На главную сайта   Все о Ружанах

Борзенков А.С.

4 РАКЕТНАЯ ХАРБИНСКАЯ ДИВИЗИЯ.
(честь, доблесть, слава харбинцев)

Москва 2016
Издание не для коммерческого использования


Наш адрес: ruzhany@narod.ru

 

ПОЛКОВНИК
ВЛАДИМИРОВ ВЛАДИМИР АЛЕКСЕЕВИЧ
В 1992-1998 гг. НАЧАЛЬНИК КАФЕДРЫ
МОСТОВ И ПЕРЕПРАВ ВОЕННО-ИНЖЕНЕРНОЙ АКАДЕМИИ

 

ВЫПОЛНЕНИЕ ЗАДАЧ В 53 РА

Во второй половине января 1984 г. для оказания помощи инженерно-саперному батальону 4рд в выполнении задач по инженерному обеспечению 53 РА (г. Чита) в ЗабВО были откомандированы старший преподаватель полковник Сухоруков Евгений Сергеевич и преподаватель подполковник Владимиров Владимир Алексеевич кафедры мостов и переправ Военно-инженерной Академии.

По прибытию командующий 53 ракетной армии генерал-лейтенант Егоров В.Ф. уточнил задачи по строительству низководного моста и оборудованию ледяной переправы на реке Ингода для 4 ракетной дивизии (г. Чита-46). При этом подчеркнул важность задач, так как строительство постоянного моста в районе н.п. Улеты планировалось завершить только через 1-2 года. А также привел примеры оборудования переправ по льду в годы Великой Отечественной войны и в последующем в ЗабВО, ДВО. Мы понимали всю важность ситуации, так как и раньше преподаватели кафедры мостов и переправ привлекались для выполнения наиболее сложных задач (наводка наплавного моста, строительство высоководного моста на реке Аму-Дарья при вводе войск в Афганистан).

 

О строительстве низководного моста

В это время года в районе н. п. Дровяная температура ночью была -28 -32 градуса, днем — -18 -20 градусов. Основные характеристики реки Ингода в районе строительства низководного моста (н. п. Пушнино): ширина 120 м, глубина 1,4-2,0 м, скорость течения 0,2-0,3 м/сек. Толщина ледяного покрова 90-110 см.

Выполнение задач возложили на штатный инженерно-саперный батальон, командир капитан Денисов Е.М., начальник инженерной службы подполковник Грабарь С.А.

Следует отметить ряд особенностей.

— Отсутствие готовых мостовых конструкций. Заготовка свай, насадок, настила, колесоотбоев велась с использованием леса близлежащих сопок. При этом возник вопрос о несущей способности изготовленных мороженых насадок, настила. В Читинском лесотехническом техникуме ответ не получили. Тогда, по принципу «не бойся эксперимента» и зная, что самые точные данные можно получить при доведении конструкций до разрушения, так и поступили. Сомнения оказались напрасными, несущая способность конструкций с учетом замерзших волокон древесины не изменилась.

— Для строительства применялась мостостроительная установка (УСМ-2). Принятая величина пролета — 4,5 м. Сваи забивались до «отказа» согласно руководству по низководным мостам. Необходимо было убрать лед на участке забивки свай. Эту задачу успешно решили, используя полковую землеройную машину (ПЗМ) непосредственно перед забивкой свай, так как при такой отрицательной температуре майна быстро затягивалась льдом.


Определение прогибов ледяного покрова

— При такой толщине льда исключалась возможность установки продольных схваток для обеспечения продольной устойчивости моста. Было принято решение, что это будет обеспечено непосредственно ледяным покровом. Но при этом были расставлены контрольные точки, по которым велось наблюдение за подвижкой льда. Опасность заключалась в том, что при подвижке льда на 40-50 см сваи могли быть срезаны, и мост, образно говоря, остался бы без «ног». Схватки в опорах были установлены в надводном положении, из этих соображений, а также с учетом сопряжения с берегами была определена высота насадок над ледяным покровом. Кроме того, были возведены для сопряжения с берегами клеточные опоры.

— С учетом заготовки мостовых конструкций темп строительства составлял 18-22,5 м/сутки.

— По окончании строительства через 7 дней были проведены испытания. Последовательно пропускались агрегаты весом 40, 60, 75 и 90 тонн. При этом определялись осадки всех опор, прогибы пролетных строений. Результаты испытаний показали, что свайные опоры были забиты до «отказа», то есть не давали осадки при прохождении нагрузки. Величины прогибов пролетных строений не превысили допустимых значений.

