование командиры полков в отношении меня не выполняли, хотя ориентировочное время прибытия в часть им сообщалось своевременно, а о непосредственном прибытии главного инженера дивизии им докладывал начальник КПП.

Я самостоятельно, как правило, с небольшой группой офицеров, направлялся на одну из стартовых позиций и объявлял учебную тревогу с задачей подготовки учебно-тренировочной ракеты к пуску (в каждом дивизионе была своя УТР). На это я имел полномочия. Профессиональная подготовка офицеров дивизии давала возможность малым составом оценить реальную боеготовность подразделения, уровень специальной подготовки личного состава и состояние техники. Часто такие, по настоящему внезапные, проверки заканчивались полным провалом для полка. Появившийся, наконец, амбициозный командир полка имел возможность убедиться в реальной боеготовности подчинённого ему подразделения. В его присутствии проводился квалифицированный разбор проведённого комплексного занятия с отражением выявленных недостатков. Затем мы продолжали работу в полку по намеченному плану.

После доклада командиру дивизии о результатах проделанной в полку работы следовало его распоряжение о подготовке проекта приказа с соответствующими выводами.

Конечно же, главным в моих действиях было не уязвлённое самолюбие, а стремление добиться уважительного отношения к офицерам инженерно-ракетной службы, деятельность которой являлась одной из самых главных составляющих в обеспечении высокой боевой готовности дивизии. Я не имел права быть только «технарем»! «Переходный процесс» выстраивания нормальных армейских взаимоотношений с командирами полков и начальниками ремонтно-технических баз (ртб были также частично подконтрольны главному инженеру дивизии) длился сравнительно недолго.

Немаловажное значение в этом имела твёрдая поддержка моих действий командиром дивизии.

Естественно, имея богатый опыт освоения ракетных комплексов, принимаемых на вооружение, дивизия являлась своеобразным полигоном проверки и доработки строительных проектов боевых стартовых позиций, практической отработки системы и документации боевого дежурства ракет средней дальности...»

Полковник Смирнов Г.И. в книге «50-я РА. Ключ на пуск!» пишет: «Служба ракетного вооружения дивизиона! Наверное, нет ни одного командира ракетного дивизиона и полка, замполита и начальника штаба, который бы не вспомнил добрым словом этих тружеников, настоящих чернорабочих ракетного дела!

Не многие из них, пройдя через это чистилище, вырывались на простор, становясь талантливыми командирами и инженерами высоких рангов. Им было уготовано судьбой стареть на своих первичных инженерных должностях вместе с первым поколением ракет средней дальности, отдавая свою молодость взамен длительным срокам их эксплуатации.

На своих плечах десятки лет они держали всю тяжесть несовершенства той ракетной техники и системы ее боевого применения, где доля ручного труда многократно превышали отдельные машинные операции.

Служба ракетного вооружения состояла из 4 человек: заместителя командира дивизиона по ракетному вооружению и его трех помощников-инженеров: по стартовому и двигательному оборудованию, по электрооборудованию и по заправочному оборудованию.

Главное предназначение службы РВО дивизиона обеспечить ежедневную техническую эксплуатацию ракетной техники по принципам и правилам, изложенным в технической документации и наставлениях, организовать грамотное и своевременное техническое обслуживание и умелое использование, осуществлять постоянный контроль ее технического состояния, оперативно принимать меры по устранению неисправностей.

В то же время, эти люди являлись главными организаторами обучения боевых расчетов в классах и на тренажерах, на штатной боевой технике и на стартовой позиции. С этой целью они создавали учебно-материальную базу - классы, индивидуальные и комплексные тренажеры, разрабатывали наглядные пособия и электрифицировали принципиальные схемы. Проводили занятия сами, контролировали уровень знаний начальников отделений и техников, проверяли их готовность к занятиям, принимали зачеты и экзамены на допуск к самостоятельной работе и на классность, были костяком инструкторских групп при проведении тренировочных и зачетных комплексных занятий. Организовывали военно-техническую пропаганду и рационализаторскую работу. Не забывали их привлекать и к проведению, политических, занятий в качестве руководителей групп сержантов и солдат.

И при всем этом, они наравне с другими руководителями (а иногда и больше их до 2х-Зх раз в месяц) несли боевое дежурство в качестве командиров дежурных сил дивизиона.

Система боевой подготовки ракетчиков в полках РСД предусматривала проведение 2х комплексных занятий с каждой батареей в месяц. Все эти занятия, как правило, проводились только ночью и заканчивались под утро. А утром инженеров ждали уже новые дела по их штатным обязанностям...»

Практически уже с 1965 года в Ракетных войсках успешно функционировала стройная система эксплуатации ракетных комплексов. Накопленный опыт поддержания ракетной техники в готовности к боевому применению и ее технического обслуживания нашел отражение в «Наставлении по эксплуатации ракетного вооружения к технических систем в Ракетных войсках стратегического назначения».

Система эксплуатации включала в себя способы ее организации, порядок ввода в эксплуатацию ракетных комплексов, обеспечение их готовности к боевому применению в процессе боевого дежурства. Был определен строгий порядок организации технического обслуживания и ремонтных работ, материально-технического обеспечения и снабжения войск техническими материальными средствами.

Единые регламенты, введенные в Ракетных войсках с 1964 года, определяли одинаковую периодичность технического обслуживания всех ракетных комплексов, позволяли более четко планировать его проведение, повысить качество выполнения технологических операций, способствовали улучшению технической подготовки личного состава. В результате значительно улучшилось техническое состояние ра-кет, агрегатов и систем ракетных комплексов, повысились их эксплуатационная надежность и боеготовность.

В развитие принятых решений в этот период внедряется система планово-предупредительного обслуживания и ремонта техники специализированными бригадами, годовые и полугодовые регламенты начинают выполняться бригадно-постовым методом, при котором начальники отделений и расчетов стартовых батарей и ремонтной мастерской РМ-61 назначались руководителями постов однотипных агрегатов.

Посты комплектовались личным составом стартовых батарей, имеющим опыт эксплуатации обслуживаемого оборудования и боевой техники. Наиболее сложные и ответственные операции регламента, а также текущий ремонт агрегатов (в основном заправочного и подъемно-транспортного оборудования) выполняли специалисты мастерской РМ-61.

С целью распространения и внедрения бригадно-постового метода, офицерами армейского отдела наземного оборудования подполковником Логиновым И.И., майорами Лободой И.Ф., Аваковым В.Р., Бертовым Ю.Г., Кузнецовым Ю.В. были разработаны соответствующие методики, информационные бюллетени и директивные указания.

Первый опыт применения бригадно-постового метода технического обслуживания ракетной техники был обобщен и широко представлен на сборе Главного инженера армии в июне 1966 года, проведенном в 56-м рп (г. Засимовичи, 31-я рд), В течение 1967-1968 гг. он получил широкое признание и был внедрен во всех частях армии.

Директивой Главнокомандующего РВ в декабре 1967 года такая система обслуживания и ремонта техники распространяется во всех ракетных войсках.

