pict На главную сайта   Все о Ружанах pict
pict

Под общей редакцией А.П. Волкова

 

ВИННИЦКАЯ КРАСНОЗНАМЕННАЯ РАКЕТНАЯ АРМИЯ
(Исторический очерк)

Москва, Воентехиздат 2010

 

Наш адрес: ruzhany@narod.ru

 

Назад Оглавление Далее

 

Инженерная служба

 

Как известно, ракетные соединения и части формировались на базе артиллерийских авиационных и даже военно-морских частей, где инженерное обеспечение существовало в небольших объемах. Командиры ракетных частей в большинстве случаев назначались тоже из этих видов и родов войск. Поэтому ими не очень понималась необходимость инженерного обеспечения. Этому также способствовало то, что ракетные войска предполагалось иметь преимущественно стационарного базирования.

Формирование инженерной службы армии началось на основании приказа командующего 43 РА от 20 августа 1960 г. № 001.

С переходом на формирование дивизий и полков в них создавалась инженерная служба, а в полках формировались инженерно-технические взводы. Вначале должности начальников инженерной службы именовались: дивизионный и полковой инженер соответственно, а в открытой печати – войсковой инженер. Первыми дивизионными инженерами были назначены офицеры-фронтовики: подполковники Пилюгин И.М и Спирин Г.В. – 44 рд, Старовойт П.В. – 37 рд, Абрамов М.Е. – 50 рд, Лыюров И.И., Москевич А.М. – 46 рд, Подарин В.Н. – 43 рд, Нестерёнок Т.А. – 35 рд. Дивизионным инженером 19 рд был назначен Герой Советского Союза подполковник Зачеславский В.Н., получивший это высокое звание за форсирование Днепра в 1943 г.

Первым начальником инженерной службы 43 РА был назначен полковник Вахтин Алексей Константинович, активный участник Великой Отечественной войны, награжденный двумя орденами Красного Знамени, орденами Отечественной войны I и II степени, тремя орденами Красной Звезды, орденом «За службу Родине в Вооруженных Силах СССР», а также многими медалями.

В этой должности Вахтин А.К. прослужил до 1965 г., после чего был назначен заместителем начальника инженерной службы РВСН. При участии Вахтина А.К. и под его руководством были созданы все структуры инженерной службы в армии, дивизиях и полках, заложены основы инженерного обеспечения войск, особенно в решении задач маскировки, фортификационного оборудования охраны и обороны боевых позиций.

В 1961 г. полковник Вахтин А.К. был назначен начальником инженерной службы группировки советских войск на Кубе и организовал инженерное обеспечение стратегической операции «Анадырь» на всех этапах ее подготовки и проведения.

 


ЗАЧЕСЛАВСКИЙ В.Н.
Герой Советского Союза подполковник
 
ВАХТИН
Алексей Константинович

 

После Вахтина А.К. инженерную службу армии последовательно возглавляли полковники Беляев В.М., Селищев Н.И. и Подарин В.Н – фронтовики, затем полковники Загоруй А.Я., Лысов В.П., Головин Г.И., Жуков А.С., Лучко А.И. До 1973 г. инженерная служба армии состояла только из двух офицеров: начальника и старшего инженера по инженерному вооружению и заграждениям.

С учетом того, что в начальный период в боевом составе армии преобладали полки с ракетным комплексом Р-12Н, основными задачами инженерного обеспечения были маскировка, устройство и эксплуатация ИЗ и ТСС по охране и обороне БСП, фортификационное оборудование позиций, содержание и ремонт подъездных автомобильных дорог. К главной из этих задач следует отнести маскировку войск и объектов армии. Весь период организации маскировки изобилует огромным объемом работ, сжатыми сроками их выполнения, затратой больших сил и средств, а также противоречивостью маскировочных заданий и технических решений. До 1964 г. в войсках армии проводилась интенсивная работа по скрытию мест дислокации ракетных комплексов и их принадлежности к ракетным войскам. Бетонные поверхности БСП окрашивались в защитный цвет, на стартах устанавливались переносные ящики с растительностью, производилось одернование бетона, на внутрипозиционных дорогах стягивались кроны деревьев. На складах КРТ, а в некоторых случаях и на стартах развертывались металлические маски УМР. В 1964 г. последовала неожиданная команда о срочном демонтаже маскировочных комплектов. В 1974 г. поступило очередное указание о восстановлении маскировки на БСП ракетных дивизионов Р-12Н, в том числе на складах КРТ. В этот раз ставилась задача скрытия степени боевой готовности и факта вывода дивизионов на ПБСП. Решение это было обоснованным, и войска под техническим руководством инженерной службы армии его выполнили.