 

Об оборудовании ледяной переправы

Створ ледяной переправы выбирался с учетом подходящих путей и использования бродов в летний период. Основные характеристики р. Ингода в районе створа: ширина 140м, глубина 1,4-1,6 м, скорость течения 0,3-0,4 м/сек. Начало ледостава на р. Ингода, обычно, в начале ноября. Поэтому в середине января толщина ледяного покрова достигала 90-110 см.

Некоторые особенности.

— Ледяной покров р. Ингода, с одной стороны, достигал указанных толщин, с другой, были промоины из-за профиля дна (перекаты) и скорости течения. Лед, как правило, прозрачный, без снегового льда и снега, так что вся толщина входила в расчетную. Поэтому к выбору створа подходили особенно тщательно.

— Необходимо было пробурить лунки как вдоль трассы через 10-12 м, так и поперек трассы через 5м, для определения толщины льда, его структуры и контроля за загруженностью льда при прохождении нагрузок. Решить эту задачу с помощью ледорубов было непросто и потребовало довольно много времени.

— Основным критерием, определяющим загруженность и работоспособность ледяного покрова, является его прогиб при нагрузке. Для контроля за его величиной были расставлены контрольные колышки.

— Прогибы определялись при последовательном пропуске нагрузок агрегата весом 40, 60, 75 и 90 тонн. Определенные величины прогибов не превышали допустимых значений. Кроме того, не наблюдалось выхода воды на поверхность ледяного покрова, что также свидетельствовало о «нормальной» работе льда.

Кроме основных задач решалась и научная задача. На запасном створе оборудовалась ледяная переправа с использованием факельного метода наращивания толщины ледяного покрова с помощью дождевальной установки, которая была доставлена из г. Москвы из Института географии. При этом процесс замораживания происходит уже при пролете струй воды в воздухе. Эту работу консультировал и руководил ею доктор гляциологических наук, академик Котляков Владимир Михайлович. Опыт показал, что наращивание необходимо вести слоями не более 15-20 см. При этом не перегружается основной ледяной покров, и процесс льдообразования идет как за счет отъема холода от основного льда, так и за счет образовавшегося при «дождевании» с последующим полным замерзанием.

Поставленные задачи были успешно решены в течение 14 дней, что позволило повысить боевую готовность дивизии по рассредоточению рп СПУ РСД-10 «Пионер». Следует отметить, что личный состав оисб проявил умение оперативно решать нетривиальные поставленные задачи, получил хорошую практику в сложных условиях Забайкалья. Им была объявлена благодарность от командования и от нас.

Командование батальона предлагало сохранить низководный мост и в весенний период, не разбирая его. Но, по нашим рекомендациям, необходимо было мост перед паводком разобрать. При такой толщине льда это вряд ли было возможным во время весеннего половодья (обычно в конце апреля). Пролетные строения, клеточные опоры, насадки рекомендовалось складировать для последующего использования, а заготовку свай провести дополнительно.


Слева направо: офицер РВСН, п/п-к Грабарь С.А., п/п-к Владимиров В.А., п-к Сухоруков Е.С.,
п-к Аксенов Н.Н., д.г.н., академик Котляков В.М.

 

ПОЛКОВНИК
ДЕНИСОВ ЕВГЕНИЙ МИХАЙЛОВИЧ
В 1985-1989 гг. КОМАНДИР 626 ОТДЕЛЬНОГО
ИНЖЕНЕРНО-САПЕРНОГО БАТАЛЬОНА
4 РАКЕТНОЙ ДИВИЗИИ

САПЕРЫ — СОЛДАТЫ-ТРУЖЕННИКИ,
ЧЕРНОРАБОЧИЕ ПОБЕДЫ

Я проходил службу в 4 ракетной дивизии в период с 1978 по 1989 годы на должностях от командира взвода инженерных машин полка СПУ до командира 626 отдельного инженерно-саперного батальона дивизии.

С точки зрения человеческой жизни, 55 лет — возраст немалый. Уже многих наших товарищей нет в живых. Неотвратим процесс ухода из жизни и пока еще здравствующих ветеранов 4 ракетной дивизии. Это в еще большей степени обязывает нас, остающихся при деле, в здравой памяти, документально зафиксировать историю всех офицеров, служивших в наших рядах, рассказать об их делах. Это не столько нужно им, сколько необходимо тем, кто служит сегодня и будет служить завтра. Никто из нас, какие бы должности он ни занимал, не вправе забывать о боевом братстве.