В этот же период наращивается техническая материальная база ремонтных мастерских полка РМ-61, что позволяет приступить к освоению ремонта и обслуживанию техники в производственных условиях. В ремонтных мастерских РМ-61 создаются контрольно-проверочные и испытательные стенды, изготавливается технологическая оснастка производственных участков и рабочих мест.

В 1965 году службой Главного инженера армии разрабатывается организационно-штатная структура (на базе РМ-61) ремонтно-эксплуатационной части ракетного полка, предназначенной для выполнения регламентных работ и ремонта на технологическом оборудовании и боезапасе ракет, и вводится в действие в нескольких полках указаниями Главного инженера от 6.09.1965 г. и от 11.12.1965 года для опытной проверки.

В марте 1968 года на III-ей военно-научной конференции Ракетных войск генерал-майор Любимов Д.П. выступил с обоснованием создания в ракетных войсках специализированных ремонтно-регламентных групп на базе мастерской РМ-61, батареи транспортировки и отделения регламентных работ. На конференции отмечалось, что проведенные за два года мероприятия по совершенствованию системы эксплуатации и перевод ее на производственную основу позволили повысить боеготовность пусковых установок за счет сокращения времени на техническое обслуживание, в том числе со снижением готовности к пуску. Увеличить надежность ракетного вооружения за счет более квалифицированного его обслуживания, повышения качества проводимых работ и эффективности их контроля их выполнения

Опыт применения ремонтно-эксплуатационных подразделений в частях 50-й армии оказался положительным, и в 1969 году во всех частях Ракетных войск были созданы группы регламента, предназначенные для выполнения наиболее сложных и трудоемких операций регламента и ремонта на ракетном вооружении, технических системах и системах энергоснабжения.

На этой организационно-технической основе появилась реальная возможность расширения объема войскового ремонта техники, до среднего включительно, и перехода к системе планово-предупредительного ремонта.

Таким образом, группы регламента явились прообразом технических ракетных баз, которые стали в конце 60-х годов основой системы эксплуатации ракетных комплексов всех типов. Такова, на наш взгляд, причинно-временная связь этих явлений, а не наоборот, что не согласуется с утверждением Г.Н. Малиновского об истории создания групп регламента в 50-й и 43-й ракетных армиях, высказанных в его книге «Записки ракетчика» (стр. 164).

Наиболее высокий уровень организации и качества выполняемых работ в 1968-1969 гг. имели группы регламента 305-го (23-я рд, г. Выру, командир полка полковник Чернов В.Г., главный инженер инженер-майор Моисеев Д.Г.) и 170-го (49-я рд, г. Лида, командир полка полковник Горшков В.И., главный инженер инженер-подполковник Черепанов Ю.П.) ракетных полков.

На их базе в эти годы были проведены целевые расширенные сборы по теме: «Формирование групп регламента и обмен опытом работы по поддержанию боевой готовности ракетного вооружения в процессе эксплуатации», в работе которых принимал участие главный инженер Ракетных войск генерал-полковник Червяков Н.Ф.

Внедрение бригадно-постового метода выполнения регламентов и создание групп регламента в эти годы явилось важным шагом в совершенствовании технологического обслуживания и организации эксплуатации боевых ракетных комплексов с групповыми пусковыми установками.

В 1965-1966 гг. службы ракетного Вооружения ведут активный поиск технических возможностей по сокращению времени подготовки пуска ракет. Принятые решения по изменению исходного положения ракетной техники в различных степенях боевой готовности и уменьшение резервов времени в технологическом пусковом графике потребовали и более совершенных способов и методов обеспечения готовности систем и агрегатов к боевому применению. В первую очередь внимание было уделено поддержанию в исправном состоянии подвижных емкостей окислителя и горючего, в которых стали постоянно содержаться компоненты ракетных топлив, непрерывно воздействующих на конструкцию емкости и запорную арматуру. Были проведены доработки подвижных заправщиков перекиси водорода для увеличения рабочего давления с целью сокращения времени заправки ракеты. Большая работа была проведена по обеспечению температурно-влажностного режима в хранилищах ракет (сооружения №2), в которых по новому исходному положению ракеты для сокращения времени подачи на пусковую установку стали содержаться со снятыми силикагелевыми поясами и в негерметизированной укупорке, с установленными на борт приборами системы управления.

В каждом дивизионе создается резерв наиболее важных агрегатов для оперативной подмены в случае отказа (пневмощиток стартовый (ПЩС) 8У017, индикатор влажности воздуха 8Ш31, дизельная электростанция ЭСД-20, электропреобразовательный агрегат 8Н214, фунтовая тележка 8Т115, компрессорная станция 8ГЗЗУ и др.)

Содержание агрегатов в новых, более жестких условиях потребовало корректировки объемов регламентных работ, проводимых на технике в различных степенях боевой готовности, содержание которых сводилось не только к проведению тех или иных регулировочных работ и проверке на функционирование, но и тщательному контролю исходного положения агрегата и системы. Это усложняло работу служб ракетного вооружения в звене дивизион-полк и накладывало дополнительные обязанности при организации технического обслуживания.

Активная работа по совершенствованию регламентов потребовала проведения в 1967-1968 гг. корректировки регламентной документации и подготовки ее ко второму изданию, в которой по комплексам 8П765 и 8П865 участвовали офицеры 2-го отдела службы Главного инженера 50-й ракетной армии и служб ракетного вооружения 32-й (г. Поставы), 29-й (г. Шяуляй) и 40-й (г. Остров) рд - главные инженеры инженер-подполковники Генералов М.Н., Долгополов В.Г., инженер-полковник Сергеев Б.А. соответственно.

Новой документацией при проведении регламентов и систем предусматривался расширенный объем проверок на функционирование, инструментального контроля и других профилактических работ, который гарантировал надежность эксплуатации агрегатов и систем на длительный период. В 1968 году переизданная документация была введена в действие и просуществовала без серьезных изменений до снятия этих БРК с боевого дежурства.

В практику эксплуатации настойчиво внедряются инструментальные методы осмотра и контроля состояния ракетных систем, агрегатов и узлов. Службы ракетного вооружения уделяют большое внимание оснащению специалистов необходимым мерительным инструментом и приспособлениями, обучают методам проверки и оценки состояния узлов и деталей агрегатов и систем. Разрабатываются методические пособия по контролю должностными лицами правильности выполнения операций технического обслуживания и его качества Заводятся карты учета изменения основных параметров. Это позволило объективно оценивать техническое состояние каждого агрегата, своевременно выявлять дефекты и неисправности.

В этот же период войска, опираясь на накопленный 5-ти летний опыт эксплуатации и несения боевого дежурства, совместно с промышленностью продолжают вести большую работу по улучшению технических характеристик и надежности ракет и оборудования путем проведения доработок. Об их интенсивности свидетельствуют следующие цифры: на ракетных комплексах Р-12 наземного и шахтного базирования за 1965-1968 гг. было выполнено 37 и 74 доработки соответственно, на ракетных комплексах Р-14 - 52 и 65, на ракетах Р-12 — 21, на ракетах Р-14 — 18; при чем, две трети этих доработок были выполнены в 1965 и 1966 годах. Это оказало существенное влияние на повышение качественных показателей потенциальных способностей войск к выполнению боевых задач.