Особым был вклад инженерной службы в обеспечение надежной охраны и обороны боевых позиций и пунктов управления. Превращение их в опорные пункты с круговой обороной было невозможным без развертывания систем инженерных заграждений, предупредительных средств сигнализации и огневых сооружений. В 1963-1965 гг. по периметрам БСП дивизионов были установлены проволочные заграждения, технические средства предупредительной сигнализации, электризуемые заграждения и оборудованы фортификационные сооружения для ведения огня из стрелкового оружия.

 


ПОДАРИН В.Н.
 
ЛЫСОВ В.П.

 

Для эксплуатации инженерных заграждений (ИЗ) и технических средств сигнализации (ТСС) в дивизионах с групповыми ПУ и в полках «ОС» были созданы роты электротехнических заграждений и минирования численностью 52 и 148 человек соответственно, а в инженерных службах дивизий была введена должность старшего инженера по инженерному вооружению и заграждениям. В высших степенях боевой готовности предполагалось развертывание в зоне ИЗ и ТСС неуправляемых и управляемых минно-взрывных заграждений из противопехотных и сигнальных мин, запасы которых были созданы и хранились на складах взрывчатых веществ полков и дивизий. В этот период стала острой проблема безопасной эксплуатации электризуемых заграждений. Выяснилось, что военнослужащие недооценивают степень опасности для жизни людей дежурного напряжения в 220 В. В связи с этим командование армии приняло решение об опытной эксплуатации электротехнических заграждений (ЭЗ) только в боевом режиме напряжением 1800 В в 37 рд, где больше всего гибло солдат. Этот опыт показал, что постоянное содержание ЭЗ в боевом режиме привело к резкому сокращению гибели солдат на сетке № 100. С 1974 г. все ЭЗ эксплуатировались только в боевом режиме.

Характерным в деятельности управления 43 РА была активная опытно-исследовательская работа, проводимая всеми отделами и службами в интересах совершенствования постоянной боевой готовности и способов боевого применения соединений и частей. В инженерном отношении эта работа была направлена, главным образом, на повышение живучести войск и объектов и на совершенствование организации инженерного обеспечения. Поэтому постоянно проводилась военно-инженерная оценка местности на территории дислокации войск армии, в ходе которой изучалось и оценивалось влияние местности на подготовку и ведение боевых действий соединениями и частями. Выводы из оценки местности наносились на оперативные и рабочие карты, учитывались при разработке планов боевых действий.

В фортификационном оборудовании позиционных районов в 1969-1979 гг. была в основном решена задача по обеспечению укрытиями и убежищами всего личного состава, а также техники и вооружения для восстановления боевой готовности. В этот период командованием, штабом и службами армии была проведена серия опытно-исследовательских учений в дивизиях с групповыми ПУ по исследованию и отработке способов повышения защиты и живучести пусковых установок и пунктов управления: в 1972 г. – в 44 рд; в 1973 г. – в 37 рд (руководитель – генерал-полковник Мелёхин А.Д), в 1978 г. – в 50 рд (руководитель – генерал-полковник Неделин В.С.). Выводы и предложения по этим и другим учениям были доложены в Главный штаб и легли в основу директив ГК РВСН по повышению живучести войск. Во исполнение этих директив последовали практические инженерные мероприятия. В 1974 г. были развернуты и в основном завершены работы по обваловке стартовых позиций ПУ Р-12Н и складов ракетных топлив. Форсированное выполнение этих работ было определено неожиданным решением Министра обороны Гречко А.А., который на стратегическом сборе в ГСВГ потребовал от Главнокомандующего РВСН Толубко В.Ф. до сентября 1974 г. «окопать ракеты на всех стартах». В связи с этим главком собирал командующих, командиров дивизий, начальников оперативных отделов и начальников инженерных служб 43 и 50 РА на показное занятие в Шауляйской дивизии и поставил задачу – срочно обваловать стартовые позиции. Предстояло на позиции каждой ПУ для возведения земляного вала подвезти и уложить 1700-2000 м3 грунта, а на складах КРТ возвести стенки из железобетона высотой не менее 4 м. Эти объемы инженерных работ были выполнены.