В 1978 г. я проходил службу в батальоне боевого обеспечения 36 ракетной дивизии на должности командира инженерно-дорожного взвода, куда был назначен после окончания Калининградского ВВИКУ им. Жданова. В середине мая 1978 г. нас, большую группу офицеров, собрали в ДКРА и проверили по заранее составленным спискам. Заместитель командующего 53 ракетной армии довел приказ, что дальше мы будем проходить службу в 4 ракетной дивизии. Нам предоставили сутки на сборы, а далее — вперед без разговоров. Тогда я еще не знал, что попал служить в одну из сложнейших дивизий смешанного 10-полкового состава и что прослужу в ней 11 лет. Я был назначен на должность командира взвода инженерных машин батареи боевого обеспечения 775 ракетного полка (11 площадки). Командир полка подполковник Гуськов А.М., начальник штаба полка подполковник Трушков, начальник инженерной службы майор А. Черных, командир батареи капитан Ю. Сиротин. Полк нес опытно-боевое дежурство и готовился к заступлению на боевое дежурство. Шли активные работы по завершению строительства БСП, приемке объектов у строителей. Личный состав размещался в старых, не предусмотренных для такого количества людей казармах. Батарея непосредственно подчинялась начальнику штаба полка и выполняла задачи боевого обеспечения, штатная численность батареи — 180 человек (геовзвод, взвод инженерных машин, комендантский взвод, взвод разведки, расчеты АСО, отделение РХБЗ). Личный состав был собран из различных частей, основная часть — увольняемые в запас или, как тогда говорили, дембеля. Поскольку я заканчивал военное училище Сухопутных войск, где про РВСН, а особенно про подвижный комплекс, никто толком ничего не знал, на первых порах пришлось довольно сложно. Но желание привести свой участок службы в порядок и служить достойно было. С трудом, но привели к установленным требованиям технику, отладили систему несения боевого дежурства дежурной сменой боевого обеспечения, в карауле. Мне приходилось на этой должности решать различные задачи, но самой главной и трудоемкой была задача подготовки маршрутов боевого патрулирования. Учебные районы находились на удалении до 80 километров, марши боевых агрегатов совершались только ночью. Особенно сложным был маршрут в направлении н.п. Б. Сыпчур, через перевал хребта Черского, нервов его подготовка попортила изрядно. С мая по ноябрь весь личный состав находился вне пункта постоянной дислокации с задачей подготовки маршрутов патрулирования и полевых позиций (ПУБСП и ПБСП). Задачи, несмотря на всю сложность и трудности в их исполнении, мы решали, и решали неплохо. По этой причине капитан Ю. Сиротин вскоре был назначен помощником НИС 53 РА, а я — командиром батареи. Пришлось решать более широкий круг задач, одной из которых стала новая задача по охране БСП. Систем охраны я толком не знал, пришлось учить новые для меня охранные системы: ЭЗ П-100, УПМП «Кактус-КС», «Тантал», «Радиан» и организовывать поддержание их в боеготовом состоянии, строители практически сдали недодел. Хромала воинская дисциплина, донимала неуставщина, наличие которой в те годы в армии не признавалось. Выход был найден — повседневная работа с коллективом, жесткая боевая подготовка до изнеможения под личным руководством. Некоторые начальники смотрели на это с подозрением, давила бытовуха, хозяйственные задачи.

На следующем этапе батарея боевого обеспечения вошла в состав дивизиона боевого обеспечения. Основу дивизиона составляли 1 и 2 группы связи, стало еще сложнее, подразделения имели абсолютно диаметральные задачи. Рос и мой командирский опыт. Неоценимую помощь на этом этапе моей службы мне оказали начальник штаба полка подполковник Трушков, начальник штаба дивизиона майор В. Ухо, начальники служб полка.