Для наращивания возможностей войскового ремонта ракетной техники в Управлении Главного инженере в декабре 1966 г. был сформирован нештатный отдел войскового ремонта, который имел задачи организации ремонтно-профилактических мероприятий, внедрения передовых методов инструментальной проверки и дефектации, оснащения войсковых ремонтных органов специальным технологическим оборудованием и подготовки квалифицированных кадров для ремонтных мастерских. В состав отдела вошли майоры Ю.В. Кузнецов, В.Л. Богданов, ст. лейтенант Л. Егоров (специалист по сварке металлов) и чертежница Л.И. Монивман.

Отдел активно решал вопросы обобщения и внедрения передового опыта, совершенствования культуры и технологии производства, оснащения ремонтных органов, подготовки специалистов-ремонтников и многие другие.

С усложнением технического обслуживания, в первую очередь на шахтных комплексах, начинает широко внедряться сетевое планирование для увязки и правильной организации сложных технологических процессов, особенно при проведении технических ревизий, годовых и полугодовых регламентов на БРК. В управлении Главного инженера работа по внедрению методов сетевого планирования была возложена на майора-инженера Дроздова А.Д.

Система войсковой эксплуатации дополнялась возможностями специальных частей армейского подчинения: 1266-й подвижной ремонтной базы прб, 558-го ремонтного завода, 259-й лаборатории эталонирования измерительной техники ЛЭИТ, 2333-ей ракетной базы.

Сформированная в начале 1963 года 1266-я подвижная ремонтная база (прб) (г. Советск, командир — инженер-майор Куликов К.Т., заместитель по политчасти подполковник Наумов П.Я.) за два года своего существования значительно расширила свои технологические возможности и приобрела большой авторитет в службах ракетного вооружения по обслуживанию, ремонту и восстановлению большинства агрегатов наземного оборудования. В своем развитии она значительно опережала другие подобные части в ракетных войсках и являлась флагманом в вопросах освоения ремонта ракетной техники и наращивания его возможностей. На ее производственной базе неоднократно проводились сборы специалистов-ремонтников ракетных войск.

Специализированные бригады прб постоянно привлекались для проведения полугодовых и годовых регламентных работ на оборудовании шахтных БРК. Для ремонта стационарных емкостей окислителя в прб были разработаны и изготовлены сварочные машины на базе шасси Зил-157 УПМС (универсальная подвижная машина сварки). Для проведения ремонтов была создана и другая технологическая оснастка, базировавшаяся на шасси автомашин высокой проходимости.

Руководствуясь годовыми графиками, разрабатываемыми отделом ремонта и утвержденными главным инженером армии, выездные бригады прб работали до 80% производственного фонда времени непосредственно в частях, выполняя наиболее сложные виды регламентов и планово-предупредительного ремонта ракетного вооружения и техники.

Офицер отдела ремонта подполковник Богданов В.Л. рассказывает: «Ветераны ракетных частей с благодарностью вспоминают самоотверженную и высококвалифицированную работу специалистов прб в те годы:

- бригаду регламента и ремонта приборов прицеливания;

- бригаду пассивации емкостей продукта "030" (руководитель капитан Минько И.И.);

- бригаду регламента и среднего ремонта компрессорных станций 8Г315 и 8Т33У;

- бригаду ремонта емкостей компонентов ракетных топлив (руководитель старшина Тренько М.Г.) и другие.

Находясь месяцами в поездках по полкам, в отрыве от своей базы, они являлись примером дисциплинированности, технической грамотности и высокой ответственности за качество проводимого обслуживания и ремонта. Их прибытия с нетерпением ждали в войсках для решения накопившихся проблем и вопросов.

К концу 1968 года бригадами прб были освоены годовые и полугодовые регламенты на пусковых устройствах ракетных комплексов 8П763 и 8П765, средний ремонт электростанций ЭСД-20 и ЭСД-50.

Бригады прб эффективно использовались при проведении предпусковой подготовки и ремонтно-восстановительных работ шахты после учебно-боевых пусков в 24-м рп (40-я рд, пос. Кица) в августе месяце 1968 года и 1969 года.

Специалисты подвижной ремонтной базы армии несли в войска передовую организацию и технологию выполнения работ на ракетном вооружении, активно содействовали повышению мастерства и становлению ремонтных органов ракетных полков».

Определенная роль в организации войскового ремонта отводилась и 558-му ремонтному заводу (войсковая часть 36856, г Барановичи), переформированному из авиационной ремонтной базы и переданному в состав 50-й ракетной армии в 1964 году. Он приступает к капитальному ремонту подъемно-транспортного оборудования, учебно-тренировочных ракет 8К63 и макетов для заправки 8К63Д, к серийному производству комплексных тренажеров для боевых расчетов шахтных БРК с ракетами 8К63 и 8К65 - 15К3 и 15К5. На заводе была освоена газовая и жидкостная нейтрализация баков ракет (заправочных макетов) 8К63Д, созданы подвижные бригады для выполнения сложных работ непосредственно) в войсковых частях. Однако полностью реализовать планы использования возможностей ремонтного завода в интересах ракетных частей армии не удалось, так как 11 марта 1966 года он был возвращен в подчинение ВВС.

Выработанные идеи среднего и капитального ремонта ракетной техники были претворены позднее, когда в ракетных войсках была развернута сеть ремонтных заводов центрального подчинения, в том числе ЦРЗ в г. Брянске (войсковая часть 75100), сыгравшего значительную роль как в обеспечении длительного срока эксплуатации ракетной техники комплексов средней дальности, так и в постановке на боевое дежурство РК СПУ.

Метрологическое обеспечение эксплуатации ракетной и специальной техники возлагалось на 259-ю лабораторию эталонирования измерительной техники ЛЭИТ (войсковая часть 29455 - командир подполковник Федосеев А.С., главный инженер - инженер-подполковник Воробьев И.И.), которая была сформированная при 558-м ремонтном заводе к 30 ноября 1964 г. В июле 1966 года она передислоцируется в г. Каунас, где начинается ее интенсивное развитие. В 1968-1969 годах делается значительный шаг вперед в освоении поверки и ремонта всего парка средств измерений, особенно радиоизмерительных и специальных приборов, средств связи, минуя гражданские учреждения. Одновременно большая работа была проделана по оборудованию участков, рабочих мест, их эстетическому оформлению на новом месте базирования. При участии специалистов лаборатории удалось организовать методическую помощь специалистам контрольно-измерительных пунктов (КИП) полков и их доподготовку на базе ЛЭИТ. Она пополняется железнодорожным специализированным вагоном-лабораторией, что значительно повысило производственные возможности по поверке и ремонту приборов непосредственно в позиционных районах ракетных дивизий.