Однако главной задачей в фортификационном оборудовании оставалось возведение убежищ в пунктах постоянной дислокации для 100 %-ного укрытия личного состава со степенью защиты не менее 2 кг/см2 и длительностью пребывания его до 5 суток. К 1980 г. эта задача была в основном решена. В этот же период под руководством штаба и инженерной службы в армии и во всех дивизиях были оборудованы скрытые командные пункты с высокой степенью защиты, оснащенные средствами связи и боевого управления. Инженерная служба отвечала здесь за поставку железобетонных и металлических конструкций, возведение из них убежищ для личного состава и укрытий для ракетной техники, за эксплуатацию этих сооружений. В поставке и монтаже систем жизнеобеспечения и внутреннего оборудования участвовали все армейские службы.

В эти же годы творческая инициатива инженеров 46 рд подполковников Баулина Е.Н. и Москевича А.М. привела к тому, что появилась возможность использовать для возведения убежищ большой вместимости железобетонные блоки потерн ШПУ «ОС», которые переоборудовались под новые ракетные комплексы. Разрушение потерн методом взрыва саперы вместо строителей взяли на себя. Регулируя мощность взрыва, они добились демонтажа блоков с максимальной их сохранностью. Опыт 46 рд был распространен и на 19 рд, где были возведены такие же убежища.

 


Начальники инженерных служб дивизий 43 РА 1972 г.

 

В 1974 г. директивой ГК РВСН от 23 июля определена еще одна объемная задача – об установке на ПБСП, консервации и маскировке комплектов СП-6. Для ее выполнения потребовалась поставка еще двух комплектов площадок на каждую стартовую батарею, что было, хотя и не без трудностей, осуществлено инженерной службой армии. Был также утвержден новый боевой порядок выполнения боевой задачи дивизионами Р-12Н – рассредоточенно, по-батарейно, со своих ПБСП. Это обстоятельство серьезно усложнило организацию инженерного обеспечения, которое следовало перестраивать применительно к каждой ПУ. И здесь возникла очень острая ситуация с автомобильными кранами, которые использовались для установки СП-6 и перегрузки головных частей сборочных бригад ртб в полевых условиях.

Появление в составе армии ПГРК «Пионер», а затем и «Тополь», основой боевого применения и живучести которого являются рассредоточение боевого порядка, мобильность и скрытность действий, предопределило возрастающую роль инженерного обеспечения. Главными инженерными задачами стали: подготовка позиционных районов, оборудование и содержание маршрутов движения и боевого патрулирования, а также мероприятия по маскировке. Появилась и совершенно новая задача: преодоление водных преград. Участие штаба и служб армии здесь начиналось с рекогносцировок местности, оценки состояния дорожно-мостовой сети, выбора элементов позиционного района и продолжалось до постановки полков на боевое дежурство. Как правило, рекогносцировочные группы возглавлялись полковником Топольским А.С., и в них входили представители всех армейских и дивизионных служб. На инженерную службу возлагались задачи по оценке маскировочных свойств местности, состояния грунтов на полевых позициях, дорог и мостов, а также водных преград, а в последующем и инженерная подготовка позиционных районов для заступления и несения боевого дежурства полками. Особо сложной стала проблема мостов на водных преградах, которые в большинстве своем были непригодны для пропуска агрегатов весом 85,105,120 т. Наиболее сложной оказалась мостовая обстановка в позиционном районе 43 рд, где из-за плохого состояния 11 мостов полки не могли выйти на ПБСП и в районы патрулирования. Командующий Неделин В.С. поручил начальнику инженерной службы подготовить специальный доклад первому секретарю ЦК КПУ Щербицкому В.В. с анализом состояния мостов и с просьбой оказать помощь в их восстановлении до нужной грузоподъемности. С получением письма Щербицкий В.В. поручил Правительству и Госплану республики решить вопрос с мостами. В течение трех лет непригодные мосты были заменены. Аналогичным образом командующий армией обращался к руководству БССР, которое возглавлял в то время Машеров П.М. В позиционном районе 33 рд по решению руководства республики и Гомельской области были подняты на требуемую высоту линии связи и электрификации на маршрутах движения СПУ. Неоднократно были обращения с просьбами к руководству БССР построить мост грузоподъемностью 100 т через р. Припять в районе г. Мозырь. В конечном счете такой мост был построен, но только уже к моменту расформирования дивизии. Опыт привлечения местных властей к решению задач по подготовке позиционных районов дивизий СПУ был использован в других объединениях РВСН.