В 1979 г. проводился эксперимент по фортификационному оборудованию полевых позиций дивизионов. Проще говоря, надо было отрыть укрытие под дивизион с возможностью выполнять задачи из этих укрытий. Копали все лето, а к осени оказалось, что это сплошная демаскировка, а личный состав в этих укрытиях при работающих двигателях буквально задыхается. В январе 1980 г., в самые морозы, все закопали. После очередной проверки, с согласия уже нового командира полка полковника Ярмош А.И., я был назначен на должность помощника НИС 4 рд, а затем на должность старшего помощника НИС 4 рд. Начальником службы дивизии был назначен подполковник С.А. Грабарь, исключительно честный и грамотный офицер. За этот период в основном занимались подготовкой позиционного района, инженерным обеспечением перемещения ракетных полков, фортификационным оборудованием. Наиболее сложной была задача по подготовке позиционного района дивизии. Дорожные группы размещались на удалении до 200 км от ППД, работали в гражданской одежде, на машинах гражданские номера, у офицеров паспорта, которые после окончания работ никто почему-то сдавать не спешил. Был оборудован брод в районе н. п. Пушнино через р. Ингода с усилением дна плитами, неоднократно зимой устраивались переправы в майнах. Адская работа. Надо было взорвать, вырубить или выпилить во льду майну шириной до 15 метров, длинной около 60 метров, убрать лед, и все это при температурах от -20 до -40. От этой задачи впоследствии отказались, так как при выходе из полыньи при температуре -40 градусов замерзала ходовая часть агрегатов. На площадке 10 был построен комплекс убежищ на 500 человек, этой работой в службе занимался капитан В. Гладнев. Проведены сложные, объёмные работы под руководством заместителей командира 4 рд полковников Гайдукова, Рожкова по выбору СЗПР рд.

Особо хочется отметить подготовку к учениям «Восток-81». Службами дивизии (не только инженерной) был выполнен колоссальный объем работ в крайне сложных условиях, построено в условиях болотистой местности 8 км дорог, защищенный пункт управления. Строился так называемый объект «Р». Ждали Л.И. Брежнева. Дивизион занял позиции и пуски провел успешно. Мы были этим горды. Впоследствии из этого района в соответствии с Договором о ликвидации РМСД при снятии дивизии с боевого дежурства проводилось уничтожение ракет методом пуска, т. е. труд не прошел даром. И здесь опять судьба-злодейка... Вызвал меня командир дивизии генерал-майор Н.В. Ласточкин и сообщил, что принято решение назначить меня заместителем командира 626 ОИСБ по вооружению. Мое согласие при этом не требовалось. Батальон был недавно сформирован, точнее, переформирован из ББО и дислоцировался на 13 площадке. На ведущих должностях ни одного специалиста инженерных войск, назначение шло по принципу: хочешь звание — иди в саперы. Техника «убита». Подобрали кадры, начали обучать все категории военнослужащих батальона. Были назначены новый командир ОИСБ майор В. Лаптев и новый начальник штаба капитан И. Милованов. В этот период самой сложной задачей было участие в совместных учениях с ПВО с пуском ракет РСД-10 «Пионер» из района н. п. Дуты, саперам и там нашелся приличный участок работы, причем как летом, так и зимой. И здесь саперы оказались на высоте, сделали все своевременно и обеспечили выполнение пусков ракет. Но покой нам только снится. При проведении опытных учений по переправе ракетного комплекса в зимних условиях через р. Ингода батальону была поставлена задача построить низководный деревянный мост протяженностью 60 метров и провести усиление ледовой переправы путем намораживания. Время года — январь, температуры доходили до -45 градусов. Лес валили с корня, осуществляли заготовку мостовых конструкций. На копрах УСМ работали по очереди только офицеры, 25 минут на копре и смена. Намораживание проводили специальной станцией, доставленной из Москвы самолетом. Работами на месте руководили НИС РВСН генерал-майор В. Спиридонов и заместитель НИС 53 РА подполковник Ю. Колесников. Как сказал приехавший с В. Спиридоновым гражданский профессор, подобного он не видел. Мост испытание прошел успешно и также успешно был смыт в половодье в июле месяце. Всего батальон построил четыре моста через р. Ингода. Запомнился и второй мост, испытание которого проводил лично командир 4 рд генерал-майор Крыжко А.Л. Мост испытания выдержал успешно. После этого 14 солдат из расчета УСМ были поощрены отпусками, 5 офицеров награждены денежными премиями. По определенным мотивам был отправлен к новому месту службы сначала начальник штаба батальона, а затем и командир батальона. Я был назначен комбатом. Батальоном прокомандовал четыре с половиной года. Батальону было вручено Боевое знамя. Продолжали достаточно успешно выполнять задачи инженерного обеспечения, самыми сложными из них по прежнему оставались задачи подготовки позиционного района, строительства мостов, содержания подъездных дорог для полков ОС, а с введением в штат роты заграждений — установка минно-взрывных заграждений, в том числе и во взаимодействии с инженерными частями ЗАБВО. В этот период мне, да и не только мне, запомнилась первая проверка ГШ ВС. Время май месяц. Для переправы ракетного комплекса было сооружено два моста (в н. п. Пушнино через р. Ингода, протяженностью 120 метров и в н. п. Б. Сыпчугур через р. Оленгуй, протяженностью 50 метров). Реки в этой местности сложные, горные в верховьях, с внезапным подъемом уровня воды в мае и августе. Перед самым началом проверки на р. Ингода выше моста течением снесло паром, который, в свою очередь, разрушил половину нашего моста. Оказались затоплены подходы к мосту в районе н. п. Б. Сыпчугур. Скорость течения воды в р. Ингода не позволяла восстановить мост. Что можно было ответить на извечный военный вопрос — куда вы смотрели? Решением НИС РА в интересах дивизии силами 1098 армейского ОПОМБ наводится переправа в районе н. п. Пушнино. Но к реке не подойти, затоплена пойма шириной до 1 км, глубина местами до 1 метра. В сложных условиях командир 1098 ОПОМБ подполковник С. Ткаченко сумел буквально протащить батальон на остров и навел переправу с использованием гидродинамических щитов, установленных на понтонах. 626 ОИСБ развернул на проблемном участке 0,5 комплекта ТТМ, обеспечил подготовку подъездных путей к наплавному мосту. На участке залитой дороги были поставлены саперы, которые обозначали границы дороги, на залитой водой пойме. На промежуточном мосту, также залитом водой, встал НИС рд подполковник С.А. Грабарь в защитном костюме Л-1 по пояс в воде. Переправа 3 полков была обеспечена. В районе н. п. Б. Сыпчугур было принято решение развернуть комплект ТТМ выше моста по течению. Переправа полка была обеспечена. Но «стрелочник» был уже назначен, им стал НИС рд, которого потом перевели в г. Остров. Был сделан и другой вывод: для гарантированного вывода полков мостооотрядом в н. п. Улеты через р. Ингода построен капитальный железобетонный мост, с правого берега, на подходах к нему, силами ОИСБ построен низководный деревянный мост протяженностью 25 метров и 5 километров дороги. Вместо Грабаря С.А. был назначен подполковник А. Любинский, с которым я служил до 1989 г., до поступления в академию. Расставаться с батальоном было жаль, столько труда было вложено в него, так много сделал его коллектив!