Вопросы материально-технического обеспечения эксплуатации ракетного вооружения решались через 2333-ю ракетную базу (ст. Лесная Белорусской ж.д.).

Исключительно важное место в системе эксплуатации занимал систематический контроль технического состояния ракет, агрегатов, систем и качества выполнения на них всех видов работ, предусмотренных эксплуатационной документацией. В 1964 году вводится система информации о техническом состоянии ракетного вооружения, позволившая осуществлять систематический сбор в войсках сведений об отказах и неисправностях, последующий их анализ и выработку рекомендаций для принятия решений на проведение целевых осмотров, дополнительных работ и доработок.

Большое значение в армии уделялось рекламационной работе, как рычагу воздействия на заводы-поставщики ракет и ракетной техники с целью повышения надежности и качества изготовления выпускаемой продукции. При этом, в ряде случаев обоснованность рекламационных претензий приходилось доказывать через Госарбитраж. Абсолютное большинство рекламационных споров выигрывалось, что значительно повышало авторитет инженерно-ракетной службы армии.

Не менее важным был вопрос соблюдения технологической дисциплины и обеспечения безопасной эксплуатации вооружения и техники: Эти требования не случайно были включены в «Наставление по эксплуатации ракетного вооружения и технических систем в Ракетных войсках» и в «Единые регламенты технического обслуживания...», которыми были определены конкретные обязанности командного и инженерно-технического состава по исключению поломок и повреждений ракетной техники, предупреждению аварии и катастроф. В эти годы в ракетных войсках произошел ряд серьезных поломок и аварий по вине личного состава, из-за недостатков в эксплуатационной документации и отказов узлов и систем. В 1965 году в 79-м ракетном полку 29-й рд при завершении годового регламента во время проверки системы заправки окислителем прогонкой продукта по большому кольцу из-за негерметичности фланцевого соединения струйного насоса окислителя произошел пролив большого количества окислителя в шахту. В это время на пусковом устройстве шахты находилась ракета с пристыкованной боевой головной частью. Ее извлечение вынуждены были производить в экстремальных условиях: высокой загазованности парами окислителя, отсутствия лифта, который упал вниз из-за обрыва канатов, использования крана для опускания номеров расчета стыковки в шахту, использование средств защиты. Восстановление оборудования шахтной ПУ после аварийного пролива проводилось длительное время с привлечением сия и средств прб армии и бригад промышленности.

Это событие явилось серьезным испытанием для всей службы ракетного вооружения армии, виновные в создании и развитии этой аварийной ситуации были наказаны, а в документацию по представлению войск внесены соответствующие изменения и предупреждения.

Службами ракетного вооружения ужесточается контроль состояния боезапаса ракет. В графиках проведения годового (полугодового) регламента отводится специальное время для проведения внешнего инструментального осмотра ракет, с Главным конструктором согласовываются параметры допустимых отклонений в состоянии отдельных узлов и элементов, вводятся журналы учета технического состояния ракет, в которых учитываются контролируемые параметры и выявленные отклонения. В ходе проведения регламента офицеры служб ракетного вооружения дивизиона, полка или дивизии осуществляют инструментальный контроль состояния каждой ракеты. На всех итоговых проверках офицеры 1-го отдела УГИ проводят инструментальный контроль 1-2 ракет боезапаса в каждом проверяемом ракетном дивизионе.

Результаты проделанной работы офицерами 1-го отдела и служб ракетного вооружения дивизий полковниками Москальцом И.Н., Назаровым И.Е., Глуховским В.П., подполковником Колесниковым А.Ф., майорами Есиным В.И., Марголиным Е.Д., Дроновым В.П., Абрамовым С.А., Эсиповичем С.И., Самойловым С.Ф. и др. не замедлили сказаться. К этому времени в эксплуатации боевых ракет практически полностью были исключены случаи разрушения компенсаторов полости пускового горючего на ракетах, поломки и сколы штепсельных разъемов и, в первую очередь, типа ГШР на переднем днище бака окислителя, короткие замыкания бортовой кабельной сети из-за перепутывания подключения разъемов ШР1. ШР2 и ШРЗ в хвостовой части ракеты, забоины и вмятины на баках и в камерах сгорания, сколы графитированной защиты рулей и др.

Четко налаженная и хорошо организованная система хранения и обслуживания боезапаса ракет позволила в сентябре 1966 года сократить в полках число отделений регламентных работ до одного. Это потребовало принять дополнительные меры по повышению мастерства личного состава отделений, по совершенствованию планирования регламентных работ на всем боезапасе ракет и приборах ЗИПа, поиску резервов времени для поддержания учебно-тренировочных ракет в работоспособном состоянии.

В 1966 году, т.е. на третьем году эксплуатации оборудования шахтных БРК, начали проявляться недостатки, связанные с низким качеством строительно-монтажных работ. В первую очередь это относилось к заправочному оборудованию.

По воспоминаниям подполковника-инженера Молодцова Б.Д., проходившего службу в тот период в должности старшего инженера дивизиона по заправочному оборудованию (с 1978 года заместитель начальника отдела Управления главного инженера армии), — из-за сильной загазованности технологического блока (сооружение № 2) шахтного БРК дежурная смена командного пункта дивизиона и групп подготовки и пуска в 79-м ракетном полку некоторое время несла боевое дежурство в противогазах. На тот момент на заправочных магистралях было выявлено 64 свища по сварным швам.

В связи с увеличением потока неисправностей было принято решение о проведении опытной технической ревизии систем заправки шахтной ПУ. Первая такая ревизия была проведена силами личного состава полка и монтажной организации А-7542 летом 1967 года в 3-м дивизионе 79-го рп (29-я рд. г. Плунге командир полка подполковник Романюк М.И., главный инженер - инженер-майор Чубаев И.А.).

Причиной негерметичностей заправочных магистралей явилась низкая технология проведения сварочных работ (нарушение режимов сварки, неправильный подбор электродов, низкая квалификация сварщиков и отсутствие контроля за качеством производства работ), что приводило к их коррозии, разрушению и появлению «свищей» в сварных швах. В ходе ревизии на головном объекте были приняты меры для приведения качества сварочных работ в соответствие с требованиями технических условий (ТУ), а вместо электросварки стала применяться более прогрессивная— аргоно-дуговая. В ходе ревизий заправочных систем было также установлено, что причиной негерметичности заправочной арматуры явилось разрушение «стеллитовых» наплавок на седлах и золотниках клапанов. Перед промышленностью была поставлена, задача на замену «стеллитовых» наплавок на этих элементах арматуры на наплавки типа «УОНИ», что нашло широкое применение при проведении технических ревизий шахтных комплексов в последующие годы.

Подполковник-инженер Хабибулин М.Б., который контролировал и вел ревизию заправочных систем, будучи старшим инженером отдела Управления главного инженера армий» рассказывал: «Перед началом работ на заправочных системах и промстоках было проведено гаммаграфирование (проверка с использованием радиоактивного источника) более 200 сварочных швов и 90 колен (участок трубы в местах изгиба магистрального трубопровода), из которых более трети были забракованы из-за несоответствия требованиям ТУ. Все они были заменены или переварены. Было выявлено много недостатков и на других системах».