Развертывание группировки ПГРК проходило в обстановке принятия особых мер обеспечения скрытности перевооружения армии на новый ракетный комплекс. Следует упомянуть, по крайней мере, о двух маскировочных мероприятиях, в которых принимали участие штаб и инженерная служба армии. Директивой ГК РВ 1977 г. № 432 00981 предписывалось до конца года на БСП четырех дивизионов Р-12Н и Р-14 в 44, 37, 50 и 43 рд силами войск возвести ложные сооружения «Крона». Разработка проектной документации и контроль строительства были возложены на инженерную службу, а поставка материалов и финансирование работ – на Главное инженерное управление РВСН. В первую же зиму часть сооружений не выдержала снежной нагрузки и обрушилась. Требовалось их восстановление, но вдруг последовало указание о срочном демонтаже ложных «Крон».

В стремлении разнообразить построение боевого порядка ракетного полка «Пионер» было принято и осуществлено решение – располагать ракетный полк по-дивизионно на полевых боевых стационарных позициях под легендой народно-хозяйственных объектов (33 рд). В отличие от БСП все строительные работы на этих позициях осуществлялись силами оисб и других подразделений дивизии под общим руководством полковника Ламаша В.Г. Отработка генплана полевых позиций ракетных дивизионов и решение на маскировку были разработаны комплексной рекогносцировочной группой во главе с Масловым Ф.А., куда входили представители 43 РА и ЦПИ-20. Опыт создания полевых боевых стационарных позиций нигде больше не повторился, но он подтвердил способность инженерной службы решать любые задачи.

Командование РВСН, решая задачу с мостами в позиционных районах, понимало, что для наиболее полного решения проблемы преодоления войсками водных преград потребуются соответствующие переправочные силы и средства для переправы полков СПУ через реки независимо от наличия и состояния мостов, особенно в случае их разрушения. Переправочных средств, способных переправлять через реки агрегаты весом свыше 60 т, в стране и в армии не было. Но была надежда, что состоявший на вооружении Сухопутных войск прекрасный понтонный парк ПМП имеет определенный запас прочности. Предстояло выявить его. После соответствующей доработки речных звеньев по проекту ВИА им. В.В. Куйбышева (автор – полковник Шляпин Ю.М.) для определения применимости парка в ракетных войсках была назначена специальная комиссия (председатель полковник Лысов В.П.). К этому времени (май 1982 г.) в 43 РА был сформирован первый в РВСН отдельный понтонно-мостовой батальон (опомб), командиром которого был назначен подполковник Щербань В.Г.

Всестороннее испытание парка назначенной комиссией проводилось на вододроме опомб, а затем и на р. Припять. Одновременно началось освоение доработанного понтонного парка ПМП личным составом, была также организована интенсивная маршевая подготовка. По решению Главнокомандующего РВСН на июль 1983 г. с 33 рд было назначено опытно-исследовательское учение по теме «Организация преодоления водной преграды дивизией СПУ». Руководителем учения был назначен командующий 43 РА генерал-лейтенант Волков А.П. Для участия в учении также назначается оперативная группа от управления ГК РВСН во главе с генерал-полковником Мелёхиным А.Д.

Учению предшествовала напряженная учеба и тренировки понтонеров и личного состава 398 рп, которые проводились днем и ночью.

 


Переправа ракетного полка СПУ 33 рд через р. Припять 1983 г.