По окончании академии я был назначен НИС 29 рд в г. Иркутск, затем НИС 53 РА в г. Чита. С началом организационно-штатных мероприятий в 53 РА был сокращен 1098 ОПОМБ армейского подчинения, армейская ОИТР, армейский инженерный склад. Я стал «начальником с авторучкой», без сил и средств. Такая кабинетная служба мне не нравилась. Я обратился к командующему армией с просьбой перевести меня на должность НИС 29 рд, тем более, что семья оставалась в Иркутске. В 2002-2003 гг. в должности заместителя командира 3 ОИДБ, созданного на базе РВСН участвовал в КТО в Чеченской республике.

Я глубоко благодарен всем тем, с кем мне довелось служить, тем, кто меня учил. Начальниками инженерной службы 4 дивизии были Н.В. Доровой, С.А. Грабарь, А.В. Любинский. Командирами 626 ОИСБ были А. Алексеев, С. Шалагинов. В. Сизов, Э. Скрипаль. Начальниками штаба были Е. Якуш. И. Милованов, А. Чулков. Начальником тыла был С. Тарасов, заместителем по вооружению С. Конюхов.


Слево направо: командир ОИСБ майор Денисов, п-к ИС РВСН, начальник ИС 53 РА
п/п-к Аксенов, НИС 4 рд м-р Любинский

Наведение понтонной переправы через реку Ингода силами армейского ОПОМБ. 1986 г.

 


Установка минных заграждений с использованием ПМЗ-4. Чита-46, 1987 г.

 


Генерал-майор Ососков Валентин Прокофьевич вручает Боевое знамя
отдельному инженерно-саперному батальону 1 декабря 1984 г.