По результатам проведенных работ и анализа состояния ракетного вооружения полка в целях повышения надежности шахтных пусковых установок (ШПУ) офицерами службы ракетного вооружения армии были выработаны предложения по проведению технической ревизии систем заправки, приложены сетевые графики и технологии выполнения отдельных операций опытных работ. .Эти предложения в дальнейшем, легли в основу комплекта документов по проведению серийных технических ревизий оборудования шахт на исходе гарантийных сроков эксплуатации. Основная работа по подготовке серийных технических ревизий легла на офицеров 2-го отдела (полковник Игнатьев А.Е., подполковник Логинов П.И., майоры Аваков В.Р., Бертов Ю.Г., Дроздов АД, Лобода И.Ф. и др.), 4-го отдела (полковник Токарев К.М., подполковники Шебалин А.Ф., Хабибулин М.Б., Шурыгин А.П. и др.), на службы ракетного вооружения 29-й рд и 79-го рп.

В течение 1967-68 гг. технические ревизии заправочных систем были проведены на тринадцати боевых стартовых позициях комплексов 8П763 и 8П765. В результате ремонтных работ, выполненных в ходе ревизий, резко снизилось количество отказов стационарных систем заправки, повысилась их надежность и готовность к боевому применению.

Работы по повышению надежности оборудования шахтных пусковых установок продолжались. Под постоянным контролем служб ракетного вооружения остаются заправочные системы. Анализируется на выходе гарантийных сроков состояние технологических систем, лифтов, систем вентиляции и промстоков, дизель-генераторных установок и др.

Большую работу в этом направлении проводят инженеры 2-го отдела, служба ракетного вооружения 23-й ракетной дивизии, которую возглавил полковник Логачев Б.И., служба ракетного вооружения 846-го ракетного полка (г. Валга, главный инженер майор-инженер Ефимов А.С.). Глубокий анализ процессов износа оборудования шахтных комплексов, умело подобранные образцы наименее надежных узлов и элементов для демонстрации характера происходящих процессов старения, позволили доказать необходимость проведения широкого круга мероприятий по обеспечению надежности ракетной техники.

Полковник Логинов П.И. вспоминает: «Нам было ясно, что, если не принять кардинальных мер по повышению надежности оборудования шахтных ракетных комплексов, которое из-за конструктивного несовершенства строительных сооружений и систем находилось под постоянным воздействием паров компонентов ракетного топлива и повышенной влажности воздуха, то о дальнейшей их эксплуатации не может быть и речи. Причем анализ дефектов, отказов и неисправностей показал, что интенсивному износу и старению подвержены практически все виды оборудования. Проведенные нами опытные ревизии носили частный характер и решали частично проблемы эксплуатации заправочных систем. В интересах высокой боевой готовности шахтных ПУ нужно было провести всеобъемлющую техническую ревизию всего шахтного комплекса. Но для этого должны быть выделены большие финансовые и материальные ресурсы. А необходимость этого нужно было еще доказать в различных заинтересованных министерствах. Различные акты, заключения, отчеты, все-таки, были не очень убедительны – мало ли различных бумаг курсировало в этот период в разных канцеляриях! И тогда мы приняли решение создать неотразимую доказательную базу. В 29-й ракетной дивизии (главным инженером дивизии тогда, помнится, был подполковник Гуров В. А.) совместно с прб были изготовлены специальные планшеты в виде плоских ящиков, в которые поместили серию отказавших узлов и деталей из различных систем с разрезами в местах разрушения или повышенного износа. Сначала на эту выставку были приглашены в дивизию представители КБ и заводов промышленности, а потом с этими чемоданами-планшетами был организован рейд по различным организациям и министерствам. Такие наглядные пособия процесса износа и старения выглядели очень убедительно, и позволили склонить всех к решению о необходимости предлагаемых войсками мер».

Проведенная многолетняя аналитическая работа легла в основу принятия в 1971 году постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О мероприятиях по обеспечению боевой готовности ракетных комплексов стратегического назначения», которое определило необходимость проведения технических ревизий боевых ракетных комплексов с групповыми ПУ с привлечением специалистов промышленности, строительных и монтажно-наладочных организаций. Первая в РВСН опытная техническая ревизия на шахтном БРК ракет средней дальности была проведена в 1971 году в 846-м ракетном полку 23-й рд (главный инженер дивизии полковник Аксаныч Н.С.).

Серьезные недостатки в техническом состоянии и надежности систем электроснабжения (СЭС) боевых ракетных комплексов потребовали пересмотра структуры организации их эксплуатации. До 1968 года эксплуатацию, обслуживание и ремонт электроснабжения и технических систем БРК организовывала инженерно-техническая служба, что не позволяло комплексно решать задачи обеспечения боевой готовности ракетного комплекса в целом и снижало степень ответственности различных должностных лиц.

В соответствии с приказом ГК РВ в мае 1969 года организация эксплуатации систем электроснабжения и технических систем боевых ракетных комплексов, систем внешнего и внутреннего электроснабжения возлагается на службу ракетного вооружения. В отдел эксплуатации и ремонта наземного оборудования вводятся штатные должности старших офицеров, ответственных за эксплуатацию СЭС и ТС. Главным энергетиком армии был назначен инженер-майор Аваков В.Р., инспектором энергонадзора — инженер-майор Дроздов А.Д. Штатные инспекторы энергонадзора были введены также и в дивизиях. Это заметно повысило надежность всей системы электроснабжения, улучшилось качество организации обслуживания и технической культуры, произошло значительное снижение электротравматизма.

В этот период инспекция Гостехнадзора Управления главного инженера армии, возглавляемая инженер-подполковник Усовым Г.Н., уже имея высокий авторитет и опираясь на накопленный опыт, совместно с инспекторами соединений, частей проводит активную работу по улучшению технического состояния агрегатов ракетного вооружения - объектов гостехнадзора (установщиков ракет, подъемников (лифтов) на шахтных ПУ, грузоподъемных самоходных кранов, автовышек, сосудов, работающих под давлением и т.д.), а также разрабатывает и проводит мероприятия по обеспечении безопасной и безаварийной эксплуатации вооружения и техники. Инспекторами гостехнадзора армии майорами Лушниковым Л.С. и Ивановым Н.С, проводилась огромная работа по надзору за состоянием котельных БРК и военных городков, обучением и допуском к работе обслуживающего персонала, проведением мероприятий по безопасной их эксплуатации. Это были высококлассные специалисты, досконально знавшие требования приказов Министра обороны по эксплуатации объектов гостехнадзора. Большую часть года они находились в частях и гарнизонах, осуществляя не только надзор, но и обучение личного состава, оказывали помощь в работе, контролировали правильность эксплуатации объектов. Их знал каждый командир полка и дивизии, с пониманием относясь к их требованиям и оказывая содействие в устранении выявленных недостатков.