 

Переправы, как и форсирование водных преград, всегда были сложными и рискованными мероприятиями. Поэтому с учетом особой ответственности за безопасность переправы ракетоносцев перед понтонерами бала поставлена задача: «В условиях риска работать без права на риск». За всю историю организации преодоления ракетными полками водных преград в 43 РА, да и во всех РВСН не было ни одного случая аварий по вине понтонеров. И начало такой организации было положено в 2134 опомб. Боевая подготовка и боевое применение опомб по результатам проведенных учений были тщательно спланированы инженерной службой и штабом армии. Предусматривалось регулярное участие батальона в учениях с дивизиями, летние и зимние учебные сборы опомб поочередно во всех дивизиях, где были водные преграды. Были произведены расчеты маршей в каждый позиционный район дивизии.

В 1995 г. на основании директивы Министра обороны Украины понтонно-мостовой батальон был переформирован в инженерный батальон специальных работ в составе 43 РА.

Обеспечение безопасности ракетно-ядерного оружия по условиям состояния полевых позиций, дорог, мостов и переправ было ответственной задачей, возлагаемой на инженерную службу армии. Был установлен порядок, когда движение и развертывание в поле ракетных частей и подразделений должно было осуществляться только на разведанных, подготовленных и аттестованных полевых позициях (районах) и маршрутах движения к ним. Тем не менее случались и рискованные ситуации с повреждением техники и даже гибелью военнослужащих.

Трудоемкой задачей инженерной службы было содержание и ремонт автомобильных дорог специального назначения, протяженность которых в армии превышала 2000 км. Эта цифра относилась лишь к подъездным автодорогам, находившимся на содержании и кое-каком финансировании. Для обеспечения постоянной боевой готовности войск необходимо было использовать сеть дорог народно-хозяйственного назначения по протяженности, многократно превышающей подъездные дороги. Нередко зимой дивизиям приходилось их расчищать от снега. В дивизиях ПГРК, кроме того, нужно было готовить и содержать часть маршрутов боевого патрулирования, проходивших вне дорог общего назначения. Проблема содержания и ремонта дорог все более обострялась, постепенно превращаясь в проблему поддержания постоянной боевой готовности ракетных соединений. Поиски путей их решения привели к созданию в 1975 и последующих годах армейских дорожно-эксплуатационных участков в 50,19 и 46 рд. В этих дивизиях ДЭУ взяли на себя содержание и ремонт подъездных автодорог в позиционных районах. Планирование и финансирование работ ДЭУ осуществляла инженерная служба армии.

Неоценимый вклад в решение задач инженерного обеспечения внесли:

– начальники инженерной службы армии: Бахтин А.К., Селищев Н.И., Подарин В.Н., Загоруй А.Я., Лысов В.П.;

– начальники инженерной службы дивизий:

19 рд: Герой Советского Союза Зачеславский В.Н., Баранник Ф.А., Дроженко В.Г., Кострикин Г.М., Киреев В.И.;

33 рд: Кушко Н.И., Стриленко В.А., Оржеховский В.Ф., Самохвалов С.И.;

35 рд: Нестеренок Т.А., Иванов А.Х.;

37 рд: Старовойт П.В, Цудечкис Б.М., Кабоев Р.С., Бутько В.М., Якимук И.И.;

44 рд: Пилюгин И.М., Спирин Г.В., Лысов В.П, Олешкевичус А.А.;

46 рд: Лыюров И.И., Москевич А.М, Баулин Е.Н., Жуков А.С., Ткачук Н.В.;

50 рд: Абрамов М.Е., Турчаненко М.П., Карташёв В.П., Харченко В.В., Лозовой А.Ф., Мезен Э.Ф.; 53 рд: Подарин В.И., Сидоров В.И., Ковязин Л.П., Щепилин В.С., Мельничук В.М.;

– командиры инженерных частей (опомб, оисб, оббо): Щербань В.Г., Рыбаченко В.В., Вовченко С.Д., Орищенко А.Г., Белоусов А.Ф., Самохвалов С.И., Чебан А.И., Гордиенко В.М., Шадура Ю.В., Пелешок В.В., Жиляк, Жихарев, Козаков Н.Е., Бабий Б.Я., Цуриков, Сойко А.Н., Непомнящий В.А., Егоренко, Святой, Соколовский А.Х., Киричук, Чижевский И.Н., Гончар.

 

* * *

Яндекс.Метрика