 

ПОЛКОВНИК
БОКОВ СЕРГЕЙ ИВАНОВИЧ
В 1986-1994 гг. КОМАНДИР 550 ОТДЕЛЬНОГО
ЗЕНИТНО-РАКЕТНОГО ДИВИЗИОНА (В/Ч 49488)

 

Основной боевой единицей ракетной дивизия является ракетный полк. Позиционный район 4 рд, состоящий из районов 10 ракетных полков, а также районов дислокации спецвойск и тыла составлял около 200 кв.км. Общее воздушное прикрытие осуществлял 413 зенитно-ракетный полк, непосредственное — его 4 и 5 зенитно-ракетные дивизионы, не гарантирующие защиту от низколетящих воздушных целей.

С этой целью в 1984 г. был сформирован 550 отдельный зенитно-ракетный дивизион (в/ч 49488). Часть формировали: командир дивизиона капитан Евстигнеев Александр Васильевич; начальник штаба дивизиона — заместитель командира капитан Боков Сергей Иванович; заместитель командира дивизиона майор Медведев Хамзя Абдуллхакович; заместитель командира по вооружению капитан Байдин Анатолий Петрович; командир 1 батареи капитан Блинов Владимир Семенович; командир 2 батареи старший лейтенант Самойлов Николай Иванович; командир взвода управления старший прапорщик Некрасов Андрей Викторович.

Комсомольским вожаком был прапорщик Олег Лаптев. Первыми командирами взводов были ст. прапорщики: Матвиенко С.Г., Суднев И.Г., Страмилов А.А., Гусев В.А, Гиззатуллин И.Ф., Федотов А.Г., Соломин П.П., Токмаков Г.И., Чесных С.А., Казаков А.И., Пыкин С.И. Большой вклад в дело формирования и становления части внесли выпускники ВШМС (в/ч 44039-Ш). Именно на плечи сержантского состава были возложены обязанности старшин батарей и командиров взводов до прибытия в часть прапорщиков. Это старшины Черных С.Я., Иванов А.Н., Наумкин Г.В. и др. Большая работа была проделана по созданию казарм, штаба, 2 котельных, столовой, учебного корпуса, хранилищ вооружения и техники, полевой учебной базы, выбору и оборудованию огневых стартовых позиций на Яблоневом и Черского хребтах.

В высших степенях боевой готовности к каждому ракетному полку придавалась одна зенитно-ракетная батарея. Всего по боевому штату было 10 ЗРБатр по 5 ЗРВ (по три ЗРО в каждом).

Вооружение: «Игла», «Игла-1» — около 800 шт.; 2 подвижных командных пункта; 2 станции разведки целей (СРЦ) П-19; 3 машины Р-142, подвижные пункты разведки и управления ППРУ9С 80 «Овод», 50 Р-107 (109), 450 Р-147.

Места постоянной дислокации были с 1984 по 1988 гг. 7 площадка, 1988-1989 гг. — 21 площадка, с 1989 г. — 10А.

Первое боевое дежурство на командном пункте дивизии состоялось в августе 1985 г. в ходе проведения учений и инспекции 4 дивизии Генеральным штабом ВС СССР. Первая оценка — «хорошо».

Первые полигонные сборы — июль 1985 г. на базе Забайкальского военного полигона «Цугол» («Дацан») вблизи военного аэродрома г. Степь. В дальнейшем — не менее двух раз в год по плану боевой подготовки, полигонная практика с учебными пусками проводились рядом с военным аэродромом «Домна».

Проведение боевых пусков осуществлялось на полигоне Забайкальского военного округа.

Первые пуски ракет проведены в 1987 г., всего в период с 1987 по 1994 год было проведено 35 боевых пусков в основном с оценкой «отлично» и «хорошо». Обязательным условием была стрельба командиров батарей, взводов и отделений.

Надежность и точность ПЗРК поражала. На полигоне пуски проводились «на догонном курсе» по штатным снарядам (без фугасной части) установки БМ-13 («Катюша» 1942 г. выпуска). Ракета без труда догоняла и сбивала снаряд «Катюши». Спасибо нашим конструкторам. Надежнее только АКМ. Любая воздушная цель, вошедшая в зону пуска ПЗРК, гарантированно уничтожается.