В сентябре 1968 года в 30-м рп (23-я рд, г. Алуксне) был проведен специальный сбор с инспекторами соединений, на котором был рассмотрен передовой опыт безопасной эксплуатации техники и подведены итоги работы инспекторского состава, намечены планы работы органов Гостехнадзора на ближайшую перспективу.

Инспекторский состав принимал непосредственное участие в проведении технических ревизий на шахтных БРК, добиваясь полного выполнения требований правил безопасной эксплуатации объектов Госгортехнадзора.

Материально-техническое обеспечение всех видов работ на ракетном вооружении и технике, в том числе технических ревизий, возлагалось на 2333-ю ракетную базу армейского подчинения (войсковая часть 42345, командир - инженер-полковник Семенов Н.С., заместитель по политчасти подполковник Кулаков Е.М., главный инженер инженер-подполковник Мочалов В.П.).

Вспоминает полковник Григоренко А.М.: «2333-я ракетная база располагалась рядом со ст. Лесной Барановичского района Брестской области (в 28 км от г. Барановичи на запад). Она размещалась в отдельном военном городке и имела жилой городок, административную и техническую зоны со своими ж. д. путями, проложенными к основным хранилищам технической зоны, где находилось ракетное вооружение, ЗИП к нему и технические материальные средства, предназначавшиеся для проведения регламентов РВО, текущих и других видов ремонтов СЭС, ТС, имущество и техники армейских служб инженерно-технической, инженерной, химической, геодезической, КП и АГО, а также имущества для обеспечения боевой подготовки войск (бланковая документация, оборудование стрельбищ и т.п.).

Получение и отправка ракетного вооружения и технических материальных средств осуществлялись, в основном, железнодорожным транспортом, вагоны с имуществом подавались на техническую зону со ст. Лесной своими тепловозами или дрезиной (в штате части было два тепловоза типа ТГМ-2-150 мощностью по 200 л.с. каждый, которые могли перемещать по 3—4 вагона с грузом, а также автодрезина АТМ-У с автомобильным двигателем от ЗИЛ-120 — 1-2 вагона).

Для проживания офицеров, прапорщиков и членов их семей, а также рабочих и служащих Советской Армии в городке были построены трёхэтажный 36-квартирный жилой дом и пятиэтажный 60-квартирный жилой дом, оба кирпичные, со всеми удобствами, с газовыми плитами и паровым отоплением.

Протяжённость эксплуатируемого в/частью ж.д. участка составляла 3,8 км (от границы на ст. Лесная до хранилищ), собственными силами было проложено 700 метров железнодорожных путей, которые были приняты в эксплуатацию весной 1968 года. Это позволило улучшить условия разгрузки, погрузки и отправки различных грузов, а также резко сократишь простои вагонов. Строительство железнодорожной ветки велось под руководством инженер-полковника Семенова Н.С. Много труда в ее строительство вложили инженер-майор Лабутин А.И., старшина Лысюк Е.И. старший сержант Наумовец А.А. и др.

Производственная деятельность базы определялась, в основном, грузооборотом вагонов (полувагонов, платформ), который ежемесячно составлял 40-50 единиц. Для обеспечения этого процесса штатом были предусмотрены такелажный взвод и соответствующая техника (краны, автокары и пр.).

В 1968-1969 годах было построено хозяйственным способом одно хранилище емкостью на 35 вагонов, начато строительство автомобильного парка. Завершено строительство 4-х теплых кирпичных хранилищ ёмкостью на 35 условных вагонов для хранения ракетного вооружения, ЗИП и народно-хозяйственной продукции. Таким образом, на технической зоне размещались как отапливаемые (в основном кирпичные), так и неотапливаемые хранилища (всего 29 штук), кирпичные и деревянные. Ракетное вооружение (два комплекта) стартового оборудования для ракет Р-12, некоторые подвижные агрегаты для полков с ракетами Р-14У наземного базирования, системы управления и заправки для шахтных комплексов Р-12В и Р-14В, приборы для ракет Р-12 и Р-14У) хранилось в отапливаемых хранилищах №№ 1-9.

Хранилища №№ 10—11 использовались для сбора списанных приборов, кабелей, штепсельных разъемов, содержащих драгоценные металлы и отправки на арсеналы РВ для дальнейшей утилизации».

О производственной деятельности базы рассказывает полковник Романов Е.А.: «В июне 1963 года я в звании старшего инженер-лейтенанта был назначен на должность начальника первого отдела 2333-й ракетной базы. Личным составом база была укомплектована в соответствии со штатом практически полностью. Техникой — автотранспорт и крановое хозяйство — база была обеспечена для выполнения основной производственной деятельности — погрузочно-разгрузочных работ. Хранилища, служебные помещения, жилой фонд - наследство от авиационной базы и немецких складов времён Второй мировой войны. На технической территории к моменту моего прибытия было два кирпичных хранилища и до десятка щитовых, бывших немецких, конюшен. Штаб части, казарма, клуб, столовая и караульное помещение располагались в бревенчатых состарившихся зданиях с печным отоплением. Сверхсрочники, большей частью, были местными и жили в ближайших деревнях. Для проживания офицерского состава был двухэтажный бревенчатый дом на 8 квартир и еще один, тоже на 8 квартир, в деревне. К моему приезду заканчивалось первое строительство — строили стандартную щитовую казарму для офицеров и сверхсрочнослужащих. В этой казарме и мне была выделена одна комната для жилья. Отопление было печное, водопровода не было вовсе, а канализация - «наружная». Электроснабжение в вечернее и утреннее время осуществлялось от дизель-генератора. Но зато был индивидуальный сарай для хранения дров и керосина для керогаза.

Деятельность командования части в то время была постоянно сосредоточена на трёх направлениях:

1. Подготовка и производство погрузочно-разгрузочных работ;

2. Работа с военнослужащими по поддержанию воинской дисциплины;

3. Руководство и контроль строительства и обустройства воинской части.

К 1963 году поток грузов стабилизировался и составлял 6—10 вагонов в сутки на приём и почти столько же на отправку. Основная трудность заключалась в том, что все грузы на ст. Лесная подавались на рампу, которая располагалась за ж.д. переездом напряженной магистрали Москва-Брест и переезд практически постоянно находился в закрытом состоянии.

В практике железной дороги и с учётом расписания «вертушек», вагоны для части, в основном, подавались в ночное время, а в праздничные дни - обязательно. Железнодорожники были уверены, что воинская часть разгрузит вовремя все вагоны, поданные в любое, в том числе и ночное, время. Вот и получалось, что основные производственные подразделения - авторота (командир майор Скворцов) и такелажный взвод (командир старшина с/с Шавкун) постоянно вынуждены были работать в отрыве от части и в ночное время.

Ракетная база начала формироваться на этой территории в конце 1961 года. Первые заботы по её формированию легли на майора Иноземцева Бориса Павловича, по штату — начальника 3-го отдела. Первый командир части -подполковник-инженер Семёнов Николай Семёнович. Командование он принял в январе 1962 года.

Первым главным инженером базы был назначен инженер-майор Белоконев Михаил Михайлович, первым замполитом части был подполковник Горин Виталий Степанович,

В конце 1963 года нашу ракетную базу посетил командующий армией генерал-полковник Добыш Ф.И. Основной целью его поездки, как я себе её представляю сейчас, было — оценить состояние базы и принять решение на дальнейшее строительство.

Командование части запланировало показ моей лаборатории. Хорошо запомнилось, как это происходило.

Помещение, где производились проверки гироскопических приборов, было отделено стеклом от общего зала. Поэтому все сопровождавшие командарма лица остались за стеклом, а мы с командующим на рабочем месте. Генерал-полковнику Добышу Ф.И. я предложил сесть на винтовой стул с подлокотниками и посмотреть, как осуществляется проверка гирогоризонта.

Через некоторое время по звуку было слышно, что гироскоп набрал свои 30 000 оборотов. Я доложил командарму, что теперь будем проверять уход гироскопа. Это выглядело так: от источника света сфокусированный луч падал на зеркала, закреплённые на главной оси гироскопа, а отражённый луч — на лист миллиметровки, укреплённый на определённом расстоянии от зеркала. Луч в виде стрелки плыл по миллиметровке с угловой скоростью вращения Земли, изменённый погрешностями прибора. Путь стрелки на бумаге минус расчётное расстояние за счёт вращения Земли в горизонтальной плоскости - это горизонтальный уход, а опускание или подъём стрелки — это замасштабированный уход по вертикали.

Спросив разрешение, я выключил в помещении свет, чтобы лучше было видно стрелку луча. При этом свита из находившихся за стеклом офицеров начала беспокоиться. Далее я начал проверку, давая пояснения:

— «Разарретируем гироскоп».

— «А что это такое?» - спросил командующий.

— «А это мы, как бы, выпускаем на свободу гироскоп и главная ось его стоит в мировом пространстве в неизменном положении, а все остальное: источник света, шаблон с миллиметровкой вращаются вместе с поверхностью Земли. Отмечаю неточность арретирующего устройства. Далее запускаю болтанку стола с гироприбдром в целях имитации реальных условий работы». По секундомеру прошло 3 минуты. «Теперь отметим положение стрелки на миллиметровке. Включаем свет. Измеряем и рассчитываем уходы гироскопа». Они оказались значительно меньше допустимых 3-х угловых минут в минуту.

— «Далее мы арретируем гироскоп и снимаем напряжение. На этом; собственно, проверка закончена, но до снятия гироскопа со стола гироскоп ещё должен «выбежать». Выбег — остановка роторов асинхронных двигателей гироскопов. До остановки, даже арретированные гироскопы кантовать нельзя, это чревата повреждением прибора!»

Закончив проверку и пояснения, я почувствовал, что каким-то образом заинтересовал командующего, и он не спешил покинуть лабораторию. Далее я доложил, как запаиваются гцроприборы в укупорку, показал это. Доложил перечень проверяемых приборов, объём проверок, возможности лаборатории. Прошёл час. Командарм поблагодарил меня и спросил: «Есть ли вопросы?» Но вместо обычного в таких случаях ответа «Никак нет!», он услышал: «Так точно — есть?» И я доложил, что в полках такие приборы хранятся в отапливаемых хранилищах вместе с ракетами, а у нас - в холодных. Но ведь это резерв, который должен быть даже в лучших температурных условиях; чем в полках. У нас в помещениях обогрев осуществляется электропечами с вентиляторами. Источник электроснабжения - дизельная станция ЭСД-20. Хотя тепло мы нагоняем быстро, но приборы прогреваются медленно. Поэтому всякого рода ожидания забирают уйму времени. Поэтому нужны отапливаемые хранилища для приборов и их проверки.

Впоследствии мне стало известно, что командующий несколько раз вспоминал этот разговор и говорил, что «ни о квартирах и бытовых удобствах для себя поднимают вопросы офицеры, а об улучшении условий эксплуатации ракетного вооружения».

Надо отдать должное командарму, ведь буквально за два года были построены следующие здания: штаб части, казарма, столовая, баня, санчасть, автопарк, помещение для пожарной команды, трёхэтажный трёхподъездный жилой дом, котельная на мазуте, впоследствии переведённая на газ, ЛЭП, караульное помещение. Были забетонированы и дороги. Преобразовалась и техническая территория: была подведена железнодорожная ветка с рампами, построено ж. д. депо с маневровым тепловозом, хранилища для подвижной техники и ЗИП, хранилища для расходных материалов. Наполовину всё это было выполнено хозспособом и являлось «коньком» Семёнова Н.С.. а приводом для строительства служил начальник пожарной команды старшина с/с Лысюк».

Начиная с 1965 года, в армии принимаются энергичные меры по повышению уровня технической подготовки офицерского состава, на недостатки в которой было указано инспекцией Министра обороны в 1964 году. Эта задача была поставлена в организационно-методических указаниях по боевой готовности ракетных войск на 1965-66 гг., особенно в отношении командиров стартовых батарей (групп подготовки и пуска), начальников сборочных бригад и командиров дивизионов, начальников ртб и командиров ракетных полков и дивизий, их заместителей.

С этой целью в управлении армии разрабатываются программы подготовки руководящего состава. Управлением Главного инженера совместно с отделом ртб армии, отделом боевой подготовки организуются месячные и 1,5 месячные сборы при учебных центрах и войсковых частях. Специалисты ртб проходят доподготовку при 1640-й (58-я рд, г. Кармелава), 1053-й (23-я рд, г. Валга), 857-й (31-й рд, г. Пинск), 1505-й (32-я рд, г. Поставы) и 1507-й (29-я рд, г. Приекуле) ртб.

Только за 1965 год прошло переподготовку методом сборов около 2-х тыс. офицеров. В 1966 году переподготов лено 80% офицеров-командиров батарей и выше, и 95% преподавательского состава ВШМС. В эти годы ракетная армия превратилась в школу подготовки высококвалифицированных командиров-ракетчиков.

Особое место в работе служб ракетного вооружения занимают мероприятия по подготовке учебно-боевых пусков ракет с боевых стартовых позиций. Впервые в нашей армии учебно-боевой пуск ракеты Р-14У произвел непосредственно с шахтной установки первый ракетный дивизион 24-го рп 40-й рд (командир полка полковник Хачатуров Ф.З., заместитель во политчасти — подполковник Беляев А.Г., главный инженер полка инженер-майор Прокофьев С.И.). Пуск ракеты осуществлен 20 августа 1968 года в 16.00 силами 1-й группы подготовки и пуска (командир группы майор Мищенко Л.Т.) на расстояние 3 500 км в направлении северо-западнее озера Байкал. Общее руководство пуском осуществлял заместитель командующего 50 РА по ракетному вооружения генерал-майор Любимов Д.П. при участии инструкторской группы Государственного центрального полигона и инструкторской группы армии в составе подполковника Партола А.П., майоров-инженер Нарезкина В.Д., Жаркова Ю.А., Римониса М.И., Рашевского В.И., Осиповича С.И. Активное участие в подготовке пуска принимали офицеры отдела боевой готовности и стрельбы полковники Лавровский Б.М. и Петухов Г.Г.