Из 13-ти ОЗРДн ракетных войск стратегического назначения 550 ОЗРДн отличался в лучшую сторону по боевой готовности, укомплектованности и учебной базе. Поэтому в 1990 г. по решению Главнокомандующего РВСН на базе 550 ОЗРДн под контролем боевой подготовки Центрального аппарата РВСН и боевой подготовки управления 53 РА были проведены в период с июня по сентябрь учебные сборы со всем командным составом ОЗРДн соединений РВСН. Три учебных потока ориентировочно по 30-35 офицеров и прапорщиков. Руководителем сборов был назначен полковник В.Н. Агеев — начальник штаба дивизии, заместителем — подполковник Боков С.И. От Центрального аппарата РВСН — подполковник Белоконь А.П., от управления 53 РА — майор Стебаков С.В.

В дальнейшем на его базе был сформирован и до 1993 г. дислоцировался 1175 ОЗРДн Иркутской 29 ракетной дивизии (командир дивизиона подполковник Блинов В.С.).

История 550 ОЗРДн была недолгой (до 1996 г.), но насыщенной и поистине боевой. Достаточно вспомнить, как несли службу и готовили позиции отделений на сопках Забайкалья в 40-градусный мороз с ветерком солдаты и сержанты, 18-20-летние молодые парни (самостоятельно по 3 человека). Это была настоящая проверка на «выживание».

История нашего дивизиона отличалась сплоченностью коллектива и его нацеленностью на решение задач, независимо от их назначения. Примерами могут служить подполковник В.С Блинов, старший прапорщик И. Суднев, старшина М. Ламхаев. Конечно, это не окончательный список лучших.

В соответствии с Планом боевой и политической подготовки неоднократно проводились сборы с приписным составом («партизанами» на народном сленге) Читинской области с разворачиванием батарей до полного боевого состава, что вызывало особенное состояние личного состава части.

Командирами 550 ОЗРДн были: до июля 1987 г. — майор Евстигнеев А.В., до июня 1994 г. — подполковник Боков С.И., далее майор Миклушов И.М. Начальником штаба: майор Яровой В., майор Сидельников Ю. Заместителями по вооружению: майоры А. Байдин, В. Баронюк, И. Кривоносов. Заместителями по политической части: майор Медведев Х.А., майор Тимаков В.С., майор Е. Волков. Командирами батарей: лейтенанты А. Бурля, В. Романенко, Артамонов.

«Командирским оком» со стороны штаба соединения были помощники начальника штаба дивизии по ПВО майор Байдин А.П., майор Шевченко В.М.

Отдельная благодарность большому женскому коллективу части: В. Логиновой, О. Клычевой, Л. Нестеровой, Е. Калашниковой, А. Федотовой, О. Пыкиной, О. Шевченко и др. Именно благодаря им решались вопросы устойчивого управления, связи, хранения и эксплуатации спецчасти вооружения, обеспечения сохранения гостайны, системного планирования, а в «тяжелые времена» 90-х внутренний порядок и стабильность в коллективе.

По разному сложилась дальнейшая судьба командиров и личного состава 550 ОЗРДн. Ныне служат Родине на ниве гражданской деятельности и поддерживают дружеские отношения полковники запаса А. Евстигнеев (Краснодар), Ю. Сидельников (Санкт-Петербург), подполковник В. Блинов (Иркутск), майоры И. Миклушов (Смоленск), А. Бурля (Запорожье), ст. прапорщики И. Суднев, С. Матвиенко, С. Пыкин, А. Гапонов (Чита-46).

К сожалению, ушли из жизни майор И. Кривоносов, ст. прапорщик Г. Федотов, ст. прапорщик П. Калашников, прапорщик И.Ф. Гиззатуллин, прапорщик Г.И. Токмаков, сержант Логинова В.М.

Вспоминая нашу историю, отмечаем гордость и сознание того, что мы, ракетчики, выполнили свой долг честно и до конца («как положено», говорили сержанты и солдаты). Спасибо сослуживцам 550 отдельного зенитно-ракетного дивизиона. Ныне нет нашего соединения, нашей части, но есть мы — его личный состав, его ветераны.

С уважением и благодарностью ко всем сослуживцам доктор экономических наук, начальник ФГБУ «46-го ЦНИИ» Минобороны России, доцент кафедры МИРЭА, лауреат Премии Правительства России в области науки и техники, полковник запаса Боков С.И.


На тактическом учении

 


На тактическом занятии

 

 


В ходе тактических занятий

 


Личный состав ОЗРДН

 


Сослуживцы.

 

Вернуться на главную страницу.


Яндекс.Метрика