Непосредственно пуском ракеты руководил командир полка полковник Хачатуров Ф.З. В подготовке ракеты к пуску принимали участке майор-инженер Прокофьев С.И. и капитан-инженер Овечкин С.Ф. В проведении пуска участвовали командир 1-го дивизиона подполковник Артемов В.С., заместитель командира дивизиона по политчасти майор Шевченко В.С., заместитель командира дивизиона по РВО майор-инженер Дмитриев Ю.Н. В проведении пуска принимали участие также командир 40-й рд генерал-майор Дадаян А.С., его заместитель по РВО полковник-инженер Сергеев Б А., офицеры службы РВО дивизии майор-инженер Высокоостровский В.В., старший лейтенант-инженер Михайлов В.Б., офицеры управления Главного инженера армии подполковник-инженер Хабибулин М.Б. и майор-инженер Аваков В.Р.

Этот пуск проводился непосредственно перед началом реализации решения военно-политического руководства страны и стран Варшавского договора о вводе войск на территорию Чехословакии. Можно предположить (по аналогии с операцией «Анадырь», накануне которой боевой расчет 344-го рп 29-й рд проводил пуски ракет с ядерными боеголовками по полигону «Новая земля»), что этот пуск являлся практической проверкой готовности ракетных войск перед их приведением в повышенную боевую готовность в ходе чехословацких событий. Пуск ракеты бы произведен в точно назначенное время и с высокой точностью попадания.

13 августа 1969 года эта же группа подготовки и пуска (командир майор Муха З.К.) в ходе проверки полка комиссией Главного Штаба РВ вторично с той же пусковой установки произвела учебно-боевой пуск ракеты Р-14У в направлении и на расстояние первого пуска.

При проведедении учебно-боевых пусков ракет с боевых позиций службы ракетного вооружения приобрели большой опыт подготовки ракетной техники к боевому применению и проведению ремонтно-восстановительных послепусковых работ.

Улучшение всей системы эксплуатация ракетного, специального вооружения, автотракторной и других видов техники, повышение общей технической культуры в частях и подразделениях армии позволили к 1966 году исключить аварии и катастрофы на ракетных комплексах. Лучших результатов в этот период в обеспечении исправности всех видов техники добились 31-я (г. Пружаны) и 23-я (г. Валга) ракетные дивизии, 30-й (г. Алуксне, 23-я рд), 403-й (г. Ружаны, 31-я рд) и 324-й (г. Укмерге, 58-я рд) ракетные полки.

В период 1965-1969 гг. в управлении Главного инженера армии происходят перестановки в руководстве некоторых отделов, в состав управления вводится группа инженеров, имеющих Практический опыт работы по эксплуатации ракетных комплексов в войсках.

В 1966 году вместо опытного авиационного специалиста, много сделавшего для становления службы ракетного вооружения, заместителя Главного инженера полковника Березина Н.И. назначается начальник отдела наземного оборудования инженер-полковник Рудько Г.А. На его место приходит заместитель начальника отдела ракет инженер-подполковник Игнатьев А.Е.. Заместителем начальника отдела ракет становится инженер-подполковник Колесников А.Ф. В центр эксплуатации ракетного вооружения Главного штаба РВ направляется инженер-капитан Рябошапко В.А. (в последующем вице-президент академии военных наук РФ, генерал-майор), на учебу в академию им Ф.Э. Дзержинского -инженер-майор Абрамов С.А. (в последующем главный инженер армии и начальник управления ГУЭРВ) (1966 г.), на преподавательскую работу инженер-майоры Кальченко Е.М. (1968 г.) Самойлов С.Ф. (1969 г.). В отдел наземного оборудования назначаются из войск инженер-майоры Бертов Ю.Г. (в последующем старший инженер ГУЭРВ) и Аваков В.Р. (1964 г.), в отдел ракет из отдела боевой подготовки Эсипович С.И.(1965 г.), в отдел измерительной техники инженер-капитан Хомичев А.Н. (1965 г.), в отдел наземного оборудования инженер-капитан Дроздов А.Д. (1966 г.), в отдел ракет инженер-капитан Яценко О.П. (в будущем главный инженер дивизии) (1967 г.), в инспекцию котлонадзора и техники безопасности инженер-капитаны Смирнов Г.И. (в последующем зам. Главного инженера армии) и Иванов Н.С. (1968 г.), в отдел наземного оборудования инженер-капитаны Куприянов Г.М. и Молодцов Б.Д. (1969 г.), приходит в отдел материально-технического обеспечения после окончания академии им. Ф.Э. Дзержинского майор Григоренко А.М. (в последующем начальник отдела МТО).

Увольняются в запас майор Кувшинов, подполковники Ермолаев А.И. и Шурыгин А.П. (1969 г.) и начальник отдела МТО полковник Токарев К.М., на место которого возвращается после окончания академии инженер-подполковник Абрамов С.А.

Все это положительно сказалось на развитии системы эксплуатации в рассматриваемый период и последующие годы.

Большой вклад в совершенствование системы эксплуатации ракетного вооружения и технических систем, внедрение передовых методов в соединениях и частях на этом этапе внесли генерал-майор Любимов Д.П., инженер-полковники Рудько Г.А, Москалец И.Н., Игнатьев А.Е., Варич П.В., Токарев К.М., инженер-подполковники Логинов П.И., Колесников А.Ф., Хабибулин М.Б.. инженер-майоры Самойлов С.Ф., Лобода И.Ф., Бертов Ю.Г., Яценко О.П., Кузнецов Ю.В., Кальченко Е.М., офицеры частей непосредственного подчинения инженер-полковник Семенов Н.С., подполковник Кулаков Е.М., Наумов П.Я., инженер-подполковник Федосеев А.С, инженер-майор Куликов К.Т., капитан Минько И.И. и другие.

Таким образом, к концу 60-х годов в 50-й РА функционировала хорошо отлаженная во всех звеньях служба ракетного вооружения, полностью укомплектованная инженерно-техническими кадрами с большим практическим опытом, имевшая в своем распоряжении материальные средства, специальные части и подразделения для технического обслуживания и войскового ремонта и умело решавшая задачи обеспечения готовности ракетной техники к боевому применению.

Внедренная в войска система эксплуатации продолжала совершенствоваться. Она позволяла обеспечивать умелую и правильную эксплуатацию вооружения и техники и поддержание исходного положения систем и агрегатов в различных боевых готовностях.

Проводимыми мероприятиями организационного и технического характера обеспечивалась исправность, и надежность ракет и оборудования за пределами гарантийных сроков и боевая эффективность на протяжении всего эксплуатационного цикла.

Разработанные в эти годы принципы сохранения и обеспечения заданных боевых и технических характеристик ракетных комплексов средней дальности предопределили их длительную эксплуатацию в последующие годы.

* * *

Назад.

Оглавление.

Далее.

 

* * *
Яндекс.Метрика